у меня словно зияющая рана в груди, и я ни чем не могу её заполнить

я плачу - Петр обнимает меня. он говорит: "поплачь, поплачь, это пройдёт." иногда действительно становиться легче.
но я никогда не забывал о тебе до конца - ведь всё моё существо пронизано такими нитями, которые видел ты - и не видят другие.

Элиан тоже их видела.

Элиан, Элиан.

вау, ну и говнище

вырвал зуб, во рту узелок, голова больная
150 миллиграмм сертралина - новая рабочая дозировка. антидепрессанты - это практически химическая кастрация. пока что ноль изменений.

пересобрал свой телефон, теперь мамин. инвестиции в набор отверток полностью окупили себя. пожалуй, нравится копаться в технике - мама говорит, что я химера.

нужно как-то сделать свою работу, но в последнее время она меня не очень-то радует.

ноль фрустраций и не о чем написать - а может быть я просто отвык это делать.

не достаточно плохо, чтобы было о чём страдать. но равнодушие выматывает.
и всё, в сущности, не так, как мне бы хотелось. но как мне бы хотелось?

ох, я устал быть правильным. надраться бы персиковым соджу, и уснуть где-нибудь на терассе теплой летней ночью.

я скучаю по дням, когда любовь содержала в себе что-то болезненное. избегать боли мне тоже уже надоело.

далекая любовь меня тревожит в моём заспанном доме. чистота и уют.
но где-то там есть вы, и руки у вас в крови, и вокруг умирают люди. но вы любите эту работу, как бы сильно она вас не расстраивала.

а Хики предложил послать вам цветы. прощальный букет. но мне тяжело с вами прощаться.

очередная счастливая жизнь, прошедшая мимо. надеюсь вы всё ещё счастливы рядом с тем, с кем меня полюбили.

вот отсюда отмерим, а дальше посмотрим, что будет
[540x483]

давно тебя не было -
с распухшим лицом - налитым и белым - и нежным и сладким и белым -
даже десертным.

в талой улыбке,
в оплывшей пустой этикетке.

где твой завершается шаг, и ноготь скребет неспеша, зацепляясь по клею -
пока ты живёшь, и спиртуешься, и отступает зима -
и щёки твои багровеют.

ты там, где бываешь обычно - пол года прошло.
какая-то мелочь заполнила чащу терпенья -

ты выпьешь её, и будет опять хорошо.

жду тебя в том времени, где клятвы были не нужны

Мой Дорогой Призрак, мой Нисходящий Свет, погружаясь в разговоры с вами я ощущаю себя так, словно бы смотрел на мир сквозь толстые стенки банки, заполненной спиртом с формальдегидом. Это ни с чем не сравнимое чувство покоя и полного обезболивания - вот так я мог бы описать нашу связь.
Не помню, чтобы ощущал в жизни что-то похожее к людям - только к катастрофам. Внутри которых уже легко и тихо от неизбежности происходящего. Мне с вами хорошо.

Я не знаю, о чём эти чувства. Вы, как человек, вызываете у меня много вопросов: я не понимаю как сосуществует ваш удивительный ум в синергии с религией, и как ваш удивительный вкус может проникаться вещами такими посредственными. И что было особенного в том коротком эпизоде шестнадцать лет назад, где до сих пор бродят ваши потухшие мысли? Шестнадцать лет изнурительной и странной любви. С которой мне придётся соперничать?

Но мне нравится, что вы такой. Я ничего бы не стал в вас менять, ничему бы не стал вас учить. Ни от чего лечить. Вы мне очень нравитесь.

И я рад возможности наблюдать вашу жизнь и душу, как явление какой-то непостижимой и таинственной красоты. Вы проходите в стороне от человеческих глаз - но мне повезло стать свидетелем. И я сохраню это переживание в сердце.

Мне легко представить вас своим голосом в голове; организовать под это пространство. Все мысли про вас и о вас - множество стен с ирризацией и ярким эхо, чтобы вы жили: двоились, троились. Исчезали в земле неожиданно. (словно молния)
Мозг полный щипучего электричества - и в каждом нейроне может быть ваше слово.

Мне легко представить нас вместе. Вместе - слитыми воедино, вместе - разделенными на два существа. Семью и партнёрство - по желанию. Но я, конечно, боюсь о таком думать: и стены мыслей не множатся комнатушками с мебелью.

Я трусливый - что касается чувств. Вы, наверное, тоже.

Так и будем вместе стоять под этим венцом. Ну и ладно.
В горе, радости, трусости, смежности, смешности, разобщенности. Всё такое и как подобает. Аминь.



Ваш Микель.

Элиан, Элиан, Элиан

ценю чувство воспламенения, почему-то даже часто путаю его с влюбленностью
а может это взаимосвязанно

Мой английский стал настолько лучше, что я понимаю фактически всё, с чем сталкиваюсь в интернете.
Это такое странное чувство.

Чтение мне всё ещё даётся сравнительно лучше, но на слух я тоже неплохо воспринимаю. И, хотя общий мой темп обучения замедлился (я стал уделять значительно меньше времени занятиям), прогресс продолжает расти. Наверное, потому что я не похерел хотя бы дисциплинарный аспект ежедневной рутины.

Я занимаюсь английским уже 507 дней. Никогда бы не подумал, что смогу продержаться так долго.

в сущности, лучше бы сейчас были детские проблемы: плохо помню, какие они.

лет до двадцати (а может и больше) вещи представляли из себя удивительную смесь из гиперболизации и расфокуса. то есть, казались глобальными, а потом теряли всякое значение, вытесняясь чем-нибудь новым.

нынешний же мой век содержит вещи скорее крошечные, как пули.

ну, если не работать, то что ещё надо сделать?
я не хотел бы делать даже то, что я сегодня уже сделал

вот настолько-настолько-настолько мне непробиваемо тошно

как же хочется чем-нибудь обдолбаться и писать всю ночь

боже царя храни

иногда я могу работать только под таблетками, иногда я не могу работать даже под ними
ну нет во мне социальности, нету

базовой такой экстраверсии, всё это напускное, позаимствованное

и сколько себя не уговаривай, временами мне нужно просто лежать и смотреть в стену
уже до бетона протерлись обои под этим взглядом, и столько неровностей от несоразмерности сил

я всегда говорю "ну и пошло оно всё, ну и нахуй их всех" но в глубине души я обижаюсь на свою неспособность превозмогать это (время от времени)

потому что, ну потому что, это хотя бы и по меньшей мере - неправильно

я ссылаюсь на проблемы со здоровьем, хотя объективно у меня проблемы с душой и эпизодическая бессоница

я чахну под обилием стимулов, и вообще хочу просто на ручки. чтобы мне гладили голову, не называя пидором

я устааааааааааааааал, я должен был писать книги, а не вот это вот всё

мы так ничего и не разрушили, мы даже сексом нормально не занялись

отвратительно

а мне это нужно. где-нибудь с кем-нибудь быть плохой

скатиться в вонючий овраг и лечь там спать, подальше от всех, кто платит мне деньги

как же хочется просто быть сукой

немного плачем без причины, и дальше работаем по поводу

эмоциональная накипь
плачь, плачь!.. моя злость
моя золотость нежная, римская патина
голубая кровь, белая кость

я любил этот дом,
и хочу здесь остаться -
в грязных горах тряпья, где игра, где игла.
не ищи в этом смысла: ещё сопричастность
до конца моя не зажила