Контраст как завязка

Истра — совсем не Иордан. Тихую скромницу о пятнадцати саженях вширь да полутораста километрах вдоль странно сравнивать с Христовой купелью. Тёмные, льдистые воды её ни духом, ни сутью своей «не рифмуются» с великой паломницей, дарящей жизнь каменистым пустыням на пути к Мёртвому морю. И всё же именно здесь, на меланхоличных истринских берегах, возрос Новый Иерусалим. Один из самых значимых духовных центров нашей с Вами страны. Так попросило русское сердце, и так свершилось...

Коробкина Диана, «Вербочка», 2011, холст, масло, частная коллекция

Народная вера как соавтор традиции

Всякий знающий историк-медиевист расскажет: восемь веков тому назад простой люд Владимирской Руси не отождествлял Святую Троицу с Триединым Божьим Ликом. Как ни старались пастыри, сколь ни читали проповеди — всё едино. Не приживалось. В те года Святою Троицей народ величал не иначе как Иисуса Христа, Деву Марию да Николая Чудотворца; притом последнего любил и почитал наособицу. Предки избирали себе небесных заступников по сердцу да по скромному своему разумению, не видя в том странного. То же сталось с культом Патрикия в шалой Ирландии, святой Женевьевы — в живописных окрестностях галльской Лютеции, с культом святого Антония — на берегах португальской Атлантики. Всякому времени с местом, всякому граду и люду — свои герои, свои чаяния и молитвы..

Когда кто-то говорит «эта порода злая по природе», у меня внутри что-то протестует.

Потому что я видел ротвейлеров, которые укладывались на колени к детям и урчали, как коты. И видел золотистых ретриверов, которые устраивали настоящий террор в квартире.

Порода - это не приговор и не гарантия. Это стартовые условия, с которыми потом работает человек.

Но всё же есть породы, о которых говорят чаще других. Их называют «сложными», «опасными», «не для новичков». И в этом есть своя правда - не потому что они плохие, а потому что они... очень яркие. С большим характером, сильными инстинктами и огромным внутренним миром, которым нужно найти правильное применение.

Расскажу про семь таких пород - с наблюдениями, историями и без лишнего драматизма.

Акита-ину: самурай в собачьей шкуре

Если бы эта порода была человеком, она бы молчала в углу на вечеринке, наблюдала за всеми, запоминала каждую деталь и доверяла только одному человеку в комнате.

Акиты невероятно красивы и невероятно независимы. Они не из тех, кто будет бежать к вам с восторгом каждый раз, когда вы возвращаетесь домой. Вернее, может и будет - но с достоинством, без визга. Мне кажется, именно это многих и подкупает: в акита есть что-то аристократическое.

Сложность в другом. Охранный инстинкт у них очень развит, и к чужим людям и другим животным они могут относиться с нескрываемым подозрением.

Женский портрет

Портрет Элизабет Рикасоли