[450x338] Русские, упрекающие украинцев в ущемлении русского языка! Дорогие соотечественники! Поймите, вы сами - не говорите на русском языке. Речь не о "литературном русском языке", не о "языке классики", а о простом русском языке, на котором не раздумывая говорил любой крестьянин или мещанин сто лет назад. Вы говорите на советском канцелярите, на сортирном жаргоне, неплохо владеете матом и блатняком, но русским вы не пользуетесь. Наш словарный запас скуден, но стократ хуже, что мы не умеем именно говорить - произносить слова слитно, с выражением, использовать эмоциональные подъемы и понижения голоса, - всё то, что умели наши прадеды. А причина проста: хранение, распространение и защита русского языка поручена армии и военно-морскому флоту. Не всегда прямо - иногда школе. Это как если бы новорожденного мать несла бы в ЖЭК, чтобы паспортистка там дала малышу грудь.

Наши споры о переводе богослужения с церковно-славянского языка (на самом деле, это подвид болгарского) на русский смешны, потому что и на церковно-славянском мы говорим так же некрасиво, как и на русском, а когда мы переводим, наконец, молитвы на русский язык, то переводы (и их озвучка) убоги как маршевые кричалки.

Давайте перестанем хаять украинцев и начнём защищать русской язык в России? Защищать от лживости, от убогости, от агрессивности и приказного тона. Пока же американец, декламирующий "Евгения Онегина" в английском переводе, роднее Пушкину, чем мы, кремлевские русские.

Священник Яков Кротов

Ни кола, ни двора, ни друзей, ни родни.
Мы с тобою в России остались одни.
Гнутся крыши от веса сосулечных льдин.
Мы остались с тобою один на один.
Занавешены окна давно, чтобы нас
Не увидели страшные люди без глаз.
Перерезанный шнур не погасит экран,
Посыпающий солью зияние ран.
В каждом слове – зловещий кровавый кисель,
Заводных соловьёв ядовитая трель.

Никому не пиши, никому не звони,
Мы остались с тобою в России одни.
В дверь услышав звонок, открывать не спеши:
За тобою пришёл человек без души,
У него вместо мозга – густой холодец,
Как у всех сердобольных людей без сердец,
Изо рта – краснозвёздных идей перегар,
На холодном лице – черноморский загар,
Он готов на последний, решительный бой,
Сверлит двери глазок его глаз голубой.

Мы с тобою остались в России одни,
Не кукушка, а ворон считает нам дни,
Он добычею скорой считает твой глаз,
Как и всё, что останется скоро от нас.
К сожаленью, удел у страны – бестолков:
Быть лишь словом на форме плохих игроков,
А берёзам судьба – превратиться в муляж,
Лечь зелёными пятнами на камуфляж,
Чтобы мы, обитатели нашей страны,
Были миру на фоне страны не видны.

Я болею душой, я по праздникам пьян,
Как любой из живущих вокруг «россиян»,
Но довольно давно уже в дней пустоте
Стали гости не те, да и тосты не те.
Иногда даже некому руку пожать,
А ведь мне с ними рядом в могиле лежать,
Среди тех, кто поёт под шуршанье знамён
Есть хозяева милых мне с детства имён,
Но в последние дни изменились они.
Мы с тобою в России остались одни…

Совершенно, похоже, лишились ума
Лжевладимир, лжесуздаль и лжебугульма,
Через сотни наполненных скрепами клизм
В нас качают лжеверу и патриотизм
Между рёбрами ноет, инфарктом грозя,
И остаться невмочь, и уехать нельзя.
И уехать нельзя, и остаться невмочь.
Прочь отсюда? Но где эта самая «прочь»?
Мы останемся здесь, но сехрет сохрани:
Мы с тобою в России остались одни.

Андрей Орлов (Орлуша) 14.07.2014