Памяти великого писателя Габриэля Гарсиа Маркеса
[250x397]
Пройдет много лет, и, стоя у стены в ожидании расстрела, полковник Аурелиано Буэндия вспомнит тот далекий день, когда отец взял его с собою посмотреть на лёд...
Не ставлю кавычек, потому что цитировал, разумеется, по памяти.
Габриель Гарсия Маркес создал мир, без которого уже невозможно представить себе человечество. Он завораживал нас и втягивал в этот мир.
Мы знаем Макондо лучше родных пейзажей - его муссонные дожди и сиесты, его алькальдов, врачей и адвокатов... Как он писал про любовь - это не дается никакой писательской техникой: настоящая магия. Но и авторитарный распад ("Осень патриарха", "Скверное время") он описал так, что нам сегодня впору перейти на цитаты... В его прозе не было трюков - только чистая правда о волшебном мире, жестоком и единственном, прекрасном.
Есть хорошие писатели, есть писатели очень хорошие, но иногда в мир приходят демиурги... Сегодня из мира ушел демиург.
А его мир остался.
Семнадцати лет от роду я составил генеалогическое древо рода Буэндиа, чтобы яснее представлять себе этот мир. Как я завидую тем, кто завтра откроет книги Маркеса впервые!
Какое счастье, что он был.
Майор обходит строй новобранцев.
— Так, у тебя какое образование?
- Семь классов!
- Хорошо!
- У тебя?
- МГУ!
- Чего мычишь, читать-то умеешь?
Кричалка-ненавиделка.
Сегодня у нас забрали компьютер, и меня принудили к просмотру телевизионных программ. МАМА РОДНАЯ! Какая чудовищная, кошмарная, иезуитская мерзость! Новостные программы можно выразить кратко: "Америка говно, Путин молодец, Россия лучше всех, Украина говно, Эстония фашистское говно". Развлекательные программы: сиськи-письки-геи-лазарев-собчак-опять-сиськи-опять-письки. И всё это под истеричные вопли ведущих, которых в СССР давно упекли бы в спецприёмник для буйнопомешанных.
Если бы сейчас мне явился господь Бог, и пообещал бы исполнить только одно мое желание, то я закричал бы, "Чтобы они все сдохли! Чтобы останкинская башня сгорела нахуй вместе с кремлём и газопроводами и бронзовыми солдатами! Чтобы все телевизоры в стране взорвались, как авиабомбы! Эсэсовцев сюда! СМЕРШ! Зондеркомманду! Поля смерти! Урановые рудники!". Вот, честно.
А ещё удивляются, откуда быдло берётся.
Из телевизора, господа, из телевизора...
PS: У меня культурный шок.
(Пост от 14 мая 2007г)
Christophe Kiciak \ Танго в свете свечей...
[750x]
***
папа ночью унес моего кота — у него аллергия на кошек.
я любил кота, я кормил кота, я копил на шампунь от блошек.
это был отличный, послушный кот — спал в корзинке, в лоточек какал,
только папа от шерсти его чихал, и сморкался, и горько плакал.
я хотел пойти поискать кота, только папа запер все двери.
он сказал, что коту все равно, с кем жить — я, конечно, ему не верю.
папа спит, без кота хорошо ему, содрогается дом от храпа,
я сморкаюсь и плачу в своем углу —
у меня аллергия на папу.
Анна Русс
[550x366]
[274x408]
Я потрясен, клянуся мамой. Достойный повод для стихов: он оказался бедный самый из наших правящих верхов. Трудясь, как раб, без угомона, собой являя ум и честь, он заработал три лимона. Еще недавно было шесть! Олимпиада, Крым победный, спасенный им Обама-гад… С ума сойти, какой он бедный. Напарник более богат, хотя старается натужно вернуть былое торжество. Мы все его жалели дружно, а надо было не его! Сажусь за руль с усмешкой бледной, на «Ладе» еду в институт… Я думал — я довольно бедный. Он превзошел меня и тут. На фоне всяких там Димонов мы с ним бедны, что твой Тимон. (Доход мой меньше трех лимонов, но больше вкалывает он.)
Самое обидное, что в информационной войне всегда проигрывает тот, кто говорит правду.
Он ограничен правдой, а лжец может нести всё, что угодно.
Роберт Шекли
***
Что, если бы мой сон вчерашний
Неотвратимой явью стал?
Друзьям у орудийной башни
Я так бы о тебе сказал:
Она мне радугой явилась,
Она мне звёздочкой была,
В глазах росою серебрилась,
Зарёй плыла… И уплыла…
Одною мыслью успокою
Я сердце вздорное своё:
Ей никогда не быть такою,
Какой я выдумал её.
1963
Александр Жаров
Relationships.
...не надо про Алекса — он всегда проступает, как схема улиц Нагасаки после атомного взрыва — от всего всегда что-то остаётся, и он останется навсегда — потому что я могу забыть всё что угодно — согласование времён в французском языке, отцовский номер телефона, собственный день рожденья — но я всегда помню соприкосновение пупырышков на коже, волосиков в паху, глаз во взглядах — я помню всё: звуки, запахи, точные слова — как падал свет, какого вкуса был вермут, какая погода была за окном. Даже как лежали окурки в пепельнице. И всё прочее. Годы и годы спустя. Не хочу, но помню.
Я даже не знаю, что именно я пытаюсь уничтожить.
Но уничтожать, несомненно, надо, надо, надо!
Сто тысяч ластиков в студию...
(Пост от 7 декабря 2006г)
В XVIII веке было модно строить в парках искусственные руины — романтика, лунный свет, "развалины Рима". Классический пример — грот Бове в Александровском саду. В Англии пошли дальше — строили сразу полуразрушенные дома, и в них жили.
Года два назад британские власти скинулись на ремонт и реставрацию одного такого георгианского павильона — начали составлять проект, подняли архивы — оказалось, вполне себе жилой дом изначально строился как будто в него авиабомба угодила — зато на первом этаже вполне можно было себе жить — и жили, курили трубки в креслах у камина, пили чай, читали "Таймс".
* * *
Если бы у меня был дом, то, разумеется, это была бы классическая русская усадьба, но с одной поправкой — там, в числе прочих, была бы комната без потолка, без крыши.
Нормальная комната, с паркетом, с обоями, с мебелью, с изразцовой печью, с фарфоровыми игрушками на комоде и картами на ломберном столике, с картинами в резных рамах на стенах, но — над головой — небо.
Чтобы в эту комнату падал дождь, ложился снег и павшие листья, а раскроешь дверь, и попадаешь обратно в тёплые комнаты, где жёлтая александровкая мебель, крахмальные скатерти, уютный запах воска и старого дерева.
И в той поднебесной комнате — никогда не делать ремонт, не мыть пол, не стирать пыль, только осенью листья выносить корзинами, иначе через пару лет ходить невозможно будет — а так пусть рассыхается мебель, пусть пучится паркет, пусть барашками облезает краска с картин и рам, пусть летом пауки плетут паутины в канделябрах, пусть летают шмели и комары, а зимой — снежинки; пусть сосульки и лужи среди резных сереющих изысков инкрустированного ампира — и, если очень повезёт, какая-нибудь птица сделает себе гнездо в складках ламбрекена.
Как хорошо было бы иногда с друзьями усесться за массивным рассохшимся столом, на скрипучих пыльных стульях; распугать пауков из канделябров, вставив в оные массивные свечи, и тихо сидеть, попивая кларет и поглядывая вверх, на хрустальные звёзды, внюхиваясь в запах тлена и упадка, в жалобное шуршание подгнивших штор и свисающих лоскутьями обоев, в сверест сверчков и шуршание многоножек в тёмных углах.
(Пост от 27 ноября 2006г)
Ричард родился в Девоне в 1952 году. Учился в школе Ньютон Эббот .
В настоящее время готовится к изданию его книга рисунков и эскизов.
* * *
Показалось, что окликнули.
Оглянулась - ни души.
Лишь березки шеи выгнули
в вечереющей глуши.
И не капельки не боязно,
Хоть и смеркнется вот-вот.
Но отчетливо и горестно
Кто-то сызнова зовет.....
К. Ваншенкин
Hysteria 3.
Плевать я хотел на империи, нации, войны, терроризм, геноцид, подростковую преступность, красное вино и преступления режима, если вместо кишок — морозильная камера. Теперь один, совсем один. Я не люблю своих родителей, а они не любят меня. Странные люди; да я и сам странный. Нет ничего родного. Осталась мясная тушка в голубых джинсах с чужого плеча (бедра?), в синей китайской майке, в потрёпанной английской кожаной куртке.
***
Ветерок набегающий трогает мягко кусты,
Лодка тихо скользит между жилистых листьев зелёных;
Белых лилий речных так чисты и прозрачны цветы,
Словно чувства впервые влюблённых…
Опущу руку в воду, и крепость упругих стеблей
Потянув их слегка, я почувствую снова ладонью…
Это сколько же лет пролетело с тех памятных дней?
Те же лилии в том же затоне –
И как будто над ними не властны, бессильны года!
Лепестки-челноки, а в серёдке – оранжевый остров…
Ожерелья из лилий тебе мастерил я тогда,
С тонким запахом белые звёзды.
А зимой мы расстались. Ты стала одной из потерь –
Мой характер шальной был разрыва причиной невольной.
Сорок лет с той поры пролетело! А я лишь теперь
Понял, как было лилиям больно…
29.07.05
В...слов нет.
ВЦИОМ провел всероссийский опрос с фашистскими вопросами:
Какие чувства, эмоции Вы сейчас испытываете по отношению к украинцам?
Вы лично согласны или не согласны, чтобы украинцы ходили в те же торговые центры, кинотеатры, что и Вы?
Вы лично согласны или не согласны, чтобы украинцы проживали на одной с Вами улице, в одном квартале?
Вы лично согласны или не согласны, чтобы украинец был Вашим врачом?
Вы лично согласны или не согласны, чтобы украинцы были членами Вашей семьи (мужем, женой, зятем и пр.)?
Вы лично согласны или не согласны, чтобы украинец был Вашим начальником?
Опрошено 1600 человек в 130 населенных пунктах в 42 областях, краях и республиках России. Итоги опроса опубликованы на сайте ВЦИОМа.
http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=114778
Сами вопросы провоцируют людей задуматься о национальности их врача, соседа, зятя и так далее.
Есть такой известный тест " на геноцид ".
Состоит он всего лишь из двух вопросов :
- Считаете ли вы , что в мире существуют хорошие и плохие люди ?
- Хотели бы вы , чтоб плохих людей в мире стало меньше ?
Суть его в том, что отвечая на 1-ый вопрос "да" , человек рано или поздно придет к ответу "да" и на второй вопрос . А далее - к выбору конкретных способов, как "сделать мир лучше " и очистить его от "плохих" людей .....
О счастье можно говорить минут пять, не больше. Тут ничего не скажешь, кроме того, что ты счастлив. А о несчастье люди рассказывают ночи напролет.
Эрих Мария Ремарк
***
Любовь – это когда тебя ни с кем не сравнивают, потому что знают что лучше тебя нет..
Ну ведь прелесть!
Ссылка на его работы в моем дневнике:
Нежное "ню" художника-реалиста Сергея Маршенникова
Это не фотографии. А картины русского художника-реалиста Сергея Маршенникова.
Сергею 41 год. Он живет в Санкт-Петербурге и творит в лучших традициях классической русской школы реалистичной портретной живописи.
Сергей Маршенников закончил Уфимское Художественное училище и Академию Изобразительного искусства им. Репина в Санкт — Петербурге. Его картины находятся в музеях Современного Искусства, а также в частных коллекциях России, Англии, Дании, Франции и Японии.
Героинями его полотен становятся нежные и беззащитные в своей полуобнаженности женщины. Утонченные и одухотворенные, они воплощают собой всю чувственность и неповторимость русской красавицы, любимой женщины, которую хочется пробуждать поцелуем, кутать в шелка и меха, носить на руках.
На многих самых известных полотнах изображена муза и жена художника — Наталья. Они вместе уже много лет, воспитывают 10-летнюю дочь. А весь мир восхищается чувственными и нежными работами Сергея Маршенникова.