(Старинный вальс)
В час роковой, когда встретил тебя,
Трепетно сердце забилось во мне,
Страстно, безумно тебя полюбя,
Был я весь день как во сне.
Сколько счастья, сколько муки
Ты, любовь, несешь с собой.
В час свиданья, в час разлуки
Дышит все тобой одной.
Снятся мне чудные глазки твои,
Стройный твой стан, твоя красота,
Вся создана ты для пылкой любви,
Вся ты любовь, вся мечта.
Сколько счастья…
Резвою пташкой, воздушной, как тень,
В танце безумном кружишься ты,
Мне же назавтра тоска целый день,
Ночью все те же мечты.
Сколько счастья…
Из репертуара Нины Дулькевич (1891-1934).
[700x476]
Музыка Николая Бакалейникова
Слова Н. фон Риттера
Ах, зачем эта ночь
Так была хороша!
Не болела бы грудь,
Не страдала б душа...
Ароматной весной
Повстречался я с ней.
Расцветали цветы,
Сладко пел соловей.
Всей душой отдался,
Лишь одной ею жил,
Целовал, миловал
И безумно любил.
Не внимая мольбам
И рыданьям моим,
Вдруг пошла под венец
Не со мной, а с другим.
И никто не видал,
Как я в церкви стоял,
Прислонившись к стене,
Безутешно рыдал.
Так к чему ж мне страдать,
Для чего же мне
[700x525]
Музыка А. Гуэрчиа
Слова Е. Дельпрейте, пер. М. Медведева
Он говорил мне: "Будь ты моею,
И стану жить я, страстью сгорая;
Прелесть улыбки, нега во взоре
Мне обещают радости рая".
Бедному сердцу так говорил он,
Бедному сердцу так говорил он...
Но не любил он, нет, не любил он,
Нет, не любил он, ах, не любил меня!
Он говорил мне: "Яркой звездою
Мрачную душу ты озарила,
Ты мне надежду в сердце вселила,
Сны наполняла сладкой мечтою".
То улыбался, то слезы лил он,
То улыбался, то слезы лил он,
Но не любил он, нет, не любил он,
Нет, не любил он, ах, не любил меня!
Он обещал мне, бедному сердцу,
Счастье и грезы, страсти, восторги,
Нежно он клялся жизнь усладить мне
Вечной любовью, вечным блаженством.
Сладкою речью сердце сгубил он.
Сладкою речью сердце сгубил он,
Но не любил он, нет, не любил он,
Нет, не любил он, ах, не любил меня!
<1897>
Перевод итальянского романса, с большим успехом исполнявшийся В. Ф. Комиссаржевской и введенный в спектакль "Бесприданница" А. Н. Островского на сцене Александрийского театра как романс Ларисы. Современники рассказывали, что Комиссаржевская специально для сцены Ларисы взяла никому в то время не известный романс итальянского композитора и исполнила его так, что у зрителей потекли слезы по щекам. После такого триумфа романс стали постоянно исполнять все актрисы в спектакле "Бесприданница".
Включался и в другие постановки "Бесприданницы". В исполнении Н. У. Алисовой включен в фильм Я. А. Протазанова "Бесприданница" (1937).
[показать]
Музыка Бориса Прозоровского
Слова Виктора Маковского
Цыганский быт и нравы стары,
Как песни те, что мы поем.
Под рокот струн, под звон гитары,
Жизнь прожигая, зря живем.
Прощаюсь нынче с вами я, цыгане,
И к новой жизни ухожу от вас.
Не вспоминайте меня, цыгане!
Прощай, мой табор, пою в последний раз!
Цыганский табор покидаю,
Довольно мне в разгуле жить!
Что в новой жизни ждет меня, не знаю,
А в прошлой не о чем тужить.
Сегодня весел с вами я, цыгане,
А завтра нет меня – совсем уйду от вас…
Не вспоминайте меня, цыгане!
Прощай, мой табор, пою в последний раз!
Поет Вадим Козин
Композитор Борис Прозоровский расстрелян в 1937 году. Осенью 1946 года романс запрещен.
В 1866 г
оду, 20-летняя Татьяна Берспела в Ясной Поляне в присутствии Фета, и тот был глубоко растроган её доверительной и глубокой интонацией. Позже им было написано посвящённое ей стихотворение «Певице»:
Уноси мое сердце в звенящую даль,
Где как месяц за рощей печаль;
В этих звуках на жаркие слезы твои
Кротко светит улыбка любви.
О дитя! как легко средь незримых зыбей
Доверяться мне песне твоей:
Выше, выше плыву серебристым путем,
Будто шаткая тень за крылом.
Вдалеке замирает твой голос, горя,
Словно за морем ночью заря, —
И откуда-то вдруг, я понять не могу,
Грянет звонкий прилив жемчугу.
Уноси ж мое сердце в звенящую даль,
Где кротка, как улыбка, печаль,
И всё выше помчусь серебристым путем
Я, как шаткая тень за крылом.
«Сияла ночь» - одно из поздних произведений Афанасия Фета - написано 2 августа 1877 года под впечатлением музыкального вечера. Посвящается Татьяне Берс.
[700x636]
Музыка Ефима Розенфельда
Слова Николая Венгерского
Вдыхая розы аромат,
Тенистый вспоминаю сад,
И слово нежное "люблю",
Что вы сказали мне тогда.
Зажгли вы вдруг во мне любовь,
Ушли и не вернулись вновь,
Но слово нежное "люблю"
Я не забуду никогда.
Моя любовь - не струйка дыма,
Что тает вдруг в сиянье дня.
Но вы прошли с улыбкой мимо
И не заметили меня.
Вам возвращая ваш портрет,
Я о любви вас не молю;
В моем письме упрека нет,
Я вас по-прежнему люблю.
Поет Георгий Виноградов
Запись на пластинку - Георгий Виноградов и "Джаз-аккордеон ансамбль", Москва, 1939 год

Francken, Hieronymus + Jan Brueghel t.e.
The Archdukes Albert and Isabella Visiting a Collector's Cabinet.
c.1621-23
[показать]
[525x330]| Преследует моё воображенье. И в шуме дня, и в тишине ночной Я чувствую его напечатленье. Сойдёт ли сон и взор сомкнет ли мой, Мне снишься ты, мне снится наслажденье. Обман исчез, нет счастья и со мной Одна любовь, одно изнеможенье. Е. Баратынский |
Слова и музыка М. Перроте
Не говорите мне о нем,
Еще былое не забыто;
Он виноват один во всем,
Что сердце бедное разбито.
Ах! Не говорите мне о нем,
Не говорите мне о нем!
Он виноват, что я грустна,
Что верить людям перестала,
Что сердцем я совсем одна,
Что молодой я жить устала.
Ах! Не говорите мне о нем,
Не говорите мне о нем!
Зачем напомнили о нем,
Былые дни уж не вернутся.
Все в прошлом - прошлое во всем,
Вот потому и слезы льются.
Ах! Не говорите мне о нем,
Не говорите мне о нем!
Он виноват, но если б он
Задумал бы вернуться снова,
Забыла б горе я, как сон,
Не упрекнув его ни словом...
Ах! Так говорите мне о нем,
Так говорите мне о нем.
<1909>
Из репертуара Тамары Церетели (1900-1968).
[660x700]
Другое заглавие - "Он виноват", как правило, в другой редакции: "Все в прошлом, прошлое всё в
Франс Франкен Младший (нидерл. Frans Francken (II), род. 1581 г. Антверпен — ум. 6 мая 1642 г. Антверпен) — фламандский художник эпохи барокко, один из наиболее известных мастеров фамилии художников Франкен.

Франкен Франс II (Антверпен 1581-1642)
Идолопоклонничество Соломона 1622
[показать]
[700x569]
Слова и музыка Н. Ленского
Вы мной играете, я вижу,
Смешна для вас любовь моя.
Порою я вас ненавижу,
На вас молюсь порою я,
Вас позабыть, не зная средства,
Я сердцем искренне скорблю,
Хоть в вас царит одно кокетство,
Но я вас все-таки люблю!
Немало душ вы погубили,
Но это вам не все ль равно?
Ах, никогда вы не любили,
И вам любить не суждено!
Надежда мне лишь утешенье?
Да, я надеюсь и терплю.
Бездушны вы, в том нет сомненья,
Но я вас все-таки люблю!
Наступит время, может статься,
К вам в сердце вкрадется любовь,
Вы перестанете смеяться,
И страсть взволнует вашу кровь.
Терзанья ваши сознавая,
Свои мученья искуплю.
Я вам таких же мук желаю,
Но я вас все-таки люблю!
[700x684]
[539x700]Илья Муромец – самый известный, но в то же время самый загадочный герой русского эпоса. Большинство из нас знает о нем лишь то, что запомнилось им с детства из былин и сказок, и часто бывают поражены сложностью и многозначностью этого образа. Над разрешением загадок, связанных с ним, уже почти два столетия бьются ученые разных специальностей, но тайны все же остаются.
В 1988 году Межведомственная комиссия провела исследование мощей Ильи Муромца. Результаты оказались поразительными. Это был сильный мужчина, умерший в возрасте 45-55 лет, высокого роста — 177 см. Дело в том, что в XII веке, когда жил Илья, такой человек считался довольно высоким, потому что средний рост мужчины составлял 165 см.
Более того, на костях Ильи ученые обнаружили следы многих битв — множественные переломы ключиц, сломанные ребра, следы от удара копья, сабли, меча. Это подтверждало легенды о том, что Илья был могучим воином, участником жестоких сражений.
Музыка Бориса Фомина
Слова Константина Подревского
Так хочется хоть раз, в последний раз поверить,
Не все ли мне равно, что сбудется потом;
Любви нельзя понять, любовь нельзя измерить,
Ведь там, на дне души, как в омуте речном.
Пусть эта глубь бездонная,
Пусть эта даль туманная
Сегодня нитью тонкою
Связала нас сама,
Твои глаза зеленые,
Твои слова обманные
И эта песня звонкая
Свели меня с ума.
Проглянет солнца луч сквозь запертые ставни,
А все еще слегка кружится голова,
В ушах еще звучит наш разговор недавний,
Как струнный перебор, звучат твои слова.
Пусть эта глубь бездонная…
Не нужно ничего, ни поздних сожалений,
Покоя все равно мне больше не вернуть.
Так хочется хоть раз на несколько мгновений
[700x452]
Музыка Родольфо Фальво
Русский текст Михаила Улицкого
Скажите, девушки, подружке вашей,
Что я не сплю ночей, о ней мечтаю,
Что всех красавиц она милей и краше,
Я сам хотел признаться ей,
Но слов я не нашёл.
Очей прекрасных огонь я обожаю,
И на земле иного я счастья не желаю,
Что нежной страстью, как цепью, я окован,
Что без нее в душе моей тревоги не унять.
Когда б я только смелости набрался,
Я б ей сказал: «Напрасно ты скрываешь,
Что нежной страстью ко мне сама пылаешь.
Расстанься с глупой маской и сердце мне открой».
Очей прелестных огонь я обожаю,
И на земле иного я счастья не желаю,
К тебе я страстью как цепью прикован,
Хочу тебе всю жизнь отдать, одной тобой дышать...
Поет Сергей Лемешев
[показать]kalinin369
[показать]2 июня 2016 года исполнился 61 год, с того момента, как советским руководством было принято историческое решение о строительстве в казахстанских степях ракетно-космического полигона, который стал позднее известен как «Байконур». Строительство этого объекта было засекречено, и только сегодня авторы фильма могут рассказать телезрителям всю правду об этой «стройке века». Чтобы обеспечить тайну строительства была осуществлена, так называемая, операция прикрытия: одновременно со строительством космодрома осуществлялась гигантская по своим масштабам программа освоения целинных и залежных земель. Лишь после запуска первых межконтинентальных ракет Р-7 спецслужбы западных стран узнали, что в трехстах километрах от поселка Байконур создан крупнейший в мире ракетно-космический комплекс.
Слова и музыка Марии Пуаре
Я ехала домой, душа была полна
Неясным для самой, каким-то новым счастьем.
Казалось мне, что все с таким участьем,
С такою ласкою глядели на меня.
Я ехала домой... Двурогая луна
Смотрела в окна скучного вагона.
Далекий благовест заутреннего звона
Пел в воздухе, как нежная струна.
Раскинув по небу свой розовый вуаль,
Красавица заря лениво просыпалась,
И ласточка, стремясь куда-то вдаль,
В прозрачном воздухе купалась.
Я ехала домой, я думала о вас,
Тревожно мысль моя и путалась, и рвалась.
Дремота сладкая моих коснулась глаз.
О, если б никогда я вновь не просыпалась...
1901
Исполняет Алла Баянова
Романс впервые исполнен автором в спектакле по пьесе А. Н. Плещеева "В своей роли". Входил в репертуар
Фердинанд Боль (нидерл. Ferdinand Bol, 24 июня 1616, Дордрехт — 24 августа 1680, Амстердам) — нидерландский художник, гравёр и рисовальщик, ученик Рембрандта.
[показать]
Ferdinand Bol. Self-Portrait (Valtion Taidemuseo (Finnish National Gallery), Helsinki. Exhibit in the Museum of Fine Arts, Springfield, Massachusetts, USA)
Фердинанд Боль родился в Дордрехте в семье Бальтазара Боля, преуспевающего хирурга. Считается, что он был учеником Якоба Герритса Кёйпа (1594-1651, отец известного художник-пейзажиста Альберта Кёйпа), который был в то время самым выдающимся и разносторонним художником в Дордрехте. Когда Болю исполнилось двадцать лет, он отказался от обычного для начинающих художников того времени путешествия в Италию и уехал в Амстердам, где поступил в мастерскую Рембрандта.
далее
[показать]
Woman at her Dressing Table. (1643 - 1647, Музей изящных искусств, Хьюстон)
далее
[показать]
Portrait of a Boy, said to be the artist's son, aged 8 (1652)
«Портрет мальчика» чрезвычайно впечатляющее изображение, безусловно один из лучших портретов Боля. В этом произведении Боль, наконец, выходит из тени, отбрасываемой его великим учителем, Рембрандтом, заявив о рождении своего собственного независимого стиля, более смелого и красочного, и полностью соответствующего новым вкусам и чувствам амстердамского общества середины XVII века.
К тому времени, когда был написан этот портрет в 1652 году, карьера Боля была на подъеме.
Вероятно, молодой натурщик происходил из богатой и влиятельной семьи купеческого сословия. Хотя традиционно считается, что это сын самого Боля, личность персонажа никогда не была удовлетворительно установлена.
Здесь, кажется, влияние Рембрандта, почти незаметно, и произведение является полностью соответствующим новым тенденциям в голландском искусстве. Исчезают мрачные тона и световые эффекты знаменитого учителя, уступая место более модной цветовой палитре середины века с ее яркими и сильными тонами и более изящным рисунком.
далее
[показать]
Venus presenting Aeneas with armour from Vulcano's smithy Эней получает оружие от Венеры в кузнице Вулкана. Часть серии из пяти работ, созданных для дома на Nieuwegracht, 6 в Утрехте. (около 1660, Государственный музей, Амстердам)