|

Имя поэтессы Белла Ахмадулиной стало известно почитателям русской поэзии в середине прошлого века. Она является яркой представительницей «шестидесятников». Стихи Ахмадулиной музыкальны, изысканы, они проникнуты повседневностью и при этом парят над суетой.
Я говорю вам: научитесь ждать!
Ещё не всё! Всему дано продлиться!
Безмерных продолжений благодать
не зря вам обещает бред провидца:
возобновит движение рука,
затеявшая добрый жест привета,
и мысль, невнятно тлевшая века,
всё ж вычислит простую суть предмета,
смех округлит улыбку слабых уст,
отчаянье взлелеет тень надежды,
и бесполезной выгоды искусств
возжаждет одичалый ум невежды…
Лишь истина окажется права,
в сердцах людей взойдёт её свеченье,
и обретут воскресшие слова
поступков драгоценное значенье.
<Белла Ахмадулина>

Опубликовал Игорь Вайсман
Когда президент Российской Федерации впервые объявил о Прямой линии с народом, мне эта идея показалась интересной. Как и многие соотечественники, я принялся задавать вопросы.
Но через пару лет энтузиазма поубавилось, и я заметил некоторую неприятную закономерность. Мои вопросы, как бы я ни старался придать им социальную значимость, составить их логически и стилистически грамотно, даже остроумно, президент неизменно оставлял без внимания. Похоже, они до него просто не доходили.
В моем детстве друзья были не в online, а во дворе!
Мы звали друзей гулять не по телефону, а кричали:"Выходи".
Мы играли не в сетевые игры, а в лапту и прятки!
У нас не было крутых телефонов, а были дневники и анкеты…
НАШЕ ДЕТСТВО БЫЛО КРУЧЕ!)))
................................................................

А на чердак - попытайся один!
Здесь тишина всеобъемлющей пыли,
Сумрак, осевший среди паутин,
Там, где когда-то его позабыли.
От раскаленных горячечных крыш
Сладко и тошно душе до отказа.
Спит на стропилах летучая мышь,
Дремлет средь хлама садовая ваза.
Ваза разбита: но вижу на ней,
Не отводя восхищенного взгляда,-
Шествие полуодетых людей
С тяжкими гроздьями винограда.
Дальше - слежавшаяся темнота,
Ужасы, что накоплялись годами,
Дрема, и та, без названия,- та,
Что отовсюду следила за нами.
Нет, я туда подойти не смогу.
Кто-то оттуда крадется по стенке,
Прыгнул!.. Но я далеко,- я бегу,
Падаю и расшибаю коленки...
Помню и лес, и заросший овраг,-
Было куда изумлению деться.
Все - незабвенно, но ты, чердак,
Самый любимый свидетель детства.
. . . . . . . . . . . . . . . . .
Мария Петровых


МУЗЫКА Bandari – Indian Summer


Три человека ворочали камни. Одного из них спросили: – Что ты делаешь?
Он вытер пот со лба и ответил: – Горбачусь.
Подошли ко второму и спросили: – А ты что делаешь?
Он закатал рукава и деловито сказал: – Деньги зарабатываю.
Спросили у третьего: – А что делаешь ты?
Он посмотрел вверх и сказал: – Храм строю.

Огонь огнём не потушить,
А воду не залить водой…
Вот потому должны дружить
Вода с огнём, огонь с водой…
И потому нельзя бросать
В беде знакомых и друзей.
Ведь руку помощи подать –
Такой поступок слов сильней.
Нельзя бояться перемен,
Бояться чувств, самих себя…
Ведь страх – не только грех, а плен,
Что тянет в смуту, жизнь губя…
А в нашем сердце мудрый Бог
И он укажет путь к мечтам,
Но нужно чтоб услышать мог
Тот голос сердца каждый сам…
Земля и небо… Свет и тьма…
Без них нельзя, они нужны.
Пусть будет лето и зима…
Пусть будут дети без войны!
Нам всем пора бы в мире жить
И помнить, спор – словесный бой…
Огонь огнём не потушить…
И победил – кто стал водой…
Ирина Самарина-Лабиринт

Одиночество — общий удел,
Да не всякий его сознает, —
Ты себя обмануть не хотел,
И оно тебе ад создает.
И не рад ты, и рад ты ему,
Но с тоской безутешной твоей
Никогда не пойдешь ни к кому —
И чего б ты просил у людей?
Никому не завидовал ты,
Пожелать ничего ты не мог,
И тебя увлекают мечты
На просторы пустынных дорог.
Федор Сологуб

Ночь. Не слышно городского шума.
В небесах звезда — и от нее,
Будто искра, заронилась дума
Тайно в сердце грустное мое.
И светла, прозрачна дума эта,
Будто милых взоров меткий взгляд;
Глубь души полна родного света,
И давнишней гостье опыт рад.
Тихо все, покойно, как и прежде;
Но рукой незримой снят покров
Темной грусти. Вере и надежде
Грудь раскрыла, может быть, любовь?
Что ж такое? Близкая утрата?
Или радость? — Нет, не объяснишь, —
Но оно так пламенно, так свято,
Что за жизнь Творца благодаришь.
Афанасий Фет
Александр Львович Гурилёв (3 сентября 1803, Москва ― 11 сентября 1858, Москва) ― русский композитор, автор свыше 200 песен и романсов.

Александр Львович Гурилёв был в сословной российской иерархии самого низкого происхождения: он родился в семье крепостных при графах Орловых. Лев Степанович Гурилёв — отец будущего композитора — был крепостным музыкантом в подмосковном поместье графов Орловых «Отрада». Однако, следует заметить, что уровень русских крепостных оркестров и крепостных театров был весьма высоким. Россия, еще при первом русском императоре Петре Первом «в Европу растворив окно», приглашала европейских деятелей науки и искусств, не скупясь на их гонорары, — это нужно было по политическим соображениям: для развития Российской империи необходимо было встать в один ряд с другими европейскими — западноевропейскими странами. Следующие императоры продолжили политику Петра Алексеевича. Решения государей немедленно — вдохновенно и воодушевлённо — исполнялись верными царедворцами: Россия жадно впитывала европейскую культуру. Это стало делом государственной важности: при императорах появилась дирекция государственных (императорских) театров и оркестров. Видные сановники как рьяные продолжатели государственных идей организовывали свои собственные театры и оркестры из своих собственных крепостных, приглашая к ним европейских преподавателей.
|
Таинственная страсть
Золотая наша железка
|

Учись прощать… Молись за обижающих,
Зло побеждай лучом добра.
Иди без колебаний в стан прощающих,
Пока горит Голгофская звезда.
Учись прощать, когда душа обижена,
И сердце, словно чаша горьких слез,
И кажется, что доброта вся выжжена,
Ты вспомни, как прощал Христос.
Учись прощать, прощать не только словом,
Но всей душой, всей сущностью своей.
Прощение рождается любовью
В творении молитвенных ночей.
Учись прощать. В прощеньи радость скрыта.
Великодушье лечит, как бальзам.
Кровь на Кресте за всех пролита.
Учись прощать, чтоб ты был прощен сам.
Б. Пастернак.


Василий Поленов. Золотая осень. 1893
ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ
Осень. Сказочный чертог,
Всем открытый для обзора.
Просеки лесных дорог,
Заглядевшихся в озера.
Как на выставке картин:
Залы, залы, залы, залы
Вязов, ясеней, осин
В позолоте небывалой.
Липы обруч золотой —
Как венец на новобрачной.
Лик березы — под фатой
Подвенечной и прозрачной.
Погребенная земля
Под листвой в канавах, ямах.
В желтых кленах флигеля,
Словно в золоченых рамах.
Где деревья в сентябре
На заре стоят попарно,
И закат на их коре
Оставляет след янтарный.
Где нельзя ступить в овраг,
Чтоб не стало всем известно:
Так бушует, что ни шаг,
Под ногами лист древесный.
Где звучит в конце аллей
Эхо у крутого спуска
И зари вишневый клей
Застывает в виде сгустка.
Осень. Древний уголок
Старых книг, одежд, оружья,
Где сокровищ каталог
Перелистывает стужа.
1956
Борис Пастернак

...............................................................................................
|
|
Серия сообщений "К6":
Часть 1 - Юрий Калугин. Умей прощать
Часть 2 - Людмила Корсакова. Если трудно идти
...
Часть 8 - Анастасия Кугаевская. Тепло души
Часть 9 - Людмила Корсакова. Нет ничего важнее мысли
Часть 10 - Андрей Королевич. Кто ищет свет, всегда его найдёт
Джорджоне - Творчество художников Ренессанса
Джорджоне (Giorgione; собственно Джорджо Барбарелли да Кастельфранко, Barbarelli da Castelfranco) (1476 или 1477–1510), итальянский живописец, один из основоположников искусства Высокого Возрождения, славился также как искусный певец и музыкант. Джорджоне родился в небольшом городке Кастельфранко, местечка Венето недалеко от Венеции. Настоящее имя художника – Джорджо, но обычно его называли по прозвищу Джорджоне (большой Джорджо, из-за крупного телосложения).

Примерно 1130 год от рождества Христова. Верына весь. Подле избы ведуньи.
По слухам, бывшей княгине-язычницы, отринувшей христианскую веру и ушедшей в леса.
***
Сквозь чащи, буреломы, буераки
Отец святой, что звался Михаил
К чертогом знатной ведьмы добирался
Её хотел он в веру обратить
Однако видит на пороге,
Изрядно покосившейся избы
Не злобную ужасную старуху,
А деву в теле………….
и с лицом красивым
И толстою, до пояса косой.
С увещеваний начал, распалился
Прекрасно видя, что зерно
Не падает на почву благодатью
И здесь ему не прорасти
Священник перешёл к проклятьям
Желая дух ведуньи той, сломить
Кощуны — обозвал кощунством
И в споре яром жаждал победить
Но здесь… она,
… в конце концов,
… заговорила;
- Старик !
Глаза твои залиты гневом
Ты разучился гибко рассуждать
Внимать; уже не может разум
Стремленье думать — заменяет ;
… К Р Е С Т !
Что дарит призрачную власть над людом
Иллюзию безгрешности души
И помыслами
Ты — паришь в Раю,
Вкушаешь неземную радость
Как благодарность
За страдания при жизни
Народ, которого Владимир застращал
Крестить насильно гнали в реку — вои,
Там предварительно, Перуна утопив
Так кто, кого., крещеньем озарил
- СЛАВЯН ??
Супротив воли превратив в ромеев
И мудрость ейную отдав,
На поруганье… грекам и варягам.
Деревни, города и веси жёг
Которые,
Попам врата не открывали
Всех несогласных ждёт лишь меч
Кровью и смертью мостите дорогу
Ведунья нервно полыхала…….
руками теребя косу.
Старик священник произнёс невнятно;
- Ты женщина,
А значит — сеть !
И руки нежные — оковы !
Лишь добрый перед Богом от тебя спасётся
А грешник … попадёт к тебе в силки !
- Екклезиаст! — Его слова
Ведунья громко закричала ;
- Ты… ты… цитируешь его ?
И называешь… это,
Христианской книгой ?!
А ведомо тебе, что жил сей муж,
Задолго… до рождения Христа ?
- А Первочеловек — АДАМ И ЕВА ,
Так кажется ?
Зовёт своих детей Ваш Бог,
- А знамо тебе, как СвАрог,
Нарёк своих детей
За многие лета… до тОго ???
- Так вот услышь, их звали …
… ОДИНЕЦ И ДЕВА !!!
Вот здесь,
Не видишь, параллель?
- В Аду гореть тебе — колдунья,
Священник в гневе прокричал.
- Где, Где ??? — ведунья рассмеялась
- В Завете Ветхом … АДА — НЕТ !
А Новый люди написали -
На лжи… построен ваш завет !
У сарацин увидели пустыню
Во всю вкусили её зной
И в мареве, родили сковороды
Котлы, с кипящею смолой!
- Хулишь ты Бога проклятое семя
И старец истово молитву прочитал
И был то, псалом,
Где царь Давид спасался от Саула,
А позже всех врагов своих сражал
Господь, как Избавитель и Твердыня
Он Щит мой — старец прошептал
В лицо ведунье жарким ветром
Дунуло искреннею верой,
Сей дух от старца исходил,
И крест…
На тощей, впалой груди,
… казалось
Сиянием, как солнцем полыхал
И пред таким напором,
… Дева отступила;
- Ну что же — Бог тебе судья,
но помни старче
Ты — носитель веры,
Что изначально чуждою была
Чужою будет нам — навеки!!!
- Народ со временем поверить в Крест
В Бога Отца и Сына и Святаго Духа -
[показать]

Нет сокровенного для женской болтовни,
Нет женщины, чтоб тайн не разболтала.
Но, впрочем, и мужчин не мало,
Что в этом женщине сродни.
Чтоб испытать жену, какой-то муж, в постели
С ней лёжа, ночью вдруг воскликнул: «Что со мной?!
Я разорвусь сейчас на части… Ой, ой, ой…
Что это?! Я родил яйцо!» —
«Яйцо?! Ужели?!» —
«Ну да, вот, свежее; чур, людям ни гу-гу:
Пожалуй, курицей прослыть ещё могу…»
Жена, не видевшая случая такого,
Как многого другого,
Поверила ему и поклялась молчать.
Но эти обещанья
Исчезли, как ночная тень.
Наивная жена, вся трепет ожиданья,
С постели поднялась, едва забрезжил день…
К соседке в дом она пустилась.
«Ах, — шепчет, — кумушка, послушай, что случилось…
Чур, ни словечка никому:
Муж ночью снёс яйцо, такое вот по виду.
Но, ради Бога, ты не дай меня в обиду,
А то ведь муж мне…» —
«Ну, к чему!
Ей, та, — меня не знаешь, что ли?
Ступай себе домой, не выдам я, поверь».
Жена «наседки» лишь за дверь,
Той, как на угольях, неймётся, и на воле
Про новость в десяти местах она трещит,
И вместо одного уж три яйца явилось.
А новая кума «четыре!» говорит,
И шепчет на ухо, как это всё случилось.
Но осторожность там смешна,
Где тайна всем уже ясна.
И так как численность яиц все умножалась,
Благодаря молве, средь кумушек моих,
То ввечеру яиц таких
Побольше сотни оказалось.
