Оставь мне маленькую сказку,
Мне надоело жить в горсти
Времен и, покрываясь ряской,
Словами жесткими цвести.
Ты не пугайся, я не стану
Последним в мире чудаком,
Пусть только пахнет океаном
Мой маленький забытый дом.
Пусть нам останется минута
Побыть вдвоем, побыть собой.
А дальше, Бог с ним, снова ртутный,
Тревожный, быстрый бег людской,
И снова пена, снова вожжи.
Оставь мне сказку, пусть звучит.
Пусть… На простой диван похожий,
Разлегся в моем доме кит.
Аль Квотион
Луна вчера упала в воду,
Дорогой света пролегла,
И гладь воды, в каком-то роде,
Вдруг стала тверже, чем скала.
Сродни тому простому чувству,
Что обволакивает грудь,
Когда я с радостным кощунством
Тебе, святой, себя дарю.
Сейчас со мной осталось лето,
И свет — билетом до тебя,
И в мире нет иных билетов.
А по воде гуляет рябь,
А по воде струится вектор
К тебе, а на воде, как рок,
Лежит дорога лунным светом,
И в мире нет иных дорог.
Аль Квотион
[640x360]
" title="Актер Анатолий Пашинин призвал совершать теракты в России " />
Алеся Петровна Казанцева, известный блогер, родилась в Барнауле. Окончила факультет журналистики Алтайского государственного университета. Лауреат премии «Золотое перо» Алтайского края. В 20 лет переехала в Москву. Работала в журнале «Индустрия рекламы», в кинокомпании «Базелевс». С 2007 года — фрилансер и второй режиссер на съемках рекламных роликов, фильмов, сериалов.
Женька
У нас не такой уж большой офис. Нет, не очень большой, хоть и двухэтажный. Раньше здесь был детский сад. По утрам, наверное, пахло кашей, брякали крышками мятые алюминиевые кастрюли. На них еще красной краской писали «БОРЩ», но варили почему-то кашу.
А мамы приводили детей. Особенно зимой интересно было. Воздух еще синий, звезды выключились, морозно, а тебя везут на санках за веревочку. Мама загораживает весь обзор, зато можно есть снег. Потом двери садика открываются, и в нос бьет резкий горячий запах гороховой каши. Даже задыхаешься сперва. И сразу хочется домой. Домой, домой, домой... И глаза начинает щипать. Стоишь посреди раздевалки крестиком. Потому что столько шуб надето, аж руки в стороны. Тебя в двери мама боком занесла. Она, конечно, торопится на работу. И?глаза от этого еще больше щиплет. Мама, возьми меня с собой... Она, естественно, сделает вид, что не слышит. Потому что растит тебя одна, без мужа, но ты еще не понимаешь, что в этом такого. Поцелует вспотевший лобик с отпечатанной шапкой и как-нибудь так некрасиво пригладит волосы, что сразу хочется отправить ее на работу. Иди уже, иди, предательница...
Когда я была маленькая, все говорили: «Так нельзя, ну ты же уже взрослая!» А когда выросла, то они пошли на попятную, наверное. Потому что говорили: «Так нельзя, ты же еще маленькая».
На обед в садике давали очень вкусное: селедку с картошкой. Селедку я ела долго. Смаковала. Облизывала плавники, выедала из головы все мясо, до глаз. Хорошо, если достанется хвост. Там мяса больше и плавник большой торчит, можно много соленого сока ссосать. Ради этого надо было первой помыть руки, чтобы успеть сесть к хвосту. Нам так и давали — голова или хвост. Я до школы думала, что селедка именно такая — голова и сразу хвост. Очень компактная рыба, ничего лишнего. А что у нее туловище есть — это только поварам было известно. Может быть, они делились этим секретом с заведующей.
Потом ждешь маму. На площадке пасутся две группы — старшая и младшая. А ты голову в заборе между прутьями просунешь и торчишь так. Мимо проходят чужие взрослые, явно не мамы из вашего садика. А ты торчишь жалобно, и, наверное, тебя так и хочется взять. Потому что такой ребенок замечательный торчит, любо-дорого смотреть. В шапке торчит, в варежках, ангиной ни за что не заболеет.
Даже если будет идти сто взрослых, маму можно различить быстро. Ее сразу видно, хоть она, конечно, не станет бежать и торопиться. От нее не дождешься такого. Обычно будет идти как нормальная взрослая. Наверное, думает в этот момент: «Как же мне хочется скорее забрать своего ребенка, вот так бы и побежала! Но что я, маленькая, что ли? Пусть все думают, что я каждый день ребенка забираю и ничего особенного в этом нет».
Вечером мама начнет рано укладывать спать. Ох, как же не хочется спать вечером... И тогда она станет петь
Столько теплоты, добра, света и красоты в гармонии с природой на картинах литовской художницы Дануте Вирбикене, что невольно хочется закутаться в эти солнечные летние денечки с головой вместе с милыми ребятишками и не отпускать их... Но, увы, приходится прощаться...
[показать]
Алексей Воробьёв- Лето
Люблю деревню я и лето:
И говор вод, и тень дубров,
И благовоние цветов;
Какой душе не мило это?..
Е.А.Баратынский, 1828
[показать]
[показать]
[показать]
[460x307]
Одних время лечит,
Других время учит
Тому, что и время бывает конечным,
И нечем оправдывать личность и участь,
И частность лжеправды оправдывать нечем.
Одних время тешит,
Других время тащит,
И тщетно, и тщательно жизнь умывая,
Однако, ничем полновесным не ставши
В пространстве пустынном без счастья и края.
А нам время — мало,
А нам время — милость,
Единое тело для душ совокупных.
И малость, и жалость.
Нам пелось, любилось!
И жалость,
И жало
Последней
Секунды.
Аль Квотион
В канцелярии неба душно,
Накопилось у них бумаг,
Их лениво листают души
И зевают тайком в кулак.
А у нас на земле дождливо,
Мы совсем растеряли свет,
Мы давно здесь не то, что живы,
Но почти уже без примет
Пропадаем, идем на убыль.
Что осталась нам от часов?
Пережить здесь свои же зубы
И уйти, не оставив следов.
Я пишу на руках записки
В канцелярию неба, вам:
Пожалейте чужих и близких
По словам их и по делам.
И еще, ради щечек детских,
Ради каждого бедняка,
Поднимите же Богу веки,
А не то пропадут века.
Аль Квотион