Со скрипом открываю в детство дверь,
Но потянуло холодом постылым.
Мелькнула или показалась тень,
А может, прошлое моё застыло.

Всё также печь с лежанкою стоят,
Холодные бока, когда притронусь.
А на стене картины в ряд висят,
А за окном — кричащая ворона.

В шкафу, где книжки корешки кривят,
Пыль оседает, грустно докучает.
Часы застыли и не норовят
Вперёд идти, и стрелкой не качают.

Отмытые и чистые на вид,
Сапожки у избитого порога.
Минувшее мне вслед с тоской глядит,
Возможно, моё детство без пролога.

В стекле оконном – шва кривой узор,
Газеты с прошлого лишь тень бросают.
Подняло солнце утомлённый взор,
А детство в поднебесье уплывает.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125111105490 

 

Сокрушалась, долго я тужила,
Говорят, красавицей была.
Несмеяной став, вдруг заблажила-
Сорок пять — не ягодка, беда.

В сказку заглянула — так решила,
Принца или герцога найду.
Забрела — и Ванечку смутила:
Загорал он в неглиже в саду.

Буратино нос совал повсюду
Надоел, уехал за кордон.
А потом случилось со мной чудо-
Позвонил издалека Гвидон.

Он подумал, притчи не читала,
Так хотелось обмануть ему.
От вранья Гвидончик я устала,
Ведь нельзя здесь верить никому.

Вдруг возник откуда-то Хоттабыч -
Неприглядный весь, уже седой.
А на самом деле был Степаныч
И, носил бутылку за собой.

Принцев не нашла — их разобрали.
В сорок пять — немыслимо шутить.
Судя по всему, здесь не бывали!
Что теперь о них мне говорить.

Коллаж автора

 

 

Осень, торопясь, взъерошит,
На берёзе лист последний.
Время сумрачно стреножит.
Становясь при этом бледным.

Засмеётся, как-то странно,               
По утрам туман тягучий.
Воробей, охрипший рьяно,
Молвит: — Воздух не пахучий.

Лист, опавший в паутине,
Трепыхался, рвал вновь жилы.
Он застрял теперь в рутине,
И разыскивал причины.

Осень плачет пусть и тихо,
Чуть одышкою страдает.
А пугливая зайчиха,
Грибы, молча,собирает.

Осень слабо угасает,
Нескончаемы заботы.
День короткий — убывает,
Обувает ноябрь боты.
 
Коллаж автора

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125110303846 

 

Мама к дому пришла и открыла,
Заскрипела калитка слегка.
Я от радости просто застыла,
Ног, не чуя, к ней  я  подошла.
 
- Что, скучала? — меня ты спросила,
- Да, годами тебя я ждала.
На крючочек калитку закрыла,
Вслед тянулась промозглая мгла.

А за окнами время струилось,
Тьма, как дым, на порог заползла.
Мама чаем душистым напилась,
И любимых конфеток взяла.

Оглянулась - где мама? Бесследно...
Чай остался, и он остывал.
За окошком, рассвет с тенью бледной,
Вместе с ветром следы заметал.

Картина Сгенерировано ИИ

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125103105262 

 

Смотрю на небо - так прекрасно!
Плывут неспешно облака.
Так хорошо и неопасно...
Но притаилась здесь война.

Цвели поля, бежал сыночек,
По макам, резво, босиком.
Нагнулся, чтоб сорвать цветочек -
И погибал он с мотыльком.

Его война подстерегала,
Безжалостно сразив стрелой.
И в безобразии оскала
Глумилась долго над тоской.

А мать кричала, призывая,
К благоразумию людей.
Смерть тень зловещую бросала,
Швыряя боль ещё сильней.
 
Вдохновила: Вера Балясная
http://stihi.ru/2025/10/26/1338
Рисунок сгенерирован ИИ.
 

 

Над Пушкиным кружился влажный ветер,
И лужи разлеглись у его ног.
Сидел, задумчивый, в осенний вечер,
Печальным был, к тому же одинок.

А Болдинская осень наступила,
И плыли тяжким гнётом облака.
А время их с друзьями разлучило,
Подкатывала чёрная тоска.

Ещё напишет "Чудное мгновенье",
Про рыбака и Разина потом.
А будущее вдруг с неясной тенью,
Взволнованно сказала шепотком:

«Ты не горюй, тебя затем признают,
И станешь ты великим на Руси!
Которые корят и попрекают,
Забудут их, но не твои стихи.

Нет, не узнаёшь ты, ведь к сожаленью,
Что там, где жил, музей теперь стоит.
Придёт с годами просто удивленье,
Что мудрость Пушкина строка таит».

(Осень в изоляции принесла богатый урожай литературных плодов. За три месяца «болдинского сидения» Александр Сергеевич создает 58 произведений, разнообразных по стилю, жанру и тематике. Позже столь продуктивных творческих периодов у него не случалось.)
Художник Борис Васильевич Щербаков
 (1916-1995) – советский художник-живописец. Борис Щербаков работал в самых разных жанрах живописи и рисунка. Им написаны сложные тематические картины и большое число портретов, отвечающих духу времени, натюрмортов в стиле малых голландцев и сотни пейзажей. Щербаков от природы был наделен художественным дарованием.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125102603846 

 

Потап остановил свою двуколку,
И к тётушке в который раз зашёл.
Он понимал, что разговор без толку,
Но всё равно с надеждою пришёл.

Хотелось прикупить ему земельку,
Но старая упёрлась: "Ни за что!"
А он, расплывшись в непростой усмешке,
И  раздражаясь, повернул лицо.

Потап сказал: "Я предложу вам сделку!
Останется земля, а я плачу".
Подкрался тихо на одну ступеньку,
Подумал: "Хитрый план, я ей всучу!"

Старушка недоверчиво смотрела;
 "Обдумать надо", — отвечала та.
Конечно, денежки она хотела,
И даже закружилась голова.

Уговорил, и ренту подписали,
Стал жить иллюзией, что та умрёт.
А дни текли, года не воскресали,
Господь забыл, старуху не берёт.

Надежды тщетны, весела старуха,
Про смерть забыла, вертится вовсю.
Потап в печали: "Надо же, проруха!
Пять долгих лет аренду ей плачу!"

" Ну как же быть?"- он размышлял, тоскуя,
А приглашу старуху, и притом.
Вино ей поднесу, в душе ликуя,
Бочонок целый подарю потом.

Жилось старухи очень одиноко,
Прикладываться стала не таясь.
 Потап лишь головой качал глубоко,
Привычке этой, мол, её дивясь.

Сам радовался тяге с ликованьем,
Старуху так удачно приучил.
Заботливые методы "гуманны"
А сам здоровью вред ей наносил.

Он не испытывал в душе терзанья,
Второй бочонок подарить спешил.
Старухины все исполнял желанья,
Коварный план он свой осуществил.

Зима была холодной и свирепой,
До дому так старуха не дошла.
Погоревали: "Смерть была нелепой,
Не пила бы, лет десять прожила".

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125102304115 

 

Закат и море. Луч метался в страхе,
Ещё мгновенье — и пойдёт ко дну.
В промокшей, красной, выцветшей рубахе,
Клещом вцепился туче в бороду.

А вечер чернобровый плечом двинул,
Луч поперхнулся и упал в закат.
От огорченья жёсткий рот разинул,
И брызги полетели, как каскад.

 Тонул, крича: «Спасите, помогите!» —
А волны рассмеялись на бегу.
Здесь Вечер молвил: — Вы зачем грустите? —
И пригласил прелестницу — Луну.

А луч исчез в морской большой пучине,
Довольный Вечер гнал вперёд волну.
На кофе звал Луну. Всю ночь отныне,
Был с ней одной, как будто бы в плену.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125101904033 

 

Так холодно,— чирикнул воробей,
Тоскуя, он смотрел вслед шумным птицам.
Которые спешат на юг скорей,
К далёким берегам, чужим границам.

Улитка в домик тайно забралась,
Решила:"Надо утеплить вначале."
И выходить из дома зареклась,
Морзянку больше не передавала.

Ёж тосковал, что осень на дворе,
В немом раздумье мир вокруг вращался.
Всё это было в прошлом октябре —
Назад вернуться он не обещался.

День уходил прозрачный, как слюда,
Синело небо, облаком зажатым.
Чуть неприметно спрыгнул с облучка -
Октябрь... золотистый и богатый.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125101802628 

 

Завидовали ей друзья, подруги:
Супруг хорош собой, и семьянин.
Прожили долго, почти без разлуки,
И подрастал их большеглазый сын.

Но тёща зятя люто не любила,
 И говорила дочке: «Скверный он!»
Молчание в ответ дочка хранила,
Супруг в неё был сильно ведь влюблён.

Женился сын, и уходили годы,
Уехал жить в чужую сторону.
 Осталась с мужем верным, без раздора,
 Состарились, деля одну судьбу.

Скончалась мать, не примирившись с зятем,
Проговорив: «Я окажусь права!»
Муж занемог и стал вдруг суховатым,
Не помогали бодрые слова.

День наступил, принёс тоску разлуки,
 Куда себя девать и как ей быть?
Открыла шкафчик, задрожали руки,
 Увидев письма мужа, как раскрыть?

Собралась с духом, прочитала письма,
 И поразилась: муж неверный был!
Вначале не постигла она смысла,
Годами тратил на чужую пыл.

Предстали взору мамины проклятья.
 Теперь постигла, что она права!
Слетело с глаз её очарованье,
Душа дрожала, следом умерла.

Рисунок сгенерировано ИИ

 

 

Вдохновил:
Николай Сергеевич 01
http://stihi.ru/2025/09/28/1531
 
Дом родной вспоминается часто,
Не могу сдержать слёзы свои.
Понимаю, прожил не напрасно,
Теперь память диктует стихи.

 В тех стихах отражал я сторонку;
Липы старые, рожь и погост.
Как бежит на свиданье девчонка,
А весною выстукивал дрозд.

 Лето знойное, сладкие губы
И казалось, так будет всегда.
Но легли незаметно зарубы
Будто в пасмурный день череда.

 И однажды исчезли родные,
Зимний сумрак ,а я в нём один.
В моей памяти только живые,
Исключительно вёсны без зим.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125101106178 

 

Посвящается Ивану Есаулкову:
С днём рождения, Ванечка!
http://stihi.ru/avtor/esaul1940
Я возвращаюсь в своё детство,
Сквозь годы в непроглядной тьме.
Иду с опаской в неизвестность,
По тонкой нити в тишине.

Со скрипом дверь я открываю;
Родные лица, печь и стол.
Я память зыбкую сжимаю,
И начинаю разговор.

У мамы светится улыбка,
Кружится ветер,лист метёт.
А папа слушает пластинку,
Она так душу ему рвёт.

Хотелось в детство мне вернуться
И пробежаться до реки.
В её бы воды окунуться,
Невзгодам, бедам вопреки.

Как удержать мне сон заветный?
Где дом родной, посёлок мой.
В окно стучит рассвет заметный,
Уносит время за собой.


Коллаж автора

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125100803052 

 

День влажный промелькнул за горизонтом,
Навеял он туман и тусклый тон.
Хранилось у поэтов в ценных фондах
Листов, исписанных про осень том.

Махала гривой рыжая кобыла -
В Есенинских стихах кружил листок.
Неосторожно на крутом обрыве,
Гнёт ветер куст, свершив один виток.

Осенний хлад и ласково, и кротко,
Прокрался в строчки просто на лету.
А осень желтоглазая с подводкой,
Проговорила,- В рощу я войду.

И рвалась паутинка лентой хрупкой
Надетая на веточку вчера.
А кисть рябины с тонкостью искусно,
Махала вслед, пришла её пора.

И клин, прибитый в небе, был распятый,
Что криками заполнили окрест.
А календарь ронял утраты, даты,
Перекосился деревянный крест.

(130-летие Сергея Есенина.)

 

 

Старуха в доме доживала,
Гордился сын ей столько лет!
Невестка губы поджимала,
И всё ждала, когда конец?

Один раз вечером за чаем,
 К столу старушка  не пришла.
Мать - дочь за ней наверх послала,
А та сказала:— Умерла!

Они все кинулись, толкаясь,
Сын плакал, на ноги упав.
Невестка, тихо усмехаясь,
Покой свекрови пожелав.

Явился лекарь подтверждая,
Что смерть захлопнула капкан.
Своей кончиной напугала,
Сын в не себя всё бормотал.

Три дня лежала та со свечкой
Невестка забрала бельё.
Прикинулась она овечкой
Муж плакал, говоря своё.

Соседи кучками сбивались
И сострадание несли.
Глазами в смерть они впивались
Минуты медленно текли.

И вот однажды шелохнулась
Иль показалось это всем.
Старуха, не спеша, проснулась
Как будто не было проблем.

Вмиг сдуло ветром, загремели,
По лестнице и кувырком.
Воскресла, дряхлая прозрела,
Крестились рьяно, не тайком.

А сын был рад, он обнял маму,
И гладил плечи, целовал.
Ведь пережил, серьёзно драму,
Ей встать с кровати помогал.

В невестке злоба возрастала,
Пошло не так, а кувырком.
На людях "радостно" вздыхала,
А у самой  на сердце ком.

По рассказу Ги Де Мопассан В лоне семьи.
Картина сгенерировано ИИ.

 

http://stihi.ru/2023/08/28/63 Сабина Стрешнева
Осень сумеет одеться
В золото и в серебро.
И будет в речку смотреться
Радостно, даже светло.
Но неприметно разденет
Снимет одежду спеша.
Под ноги листья застелет,
Звёзды черпнёт из ковша.

http://stihi.ru/2023/09/01/3943 Родионов,
Прошептало лето задремало,
Голову качнула от ветров.
Из тумана было одеяло
Задрожав от первых холодов.
Осень желтоглазая смеялась
По полям бродила наугад.
Охрой запаслась, не растерялась
Первый лист кружился невпопад.
********************************************   
Муравейник разрастался
Под высокою сосной.
День весёлый растекался
Перед утренней зарёй.
Муравьи стихи писали
И тащили налегке.
И, конечно, уставали
День держать на поводке.
               

 

 

Примостилась осень под берёзой
Разложила краски на траве.
Разметала желтизну с откоса
Листья шелестели в тишине.

Паутинки медленно качались
Расплескались росы на лету.
С бесприютным ветром разлетались,
Листья, обнажали наготу.

В бабье лето осень превратилась
Грустными глазами поведя.
С непривычным обликом смирилась
В реченьку с сомнением глядя.

И вздохнула осень поднимаясь,
Краски завернув, набросив шаль.
С бабьим летом нежно попрощалась –
Опуская влажную вуаль.
 
Коллаж автора.

 

Осенний день, поля желтели
Вдали берёзы на бугре.
Неслышно птицы улетели,
В сиротстве домик в стороне.
 
Гармошка брошена, лежала
Хозяин пьяный брёл домой.
В руках то пела, то рыдала
А вот сейчас настал покой.
 
Совсем недавно песни пели
Дружбан стакашек подносил.
Востребованным был он в деле,
Но бес жизнь-свечку погасил.
 
Забытый всеми, в поле умер,
Раскинул руки и затих.
А ветер прозвучал как зуммер
Он в поле промелькнул как миф.
 
Старушка-мать в окошко смотрит
Когда сынок придёт домой.
И просит Господа устроить,
Чтоб был здоров сын дорогой.
 
А ветер грохотал по ставням
Поведал он, что сын «сгорел».
Жизнь оборвалась так бесславно-
Отравлен водкой на заре.

Бычков, Виктор Алексеевич картина Забытый.
(род. 17 октября 1956, Ковров, Владимирская область) — советский
и российский художник, заслуженный художник России.

 

 

 
Старик  спешил, шагал на луговину,
Пока роса, и солнце не взошло.
Зимою надобно кормить скотину,
А время для косьбы уже пришло.

Сегодня ночью вспомнил брата Гришку,
Как лезли в огород через забор.
И улыбнулся: - Был он, шалунишка,
Прошло лет тридцать пять с тех давних пор.

А память  с напряженьем преподносит,
Как потерялся брат в войне большой.
От скорби сердце кольнёт, перекосит,
Видать там, и нашёл он свой покой.

Аким у шалаша сел, отдыхает,
А здесь, откуда только не возьмись,
Дедок явившись, тягостно вздыхает,
- Я можно отдохну?- Что ж, прислонись.

И полилась у них беседа дружно;
Про жизнь, деревню, прожитые дни.
Чужой дедок допытывал досужно,
А про себя не изрекал ни-ни.

Потом проговорил, взглянул печально
- С тобою жизнь мы быстро прожили.
Знакомой показалась эта фраза.
В мгновение Акима оглушив.

Ушёл дедок, не раз он оглянулся
На взгорке постоял, исчез вдали.
Аким домой с закатом возвернулся,
-Тебя здесь ждали, на письмо прочти.

Открыл письмо и охнул: - Это Гришка!
Седой дедок, который приходил.
Что ж ты наделал дорогой братишка!
Мне не открылся, этим поразил.

Аким в печали, закурил махорку,
Сдавило грудь почто он так со мной?
В войну мать получила  похоронку,
Брат не погиб, жил в стороне чужой.

( По рассказу Шукшина В. Земляки)

 

 

- Всему есть мера — молвит важно,
Кот Васька, что живёт давно.
Сидевший ворон был вальяжный
Ему на ветке нелегко.

Он лучше по небу летает,
Пьёт воду и клюёт зерно.
А иногда кота гоняет,
Которому не всё равно.

Закурит ворон с наслажденьем,
На небо иной раз глядит.
Кругом посмотрит с изумленьем
Неужто осень, лист летит.

На юг стремились птичьи стаи,
А кот на солнышке лежал.
Он отдыхать предпочитает,
И никому здесь не мешал.

А ворон лени поражался
Не может он кота понять!
И разъяснить тому старался,
Что в жизни надо поменять.

Вполуха слушал и зевая,
Кот примостился на диван.
И постепенно засыпая,
Он ставил на мышей капкан.

Михаил Ниткин художник(1926 - 1993)
Никитин был замечательным живописцем, который в равной степени успешно работал в разных классических жанрах.
 Он очень ответственно относился к творческому процессу и при этом писал быстро и легко. Признание - результат неустанного труда, который всегда доставлял ему радость.
Знания, умения позволили мастеру показать свое искусство во всех изобразительных жанрах и техниках. Пейзажи «Тишина на пруду», «Вечерний Дунай», «Песчаный берег», натюрморты «Хлеб - имя существительное», «Раки» и «Грибы», пастели, рисунки карандашом и углем, линогравюры раскрывают широту творческого диапазона автора.

© Copyright: Ирина Рудзите1, 2025
Свидетельство о публикации №125091403836 

 

 Мне тридцать лет. Я выдворить пыталась,
Морщинку меж бровей, что залегла.
Она ушла, ведь только баловалась,
Меня лишь в заблуждение ввела.

А в сорок пять явилась — не спешила,
Подружек за собою привела.
И по лицу скользила и бурила,
А мои просьбы нет, не соблюла.

За пятьдесят — напористо стучала,
И  шрамы оставляла невзначай.
Автографы по коже разбросала,
Я ставила компрессы,— Слышь, кончай!

Но бороздила по раздольям кожи,
И углубляясь, сыпала года.
- Ведь ты пойми, на что это похоже?
Глумилась складка, — Ты немолода!

-Такой удар! Неужто непонятно?
- Хочу нестарой в жизни всегда быть!
Морщина пробурчала с чувством внятно,
- Не сможешь больше ты меня прикрыть.

- Нет, не смогу закрыть и что с такого?-
Не стану хуже я от этого.
Смеялась много, а от озорного,
Легли лучи морщинкой ветрено.