"Я дорос до звёзд, как ты обещала, и мне не с кем на них смотреть.
Я делю с ней двуспальное одеяло, но не сердце ведь.
Повзрослел на осень, все сердце в листьях - разноцветные лоскуты.
На него падки женщины, я зависим от их ласки и доброты.
/Ни одна, ни одна не ты/
Я нашел ответ не на те вопросы, я забыл твой смех.
Я иду с ней за руку, только звёзды для тебя светят ярче всех.
Мне теперь другая готовит ужин, согревает мою кровать.
Она делает это ничуть не хуже, просто мне на неё плевать."
Ты ведь это хотел сказать?
© Хрустальная Марго
Гомерическое
Глава из будущего единого учебника истории
Насчет троянского конвоя острит соседняя страна. Меж тем еще ни у кого я не встретил правды. Вот она: благодаря экспресс-конвою гуманитарных наших сил понятно сделалось про Трою, чего и Шлиман не отрыл. Гомер был слеп. В картине ясной он разобрался не вполне. Войны там не было троянской. Речь о гражданской шла войне. Парис, конфликта не желая, хоть был Венерой разогрет, не крал жены у Менелая — все это вымысел и бред: конечно, взбрыкивают бабы, но вряд ли, честно говоря, она пошла за пастуха бы от полноценного царя. Опять же десять лет осады в анатолийскую жару из-за сомнительной награды — вернуть неверную жену?! Один пиар, уразумейте, и стопроцентное вранье. Воюют только из-за нефти, а в Трое не было ее. И кто поверил бы, что греки, культуры истинной отцы, такие, блин, сверхчеловеки, жрецы, бойцы и мудрецы, демократическому строю патриотически верны, могли пойти на эту Трою из-за какой-нибудь жены?! Конфликт Гомером не прописан, но кое-где в подтексте дан: там Гектор ссорился с Парисом, они устроили майдан, Приам одной ногой в могиле, другого выбрать не смогли — и греки вынуждены были отправить в Трою корабли!
Замечу, греческие боги являлись там во всей красе, но с Троей им не по дороге: они за греков были все. Афина прямо и открыто вела ахейские суда — лишь Аполлон и Афродита за Трою были иногда. Везде — от Кипра и до Крита, до Фив, до Волги голубой, — все знают: там, где Афродита, — там непорядок и разбой, там революции и путчи, и педофилов миллион. И Аполлон ничем не лучше. Где Аполлон, там Илион. Любой при виде Афродиты, ее порочной красоты, сказать обязан: да иди ты, я сын Перуна, кто мне ты?! Их роли трезво оценивши, мы скажем: к черту Аполлон! Сказал однажды даже Ницше: мол, или я, блин, или он.
Ахейцы — отрок, ты запомнишь их дорогие имена, — приплыли, чтоб раздать гумпомощь, запасы масла и вина. А если кто определенно там об агрессии звездит — так это пятая колонна и омерзительный Терсит. Тандем Ахилла и Патрокла ему такого дал пинка, что репутация подмокла у всех Терситов на века. Ахилл с его Патроклом милым сказали: гадина, не вой! Мы, так сказать, приплыли с миром, и вот наш конь, точней, конвой. Мы вам вручим его сердечно уже сегодня, например. (Коня там не было, конечно. Коня воспел слепой Гомер. Солдат большой, пассионарный в коня не влез наверняка. Там был конь-вой гуманитарный, пшено, и сахар, и мука). Пришел противный Лаокоон и залупался, говорят, что в том конвое упакован конкретный греческий отряд, — увы, ушел недалеко он: из моря выползла змея, сказала «Здравствуй, Лаокоон» — и не осталось ничего. Об этом помнит вся Эллада, культуры греческой ядро. А потому что вот не надо мешать добру творить добро! Еще какая-то Кассандра вопила «Гибнет царский дом!» — прикинь, она была косая и слабоумная притом.
Такие разные деятели:Басилашвили- Вы что, не понимаете, что льется кровь, что детей разрывает снарядами, что умирают братья, сестры, старухи, старики!
Петербургский актер Олег Басилашвили призывает российское общество прекратить идеологическое преследование деятелей культуры и отказаться от использование термина "пятая колонна" применительно к тем, кто имеет отличное от российских властей мнение о ситуации на Украине.
Объектом идеологических атак в последние недели стал певец Андрей Макаревич, после выступления с благотворительным концертом перед детьми-беженцами на востоке Украины. Депутаты Государственной думы и патриоты-журналисты призывают лишить Макаревича почетных званий и правительственных наград. Олег Басилашвили отвечает на вопросы Радио Свобода:
– Мной движет не корпоративный интерес, хотя Андрей Макаревич, как и я – "работник культуры", грубо говоря. В российской Конституции есть строка, в которой говорится: наша страна – свободная. Значит, гражданин, артист имеет право делать все, что он хочет. За что осуждают Макаревича? За то, что он дал концерт в стране, с которой Россия формально не находится в недружественных отношениях. Война не объявлена, она официально не идет. Почему Макаревич не может петь в этой стране, где у него запланирован концерт?
Неопределенное
…А бэтээры те, в Изварино, что ночью якобы пылали, — была ль колонна та ударена, и вообще она была ли? Прошло ли тайное вторжение, как бы побег из Шоушенка, — иль, извини за выражение, все это бредни Порошенко? А если все-таки в Изварине их разбомбили вероломно — представьте, как была в Израиле отомщена бы та колонна! Вот клевета какая наглая — уже действительно на грани! Но мы молчим. И только Англия постит колонну в инстаграмме.
Все с умолчаниями, с иксами — страна чудес, как пел Галанин. Стрелков в отставку попросился ли? И ранен он или не ранен? Березин пишет бестолково, да, но откровенностью полезен: «А может, не было Стрелкова-то?» — спросил Каныгина Березин. И как теперь не сделать вывода, как будто в умственной болести, — а вообще все это было-то? И до сих пор хоть что-то есть ли? Душа сомненьями ушиблена, ее фальшивки опалили — ни Бородая, ни Пушилина, быть может, не было в помине? Всерьез боюсь, что этой осенью — смиренной, против упований, —- уже никто про Новороссию на НТВ не упомянет: уже сейчас гораздо реже там звучит крутое слово «хунта» — зовут кабмином, хоть со скрежетом. А где «каратели»? А нету!
Вся сеть старательно обыскана — зачем страдала Думой Ялта? Была ли та речуга крымская, и что он, собственно, сказал-то? Как будто лихорадка Эбола* прошлась по всем, кого знавал ты. А может быть, и речи не было, и Думы не было, и Ялты? Не спится мне глухою полночью: опять же новости припомнишь — конвой с гуманитарной помощью, он где? И где в нем эта помощь? Доедет он в красе и славе ли, а в нем полезных грузов груда. — Иль вообще его отправили, чтоб наших вывезти оттуда? Теперь боюсь, что даже тонущий, особо ежели «укропный», так убоится нашей помощи, что скажет сам себе «утопни». Но все же, с этими помехами, с подмогой Красного Креста ли, — мы все же к ним туда заехали иль на границе в поле встали? Любви и правды эталон нести в условьях травли — что за драма! Нигде ни в чем определенности, ни в чем надежности ни грамма. Беда не в том, что жизнь грошовенька, — она сравнительно безбедна, — но мы живем, как кошка Шредингера в зыбучем мире Гейзенберга. Одно навеки опозорено, другое скомкано и смято — была ли русская история и ваша Русская весна-то? И даже Бог с тобой, история, ты перед нами неповинна, — нельзя же, чтобы в каждом слове-то вранья таилась половина. Молчу про главного-верховного, но хоть себя спросить посмейте — что вообще-то безусловного осталось тут, помимо смерти? Осанна краху предстоящему, возмездью общему, вне плана. Погибли все по-настоящему, а остальное все неправда.
Хоть коронуй любого гоблина, хоть запрети любые яства — мы все умрем, и это подлинно, а жили или нет — неясно. Тут не спасет ни бой, ни заговор — у всей страны единство планов.
Конечно, наша жизнь — не Сахаров.
Зато хоть смерть — не Габрелянов.
*Вообще-то ЭбОла, но автору так удобней. Еще по правилам писать такую гадость.
Cyril Rolando (Кирилл Роландо) — французский иллюстратор из Парижа, так же известен под псевдонимом AquaSixio.
Сам Кирилл Роландо не имеет художественного образования, по профессии он психолог. Именно лечение человеческих душ подвигло его на создание цифровых картин с символическим подтекстом. В психологии многие эмоции выражают через рисунки, с помощью изобразительного искусства даже пытаются вскрыть глубоко запрятанные страхи человека, раскрыть тайные стороны его личности.
Раб, который стал царем
"От трех трясется земля, четырех она не может носить:
Раба, когда он делается царем, глупого, когда он досыта
ест хлеб, позорную женщину, когда она выходит замуж, и
служанку, когда она занимает место госпожи своей".
Книга притчей Соломоновых
Гл. 30, стихи 21-23
Три вещи в дрожь приводят нас,
Четвертой — не снести.
В великой Kниге сам Агур
Их список поместил.
Все четверо — проклятье нам,
Но все же в списке том
Агур поставил раньше всех
Раба, что стал царем.
Коль шлюха выйдет замуж, то
Родит, и грех забыт.
Дурак нажрется и заснет,
Пока он спит — молчит.
Служанка стала госпожей,
Так не ходи к ней в дом!
Но нет спасенья от раба,
Который стал царем!
Он в созиданьи бестолков,
А в разрушеньи скор,
Он глух к рассудку — криком он
Выигрывает спор.
Для власти власть ему нужна,
И силой дух поправ,
Он славит мудрецом того,
Кто лжет ему: "Ты прав!"
Он был рабом и он привык,
Что коль беда пришла,
Всегда хозяин отвечал
За все его дела.
Когда ж он глупостью теперь
В прах превратил страну,
Он снова ищет на кого
Свалить свою вину.
Он обещает так легко,
Но все забыть готов.
Он всех боится — и друзей,
И близких, и врагов.
Когда не надо — он упрям,
Когда не надо — слаб,
О раб, который стал царем,
Все раб, все тот же раб.
Р.Киплинг
в переводе Льва Блуменфельда
Автор - Rarewolf. Это цитата этого сообщения
Матвей Ганапольский.
Послушайте, а ведь история про гуманитарный конвой - она совсем не про конвой. Вот смотрите, Россия отторгла Крым. Не важно почему, важно что решила - надо забрать. И забрала.
Ей говорят - ты нарушила все мыслимые международные законы, обнулила нерушимость границ и т.д. Россия отвечает: знаете, вот я так решила, значит так и будет.
И тут же решила устроить ДНР-ЛНР. Не важно сейчас, почему она так решила - важно, что решила и сделала.
Началась война, стали гибнуть люди. Еще раз, эта война началась потому, что Россия так захотела.
Ладно, Запад ввёл санкции. Как они действуют, хорошо видно. Далее, сбитый самолёт. Санкции расширяются, но Россия не только не скрывает помощь Луганде, но уже отправляет туда технику и людей открыто.
Далее, Россия придумала гуманитарный конвой. Не важно, зачем она его придумала, важно, что она решила, что он войдёт на территорию Украины, хоть вы там все, со своими протестами, сдохните. И она вводит этот беленький конвой, без согласия не то, что украинского, но и Международного Красного Креста.
И вот сейчас по территории Украины идут неразрешённые грузовики с непонятной целью. Много грузовиков. И весь мир гадает, а что будет дальше. То есть, война обострится, или зайдут и выйдут.
Слушайте, но у меня вопрос.
Мне всё равно, с какой целью эти безумцы устраивает спектакль, и что, в оправдание, врёт их свита. У меня вопрос совсем не к этим безумцам.
У меня вопрос к международным институтам - к Меркель, там, к Обаме. Означает ли происходящее, что есть такая отдельная страна Россия, и ей можно ВСЁ. Означают ли события, что ей, почему-то, не писаны никакие международные правила, что ей можно нарушать любые международные законы, причём, абсолютно безнаказанно.
Заметьте, мой вопрос носит чисто формальный характер, я просто хочу понять правила моего существования и существования моих близких. Я просто спрашиваю: для России есть правила политики, правила жизни с соседями и т.д? Или ей всё разрешили, и этих правил нет? Неважно почему разрешили, важно есть правила, или нет?
Я просто хочу понять эти правила. Только это вопрос не про слова "ой, мы озабочены; ой, мы, типа, протестуем; мы не пожмём ему руки, мы отвернёмся, когда он будет с шампанским проходить мимо нас".
На самом деле, Росси правила писаны, или уже нет?
Да, или нет?
***
Из души, которая так слаба
я – по капле —
выдавливаю раба.
Раба —
и, значит, преступника —
выдавливаю, как из тюбика…
А он говорит мне,
как эхо судьбы:
– Послушай,
а если мы оба – рабы?
А что, если ты,
гордясь и сопя,
по капле выдавливаешь
себя?..
_____
Роберт Рождественский
Пушкин
К чему изобретать национальный гений?
Ведь Пушкин есть у нас: в нем сбылся русский дух.
Но образ родины он вывел не из двух
Нужд или принципов и не из трех суждений;
Не из пяти берез, одетых в майский пух,
И не из тысячи гремучих заверений;
Весь мир – весь белый свет! – в кольцо его творений
Вместился целиком. И высказался вслух.
…Избушка и… Вольтер, казак и… нереида.
Лишь легкой створкой здесь разделены для вида;
Кого-чего тут нет!.. Свирель из тростника
И вьюг полнощных рев; средневековый патер;
Золотокудрый Феб, коллежский регистратор,
Экспромт из Бомарше и – песня ямщика!
Новелла Матвеева
Однажды редактор журнала «New Time» Стив Мосс решил провести конкурс, участникам которого предлагалось написать рассказ длиной в 55 слов, но чтобы при этом в тексте сохранялись стройный сюжет, проработанность персонажей и необычная развязка. Он получил отклик таких масштабов, что по результатам конкурса удалось собрать целый сборник, получивший название «Самые короткие в мире рассказы».
Несчастная
Говорят, зло не имеет лица. Действительно, на его лице не отражалось никаких чувств. Ни проблеска сочувствия не было на нем, а ведь боль просто невыносима. Разве он не видит ужас в моих глазах и панику на моем лице? Он спокойно, можно сказать, профессионально выполнял свою грязную работу, а в конце учтиво сказал: «Прополощите рот, пожалуйста».
Дэн Эндрюс
Покаянное
Я ничего не смог остановить. Все были в курсе, все учились в школе. Оно, конечно, как ни вьется нить, а быть концу, — но хоть замедлить, что ли… В стремительно глупеющей стране, который год плетущейся по кромке, никто бы не прислушался ко мне — витии, знаешь, были и погромче, — история всегда кругом права, но в море этой глупости и злобы я мог найти какие-то слова. Но не нашел. И все пошло, как шло бы без нашего участия. Увы, история и не таких ломала. Тут мало сердца, мало головы, и от души, похоже, толку мало.
Я ничего не смог остановить. Увы, я не ахти какая птица. Теперь мне больше нечего ловить — осталось вместе с вами расплатиться. Теперь уже на всех один финал, все обручами стянуты стальными, — и если кто-то что-то понимал, он отвечает вместе с остальными. Предчувствие, мне душу леденя, могло бы мучить более жестоко; не так, увы, травили вы меня, чтоб сделать полноценного пророка, — и вот теперь, мучитель мой родной (вас было сто, а надо было двести) мы в связке низвергаемся одной. В истории мы тоже будем вместе.
Я ничего не смог остановить. Похоже, это участь всех попыток? Утопий недостаток, может быть, антиутопий, может быть, избыток, — проклятие исполнится сполна. Казалось бы, все ясно, мысли здравы, — но замкнут круг. Написано «война» — грядет война. Написано «расправы» — грядут они. Читаем «произвол» — и нарасхват палаческие роли, хоть каждый по отдельности не зол и эту роль играет поневоле. Настолько ясно видя этот круг, я мог его порвать. Дрезина катит, еще никто не спас ее — а вдруг? У одного, положим, сил не хватит, но можно было как-то рассказать, открыть глаза… Ведь масса — это сила! Пускай ничто б не двинулось назад, — но, может, хоть слегка притормозило? Не вечно же страну карает Бог, гоня ее сквозь митинги и путчи. Я знаю, что никто еще не смог, но лично мне от этого не лучше.
И вот теперь, читая жизнь мою, что движется к старенью понемногу, в Отечестве, стоящем на краю и, кажется, уже занесшем ногу, — я думаю о тщетности трудов, бессилье слов — припомнить их неловко; хоть я от них отречься не готов, но склонен думать, что они — дешевка. Воистину, не стоило труда! Конечно, проку нет и в этом стоне: коль вся страна шагает в никуда, то что мой личный путь на этом фоне? Но как-то жаль, что наше шапито, где правит плохо выкрашенный идол, настолько обесценивает то, в чем я когда-то высший смысл увидел. Все тонет в луже, в плеске дождевом, в истерике, прослушке и войнушке. Все то, зачем мы, в сущности, живем, объявлено не стоящим понюшки. Осталось байки старые травить да с нанятым вруном бессильно спорить.
Я ничего не смог остановить.
Но, кажется, еще могу ускорить.
Альберт Эйнштейн
(1879 - 1955)
Те, кто радостно маршируют в строю под музыку ... получили головной мозг по ошибке: для них и спинного было бы достаточно. Я настолько ненавижу героизм по команде, бессмысленную жестокость и весь отвратительный нонсенс того, что объединяется под словом «патриотизм», равно как презираю подлую войну, что скорее готов дать себя разорвать на куски, чем быть частью таких акций.
***
Смычок касается души,
Едва вы им к виолончели
Иль к скрипке прикоснетесь еле,
Священный миг – не согреши!
По чистоте душа тоскует,
В том звуке – эхо наших мук,
Плотней к губам трубы мундштук,
Искусство – это кто как дует!
Когда такая есть Струна,
И Руки есть, и Вдохновенье,
Есть музыка, и в ней спасенье,
Там Истина – оголена,
И не испорчена словами,
И хочется любить и жить,
И всё отдать, и всё простить...
Бывает и такое с нами.
Валентин Гафт
В конце июля российской писательнице Людмиле Улицкой была вручена Австрийская государственная премия по европейской литературе. Рассказ об этой церемонии в эссе для Der Spiegel писательница совмещает с размышлениями о текущем положении вещей в России и мире.
"Торжественная часть начинается с австрийского гимна, - пишет Улицкая. - Все зрители встают, я тоже. Хорошо вам, австрийцы, думаю я с легкой завистью. Текст вашего гимна в 1947 году написала ничем не запятнанная поэтесса Паула фон Прерадович. А мы нашего российского гимна давно уже стыдимся. Первый вариант текста на музыку Александра Александрова в 1943 году написал придворный поэт Сергей Михалков. В нем были мощные строки: "Нас вырастил Сталин, на верность народу, // На труд и на подвиг он нас вдохновил". После развенчания Сталина гимн исполнялся без слов... В 1977 году Михалков текст поправил, с тех пор в гимне прославлялась "Партия". Потом наступило новое столетие, и в 2000 году был утвержден вновь исправленный текст: все тот же Михалков, профессионал до мозга костей, заменил "Партию" на "Бога", как теперь принято в нашей вновь ударившейся в православие стране. И автор текста, и композитор между тем "почили в бозе", так что сложно сказать, кому выпадет редактировать гимн в следующий раз. Страна наша в своем развитии выделывает такие зигзаги и спирали, что в новом издании гимна, чего доброго, вернется обратно к Сталину".
Вальтер Беньямин
(1892 - 1940)
Одиночество - это, когда те, кого ты любишь, счастливы без тебя
[450x280]
Возьми стакан...
Швырни его об стену...
Теперь проси прощения навзрыд...
Ну что???
Свершилось???
Стал он снова целым???
Нет...
Так и людей ломает от обид!!!
Алексей Авданин
[500x100]