В распоряжении редакции оказалась запись одного разговора. Голоса будто знакомые, имена тоже, но кто разговаривает, мы не догадываемся, потому что страшно.
ПЕРВЫЙ:
Я рад, что ты одумался, Барак, и согласился все-таки на встречу. Ты спросишь: как там Сирия? Фигак! — в своей манере я тебе отвечу. Ты можешь мне поверить, корешу. В моих глазах сам Буш увидел душу. Мне Сирию отдай, и я решу. Уделаю, как Рашу: все обрушу. Ты, как всегда, стараешься вотще, а я упрячу их под одеяло. Где я прошел — ложится все вообще, как будто ничего и не стояло. Гражданская закончится вничью. Получится цветущая могила. Ты посмотри, как я смирил Чечню: уж как-нибудь она сильней ИГИЛа! (У нас он запрещен). Буквально рай расцвел за десять лет на месте ада. Не парься, паря. Сирию отдай. Она же все равно тебе не нада, а мы там установим русский стиль и станем управлять по-атамански. Ты слышал — там Владимир Русь крестил?
ВТОРОЙ (дрожащим голосом):
Где он ее крестил?
ПЕРВЫЙ (бодро):
Да там, в Дамаске! Здесь, говорит, построим третий Рим! Там даже есть владимирские горки… Смирись, покуда мы не говорим, что он ее крестил у вас в Нью-Йорке. А что? Сравните наши языки. Отдай Нью-Йорк, не вздумай отказаться: индейцы — это наши казаки, но их завоевали англосаксы. Что ты бледнеешь, брат? Шучу я так! Мы вам отстроим Сирию, пожалте, а ты… Сними ты санкции, Барак! Что Крым тебе? Ты даже не был в Ялте! А я там был, и даже херес пил, и с Сильвио общался неформально. Короче, понял? Я тебе ИГИЛ* (он запрещен у нас, я говорил), а ты мне Крым, и снова все нормально.
ВТОРОЙ (робко):
Ах, я бы только рад, я вам не враг, но Сирия — клубок проблем проклятых! Мы с ней не можем справиться никак…
ПЕРВЫЙ (пренебрежительно):
Да ты не можешь справиться и в Штатах! Ты скромный малый, знаешь свой шесток, размах чикагский, опыт небогатый, не можешь обеспечить третий срок — а я уже нацелился на пятый. Естественно, какой тебе ИГИЛ? (У нас он запрещен). Помилуй Боже, я их уже давно бы задавил, но хочется продаться подороже. Они под русским правильным царем воспрянут, руку твердую почуяв. Общественное мнение — ВЦИОМ, на выборы от нас поедет Чуров, А Киселев им жрачку посулит. Какие-то суиты, блин, шииты… Допустим, ты шиит или суннит, — я разве запретил? Но не шали ты! Там есть же телевиденье, Барак? Уж я им НТВ не покажу ли?! Для прочных скреп потребен общий враг. Так это будешь ты, и все в ажуре. Засунь себе амбицию свою. Ты сам сказал — война уже на старте. Дай Сирию. Я так ее смирю, что ты не различишь ее на карте. И вообще, о чем мы говорим? Мне две минуты — в кашу растереть их, а ты забудь про Крым, наплюй на Крым! Тебе он что? — пустяк, а мне-то рейтинг! Ты что-то про Сенцова говорил, про Савченко… Не нужно долгих басен: ну хочешь, я отправлю их в ИГИЛ? У нас он запрещен, но я согласен.
ВТОРОЙ:
Но это кровь…
ПЕРВЫЙ:
Россия велика. Начнешь разоблачать — язык обрежешь. Не вышло с Новороссией пока — так выйдет с Новосирьей. Буквы те же ж! Нет проку в дипломатском трындеже. Вы Сирию по ходу запороли. Вон ДНР растащена уже — так что-то надо делать Мотороле?! Я временно готов возглавить сам, пока народ последнее разграбит…
ВТОРОЙ:
А что Аль-Асад?
ПЕРВЫЙ (увлекаясь):
Читаю сегодня в новостной ленте вот такое сообщение:
В рейтинг лучших университетов мира вошли 13 российских вузов.
Первая мысль, которая у меня появилась, была такая: ух ты, как здорово! Ведь еще совсем недавно в этом списке числился всего один, а сейчас их уже 13! Вот это да! Вот это прогресс!...
...Потом осторожно в мою голову закралась вторая мысль: стоп, а что это за рейтинг такой, и среди какого такого общего количества вузов выделили 13 российских? Ведь явно, что выбирали не из ста, и даже не из двухсот, раз даже МГУ занял какое-то там 165 место. Ну, решила я, значит, выбирали из трехсот, скорее всего, что тоже совсем не плохо.
Но в первые три с половиной сотни вошли, как оказалось, только два российских вуза. Так где же еще 11?
А вот где! Оставшиеся одиннадцать вошли в список 800 лучших университетов!
Впечатляет, не правда ли? 13 из 800! Так чем же здесь гордиться?! Где повод для гордости?
Для сравнения: пять университетов Нидерландов попали в топ 100!!!
В другом рейтинге - топ-200 QS World University Rankings - вошли университеты из 31 страны, из них 51 вуз из США, 29 из Великобритании, 13 из Германии, 11 из Нидерландов, 10 из Канады, 10 из Японии и 8 из Австралии. Кстати, в этом рейтинге МГУ оказался значительно выше - на 114-м месте.
Вот так делаются сейчас российские новости: где-то что-то недоговорили, где-то что-то соврали, перекрутили, приукрасили, подали под патриотическим соусом - и вот вам новый повод для гордости! Даже там, где этого повода нет и в помине. Молодцы! (Ника Т.)
Это цитата сообщения Тангейзер Оригинальное сообщение
Андрей Орлов(Орлуша)
ПРЕЗИДЕНТ ЛЕТИТ НА ТРИ БУКВЫ (ООН)
Путин сдавал в багаж:
«Бук», «Искандер», камуфляж,
Пять амфор, духовную скрепу,
Кино про проделки Госдепа,
Четыре футболки «Крымнаш»,
Спецпропуск на ялтинский пляж,
Кило белорусских креветок,
Двух с голеньким пузиком деток,
Вино, чтобы пить с Берлускони,
Собачку по имени Кони,
Пескова, Суркова, Лаврова,
Последний эфир Киселёва,
Номер певца Элтон Джона,
Больничный больного Кобзона,
Про «Боинг» поддельное фото,
Песенки Blueberry ноты,
Стишок стихоплёта Орлуши,
От слов Порошенко беруши,
Оранжево-чёрную ленту,
Запрет иностранных агентов,
Тигрёнка, зайчонка, манула,
Писак журналистского пула,
Привет от бурятов Донбаса,
Кусок санкционного мяса,
Который стащили из печки
Вежливые человечки,
От Матвиенко письмо,
Наклейку «Обама, ты чмо!»,
Селфи в мечети в Чечне,
Досье «Яценюк на войне»,
Подарок «волков» - косметичку,
Пригожину Леру (певичку),
«Любэ» восемнадцать пластинок
И старый хрущёвский ботинок.
Ботиночек ретро-фасона
Бывал на трибуне ООНа,
Он всех научил понимать
Понятие «Кузькина мать»
Услышите скоро ещё вы
Стучащий ботинок Хрущёва!
На то и на то и на это
Ботинок наложит им вето,
А если все против, то он
(Ботинок) – уйдёт из ООН,
«ООН – это просто три буквы,
Забыли согласия дух вы,
Мы вас в сорок пятом создали,
А вы нас коварно предали,
А значит, друзья дорогие,
Идите на буквы другие!» -
Так скажет ООНовцам он
На Генассамблее ООН,
Потёртый ботинок Хрущёва.
Ничто в этом мире не ново…
Это цитата сообщения pmos_nmos Оригинальное сообщение
В Италии произошло убийство. Уже давненько, года 3-4 назад. Убили девочку-подростка по имени Яра. Убийцу не могли найти долго. К слову сказать, когда кто то убивает без мотива, найти виновного всегда не легко. Вот поэтому серийного убийцу так трудно поймать.
Как нашли? По ДНК. На плавках девочки было ДНК, которое назвали "неизветный 1". В этом городке и округе взяли анализ ДНК у всех. Вообще у всех! Что то около 80 000 образцов. И одно совпало. Но! Не то, чтобы совпало. Один из образцов, который хранился в картотеке по другому поводу, принадлежал уже умершему мужчине. Умершему за несколько лет до убийства девочки.
Так вот, образец с плавок "неизветный 1" должен был быть его сыном. Но! Ни у одного из живущих сыновей умершего мужчины этого кода ДНК не было.
Из этого полиция сделала вывод, что у мужчины был незаконнорожденный сын.
Полиция перелопатила всю жизнь умершего мужчины, всех женщин, с которыми он теоретически мог иметь связь, подняла кучу анаграфических документов по сотням женщин и их сыновьям . По сути, ведь они вслепую искали иголку в стоге сена. Нашли-таки. И да, её сын имел тот самый код ДНК.
Но это ещё не всё ! Они проследили родословную этой женщины до (внимание!) 18 века!!!! Чтобы не обвинять женщину напрасно, мало ли какие скрещивания были в семье ?
Из-за убитой девчушки. Ради Яры вся округа была поднята на уши, мобилизовался и впрягся в многомесячную работу пармский НИИ криминалистики.
Потому что, в Италии убийца должен быть наказан. Это не только долг, но ещё и честь правосудия. Это Италия, господа!
Подумалось про Немцова. Известный политик, убит под стенами Кремля, под сотнями камер. Ни убийца, ни заказчик не найдены.
Это Россия!
Очень тяжелая книга. Да и не сама книга, собственно говоря, а ужасающая и пугающая та атмосфера, в которой довелось жить Бунину. Абсолютное неприятие революции, большевиков и Ленина. Абсолютное неприятие той разнузданной свободы, того беспредела, того террора, в которые погрузилась Россия.
Бунин по ходу дает оценку многим политическим деятелям, поэтам и писателям, и надо сказать, что чаще всего это весьма неприятные характеристики. Субъективный подход я всегда приветствую, но тут получилось что-то уж очень однобокое: все вокруг глупее, все менее понятливее, менее талантливее, чем он... Так ли это было на самом деле? Сомневаюсь. Но судите сами.
При этом весь ужас происходящего разбавлен потрясающими описаниями природы.
Еще хочется отметить один странный момент. Правда, он относится не столько к Бунину, сколько к издателям. Когда я нашла текст книги на интернете для простоты переноса понравившихся мне цитат, я обнаружила вот что: оказывается, интернетовский текст немного полнее книжного. В книге издатели сократили те тексты, где Бунин нелицеприятно отзывался о евреях. И о евреях не как о нации, а об отдельных неприятных ему типажах. На мой взгляд (хоть мне самой мало удовольствия доставляют эти эпитеты), эти сокращения совершенно не оправданны - что было, то было, к чему сейчас эта политкорректность?... При этом я не нашла никакого намека на бунинский антисемитизм, все было довольно-таки цивилизованно высказано.
Я никогда не смотрела на этот роман под таким углом, никогда не задумывалась о втором смысле этого произведения и не предполагала даже, что проблемы, поднятые в нем и рассмотренные с этой новой точки зрения, окажутся настолько актуальными и в наше время. И где? В Америке!
Очень хорошая статья, которая перевернула мое представление о великом романе! (Ника Т.)
Райан Холидей, редактор журнала New York Observer, опубликовал в своей редакторской колонке замечательную статью о проблемах современного общества и «культуры обиды», которая все больше процветает в нем с каждым днем. Приводим ее с незначительными сокращениями.
Мать и дочь
Две старушки - мать и дочь,
Седенькие, старенькие,
Не поймешь, кто мать, кто дочь
Обе стали маленькими.
Доживают век вдвоем
Тихо, однозвучно,
И стареют с каждым днем
Обе неразлучно.
Из-под шляпок букольки -
Беленькие стружки.
Покупают бублики
В булочной старушки.
Как же так? Я замер вдруг,
Недоумевая,
Ведь одну из двух старух
Родила другая.
Нянчила и нежила,
Умывала личико,
Заплетала свежие
Детские косички,
От простуды берегла.
Это ж было, было...
Женихов разогнала -
Так ее любила.
Эмоции и чувства после просмотра этой картины у меня разные... От жалости, сочувствия, удивления, восхищения до негодования, неприятия, отторжения... От желания как можно больше узнать о любимом поэте и великой женщине до нежелания копаться в чужом грязном белье.
Что говорить... В который раз убеждаюсь, что приближение к звездам почти всегда чревато разочарованиями... Ведь хочется иллюзии и веры в то, что такие люди велики во всем, хороши во всем - и в жизни, и в творчестве. А когда иллюзии разбиваются, это больно...
Тем не менее спасибо создателям картины: ведь по сути это первый полноценный художественный фильм о Марине Цветаевой.
Моя самая большая претензия к фильму - там очень мало стихов. Несомненная удача фильма - Виктория Исакова в роли Марины. Не знаю, насколько близко она подошла к образу реальной Цветаевой, но ее игра была убедительной и яркой.
Комментарии зрителей и критиков разделились примерно пополам. ( Ника Т.)
Режиссер: Марина Мигунова
В ролях: Виктория Исакова, Роман Полянский, Виктор Добронравов, Александра Мошкова, Евгений Князев
Кадр из фильма «Зеркала»
[показать]
В этом году мой сын закончил 12 класс одной из нью-йоркских школ. По традиции каждый выпускник получает роскошно изданную книгу, где собраны и запечатлены самые разные моменты и события из жизни школы за 4 года пребывания в ней ( с 9 по 12 класс). Книга эта выглядит очень яркой и живой, совершенно не сухой и не формальной, в ней приведено много юмора, шуток, прозвищ учителей и учеников, фотографий выпускников, сделанных в их детстве, итд... Думаю, что сами выпускники ее и составляют, не без помощи учителей, разумеется.
Вот так эта книга выглядела в этом году ( приведу несколько страничек):
Фотографии всех выпускников
( обратите внимание, насколько интернационален состав учеников)
***
А стрелял – не думал, сколько крови выльет,
Сколько струн порвется от протяжных нот…
Только бы навылет, только бы навылет!..
Выйдет под лопаткой – значит заживет…
Если же застрянет - загниет, отравит,
Подогнет колени, раскалит виски…
Не промоют ливни, не залечат травы,
Никогда не станут облака близки…
Капсулу литую заряжая пылью,
Приставлял, не целясь, к правому плечу…
Только бы навылет, только бы навылет...
Вечно с этой болью –
Не хочу…
Юлия Холод
1
В краю чудес, в краю живых растений,
Несовершенной мудростью дыша,
Зачем ты просишь новых впечатлений
И новых бурь, пытливая душа?
Не обольщайся призраком покоя:
Бывает жизнь обманчива на вид.
Настанет час, и утро роковое
Твои мечты, сверкая, ослепит.
С удовольствием посмотрела эту картину! Чувственное - и в то же время сдержанное, нежное, красивое, атмосферное кино с чудесной музыкой, потрясающими костюмами, замечательной игрой актеров, удивительной природой, свежим ароматом летних цветов, шумом дождя, золотым потоком солнца...
и с хорошими героями, которые пытаются честно разрешить проблему возникшего многоугольника...
Великая русская литература! Невозможно не наслаждаться ею! ( Ника Т.)
***
Вспоминаю слово недавно скончавшейся своеобразной и глубокой поэтессы
Аделаиды Герцык о Максе Волошине и мне, тогда 17-летней:
"В вас больше реки, чем берегов, в нем - берегов, чем реки".
Брюсов же был сплошным берегом, гранитным. Сопровождающий и сдерживающий
(в пределах города) городской береговой гранит - вот взаимоотношение Брюсова
с современной ему живой рекой поэзии. За-городом набережная теряет власть.
Так, не предотвратил ни окраинного Маяковского, ни ржаного Есенина,
ни героя своей последней и жесточайшей ревности - небывалого, как первый день творения, Пастернака. Все же, что город, кабинет, цех, если не иссякло от него, то приняло его
очертания.
Прощание с красным флагом
Прощай, наш красный флаг.
С Кремля ты сполз не так,
как поднимался ты -
пробито, гордо, ловко,
под наше так-растак
на тлеющий рейхстаг,
хотя шла и тогда
вокруг древка мухлевка.
Прощай, наш красный флаг.
Ты был нам брат и враг.
Ты был дружком в окопе,
надеждой всей Европе.
Но красной ширмой ты
загородил ГУЛАГ
и стольких бедолаг
в тюремной драной робе.
Прощай, наш красный флаг.
Ты отдохни, приляг.
А мы помянем всех,
кто из могил не встанут.
Обманутых ты вел
на бойню, на помол,
Но и тебя помянут -
ты был и сам обманут.
Прощай, наш красный флаг.
Ты не принес нам благ.
Ты - с кровью, и тебя -
мы с кровью отдираем.
Вот почему сейчас.
не выдрать слез из глаз,
так зверски по зрачкам
хлестнул ты алым краем.
Прощай, наш красный флаг.
К свободе первый шаг
мы сделали в сердцах
по собственному флагу
и по самим себе,
озлобленным в борьбе.
Не растоптать бы вновь
очкарика Живагу;
Прощай, наш красный флаг.
Сам разожми кулак,
тебя зажавший вновь,
грозя братоубийством,
когда в древко твое
вцепляется жулье
или голодный люд,
запутанный витийством.
Прощай, наш красный флаг.
Ты уплываешь в сны,
оставшись полосой,
в российском триколоре.
В руках у белизны,
а с ней - голубизны,
быть может, красный цвет,
отмоется от крови.
Прощай, наш красный флаг.
Смотри, наш триколор,
Чтоб шулера знамен
тобой не мухленули!
Неужто и тебе -
такой же приговор-
чужие и свои
шелк выжравшие пули?
Прощай, наш красный флаг.
С наивных детских лет
играли в красных мы
и белых больно били
Мы родились в стране,
которой больше нет,
Но в Атлантиде той,
Мы были, мы любили
Лежит наш красный флаг,
в Измайлово врастяг.
За доллары его
толкают наудачу.
Я Зимнего не брал.
Не штурмовал рейхстаг.
Я - не из коммуняк,
Но глажу флаг и плачу.
Иркутск, 22 июля 1992 г.
***
Случайные связи-
Они порицаются, став
Синонимом грязи
У грязи самой на устах.
И лженедотроги
Надменные губы, поджав,
В пожарной тревоге
Мужьям залезают в пиджак.
Взрывается ярость
Когда там находит рука
Записочку, адрес-
Любую улику греха.
Упреки в разврате-
Они по-судейски грозны,
Как будто в растрате
Священной семейной казны.
Пусть лучше запомнят:
Развратнее нет ничего
Спать с мужем законным,
Когда ты не любишь его.
Но разве развратен
Тот случай совсем не слепой,
Что так безвозвратен
И все-таки вечно с тобой.
Проездом, пролетом,
Тот случай -прекрасен и дик,
Тебя над болотом возносит
Пускай хоть на миг.
В метро, в электричке,
В толпе, тебя взявшей в кольцо,
Среди обезлички
Вдруг выплывет чье-то лицо.
И жизнь без нажима,
Лишь горло сжимая тебе,
Вдруг неудержимо
Вас бросит друг к другу в толпе.
Что будет – потёмки,
Но выплакать легче тоску
Еще незнакомке
И все же - почти двойнику.
Честней очерственья,
Когда вы с женой, как враги,
Тот брак на мгновенье
Зато без измен и ругни.
И разве случайна
Такая случайная связь,
Которая тайно мерцает
Всю жизнь тебе снясь?
При той дешевизне занудства,
С которым слились
Случайности жизни-
Быть может и есть её смысл...
И пусть обличают,
Порочат, бесстыдно стыдя,
Без слова "случайность"
Нет слова другого -- "судьба".
Можно быть сколько угодно счастливым с кем-то, и любовь к нему будет служить надежной защитой (если предположить, что действие происходит в обществе, где принята моногамия) от того, чтобы решиться вступить в другую связь. Но почему это должно нас смущать, если мы по-настоящему любим его? Почему мы должны воспринимать это как потерю при условии, что наша любовь еще не подает признаков увядания? Ответ, скорее всего, содержится в той малоутешительной мысли, что, удовлетворяя свою потребность в любви, нам не всегда удается утолить свою потребность в стремлении.
***
В днях, как в снах, безлюбовно тупящих,
измотавших сердца суетой,
можно ль жить, как живет одуванчик,
то серебряный, то золотой?
Хорошо, если пчелки напьются,
когда дождик под корень протек, —
только, как ты его ни напутствуй,
он всего лишь минутный цветок.
Знать не зная ни страсти, ни люти,
он всего лишь трава среди трав, —
ну а мы называемся люди
и хотим человеческих прав.
Коротка и случайна, как прихоть,
наша жизнь, где не место уму.
Норовишь через пропасти прыгать —
так не ври хоть себе самому.
Если к власти прорвутся фашисты,
спрячусь в угол и письма сожгу, —
незлобив одуванчик пушистый,
а у родичей рыльца в пушку.
Как поэт, на просторе зеленом
он пред солнышком ясен и тих,
повинуется Божьим законам
и не губит себя и других.
У того, кто сломает и слижет,
светлым соком горча на губах,
говорят, что он знает и слышит
то, что чувствуют Моцарт и Бах.
Ты его легкомыслья не высмей,
что цветет меж проезжих дорог,
потому что он несколько жизней
проживает в единственный срок.
Чтоб в отечестве дыры не штопать,
Божий образ в себе не забыть,
тем цветком на земле хорошо быть,
человеком не хочется быть.
Я ложусь на бессонный диванчик,
слышу сговор звезды со звездой
и живу, как живет одуванчик,
то серебряный, то золотой.
Как могло случиться, что, после того как я захотел, чтобы Хлоя полюбила меня, я рассердился на нее, когда она сделала это?
Возможно, в конечном итоге нам нужна была вовсе не любовь, — возможно, это всего лишь был кто-то, в кого нам хотелось верить, но как мы можем продолжать верить в возлюбленного теперь, когда он сам поверил в нас?
Моя изначальная ошибка состояла в том, что я принял неизбежность любви за неизбежность полюбить данного человека. Заблуждением было думать, что именно Хлоя, а не любовь вообще предназначалась мне судьбой.
В тот момент я полностью идеализировал ее, и это в равной мере было результатом моей непростительной эмоциональной незрелости, изящного покроя ее пальто, съеденного на завтрак гамбургера, а также гнетущего впечатления, производимого залом выдачи багажа при четвертом терминале, на фоне которого так эффектно выделялась ее красота.