Осенние мотивы
Каждый день человек строит свой дом, отдавая все свои знания и силы, а когда придет срок оставлять его, то пожинает одно лишь сожаление.
И не говорите, что наше будущее остается в детях и в делах, которые совершим на земле. У детей будет своя судьба, а дела наши скоро покроются плесенью и забудутся.
Наша жизнь принадлежит только нам и мы не сможем передать свои мысли, чувства, ощущения кому-то другому: ни жене, ни сыну, ни брату, ни другу.
Мы возьмем свой мир, который построили здесь, и будем жить в нем целую вечность. Там не будет ничего, чего бы мы не приобрели здесь. Если сеяли зло, то и будем всегда пожинать его горькие плоды; если служили красоте и добру, то и вкусим свет, который никогда не иссякнет.
Коновалов С.С. - Музыка души
Сегодня дождь на земле и в душе!
Капелька за капелькой стекает какая-то солоноватая жидкость из глаз, течение которой остановить невозможно, не смотря на все прикладываемые усилия, да еще и этот непонятный ком в горле, мешающий прошептать самой себе «остановись!».
Почему я плачу? А не является ли это подтверждением того, что у меня есть Сердце для все тех, кто сомневается в этом?!
Невольно на ум приходит лишь одна мысль – «Дорога в ад короче, дорога в рай прекраснее…» а теперь самое сложное … - ВЫБОР!
Времена года
ЛЕТО РАННЕЕ подобно девушке: уже не дитя, но ещё и не женщина. Время замедлило свой стремительный бег, успокоилось. Зной, горячий воздух, настоянный на травах, несколько романтичный; ветер ласковый, дразнящий нежными прикосновениям, как прерывистый с придыханьем шёпот в ушко, возбуждающий желания.
ПОЗДНЕЕ ЛЕТО похоже на сорокалетнюю женщину… Появились морщинки и седые волосы, но до старости далеко и не верится, что она придёт. Время замедлилось, приостановилось. Женщина опытная, много повидавшая не торопится, живёт спокойно и размеренно. Природа под стать ей: уже галки сбиваются в многотысячные стаи и каждый вечер ты видишь их перелёты с полей на место ночёвки; на деревьях откровенно багряные листья; цикорий, цветёт как последний раз; воздух уже не возбуждает новых желаний. Вокруг ощущение зрелости и очередного рубежа жизни.
БАБЬЕ ЛЕТО. Сорок пять, сорок пять… Последняя ступенька, можно сказать, переспевшее ЛЕТО. Короткий период: от Успения Пресвятой Богородицы до Воздвижения Честного Животворящего Креста. Бабье лето быстрое, без суеты и весенней суматошности. Природа ничего не обещает, лишь предлагает остатки былой пышности.
«ПОЗДНЯЯЯ ОСЕНЬ, грачи улетели, лес обнажился, поля опустели…». Точнее не выразить ощущение безнадёжности и приближение конца жизни… Твои одногодки один за другим ушли на погост, и ты ждёшь смерти, но она забыла про тебя. Ты вдовая, никому ненужная и почти всеми забытая. Время остановилось.
Лёг снег, ударили трескучие морозы, ЗИМА пришла… Как она похожа на «костлявую с косой». Всё покрыто белым саваном. Старушка дождалась... ИСТОРИЯ ПОДОШЛА К КОНЦУ и времени совсем не осталось…
Музыка: Денис Мацуев - П.И.Чайковский Времена года.Октябрь.Осенняя песнь.
  |
Лета жаркого привет, полевых цветов букет.
Он из нежных облаков, белых, синих лепестков,
Окруживших солнца круг, с ним светлее стало вдруг.
В. Ромашкина-Коршунова
Опередить время...
И время летело, осязаемо летело рядом, - время исканий, время постижений, время неусыпного поиска смысла. Зачем я здесь? Почему именно я? Кто мы такие в этом странном мире?
То, что мир странен, осознавалось девочкой с рождения. Помнится, как вычурным рисунком ложились на сердце стремления других поставить себя выше, принизив окружающих. Интриги, которые юный возраст не обходит никогда стороной, - словно учится, как и чем можно здесь, в этом мире, выжить. И многие избирали этот путь, подпав под влияние изощрённого ума, провоцируя зло. Странная, двуликая мозаика. Ум выдавал такие построения, такие хитросплетения интригующих вариаций, - а её сердце видело всё это и смеялось, смеялось от души, зная, что это всё тщета и не истина. Знало с самого начала. Это не её путь.
Жить белой вороной сложно. Всегда слышишь один и тот же вопрос: ты что, с луны свалилась? Она не знала. Не с луны, это точно, но вот откуда? И зачем?
Ожидания
Сначала было непонятно чего ждешь.
Хотелось чего-то хорошего. То ли денег, то ли любви необыкновенной.
Это ожидание складывалось из множества маленьких.
Вот ты ждешь утреннюю электричку. Мороз, еще не все звезды погасли, розовеют облака на востоке. Утоптанный серый снег на платформе скрипит под ногами, вокруг темные бесполые фигуры с поднятыми воротниками и с носами, уткнутыми в шарфы.
Через час ты сидишь на лекции по философии и ждешь, когда она кончится. На этих лекциях тебе или скучно или непонятно. Ты рисуешь в тетради для конспектов женский профиль и лесенку горных хребтов. И ты не знаешь, чего тебе хочется больше.
А вечером ты ждешь ее около театра. Ждешь долго, потом звонишь и узнаешь, что она не придет. Просто так, не придет и все!
Сердце огорчается, сжимается, появляются иголки, которые начинают его колоть.
И мир становится меньше. И бессмысленнее.
Но потом ты понимаешь, что это хорошо.
Ты сам не хотел идти. Ты понимал, что теперь вам обоим надо ждать чего-то другого.
Сейчас просто задели твое самолюбие.
И это надо пережить.
И ты переживаешь.
И приходит время, когда у тебя много любви, и ты начинаешь хотеть денег.
Не для кутежей, для жизни. Просто минимум для нормальной жизни.
Ты даже пытаешься что-то откладывать.
Но ты не знаешь, что работать и накапливать бессмысленно.
Копить надо много лет, и за это время твои деньги кто-нибудь отнимет.
Будет или инфляция, или дефолт, или реформа, или просто банк лопнет.
Есть еще грустный вариант - все придется отдать врачам или бандитам.
Но бывают и счастливые варианты. Как при социализме: накопил и машину купил!
Или что-нибудь другое, но тоже хорошее.
И тут же хочется что-то еще.
Но вот ты стал старше и шире.
Говорят, что даже поумнел. Или за ум взялся.
И однажды летним утром, когда поют птицы за окном и когда ветер из окна пахнет цветами, ты вдруг понимаешь, что ждать богатства - это большая глупость.
А ждать большого богатства - это глупость еще большая.
Не будет ни того, ни другого.
Что надо жить сейчас. Без богатства. Иначе все пройдет без тебя.
А как жить - ты не знаешь.
Ты привык ждать, и жизнь без ожидания тебе непривычна и непонятна.
Ты подходишь к окну, смотришь на двор, где краснеются цветы на клумбе, где молодые мамы сидят на скамейке около песочницы, и тебе становится страшно.
Если ничего не ждать, то и клумба и мамы будут за окном всегда.
С перерывом на зиму и дожди.
И у тебя ничего не изменится, разве что цвет обоев поменяешь.
И еще можно кафель синего цвета в ванную.
И еще в Египет поехать, если желудок не будет барахлить.
И это все? Ждать синий кафель и пальм у Красного моря?
Нет, так нельзя. Надо чего-то ждать, что-то обязательно должно произойти.
Ты не согласен вот так долгие годы стоять у окна или сидеть вот в этом кресле.
Сейчас, когда виски седые и желания скромнее, то многое стало проще и понятнее.
Ты ждешь, когда ты, твои любимые и любимые твоих любимых будут здоровы.
Так бывает. С годаvb все реже, но бывает. Вот ты внезапно выздоровел. Вернее врачи сказали, что не знают, что у тебя лечить.
Тогда ты начинаешь бояться писем и звонков. Ты чувствуешь что они принесут плохие новости про твоих любимых.
Но вот краткий миг, когда здоровы все!
Здоровье... Ты ведь тоже что-то можешь. Многое в твоих руках, остальное в руках Всевышнего.
Ты много делаешь для того, чтобы сохранить здоровье или разрушить его.
Думать о здоровье или не думать - это каждый выбирает сам.
Но даже если ты здоров, тебе этого мало.
Когда ты здоров, то этого не замечаешь.
И ты тогда ждешь, когда появятся возможности исполнения желаний.
Это не
Lenny Ibizarre - Smooth Temptation
Ливитчук Наталья (NatashaLiv012} - Одиночество
Бессонница
И даже когда кончается день, когда затихают звуки, прохлада спускается с неба, а в вечернем саду старые клены превращаются в черные силуэты, меж которым виднеются далекие звезды, - все это продолжение светлого мира, из которого так не хочется уходить.
Я лежу в маленькой комнате и смотрю в окно, которое царапают колючие ветки малины. Колышется занавеска, по стенам ползают мутные желтые пятна от ночных огней, на часах горят красные цифры, отсчитывающие минуты наступившего дня.
Надо закрыть глаза и перейти в другой, сумеречный мир. Там нет света, там серая пелена закрывает картины прошедшего, там нет четких мыслей, там подступают страхи, там приходят воспоминания о тех, кто ушел, перед кем ты был виноват, и это никогда не исправить. Ты бредешь в этом мире по краю черной бездны, твои шаги неслышны, воздух густой, душный, ты пытаешься вдохнуть полной грудью, но что-то мешает тебе, ты открываешь глаза, слушает биение сердца, часто дышишь и смотришь на пятна, ползающие по белой стене.
Нет, надо набраться смелости и снова войти в этот мир между светом и чернотой, где тебя тут же окружают тени. Порой цветные, порой черные, у которых нет лиц, которые так похожи на тех, с кем ты встречался, и кто так равнодушно на тебя смотрел. Теперь вокруг тебя много равнодушных. Раньше тебя любили, тобой интересовались, тебя ждали, кого-то ты раздражал, кто-то тебя ненавидел. И казалось, что это будет всегда. Ты и представить не мог, что самое страшное не ненависть, а равнодушие. Ты постепенно становишься никому не нужным, все меньше людей радуются, когда ты открываешь дверь и входишь в комнату. И ты отчаянно цепляешься за тех, кто еще любит тебя, кто думает о тебе в эти минуты или будет думать завтра, когда встанет солнце и прогонит ночные ужасы.
И вот они, любящие и любимые рядом, ты закрываешь глаза и видишь родные лица, они с тобой в этих сумерках, рядом с бездонной пропастью, которая уже не кажется такой страшной. С тобой есть те, кто протянет руку и поддержит тебя, если поманит чернота, если чужие тени подступят слишком близко.
Красные цифры безжалостно отсчитывают время, и вот ты снова один. Ты ушел из сумеречного мира, ты не смог там раствориться в мягких теплых волнах сна, ты устал от черноты и вернулся. Горит лампа, в руках у тебя книга, где незнакомые тебе люди влюбляются, ходят на работу, сидят в кафе и пьют горячий сладкий кофе.
Ты вдруг понимаешь, что тебе неинтересны эти люди. Ты равнодушно представляешь их лица, тебе безразлично, что с ними будет вечером, кто будет любить того несуразного парня в кожаной куртке, и как он поступит с той, кто скажет ему в лицо малоприятные слова. Ты закрываешь книгу и вдруг понимаешь, что и тому парню была бы неинтересна твоя жизнь. Он бы никогда не думал о тебе, о твоих проблемах и радостях. Вы бы прошли мимо друг-друга, не взглянув в глаза, не обернувшись, не прерывая своих мыслей.
Так вот оно что! Это не к тебе стали равнодушны, это тебя перестали интересовать проходящие мимо. Ты слишком много видел и знаешь, что скажет твой собеседник в следующую минуту, что он подумает и что сделает, когда вы расстанетесь. И тебе это неинтересно. И тебе платят тем же.
Ты гасишь
Выпавший снег плачет талой водой
Лишь потому, что один только знает
Как я сегодня хочу быть с тобой
Как мне безумно тебя не хватает
Моя Памятьотебе
Когда я уйду из жизни...
твоей...
ничего не случится
затихнут далёкие песни
завоет внезапно волчица
затянет туманом заводи
и всё будет так, как всегда
лишь будет струиться слезами
из родников вода
и солнце сядет за соснами
опустится тихо в ночь
и птицы вдруг безголосо
споют, улетая прочь…
когда я уйду из жизни
твоей…
будет снова осень
в которой я встретил тебя
в которой дождями - слёзы
и льдинками - холода
Музыка: Валерий Ниминущий - Сумерки
| |
Edgar Simonyan - Красивое
Тайна любви
-Что скрыто в глубине моей души?
Что просится тревожно в мир родиться?
-Не торопи мгновенье. Не спеши.
Что суждено, тому и сбыться.
Провела рукой по тёплому, струящемуся сквозь пальцы, прибрежному песку. Заглянула себе в сердце, скрывающее всё мироздание в первоначальной ослепительной Красоте и Гармонии. Единство всего Сущего прорывалось из глубин ошеломляющей Радостью, такой родной и до боли знакомой, но зачем-то позабытой, занесённой пылью веков. Едино всё, и каждая мельчайшая песчинка на этом берегу равна по сути своей самой огромной из существующих галактик.
-Я знала, но забыла.
Волна благодати вновь омыла сердце, и оно стало отбивать такт вселенской музыки сфер, вибрируя тем Единым с сотворения Словом, повторённым неимоверное количество раз, отражённым и отражаемым, и вновь отражённым от голограммы таинственных вселенских зеркал. Игра. Причудливый узор декораций. Каждый из нас привносит в эту игру своё звучание, окрашивает в присущие себе тона. И разнообразие клубится, расходясь волнами мирового пространства, унося своё отражение всё дальше и дальше, к новому изгибу вселенских причудливых зеркал. И Слово делится на части, пряча за чередой искажений самую простую на свете суть.
-Кто я?
Она вгляделась в таинственный, безмерный мир, окунула руки в ласкающую нежностью воду, и, зачерпнув звёзды в охапку, выплеснула на струящийся шёлком песок. Слово. Оно сияло везде, и, отразившись в каждой капле, в каждой песчинке, улыбалось безмятежной, наивно-детской улыбкой.
-ЛЮБОВЬ.
Она замерла, и сердце словно остановилось на мгновение в присутствии Истины, но Всеобъемлющая Радость затопила всё вокруг, и все отражения стали складываться на глазах, обнимая друг друга, не видя больше различий, не ведая разности, не зная разделений. Всё Едино.
-И в каждом ты увидишь – отраженье своего лица…
Мир спал. Он ещё не знал, что изменился...
| |
Эпизод
Как всегда умиротворяющие слова молитвы наполняют Храм… Ты один на один с Творцом, твоя душа настежь распахнута струящемуся с небес потоку ЛЮБВИ… Люди, на коленях молящие Бога о спасении, о прощении накопленных годами грехов…
Девушка в потрёпанных джинсах неуверенно прошла к Распятию, трепетно зажгла свечу… Свистящий шёпот, как пощёчина: «Явилась в Храм Божий в штанах… Совесть молодёжь совсем потеряла… Бесстыдница!» Подкосились колени, поникли плечи, девушка сжалась, как от удара… Сердце рухнуло вниз, беззащитное, неприкаянное… Она поставила свечу дрожащей рукой к иконе и торопливо, не поднимая глаз, вышла из Храма… На ресницах дрожала слеза… Стало до тошноты стыдно и больно… А молитва текла плавными напевами клироса… Люди просили Бога…
После службы этот эпизод никак не шёл из головы, картина произошедшего была обрамлена в чёрную траурную рамку… Что таило в себе сердце этой девочки... Какое мы имеем право… Закрутили дела, дороги разбегались, пересекались, - суета сует серых будней…
Дождливое осеннее утро, торопливость шагов, шум опадающей листвы, глухие порывы пронизывающего ветра… Впереди поскользнулась старушка, и девушка, оказавшаяся рядом, чудом поддержала её, сама по щиколотку увязнув в грязи… Сердце замерло… Потёртые джинсы, знакомый поворот головы… Она обернулась… Глаза… Чистые, бездонные, отражающие первозданный покой вечности… Мелькнули, и как мираж, растворились в толпе… Так вот ты какая, рядом с которой спасутся тысячи…
Тихо, громко, ещё громче...
Любовь не нуждается в голосе, любовь сопровождает молчание. В голосе нуждается тот, кто хочет доказать другому то, в чем этот другой сильно сомневается. Крик становится дополнительным аргументом, хотя он никогда не имеет силы, даже если очень сильно кричать.
Однажды Учитель спросил у своих учеников: «Почему, когда люди ссорятся, они кричат?» - «Потому, что теряют спокойствие», – сказал один.
«Но зачем же кричать, если другой человек находится с тобой рядом? – спросил Учитель. – Нельзя с ним говорить тихо? Зачем кричать, если ты рассержен?»
Ученики предлагали свои ответы, но ни один из них не устроил Учителя. В конце концов, он объяснил: «Когда люди недовольны друг другом и ссорятся, их сердца отдаляются. Для того чтобы покрыть это расстояние и услышать друг друга, им приходится кричать. Чем сильнее они сердятся, тем громче кричат.
«А что происходит, когда люди влюбляются? Они не кричат, напротив, говорят тихо. Потому, что их сердца находятся очень близко, и расстояние между ними совсем маленькое. А когда влюбляются еще сильнее, что происходит? – продолжал Учитель. – Не говорят, а только перешептываются и становятся еще ближе в своей любви.
В конце даже перешептывание становится им ненужно. Они только смотрят друг на друга и все понимают без слов. Такое бывает, когда рядом двое любящих людей.
Так вот, когда спорите, не позволяйте вашим сердцам отдаляться друг от друга, не произносите слов, которые еще больше увеличивает расстояние между вами. Потому что может прийти день, когда расстояние станет так велико, что вы не найдете обратного пути».
Brambles - Unsayable
...И в мгновенье, я ощутила свою жизнь.
И Ангела прикосновение.
Так нежно тайная струна его рукой,
Была задета и он сказал: Ты не одна...
Анна Март
Lunar Luminaire
| |
Земфира - Знак бесконечность (минус)
Замороженными пальцами
В отсутствии горячей воды,
Заторможенными мыслями
В отсутствии конечно тебя.
Земфира
Час, открытый в Вечность
................................Мир в глубине, и звукам нет названья...»
..........................................................................М.С.
Ни времени, ни следствий, ни причин –
Мир затаился в глубине – и замер,
В бездонном сне беззвёздности почил,
Предвидя воскрешения экзамен;
Предчувствуя, что бед не избежать...
Но в тихий хор вечерних песнопений
Вольётся слов невнятных благодать -
О радости и нежности весенней,
Что нам дарует краткий счастья миг...
И – ни причин,
Ни времени, что лечит...
Есть только ТЫ...
И странный
Этот мир,
И этот
Час,
Открытый
Прямо в Вечность...
| |
Й. Гайдн - Прощальная симфония
* * *
Юрий Левитанский
Я люблю эти дни, когда замысел весь уже ясен и тема угадана,
а потом все быстрей и быстрей, подчиняясь ключу,-
как в "Прощальной симфонии" - ближе к финалу - ты помнишь,
у Гайдна -
музыкант, доиграв свою партию, гасит свечу
и уходит - в лесу все просторней теперь - музыканты уходят -
партитура листвы обгорает строка за строкой -
гаснут свечи в оркестре одна за другой - музыканты уходят -
скоро-скоро все свечи в оркестре погаснут одна за другой -
тихо гаснут березы в осеннем лесу, догорают рябины,
и по мере того как с осенних осин облетает листва,
все прозрачней становится лес, обнажая такие глубины,
что становится явной вся тайная суть естества,-
все просторней, все глуше в осеннем лесу - музыканты уходят -
скоро скрипка последняя смолкнет в руке скрипача -
и последняя флейта замрет в тишине - музыканты уходят -
скоро-скоро последняя в нашем оркестре погаснет свеча...
Я люблю эти дни, в их безоблачной, в их бирюзовой оправе,
когда все так понятно в природе, так ясно и тихо кругом,
когда можно легко и спокойно подумать о жизни, о смерти, о славе
и о многом другом еще можно подумать, о многом другом.
| |
Мимолетность
День прошел, его уж нет.
Что толку сожалеть о том, чего не сделал?
Не написал нужной строки, не сделал точный мазок, упустил родившуюся яркую мысль; не сказал близким теплые и светлые слова.
Змея сожаления прошелестела холодной лентой вокруг сердца и улеглась поодаль, до следующего дня.
Если бы мы сложили все хорошее, чего не успеваем сделать в своей жизни, то получилась бы башня до самых небес, а из того, что совершаем доброго - маленькая кучка пепла.
Эта мысль не дает мне покоя: мы - кладбище прекрасных и несбывшихся надежд.
Мы думаем, что жизнь долгая, что еще успеем, вернемся, осуществим.
Сегодня плохо спал, помешала болезнь, настроение было не ахти.
А вот завтра, позже, потом...
Откуда нам знать: наступит ли завтра, и принесет ли оно больше здоровья, света, собранности?
Я довольно долго живу на этой земле, и вынужден с сожалением признать, что человек с каждым днем становится слабее.
Уже и память не так остра, и сердце не так отзывчиво, как прежде.
Все, что откладывал на завтра, осталось не рожденным навсегда, а то малое, что успел, потянется за мною в вечность.
Конечно, нам не грех мечтать, строить воздушные замки с башнями из чистейшего хрусталя.
Но все же глиняный горшок, который ты сегодня сделал своими руками, пусть он кривой и неказистый, - ценнее этих призрачных замков, потому что ты собрался и смог.
Тепло твоих рук придало бездушной глине форму, и вернулось троекратно к тебе, чтобы отразиться на всем окружающем мире.
"Вера без дел мертва".
Жизнь мертва без любви.
Любовь мертва без творчества и тепла.
С новорожденным днем!
Пусть не касается сердец ваших дух сожаления о несовершенном...
Оказалось, что случайно найденные мною рассуждения (здесь) и процитированные (здесь) принадлежат Владимиру Трубинову, что на Лиру есть его дневник: 
муринъ
Дальнейшие поиски привели на его странички на сайтах Проза.ру, Фейсбук и др. (ссылки ниже)
Музыка молчания
Я больше не могу слушать хорошую музыку. Ее звуки не утешают мой слух, не возвышают дух, не наполняют мир светом; они рвут мое сердце на части и воскрешают в памяти события и лица, которых уже никогда не вернуть. Это очень горько и трудно.
Я знаю, что это не нормально, это болезнь души. Но ведь что наша жизнь? - это смертельный недуг, который заканчивается для всех одинаково - разрушением и безмолвием; и нет в мире лекарства, которое бы избавило нас от боли и смерти, нет человека, который бы вернул нам музыку радости и счастья.
Другое дело, что эту болезнь можно переносить по-разному. Одни все время ноют и стонут, жалуясь на тяжесть пути; другие пытаются забыться в веселии и наслаждениях, третьи ожесточаются сердцем, стараясь причинить боль другим. Но есть и те, которые погружают свое существо в молчание, желая постигнуть тайну и смысл человеческого страдания. Они знают, что себя можно услышать только в полной тишине,