Настроение сейчас - убитое

Кровию сердца пишу я к тебе эти строки,
Видно, разлуки обоим несносны уроки,
Видно, больному напрасно к свободе стремиться,
Видно, к давно прожитому нельзя воротиться,
Видно, во всём, что питало горячку недуга,
Легче и слаще вблизи упрекать нам друг друга.
А. Фет

[371x479]

Настроение сейчас - Печальное

Пролог.

Грелль Сатклифф сидел на подоконнике и смотрел в окно. За окном стояла осень. Та самая осень, когда деревья покрыты золотистыми листьями, когда можно всё ещё ходить в плаще и на каблуках. Когда идёшь, и разбрасываешь ногами листья, а они, разлетаются, с тихим приятным шорохом… Грелль отпивал из кружки сладкий чай и перелистывал свою память, как перелистывает он страницы своей книги смертей. Что-то он выхватывал кусками, к чему-то возвращался и снова думал, поступил ли правильно, а что-то переживал заново. Жнец посмотрел на часы. До конца рабочего дня Уилла оставалось ещё порядком времени. Он сегодня был выходной, а вот Уилли нет. У него не бывает выходных. Сатклифф слегка улыбнулся приятным мыслям о своём любимом. Они, шинигами, знали, на что шли. Знали, что приносят себя в жертву на благо людей. Люди ненавидят смерть, но это лишь потому, что не могут, не хотят представить, что было бы без неё. Иногда смерть единственный выход. Смерть даёт покой. Не то чтобы Грелль не любил свою работу, но она была очень выматывающей и отнимала почти всё время. Что там – всю жизнь! Каждый шинигами прибывал в вечном состоянии недосыпа, презрения к людям, и вялотекущей депрессии. Лишь изредка, когда выдавались свободные часы, и радость становилась эйфорией, они напивались и шли танцевать до упаду. На этом фоне и различные мании. У каждого свои. Лишь у Спирса маний не было… За исключением педантизма, конечно. Сколько раз Грелль наблюдал, как он отутюживает стрелки на брюках, как крахмалит рубашки, начищает туфли до зеркального блеска. Сатклифф прикрыл глаза и тотчас воспризвёл в голове то, что видит каждые утро. Грелль лежит в кровати, укрывшись по шею одеялом, и незаметно для Уильяма наблюдает за ним. Делает вид, что спит. Вот Уилл защёлкивает запонки на манжетах, повязывает галстук. На то, чтобы завязать узел, ему нужно было всего несколько секунд, но потом он долго и тщательно поправлял этот узел. Затем надевал пиджак, шурша подкладкой… Потом любовно натирает белоснежным платком линзы очков, держа их за дужку… Зачёсывает назад тёмные мягкие волосы… натягивает перчатки… Потом беззвучно подходит к постели, наклоняется, (Грелль быстро закрывает глаза), осторожно целует красноволосого жнеца в щёку и уходит… А Сатклифф ещё долго судорожно вдыхает сладковатый запах его духов, распространившийся в воздухе… И снова засыпает с улыбкой на устах…
Но так было не всегда…

[700x533]

5 утра. пустынные тёмные улицы, любимая музыка в наушниках на полную громкость и молчаливый водитель. что может быть лучше? спать как ни странно не хотелось. вскоре мы сели в автобус и начали путь. лесополоса. мягкие сидения. вокруг абсолютная темнота и лишь огни, словно глаза тысяч мертвецов манят к себе. рядом спящая подруга. полное погружение в себя. наверное только в такие моменты я достигаю полной гормонии с собой и миром. я спала всего 3 часа и меня начало конкретно ломать. Кое-как устроившись на спине Катерины я незаметно то погружалась в сон, то снова наслаждалась пейзажем за окном, оттискивая его в своих зрачках. ноги уже начинало сводить. Трасса Ульяновск. 9:30. шикарно. Справив нужду в каком-то поле, мы продолжили путь. От нечего делать мы постоянно ели. Спать больше не хотелось. Наконец показались вывески состоящие из незнакомых слов. Татарстан! Ну наконец-то. Здесь всё было совсем не так, как у нас. Будто попадаешь в прошлое... Мы ёрзали от нетерпения увидеть сам город. И наконец он предстал перед нами... Во всей красе... Боже, какая архитектура! Это не передать словами! Я влюбилась в этот город с первого взгляда! Мы только успевали оглядываться, хотелось остановиться везде! Господи, я люблю эту жизнь!!! Это мой город, я хочу здесь жить! Единственное, что портило пейзаж - абсолютно непреветливые, я бы даже сказала недовольные лица местных. Но плевать на людей! Мы фоткали буквально каждый метр, каждое здание, витрины... Весь город был сплошным архитектурным памятником... Потом мы пошли в Кремль... Студентов нашего колледжа можно было вычеслить во воплям "Вааааааау!!!!!!!!! Смотри-смотри!!!! Сфоткай меня тут!! Ты сфоткала???? Покажи!!!!! А давай ещё раз, ток вот так..." А потом мы купили кучу всякой местной фигни... Студенты постоянно терялись, и куратору приходилось собирать нас каждые 15 мин и пересчитывать а потом мы пошли хавать... всё было очень вкусно... затем поехали в цирк... всё понравилось, правда лично я ожидала как-то большего, так что особых впечатлений мне это не принесло... затем поехали домой... было немного грустно... мы были ужасно уставшие и снова заваливались спать друг на друге... Вот так) но... КАЗАНЬ!!!!!!! Я ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ!!!!!!!!!! вот такой набор эмоций) немного сумбурно, но всё таки))
[700x525]

Настроение сейчас - депрессивное

Он давно уже умер, и подёрнутый тленом камзол, длинные волосы с комками земли и неестественная бледность не давали забыть об этом. Она ценила его опыт. Часто она ложила руки на его на впавшие щёки, и они целовались. Их языки переплетались - её, горячий и розовый, и его - полуразложившийся и синий. Порой его язык всё же отваливался, и она заботливо приделывала его назад. Он называл её "Lingim hospes", а она его просто - канцлер. Она носила его цилиндр, мило улыбалась и подтягивала полосатые чулки, бесстыже задирая пышные юбки с оторванными кусками ткани. Он перебирал её рыжие волосы и гладил по коленке. И ничто не могло разлучить их - даже время. Вот такие... Она сумасшедшая... Он мёртвый... Счастливые...

[450x552]

"Я пёс Господень и хожу что в ад, что из ада своим путём."

"А если тебе не по сердцу мой путь-
Выбери свой, или выбери с кем,
А мне по барабану вся эта муть-
Я не червонец, чтобы нравиться всем!"

"Красота - это то, что вызывает эмоции, пусть не всегда положительные. Даже в обезглавленном трупе можно найти что-то красивое" Shatenew

Личность многогранная и противоречивая.