Константин Симонов - «С тобой и без тебя» (цикл стихов)

 В 1979 году, за месяц до смерти, Симонов попросит дочь принести остатки серовского архива. Перечитает свои письма к Серовой и скажет дочери: "Я думал, что все ушло. И вдруг все вернулось ко мне, я все пережил заново, словно это происходит сейчас…" Он, действительно, "приговорил себя к ней", как оказалось, пожизненно.

Тринадцать лет. Кино в Рязани,
Тапер с жестокою душой,
И на заштопанном экране
Страданья женщины чужой;

Погоня в Западной пустыне,
Калифорнийская гроза,
И погибавшей героини
Невероятные глаза.

Время чая (Tea time), деталь

ВРЕМЯ ЧАЯ.

«Смеркалось; на столе, блистая,
Шипел вечерний самовар,
Китайский чайник нагревая;
Под ним клубился легкий пар.
Разлитый Ольгиной рукою,
По чашкам темною струею
Уже душистый чай бежал,
И сливки мальчик подавал...»

А.С. Пушкин

«Музыка, от которой дрожала тишина: история Фрэнка и Авы»

Они встретились в ту пору, когда Голливуд ещё умел краснеть, а любовь — ставить человека на колени.
 

Фрэнк Синатра, человек с голосом, будто вырезанным из ночного воздуха, шёл тогда по жизни в окружении вспышек фотографов, но внутри давно нёс тень тревоги, понятную лишь тем, кто слишком рано узнал цену аплодисментам. Её же Голливуд нарёк одной из самых сексуальных женщин эпохи.
 

Репортёры, склонные к метафорам, называли их «поцелованными Богом» — у обоих на лице были едва заметные шрамы, словно тайный знак, выданный свыше. По Фрэнку сходили с ума школьницы и зрелые женщины, а Ава позволяла себе роскошь менять поклонников так же легко, как перчатки, — бесстрашная, стремительная, ничем не обременённая.

Дмитрий Кустанович
Ёжик
80x90 см, холст, масло, 2016

«Естество довольствуется малым; похоти и роскоши требуется много».

Святитель Тихон Задонский