Осенняя гостья... ♫♪♫♪

Bernward Koch - Evoking Wonder
Вновь ветер унес
Аромат поцелуя
Со словом «Прощай».
Мария Захарова
"Когда её не было в его жизни, то на лугу его сердца росли цветы, которые делали его жизнь богатой. Цветы эти олицетворяли его интересы и радости. Они были самыми разными. И когда появилась в его жизни она, то своим присутствием наградила его сердце саженцем прекрасного дерева. На этом лугу оно выросло огромным и цветущим, затмевая по красоте все цветы. Оно стало чем-то новым и необычайно дорогим для сердца. Однако, жизнь менялась и, однажды, Вселенная её забрала у него. Тогда это дерево вырвалось с корнями. Оно вырвалось, оставив за собою огромную яму. Луг его сердца стал безобразным и казался измученным. Эту яму он не мог никак сгладить никакими цветами, как бы не старался. Было ясно, что всё имеет свою цену. Но от этой мысли легче не становилось. И только утешало то, что ветер времени выровняет всё, когда-нибудь вернув его к началу, когда безмятежность обитала в нём годами."
Андрей Иванчогло - Отрывок из книги "Мир грёз: Записки странника"
Музыка: Yanni Hrisomallis – One Man's Dream
Камертон
Мальчику было трудно жить, потому что он с детства был Слышащим. Нет, конечно, все люди обладают слухом, но Слышащие – это совсем другое. У них гораздо более тонкие настройки, и слышат они не столько ушами, сколько сердцем. Звук – это, по сути, всего лишь вибрация, сотрясение воздуха, он влетает в уши и передается в мозг, который «переводит» его на понятный
для человека язык, а у мальчика он вибрировал еще и в сердце. Даже в первую очередь – в сердце. И от этого оно болело, потому что в него врывалось очень много грубых, диссонансных звуков, создающих порой адскую какофонию. Все мрачные мысли, любая ложь, недоброе пожелание, вся боль человеческая – все издает свою вибрацию, и хорошо, что звуки эти не слышны обычным ухом, иначе мир сошел бы с ума. Собственно, это уже и происходит в больших городах, где шум и суета, где каждый ушел в свою раковину, сосредоточился на себе и вовсе не стремится услышать других. Такой вот безумный оркестр, издающий множество резких, неприятных звуков, не слагающихся в единую мелодию.
Но мальчик считал, что мир-то в порядке – он не в порядке. Сначала он думал, что все обладают способностью слышать сердцем, но потом понял, что нет, не все. Большинство людей жили без всяких лишних звуков и полагали, что все идет, как положено, и причин для беспокойства нет. А вот у мальчика они были, потому что какофония изматывала, терзала слух, заставляла часто плакать и печалиться, уединяться там, где ранящих звуков было поменьше. И, если честно, он часто хотел умереть, чтобы уши больше не слышали, а сердце не болело.
Наверное, так бы и произошло, раньше или позже, если бы не встреча с одним человеком. Человек был доктором, к которому привели мальчика обеспокоенные и почти отчаявшиеся родители. Он назывался красивым словом «гомеопат» и, со слов родителей, лечил не таблетками, а как-то по-другому, мальчик не очень понял, как именно. Да ему, в общем, это было все равно, он ведь знал, что не болен, а просто… не такой, как все. Иной.
Доктор осмотрел мальчика, послушал, задал несколько вопросов, а потом попросил родителей оставить их наедине.
- Ты находишься в диссонансе с этим миром, мой юный друг, и тебе трудно в нем жить. Настолько трудно, что ты даже подумываешь его покинуть. Так, мой юный друг?
- Откуда вы знаете??? – в полном смятении спросил мальчик.
- Вижу, — просто ответил доктор. – Мы с тобой в чем-то похожи. Ты – Слышащий, а я – Видящий. Но орган чувств у нас один и тот же – сердце.
[466x700]
Кеша Северный (музыка и исполнение)
Я Вас дождусь...
Я Вас дождусь. Доплачусь. Докричусь.
И ночь придет, и месяц в утро канет.
И день такими светлыми руками
Вдруг Вас обнимет. Так – как Я хочу.
Я Вас дождусь. От края поверну
На наше незабытое свиданье,
И окна любопытных старых зданий
Качнутся, чтоб в глаза мои взглянуть.
Я Вас дождусь. Скажу теперь слова,
Что не успела – не смогла когда-то.
И Вы, как будто, снова виноваты.
И я – как будто, я всегда права…
Я Вас дождусь. Наверное. В глаза
Я посмотрю с улыбкою усталой:
Как долго Вас я на земле искала!
Как много я хотела рассказать…
Georgy Om – Waltz Of Void
В ноябре тепло морозу не указ.
galina tihonova - Ноябрьские душистые дички
Стремился листья сбросить все ноябрь.
В ночи морозом потроша деревья,
Он обнажал ветвей упругих вязь,
Без исключенья и без промедленья.
И такая входит тишина... Художник Jamie Kirkland (США) и стихи Зинаиды Миркиной

Эдем
-----
Так тихо, что слышно, как гулок
Ход звезд, пересекших поля.
Так тихо, как будто прильнула
К вечернему небу земля.
Так тихо, что слышно движенье
В незримом пространстве глубин.
Так тихо, что нету сомненья,
Что Бог в самом деле один
На всех нас. На все мирозданье -
От звездных высот и до дна -
Ни времени, ни расстоянья.
Так вот отчего ТИШИНА...

Летний дождь на закате
Флёр - Для того кто умел верить
N.C. Wyeth - You Shall Have Homes’ (1928)
Вместе с запахом выжженных
Солнцем полей
Тёмной птицею в сердце
Входит новая осень.
Ты плетёшь свой венок
Из траурных лент,
Из увядших цветов
И почерневших колосьев.
Но кто знает, чем обернутся
Холода и потери
Для того, кто умел верить?
И кто знает, когда над водою
Взойдёт голубая звезда
Для того, кто умел ждать?
Тебе больно идти,
Тебе трудно дышать,
У тебя вместо сердца
Открытая рана.
Но ты всё-таки делаешь
Ещё один шаг
Сквозь полынь и терновник
К небесам долгожданным.
И однажды проснутся все ангелы,
И откроются двери
Для того, кто умел верить.
И ненастным январским утром
В горах расцветёт миндаль
Для того, кто умел ждать.
Гнётся вереск к земле,
Потемнел горизонт,
Облака тяжелеют,
В них всё меньше просветов.
Ты сидишь на холме
Неподвижно, безмолвно.
Все слова уже сказаны,
Все песни допеты.
Но я знаю - найдутся ключи
И откроются двери
Для того, кто умел верить.
И над тёмными водами мрака
Взойдёт голубая звезда
Для того, кто умел ждать.
Обречённо скользит
Одинокая лодка
Сквозь холодные воды
Бесконечной печали.
Только небу известно
Всё о нашем сиротстве
И о боли, что связана
Клятвой молчания.
Где-то есть острова утешения
И спасительный берег
Для того, кто умел верить.
Там рождаются новые звёзды
И в горах расцветает миндаль
Для того, кто умел ждать.

Двое под дождём - фотограф Sergey Miljekhin ( pilot_sm)
ПОДАРОК С НЕБЕС.
Есть люди, которые приходят в нашу жизнь для того, чтобы раскрыть наше сердце. Ещё больше. Они врываются в нужное время, словно свежий ветер, неся с собой добрые, милые вести.
Своим появлением они говорят нам о том, что пора двигаться дальше по пути расширения сознания, по Священному Пути Любви, по Пути Предназначения.
Они – наши милые Родственные Души, посланники наших Высших Я.
Когда мы общаемся, мы переполняемся и энергией Духовного Друга, и энергией Дома – Азъ Есмь Присутствия. Поэтому нам хорошо вместе «здесь и сейчас».
Самое главное – не наклеивать ярлыки на эти сакральные отношения.
Иногда раскрытие сердца напоминает нам влюбленность. Будьте терпеливы и осторожны с друзьями с Небес! Они приходят, но в своё время могут и уйти из нашей жизни, как птичка выпархивает с гнезда.
Не наклеивайте ярлыки «вечной» дружбы, желания быть вместе, рядом. Ваши Души и так близко, ваши сердца бьются в унисон, это ВАШЕ время! Растворитесь в этом танце энергий, радуге общения! Выслушайте всё, что вам хочет сказать Посланник с Небес.
Возможно, вы будете общаться всё воплощение. Возможно, вы станете со-ратниками, со-трудниками, со-творцами на вашем Пути предназначения. И это прекрасно во всей уместности!
И… не теряйте духовных друзей, не делайте им больно. Не жалейте нежных и тёплых слов… Берегите эти трогательные и трепетные отношения!
Эти люди – особенные в вашей жизни.
Это ваш Подарок с Небес!
Ловите!

Мой мир суматошный давно предсказуемо клетчат –
Как поле для шахмат, расчерчен и ладно, и складно.
Но к полночи ближе – в подсвечниках тонкие свечи
Всё плачут и плачут… да мысли летят листопадно.
Из вечера в вечер ты видишься мне сквозь дождинки,
Что честно рисуют на стёклах улыбчивый профиль…
Скорей возвращайся! Сдувать с тебя стану пылинки.
Я жду – как дышу. Лишь тобой наполняюсь на вдохе.
Ирина Веснушка

Музыка: Stefano Mastronardi - Adagio In Sol Minore (lounge version)
Антон Духовской - Осенняя шарманка
Шарманка за окном выводит звуки скверно,
Она моим стихам нашептывает бред —
Что, если я умру, то в августе, наверно,
А, если повезет, то точно в сентябре...
Ищи меня, ищи! Ты знаешь все приманки.
Но книжек записных страницы не листай.
Иди на звук дождя, на скрип больной шарманки,
На шорохи листвы, на голос птичьих стай.
Ищи меня, ищи! Мне холодно и страшно.
Зароюсь до утра я в ворохе перин
И слушаю всю ночь грозы осенней кашель...
Всего-то и забав — безвкусный аспирин.
Срисована судьба с бродячей обезьянки.
Пиджак мой, как стихи, — по швам давно трещит.
Всего-то и богатств — скрипение шарманки.
Всего-то и надежд — ищи меня, ищи!
Я снова постарел и вряд ли стал умнее.
Но нам не избежать дождливых душ родства.
Ищи меня, ищи — и я тогда сумею,
Сентябрь обманув, дожить до Рождества.
Ищи меня, ищи! Одета наизнанку
Поношенная жизнь. Другой не попросить.
Шарманщик-бородач, крути свою шарманку!
И вместе с ней, Земля, скрипи вокруг оси!
...Но если в листопад почувствуешь внезапно,
Как оборвал мотив шарманщик-бородач,
И воздух пропитал больничный стойкий запах —
Меня ты не ищи! И обо мне не плачь.
Художник Борисова Екатерина - Шарманка-осень (фрагмент)
(с благодарностью за информацию
Ела2012 и
egulumbek он же под ником egul в Живом журнале )
Книга эта невероятно ценна своей иллюстративной составляющей – 100 живописных и графических работ мастера, созданных в 1880 – 1930-х годах. Все они, за редким исключением, здесь публикуются впервые. А примерно половина из них и была показана на выставке. В их числе и незабываемо впечатливший меня «Ноктюрн». Картина эта буквально гипнотизирует, как бы сказал Коровин, «особенным поэтическим заманом», музыкой зарождающихся сумерек. Даром ли названа «Ноктюрн». И эдак-то в «окаянные дни» 1919 года – когда по велению новой эпохи художнику приличествовало бы творить нечто в духе «Интернационала». И уж никак не воспевать изящных барышень в их мечтательном созерцании сквозь окна террасы розовеющей закатной дали. «Гражданин Коровин, мы, признаться, не ждали от вас ничего нового, но то, что вы нам предлагаете, не может быть принято нами, как вчерашний день не может быть принят за сегодняшний. Ваше искусство вместе с царизмом ушло в прошлое. Для пролетарского государства оно не может представлять ни ценности, ни интереса», — такой приговор в 1922 году услышал больной, подорванный нищетой и голодом Коровин от председательствовавшего в закупочной комиссии Третьяковской галереи художника Давида Штеренберга. Этот эпизод вспоминает художник Александр Куприн (кстати, бывший коровинский ученик по Училищу живописи), видя в нем судьбоносный момент, определивший выбор Коровина: «Этот день для него был не только вопросом жизни, но и вопросом ее смысла. Прощаясь у подъезда своего дома, он сказал:
— Ну вот, мы и приехали в свою обитель, где можно оставаться самим собой.
(К 150-летию со дня рождения художника и писателя)
Возможно, кто-то заподозрит уже в самом заголовке статьи «странность» причисления Константина Коровина к писателям. Но воплощению литературного дара знаменитого художника способствовала неотступная тоска по бывшей жизни в «дивной стране» его — России.
В мае 1937 года, спустя пять месяцев после устроенного ему парижской газетой «Возрождение» юбилейного чествования в связи с 75-летием, Константин Алексеевич Коровин в письме к Станиславу Фаддеевичу Дорожинскому (одному из немногих эмигрантских друзей-соотечественников, скрасившему последние годы жизни художника своим проникновенным вниманием и покровительством) признается не без досады: «Маленькая странность: вот я в промежутках живописи, так как не охотник [до] праздности, пишу рассказы – это ведь искусство, литература. Пишу наитием, будто для каких-то несуществующих друзей. Пишу от любви к людям, не идейно, не поучая никого, а как художник. <…> Я не встретил ни одного печатного отзыва. Ни похвалы, ни брани. Немножко странно. А один мне прямо сказал, что Ваши писания – это просто так наитие, так всякий может, а это был писатель. Знаете, я был очень этому рад и сказал ему, что Вы правы, и узнал от него же, что он все читает, что я пишу, и я должен был сознаться, что прочел его один рассказ и не стал читать больше, так как это была скучная, условная литературщина».
А.Я. Головин. Встречи и впечатления. Коровин
Наряду с даром живописца Александр Яковлевич Головин обладал и незаурядным литературным талантом. Недавно встретилась мне его книга воспоминаний. Издание неказистое: карманного формата, в мягкой обложке, на газетной бумаге. Но…читала, не отрываясь, поскольку в отличие от шикарных изданий, снабженных иллюстрациями, приходилось напрягать память и вспоминать творения представителей культуры конца XIX - начала XX веков, среди которых такие имена, как Дягилев, Бенуа, Репин, Мейерхольд, Коровин, Врубель. Именно о них незатейливо рассказывает автор. Жизнь его действительно была богата встречами. В данном рассказе речь пойдет о друге – Константине Коровине. Ценность мемуаров заключается в том, что художник делится своими впечатлениями как профессионал о творчестве своего коллеги. Его оценки полотен Коровина нельзя сравнить с работами искусствоведов, которые не были свидетелями тех дней и сами не держали кисти в руках.

Ангел города.... Художник Александр Простев
|
Тихо ступают ноги босые. |
И если устала душа от несчастья, |
В трудный час, в скорбный час Всем Она говорит:
"Царь с копьем на коне от беды сохранит".....
В светлом сиянье храм серебрится,
Ксения плачет в спящей столице.
Над Невой,
Ангел песню поет,
В этот храм, чудный храм
На молитву зовет.
Тихо в часовне свечи мерцают,
Матушка Ксения всех принимает.
За весь мир, помолись,
Мати Ксения вновь –
Пусть сердца никогда
Не покинет любовь.
Рассвет. Предчувствие иного бытия