Она пахнет духами и сексом, и чем-то тревожным,
Она слишком умна. Улыбается, слушая лесть,
Коль она не захочет — заставить её невозможно,
Её надо понять и принять лишь такою, как есть.

Она — дивный цветок, но сорвать его не для любого,
Её нужно не просто хотеть, а безумно любить…
Она слишком строптива. Мужчину ей нужно такого,
Чтобы душу её, а не тело сумел покорить…

Возраст — ей не помеха. Она его не замечает,
Она, словно хороший коньяк, ещё лучше теперь,
Ни о чём не жалеет, о том, что ушло не скучает,
Она просто живёт, не считая побед и потерь…

Впрочем, жизнь и судьба её, правда, не очень щадила,
Но она, словно Феникс, из пепла восстала опять,
Чтобы всё пережить, чтобы стать ещё лучше, чем было,
Чтобы снова, как звёзды на небе, сиять и сиять…

Она может позволить на зависть другим, что захочет,
Она знает про то, что увидеть другим не дано:
И печаль, и любовь, и безумные длинные ночи,
Пьёт она, когда хочет, признаний хмельное вино…

И мужчины идут и идут вереницею длинной,
Соглашаясь на всё, не считая ни жизни, ни дней,
Чтобы пусть ненадолго, но всё же назвала «любимый»,
Чтоб хоть раз на мгновенье позволила быть рядом с ней…

У неё нет подруг. Есть завистницы. Их очень много
И мужчины-друзья. Новый будет, раз старый ушёл.
Но никто не уходит. Она вовсе не одинока.
Одиночество — миф, если даже одной хорошо…

Она пахнет духами и сексом, и чем-то тревожным,
Чем-то терпким и сладким