Я пью эту осень, зачем-то пытаясь мешать

Кофейную гущу на дне полувыпитых суток,

Под крики в тепло от зимы улетающих уток

И шорох листвы, остающейся здесь умирать...

И слезы в глазах... кто-то снова сжигает мосты,

Уверенный в том, что дорога обратно закрыта,

Хрустальная туфелька счастья случайно разбита

И тыква не станет каретой, как былью – мечты...

Я пью этот холод сезона ненужных разлук,

И губы горчат ощущением новой потери - 

Проигранной ролью в короткой, но яркой афере

С Хранителем Времени... Лед остывающих рук

Пытаюсь согреть обещаньем чужого тепла 

И робкой надеждой на то, что не встану у края.

Я пью эту осень, в кофейную гущу мешая

Надежду и пепел мостов, догоревших дотла...

Мне б впору обидеться и загрустить...

Но занято место, чтоб это впустить.

А "гостьям" - неймётся: решаются ждать,

Когда же уйдёт из души Благодать...

 

Я Богу с любовью молитву шепчу!..

"Гостей" этих вредных в свой дом не пущу!

"Какие ж мы "гости"? Мы жили в душе!!!"

"Да, жили когда-то... Но съехали же!..

 

Раскаялась в вас, обрела я покой.

Идите отсюда! Ко мне - ни ногой!"

Они от меня с неохотой бредут...

Наверно, пристанище где-то найдут!

 

На вид-то беззлобны... Но только на вид!

Как с ними душа изнывает, болит!..

Доказывать станут: "По праву!.." Ох, пусть

Не поят отравой Обида и Грусть!..

 

 

 

Он подвёз меня до дома и предложил вечером встретиться. Настойчиво так предложил. Мой отказ он тупо проигнорировал и спросил во сколько заехать. И я подумала, что он вечером с таким же напором наконец-то, как настоящий мужчина, вернее самец, подомнёт под себя мою гордость, мое хрупкое тело, и я ответила: « в половине девятого». Зимой рано темнеет, полтора часа на потехи, полчаса на дорогу и около одиннадцати буду дома. Опять же, на работу высплюсь. И на кой хрен я так подумала?!...