Понимаешь, бог мой - я никогда не верила в смерть и войны.
Я считаю себя бессмертной. Вот в самом деле. И что душа, живущая в этом теле останется навсегда.
И что мне бы жить - столетья, пару, может больше, но и так сойдет - одну свою жизнь я проживу так, вполне себе человеческую, а дальше - поеду искать Шамбалу и становиться шаманом, настоящим шаманом.
И я не видела никогда смысла собирать панихиду, скорбеть за общим столом, все это нелепо, странно, я не понимаю этих человеческих обычаев. Зачем?

Настроение сейчас - Эц, где я? О.о
[533x700]Таки да. Таки свершилась. Я таки даже работаю. Вторую неделю. Секретарь-администратор в "Мебель России" - первые два месяца испытательный срок - 15 тыщ в месяц. Потом 20. С девяти до пяти - на час больше, чем я училась в колледже. И всего полчаса на автобусе.
Главный наш - Олег Евгеньевич - реально напоминает нечто псевдоисторическое, под стать своему имени, в смысле - ему бы Вещего Олега в фильмах играть. Внешность весьма колоритная, и, более того. Он не трахает мозг, не орет и обладает каким-никаким чувством юмора - на пару со своим помощником (вроде бы). А вообще, слава всем богам, что в офисе не сплошняком бабы, а половинка на половинку. Ибо офисные бабы обычно кошмарны характером, занудливы и крикливы. Особенно когда их много.
А, и главное - не иметь мозг начальству. Это всегда и везде главное. Собственно, стараюсь и не доставать.
Вообще, в виду моей "совусти" я еще толком не перестроилась на нормальный график, потому туплю и торможу и не всегда въезжаю, но это уже дело нарабатываемое - главное наконец перестроиться.
И точно же - 26 числа ярмарка и концерт кучи прекрасного народа. На ярмарке я буду со своим добром, потому пока ничего в сообщество не выкладываю, а придумываю и делаю - надо основательно подготовиться, ибо-ибо.
Кстати, там будет Джем, и мне сразу вспомнился его последний концерт - в ГД. Мне тогда не очень понравился, потому что, не смотря на общедоступность, концерт был явно для своих. То есть отдача не особо чувствовалась, хотя все исполнено отлично. А вот когда была на презентации "Эден" - было феерично. Может, от того, что песни новые, и поются еще для всех и разом, а не замыкаются на нутро?
Сам факт, что будет не только он - вряд ли я когда еще выберусь только на джемовский концерт. Не ам.
Во! Точно. В субботу мне отдают старый пыльный хулахуп. Вы уже догадались, что я из него сделаю?..
А в воскресенье - ДыРа Крис Аивер. Кстати, там можно приобрести и билеты на "Чайный Лис(т)".
Еще приучаю свой организм жрать не так часто. То есть 8 часов работаю - почти ничо не хаваю, да и ничего с собой не беру. Зато пью как слон. В шесть часов ем плотно, потом могу перекусывать - чтобы ложиться не на полный и не на пустой желудок. И завтракаю как придется и чем придется - по настроению.
О, да, точно. У Крис будут читать и петь куча уня-ня народа. И я там тоже буду - совсем коротенько, но буду. И буду нести бред и котиков.
[840x580]

[466x700]
Настроение сейчас - %)

...вернее, Бруталлоуина.
Сие мое полное доказательство брутальности. На Хэллоуин собрались компанией - человек 10 и кувалда. Цель была точнее раздолбить булыжник и разхреначить кувалду.
Я ее разхреначила, да.
Набалдашник, стукнувшись о булыжник, раздолбал тот в щепки и благополучно отвалился, оставшись лежать.

Слышишь, бог мой - Питер в венах и жилах моих, Город-Любовь. И пусть говорят, что все мне видится да чудится, все эти блага неземные мною придуманы, но - пусть видится, пусть чудится и кажется. Город-волшебное наваждение да не покинет сердца моего, прорастет, приживется, каменный цветок, чаша витражная в которой плещется самый сладкий яд.
Пусть хлещет дождями, снегами пусть заметает, воет в трубах, будит видениями, но - пусть остается, остается, остается. Никуда пусть не девается.
Бог мой, слышишь меня - лишь только повеют под крылья попутные ветра, то все, все - лечу я, мчусь, рассекая пространство и время, чтобы потом в городе моем остановиться - и зависнуть в его бессмертии, вечности, как в янтарной смоле. И кружить, кружить по его улицам, как по углам псих-палаты, и впитывать в себя, пока окончательно, бесповоротно не стану духом его, Питера, частичкой его души.

Не смотря ни на что побеждает любовь... (с)

Это цитата сообщения A_Silver Оригинальное сообщение

сердце

Я раздаю себя, своё сердце - направо, налево,
сердца меньше не станет - становится больше.
То, что прижали к груди - это светится белым,
радостным светом в глазах, через пальцы, сквозь кожу.

Что в руках подержали и бросили - падает сразу
камнем на землю в обочинах первопрестольной.
Это не светится, а покрывается грязью.
Но по нему ходят - и это полезно.
Но больно.

Это цитата сообщения Нюсь Оригинальное сообщение

Телефонный

Настроение сейчас - Убогое

Все мои бывшие - сумасшедшие как одна - сшибают любые границы:
Постоянно звонят, когда нет меня, насилуя автоответчик,
Думая, что я буду после хотеть им присниться,
Совершенно не понимая, что им не испортить мой вечер
Своими пьяными голосами, упрёками с истёкшим сроком годности -
Говоря мне, что у меня каменное сердце они не ошибались:
По отношению к ним у меня не было даже влюблённости:
Женщины, как проходящие поезда на вокзале.
Речи нет о сочувствии или жалости: я дарю вам своё равнодушие -
Вы пустые коробки, забитые мусором, дорогим, но ничего не стоящим.
Снова вечер. Телефон ревёт зверем разбуженным,
И мне слышится то забытое: "Я люблю тебя". Злые шутки проделывает белый шум.

 

[550x550]

Это цитата сообщения Mages_Queen Оригинальное сообщение

То, что вы не знаете о себе

[показать]

Пройти тест «То, что вы не знаете о себе!» via vechniyzov & kot-rediskin

Настроение сейчас - Ы-ы-ы-ы-ы-ыв!

Мне дико лень внятно и понятно изъясняться, потому что я малец переколбашенное. Но у меня расписаны оба плеча - очень классно, а на спине между лопатками - пара химических формул.
Это было взрывно - четыре парня, три из которых торсом голые - машут длинными хаерами, совершенно дикие когти одной дамы, валяния-щекотания, тортики, укурыши, разрисовки - меня включительно. Но фотоаппарата у меня нет, так что сию красоту показать не могу.
Отпахав первые четыре дня - об этом как-нибудь потом - нефигово отдыхаю уже второй день. А еще пара впереди - для отсыпания, отдыхания, приведения в порядок творческих заказов - двух из трех - и схождение с ума.
А еще на пятницу мне снилась Лючи, и она почему-то писала мне по аське, что не любит, когда дом стоит у воды. Хз к чему это.
Меня сейчас все чаще пробивает на зарисовывание своих мыслей - словесно, конечно - но они пока в блокноте, и выложу я их попозже. Сейчас мне хорошо, уютно, разморено и лениво - как хорошо, что есть настолько шваркнутые люди, которые шваркнутые без всякой задней мысли - просто вот такие.

Мама, видишь - мы становимся прозрачными и тонкими, как силуэты ласточек. Мы скользим по небу не касаясь земли, ты - в своей "пугачевской" шали, я - в пилотских очках и с дли-и-и-инным шарфом на шее - вечный подросток, угловатый, пластичный и несуразный. Мама, мы с тобой никогда не умрем, ни одна вечность не посягнет на наши грешные души, мы просто растворимся, мама, исчезнем окончательно, чтобы стать потоками лунного света, затопив весь мир.
Мы бессмертные, мама, мы бессмертные - потоки света, души стихий, темнота загадочных шкафов, ведущих в Нарнию.
Просто какой-то бог захотел чудеса облачить в плоть, и у него это получилось. Ну, а на сколько жизней - неизвестно.

Красная осень, желтые листья,
Как не стремись, но дорогам не виться.
Линии жизни зачеркнуты бритвой...
Слышатся шорохи древней молитвы:

"Боги, не надо ни силы, ни воли,
Богатства не надо, не надо покоя,
Только следы заметайте за мною,
Чтобы назад не свернуть.
Позвольте продолжить мой путь."

По лесу стелятся вьюжные вихри,
Сердце замолкло, сердце затихло.
Только душа не прогнулась под снегом,
Нет, не сломить нас опасною негой.

"Боги, не надо ни силы, ни воли,
Богатства не надо, не надо покоя,
Только следы заметайте за мною,
Чтобы назад не свернуть.
Позвольте продолжить мой путь."

Весною оттаят забытых могилы,
Лес ощутит позабытую силу.
Вот так и я возрождаюсь весною,
Чтобы забыть о сне и покое.

"Боги, не надо ни силы, ни воли,
Дайте дороги, чтоб идти за судьбою,
Ведь нужное все ношу я с собою,
Чтобы продолжить путь,
С которого мне не свернуть".

Знаешь, когда между ночным тусклым маревом и предутренним туманом еще есть время, будто бы ниша в стене, ты внезапно понимаешь, что все не так, не то и не с теми, что и ты - не так, как надо, и чудеса не те, что нужно, и свершений не будет, что - ни-че-го не будет, что все зря, бессмыслица и несуразица. И что не великие чудеса тебе творить, а так, побочно-эффективное, что и большинство - то хочется рассыпаться, раствориться, на детальки в небытие распасться, чтобы не осознавать этого. Потому что в твоем мире всегда чувствуют грусть и всегда есть, кому обнять, небо бороздят драконы и хрусталем звенят ручьи, но это - так далеко, так зыбко для настоящих слез и настоящего сердца, что ты не веришь и в это. И внутри воцаряется жутчайшая тишина, и только зеркало напротив протягивает тебе руку, бледными холодными пальцами касается тебя в ответ. Правую руку в ответ на левую, но и сердце у отражения - справа. Его не слышно - как жаль, как жаль.
В такой неверный час главное чтобы было кому обнять, чьим сном укрыться, как покрывалом, к чьему живому дыханию прислушаться - и не смотреть в себя в зыбком блеске отраженных глаз, не слушать в себе тишину, не издающую звона, не дающую никаких ощущений, кроме чувства полной, мертвой тишины, которую не приравнять ни к воле, ни к покою.
И только чужие сны и дыхание - залог того, что дурной дух, дух, которому невозможно подобрать точного описания и определения отвяжется от тебя, просочиться, уйдет, заберет тишину и ощущение никчемности и недостоверности всего твоего существования, ведь главная добыча его - осознания собственного смысла жизни, сколь бы мал и невзрачен он был. Чем интереснее смысл жизни - тем сильнее дух, тем запутаннее безнадежность, и лишь дыхание спящего, чей сон не омрачен присутствием его может тебя спасти, ведь сон - это смысл вне жизни, смысл без смысла.
Потому дух не дает уснуть, потому что там он не достанет, не дотянется, не пробьется.
Там он бессилен.
Там его нет.

Бог мой, слышишь, чуешь? В теле моем - связанная в узел судьба моя, гибкая и подвижная, блестящая, матовая, скользящая, самым своим хвостом в спиральку скрученная, плоть от плоти моих желаний, тень от тени снов моих и метаний.
Бог мой, монстра, зверя, по затылку, по гриве погладить - сможешь? Ну, сможешь?!
А давай поиграем, я буду жить так, чтоб так: творить после работы, улыбаться все время, плотно есть один раз в день, и так, на перекусах, чая пить больше, смеяться чаще, плести длиньше и не писать стихов. Ну, ты готов?
Я сплету тебе фенечку, ладно, и пусть она станет моей дорогой в Город-Любовь. Пусть тропинкой стелется, плетется, не кончается, и приводит к порогу моего дома с моими дурацкими солнцами и кошками, замызганной рыжим раковиной и ароматными бутылечками в ванной, и с кучей баночек с бусинками на кухне, и с креслом-гнездом, Ловцами по всему дому, и... сердцем моим, о боже.
Играешь, играешь, тоже?
Давай я сплету тебе фенечку-осень, языческую молитву, передам через резчика по шкатулкам, а ты мне - дорогу к дому.
А он улыбается, и говорит:
Давай, но так и так не может быть по-другому.
Просто мне очень нравятся твои фенечки.
Плети, моя девочка.
Плети.
Я тебе тоже поплету и выплету.

Это цитата сообщения Mila_Toronto Оригинальное сообщение

Логика vs эмоции

[76x374]
Давайте понимать друг друга с полуслова,
Чтоб, ошибившись раз, не ошибиться снова.
Давайте жить во всем друг другу потакая,
Тем более что жизнь короткая такая.

Б.Ш. Окуджава

Когда муж говорит мне, что я вредничаю, я возмущаюсь: как же так! у меня объективные причины! я не вредничаю! все плохо. Но если он меня убеждает в том что я просто вредничаю хотя бы минут пятнадцать, и вот я уже думаю: а может вправду? И мои объективные причины забыты и начинает меня терзать чувство вины за мою нехорошесть. Но потом я вспоминаю: да нет же! вот она, моя вопиющая причина! Но муж оказывается логичнее и я теряюсь в стройном потоке его аргументов.

Я не люблю логику. Когда я обиделась, меня надо прижать, поцеловать и сказать усю-сю, а не логично объяснить что все я себе надумала. От логичного объяснения мне становится еще горше, хочется всех покусать и пойти горевать не обнятой и не успокоенной: вроде объяснили что обижаться не на что, а эмоции все равно переполняют.

Мне редко нужно что либо объяснять. Я достаточно сообразительна. Если возникают непонятки - я могу все выяснить и решить. А если я расстраиваюсь - единственное что мне нужно, это обнять, поцеловать и успокоить.

Это цитата сообщения Linn_Assalair Оригинальное сообщение

Запомнить

Вот книга жизни - смотри скорее, работа, школа и детский сад. В четыре варежки руки греют, а в шесть - подпалины в волосах. В двенадцать снова принёс четверку, в пятнадцать гром за окном гремит, в семнадцать хоббиты, эльфы, орки, бежать, срываться, стучать дверьми. На той странице - мотало, било, бросало на остриё меча...
На этой - сохнут еще чернила. В ней нету "было", в ней есть "сейчас".
На этой - сонный июньский город, нырять, дрожать в ледяной воде, кататься в парке, мотаться в горы, быть всюду, вместе...

...и быть нигде.
Когда не пахнут степные травы, не греют мысли и блеск лучей, когда внутри - остывает, травит, когда ты словно другой, ничей, и тускло светят в дворах и кухнях все те, кто может еще светить, когда ты знаешь - всё скоро рухнет, исчезнут в дыме твои пути, когда всё счастье ушло куда-то, кусками рушится личный мир...

...Вломи себе по башке лопатой. И от меня кочергой вломи.

Дай в лоб с размаху, сойди с уступа, не клейся, словно дешёвый рис. Бывает пусто - но стисни зубы, не трусь, одумайся, соберись. Проснись с рассветом, смотри - в пожаре рисует солнце свои черты.

Мир очень старый и мудрый парень. Он видел кучу таких, как ты.

Не нужно мерить судьбу шагами, и ждать удачи ли, власти ли. Для тех, кто сдался - мир словно камень. Для тех, кто верит - он пластилин. Не прячься серой угрюмой тенью, не шли надежды в металлолом.
Твое упрямое Восхожденье стоит и ждет за любым углом.
Ты можешь ждать, сомневаться, греться, бояться, волосы теребя. Но как-то раз в беспокойном сердце проснётся кто-то сильней тебя. Потащит, грубо стащив с порога, скрутив реальность в бараний рог. Смиренным нынче - одна дорога. Таким как ты - миллион дорог.

Вот книга жизни - мелькают строчки, не видно, сколько еще страниц. Одно я знаю, пожалуй, точно - глупей нет дела: трястись за дни. Ужасно глупо - всё ждать чего-то, гадать, бояться, не спать, не жить...

...Нырять в хрусталь, в ледяную воду, где камни острые, как ножи. Бежать в автобус, занять оконце, жевать сосиски и хлеб ржаной, смотреть, как вдруг на закате солнце тебя окрасило рыжиной, гулять по Спасу, писать баллады, тихонько нежность вдыхать в слова, ловить затылком людские взгляды, и улыбаться, и танцевать. Срываться в полночь, пить хмель и солод, влюбляться чертову сотню раз...

А мир смеётся, он пьян и молод. Какое дело ему до нас.

© Джек-с-Фонарём

Это цитата сообщения A_Silver Оригинальное сообщение

My unreal

My unreal careless girl,
ты, конечно, не станешь умницей,
в октябре не тебе вязать
тёплый свитер под сериал.
Ты, скорей, побежишь рекой
босиком по промокшей улице,
так, чтоб ветренные глаза
каждый встреченный вспоминал.

Чтоб подумалось бы ему:
- Что за жизнь? Я живу, как в омуте,
а на улицах, между тем,
пахнет следующей весной.
Твиттер - к чёрту. И быть всему,
что мечталось, да не исполнилось!
А иначе, вообще, зачем?
А иначе вся жизнь - отстой.

Чтоб хотелось в моря, в леса,
в небеса - и гори всё пламенем!
Я за этот шальной разгул
до копеечки заплачу,
лишь бы - помнить твои глаза,
лишь бы ветер летать заманивал...

Я в них тоже так раз взглянул -
до сих пор над землёй лечу.

Это цитата сообщения koloson Оригинальное сообщение

//

помни:
всё то, что мешает тебе любить,
правит парадом
адом
гонконгом
роддомом
зимой
правом на слово
провод оборван картонной рукой
в новой обойме
нет ни тебя, ни меня, ни детей,
ни переломов
помни всё то, что мешает любить
помни и

Она по осени часто грустит и много курит.
В общем, не пьёт, но скоро точно - сопьётся.
Она - чёрте кто, а остальные - люди как люди.
Её мутит тоска, а о ней кричат "Перебьётся!"

Тихонько вздыхает, допивая свой сладкий яд,
На запотевших стёклах рисует солнце и лето.
Но не вернуть ни того, ни другого назад,
И южный ветер ночной потерялся где-то...

Это, наверно, сезонно, как многое впрочем.
Или просто тоска. Привередливый случай.
А песни лихие обрываются многоточием,
Так и не сумев что-то важное тихо озвучить...

[01 Сентября 2008]

Ведьмы хоронят сынов, ведьмы хоронят мужей. Мужчины уходят рано, угасают, просачиваются сквозь прозрачные натруженные пальцы в небытие, и женщины - слабые женщины! - остаются одни. Они не то чтобы страдают, когда доживают до полсотни лет, просто остается оскомина, осадок неприятный, что все это незачем было, этот миг чужой жизни.
Они чувствуют смерть, и молодые и старые - хорошо чувствуют, ловят ее тленный запах чуткими крыльями резных носов.
Увы - колдунов в этом мире не так уж много, и на десять девчонок по статистике девять ребят. И приходится любить обычных, смертных мужчин, носящих их на руках, пытающихся носить им звезды горстями, как семечки, позднее - ленивых и пьющих, обычных, обыкновенных...
Потому только оскомина и быстро проходящая истерика, тихая и сама с собой.
...Но если вдруг ты такой хороший, добрый, ласковый, не звезды с небес - а целый мир на ладони в виде маленького зверька, снишься каждую ночь и смеешься как-то особенно мягко - только не вздумай быть простым смертным мужчиной, только посмей не быть колдуном...

...Я поднимаюсь поздно - темнота растворена, как таблетка аспирина, в янтарном свете настольной лампы, будто в проточной хлорированной воде. Долго лежу, глядя на тёмный экран компьютера - с кровати его видно. Тихо фонят колонки какой-то музыкой. Не хочется напрягаться, но и идти - надо. Хочу. Вздыхаю, поднимаюсь, дёргаю старой мышкой с красным глазом-огоньком. Следит за моим окончательным пробуждением. Делаю громче музыку, хмуро оглядывая бардак в комнате. Карточка, бутылка с любимым Маунтином, бисер, какие-то намагиченные мелочи. Шлёпаю на кухню, как обычно, когда дома никого нет и в ближайшее время не предвидеться - в одной длинной мужской футболке с Арией. Босые ноги словно не касаются пола - хожу, как кошка. Впрочем, пятку мне начинает грызть настоящая чёрная кошка - у неё пустые миски. Нарезав себе половину фруктового рулета и отвязавшись от голодной, оттого вредной, зверюги сухим кормом, возвращаюсь в комнату, прихватив с собой изящный высокий бокал. Маунтин я могу пить только либо из бокала, либо прямо из бутылки. Сваливаюсь в кресло у стола, бросая единственный взгляд на "фотографию" в рамке. Вернее, распечатанный и раскрашенный рисунок...
Чёрт.
В груди разливается тепло и в носу начинает щипать-щекотать, выдавливая на губы ехидную улыбочку. Мурашки по коже.
Чёрт...
И сижу я такая, в футболке, с бокалом, наполненном чем-то подозрительно-зеленоватым, доедаю рулет и лениво проверяю почту. На улице темно - зима ныне. Скоро идти...
Почему я не тороплюсь? Так ночь длинная, долгая. Зимняя...
Именно - ночь. Сегодня я буду путать следы в ночной тьме и белизне снега. И - искать.
Скоро, почти что через месяц, ехать... Нужно.
Чёрт.
Вновь озноб, и - маниакальный смех.
Невменяемая и неуправляемая реакция на мои эмоции и воспалённая память подливает масла в огонь сумасшествия.
Дурочка, дурочка, дурочкаааа... с переулочка!
Вот только эта дурочка - вовсе не дурочка, а просто шизанутый маньяк, и не дайте боги вам встретить эту "дурочку" в переулочке...
Смех и щекотка в уголках глаз, мурашки по плечам и рукам.
Спокойно...
Продолжая улыбаться, быстро, почти по армейски, одеваюсь, стараясь не смотреть вверх, на картиночку в рамочке, иначе меня разберёт вновь дикий, неостановимый хохот.
Чёрт.
Чёрт, чёрт, чёрт!!!
Закидываю торбу со скалящимся волком на плечо, вылетаю в коридор, легко влазаю в не совсем женские полусапожки почти сорок первого размера без каблука, быстро, до треска рукавов, одеваю фиолетовую куртку, поправляю заново накинутую торбу на плече, хватаю ключи с телефоном, и - выметаюсь в ночь огненно-чёрно-фиолетовой вьюгой. Четыре оборота ключа с тяжёлым, металлическим брелком, и - в лёт по лестнице, на улицу, во тьму. Всё остальное - в торбе, проверено и перепроверено ещё утром, как ложилась спать. Маленькая бутыль с Маунтином, блокнот со стихами, книжка. Пои, небольшой гранёный шарик. И, самое важное - песочные часики на шерстяном шнурке. Жёлтого песка всего на три минуты, кажется, носить их на запястье - не на шее. Время не должно висеть на шее. И, не смотря на то, что всего - три минуты, его можно перевернуть, и так время будет бесконечным.
Я успею. Обещаю.
Край крыши встретил меня порезанным ветром, и казался стальным ножом. Сижу на краю, вихрятся звёзды вокруг покачивающихся на шнурке часиков.
Я вложила в них всё, что могла. Теперь - всё, что смогу взять. Мольбой ли, силой, жестокостью. Верностью.
Ветер впитывается в стекло узорчатой изморозью, которая растает в тепле, но песок течёт, не каменеет - внутри него огонь. Фосфорицирует верх и дно часов мертвенно-зеленоватым. Абстрактно. Переворот часов - они у меня на ладони, и теперь бездной стало небо, а небо - бездной. Перепутаны идеальные грани горизонтов и вертикалей, параллельные пересекаются, перпендикуляры сломаны. Потому что. Я не люблю крестов.
И не хочу ни на ком ставить крест.
Вкладываю в эти три минутки своё дыхание. Слыша собственное сердце. Его - сердцебиение - я тоже отдаю. Немного крови с разодранного пальца. Золотистые ногти блестят в свете холода. Немного снега и слёз. Моих маленьких обещаний и большой верности. Волчьей и кошачьей шерсти, длинной рыжей прядки. Мороза и тепла, ветра и земли. Опасности и напряжения, любви и ненависти...
Да.
Ветер заботливо убирает растрёпанные волосы с обветренного лица. Спасибо.
Да.
Запрокидываю голову, прячу часики в торбу. Да. Я обещала. Я успела. Выдыхая, слизываю кровь с пальца, запиваю газировкой.
Пора идти. Меня никто не увидит - я знаю.
Я обещала. Я успела.
За три минуты безумия...
Я приду. Жди.

[22 Января 2009]

Корабли - мечта под парусами.
Волны боли килем рассекая,
Плывут вдали меж облаками,
Тени якорей на дно бросая.

Я хочу на палубу к пиратам,
Кровожадным, смелым, добродушным.
Я хочу почувствовать в фрегате
Непокорную... мою больную душу.

Синим морем в небе отразиться,
Слив их вместе на стыке-горизонте,
И грозою в штиле разразиться,
Я молю вас... позвольте же, позвольте!

Ах, позвольте мне вздохнуть ветров,
И, поспоря с розой направлений,
Показать всю дерзость, весь норо'в,
Морским воякам всем на удивленье!

Ну позвольте ж взлететь под паруса,
По мачтам, реям, Эльма огоньками.
Зажечься путеводной точкой в небесах,
И нарисовать на сердце ваше знамя.

Ах, дайте в руки мне мушкет и порох,
Из акульей кожи в серебряном футляре.
И дайте шпагу, и упоенья ворох,
Мы будем обходить брега кругами...

Стать лишь пеной зыбкой на волнах,
Омывая доски корабля-фрегата.
И остаться с вами ветром в волосах,
Вот это мне желанная награда...

[18 Января 2008]