Знает любой: и дурак, и мудрец,
Юный сын, его старый отец.
Люди похожи на стаю волков..
А иной раз - на стадо овец.

Время диктует, когда нападать,
А когда блеять вместе с толпой.
Время диктует, кого убивать,
А кому - вести на убой.

И только торговцы - не здесь и не там.
Ни здесь и ни там - их нет.
И волчьи клыки, и бараньи рога -
Для торговца лишь горсть монет.

Адское Пекло и Небеса -
Я весь мир мечтаю продать.
Время - деньги. Пусть стрелки бегут на часах -
И мне нечего больше желать.(x2)

Ведь у торговца
Нет даже солнца.
Жизнь моя - это звон монет.
Где же найдётся
Та, что поймёт всё,
И укажет на свет?

Так повелось, и идёт без конца
Цикл жизней, лет, бед и легенд.
Волку - волчица, барану - овца.
У купца никого рядом нет.

Нет ни покоя, ни края, ни дна -
Ловушка для жадин и скряг.
Душа просит больше, она голодна,
Но ничто не даётся за так.

Время диктует, когда продавать,
Когда в долг давать под процент.
Время диктует, когда покупать,
А когда смысла тратиться нет.

Адское Пекло и Небеса -
Я весь мир мечтаю продать.
Время - деньги. Пусть стрелки бегут на часах -
И мне нечего больше желать.(x2)

Ведь у торговца
Нет даже солнца.
Жизнь моя - это звон монет.
Где же найдётся
Та, что поймёт всё,
И укажет на свет?

Адское Пекло И Небеса -
Я весь мир мог бы продать.
Но стоило раз взглянуть в твои глаза -
И мне нечего больше желать.(x2)

Что сказать об этом фильме?

Собственно всё уже сказано:

http://www.change.org/ru/петиции/министерство-куль...source=signature_receipt#share

[700x444]
 

Разводом звёзд в чужом окне несётся мимо ночь.
Великий час для нас двоих - мы вышли из толпы.
Пусть за душой нет ни гроша, мы испарились прочь,
Ты не услышишь, Бог, от нас ни плача, ни мольбы.
Сгорает дом в струе огня. Пусть. Мы не жили в нём,
Свободны - ни цепей, ни стен не знали никогда.
И за минуту, не за век, крошится в пыль бетон.
И льётся громкое стекло. И рвутся провода.
В восторге истинных страстей к Эдему лезет дым.
За облака, за серп Луны цепляется рукой.
Хохочет дьявольски, и в миг, как призрак, невидим
Исходит кашлем в небеса и лёгкой хрипотцой.
Со всех сторон мы слышим крик. Нет, сотню - в унисон.
От боли мечутся они в широкой темноте.
А мы бежим, и нас пьянит безумный перезвон.
Мы далеки от голосов. Растворены в мечте.
Великий час для нас двоих - нет больше никого.
В горячем зареве огня: люби или умри.
- Что изменилось в нас, скажи?
- Не знаю. Ничего.
Мы - я и ты - совсем не те. Но те же, чёрт возьми!

Я хочу поделиться с тобой Джорджем Карлином. Не в том смысле, что у меня в морозилке лежит его освежёванный труп, и я раздаю всем по кусочку. А в том смысле, что я считаю его гениальным мыслителем и художником, и думаю, его должны знать все. Джордж Карлин - величайший комик современности. Творец, философ, и просто хороший человек. Сравнить его с Задорновым? Пожалуй чем-то они похожи. Ранний Задорнов и Карлин. Но Карлин остался верен своему пути, а Задорнов скатился в долбославское говно.
В Карлине мне нравится всё: от способов подачи материала и контактов со зрителем до мировоззрения. Карлин - человек, имеющий стойкую жизненную позицию, способный объяснить её логически, а не размытым "Я такой". Его взгляд на быт (на американский быт, в частности), на людей, на животных, на религию и искусство, на мировые проблемы и проблемы отдельных маленьких сообществ, очень близки лично мне, и, как мне кажется, всем думающим людям. А как живо и искромётно он шутит! О! Он умело манипулирует вниманием зрителя, разжигает в нём смех, как кострище, и доводит беднягу до истерики, до самосожжения. На выступлениях Карлина зритель всегда хохочет. Знакомься
Джордж Карлин.

http://standup-sreda.ru/george-carlin
http://lurkmore.to/Джордж_Карлин

Наткнулся на неё ещё в школе. И эта книга стала одной из тех многих, что я начал читать, но в силу обстоятельств так и не дочитал. Я мечтал о ней долгих четырнадцать лет, и (спасибо моему другу и школьному товарищу) наконец заполучил.
Я знал, что к прочтению нужно подходить серьёзно. Я откопал старый учебник истории и почитал о Позднем Средневековье, потом взял новый учебник истории и вновь почитал на ту же тему. Потом прочёл статью Дживелегова и несколько мелких статеек, не заслуживающих особого внимания, поскольку они всего лишь пересказывали Дживелегова.
Я решил читать с карандашом, чтобы сразу отмечать то, что мне будет интересно, как человеку думающему, и как человеку пишущему. Лишь пару глав спустя я бросил карандаш, поскольку подчёркнутым оказался почти весь текст, а на полях не хватало места для разбора. И великанские хроники накрыли меня с головой.

Сейчас уже не в сласть. Сейчас совсем не то.
Сейчас поэтом быть - позорная болезнь.
Не попадаешь в масть. Как воду в решето:
В умах не прорасти, и в чувствах не осесть.

Срываешь с тела плоть, чтоб сердцем освещать,
И аурум ржавишь, чтобы ценили жизнь.
Но не перебороть усмешку палача,
Его не тронет вид заголенной души.

Ах! Рукоплещут вновь ценители мастей,
Все формы, как одна, до дна известны им.
Не будоражит кровь затейник-лиходей,
Но за изящность форм и славен, и любим.

И славен, и любим за крепкое словцо,
За старый мудрый быт, за хохот над собой,
За то, что недвижим, но тычется в лицо
Толк - старый жирный кот, пушистый и родной.

За что теперь болеть? К чему теперь страдать?
Про Осень лишь лентяй стихов не сочинил.
Как листопадов медь возможно передать?!!
Не можешь? Ай-яй-яй! А говоришь: любил!

Не попадаешь в масть. Великих тысяч сто
Маячит за спиной - им всем не угодить.
Сейчас уже не в сласть. Сейчас совсем не то.
Пора свернуть блокнот, и к чёрту! уходить!

Ночью за старой уборной, чайною ложкой гремя, девочка в платьице чёрном, чавкая, ела коня...

К стихиям в неглиже

Тебе не привыкать.

Так что б не взять и всё

До точки прочитать?

---

Болит, аж сводит грудь.
В зубах свербещет месть.
Готов я выбрать путь,
пройти и умереть!
Пусть долог будет он,
Тяжёл пусть будет крест,
Но всех спасти и - в высь,
В синь девственных небес.

Что? Что?

Я и сам не пойму, что.

Не на месте. Не в том положении.

Ни любви. Ни смысла. Ни движения.

Одно только опустошение.

Что? Что?

Я и сам не пойму, что?

Не ухожу, потому что не хочется.

Называюсь именем без отчества.

И чувствую одно одиночество.

Что? Что?

Я и сам не пойму, что?

Может быть я просто завидую.

Люди проносятся мимо, будто книги открытые.

Но на страницах нет ничего - размытые.

Было бы желание, говорят,

Ушёл бы, никого не спросясь,

И никогда не вернулся назад,

И жил бы в удовольствие, не боясь.

Так почему всё ещё здесь?

Почему не хвататет сил просто бросить

И хватать с неба каждую просинь

Взглядом полным новых чудес?

Почему? Почему? Почему?

Что? Что?

Что, я и сам не пойму.

...Когда меня ты позовёшь,

Боюсь тебя я не услышу.

Лишь только дождь стучит по крыше.

Всё тот же запевала - дождь...

"Кузьмин"

[<Дождь> Записки сновидца. Сновидение десятое 14.07.2006 (12.08.2013) Шпак Алексей]

Дождь за окном. Падает. Разбивается на осколки. Превращается в стеклянную пыль, оседающую на землю. Тонкие нити его разрезают пространство. От небес до пожухлой травы. От нависших тяжёлых туч до воздушной распаренной почвы. Дождь - мой друг. Только Дождь и Осень способны понять меня. Но не способны полюбить.

Как я хочу, чтобы она меня любила!

Глядя из окна, я мечтаю о ней. Коснуться её чёрных волос, провести рукой по изгибу спины; обнять, прижать к себе и пить нектар сладких губ. А после не страшно было бы и умереть. Но я не могу... Ах, наверное я трус! И ведь казалось бы, что может быть проще: подойти и признаться.

-Подойди и признайся! - голос раздался внезапно над самым ухом. Насмешливый, чуть с хрипотцой: - Ну что тебе терять?

Я обернулся и увидел карлика со сморщенным лицом. В зелёной шляпе и коротеньких коричневых штанишках. Из под его зелёного сюртука торчала белоснежная рубаха, из нагрудного кармана вываливалась золотая цепь толщиной в палец, небрежно пристёгнутая к петлице. Карлик сидел на подлокотнике моего кресла и болтал ножками, обутыми в лакированные туфли.

-Никакой я не карлик, - обиделся коротышка, - Я - лепрекон. Руаль из Глума, что в Ирландии.

Поверить в то, что это низкорослое существо действительно из Ирландии, мне не давал его рязанский акцент. Но я не подал виду, что удивлён, и осторожно спросил:

-Простите, Вы что-то сказали?

-Ага! - расхохотался Руаль, - Целых пять предложений. Повторить?

-Нет, - смутился я, - Думаю, не стоит.

-А я повторю, - лепрекон заболтал ножками ещё быстрее, - Подойди и признайся! Ты ничего не теряешь.

-Боюсь.

-Чего? - Руаль соскочил, и только тут я заметил у него в руке не то сучковатую трость, не то тростоватую дубину. Он ткнул ею меня в живот, - Чего ты боишься? Боли? Сейчас тебе тоже больно. И ты готов терпеть эту боль всю жизнь? Лучше один раз обжечься, чтобы потом не совать руки в огонь. Ну отошьёт она тебя, зато ты освободишься от тоскливого гнёта.

-Боюсь, - тупо повторил я.

Лепрекон принял картинную позу, опершись на палку:

-Страх легко победить. Я знаю средство! - он щёлкнул пальцами, и мы оказались в пабе.

Здесь, в отделанном на старинный манер помещении, было полно народа. При всём тут было достаточно тихо и уютно. Видеть так много людей в странных одеждах, разговаривающих на непонятном языке, мне приходилось впервые.

Руаль крикнул что-то лоснящейся толстой девахе, и она с легкостью и грацией балерины вынесла здоровенный поднос с двумя огромадными кружками пива.

-Не "пива", а - "Эля"! - поправил меня Руаль.

-А в чём разница? - удивился я.

-Попробуй! - хитро взглянул на меня карлик.

Я лишь поднёс кружку к губам, а голова уже наполнилась чудесными ароматами. Пряности и травы вплетались в золотой узор густых запахов солода и хмеля, мёда, полевых цветов. Порядочно отхлебнув, я понял, в чём разница. Как можно было назвать эту красоту, напиток богов, "пивом"? Пиво - это силосное пойло, газированная сивуха... оно не шло ни в какое сравнение с Элем. Тёплый, едва ли не горячий, Эль приятно согревал, и утолял жажду.

Захмелел я почти мгновенно. Руаль раскраснелся и загорланил песню:

Пей не пиво, и не мёд,

Не напиток королей!

Пей холодный словно лёд,

Пей согретый на огне

Мой любимый Эль!

Мой любимый Эль!

Эту песню подхватили все, кто околачивался в пабе:

liveinternet не позволил уместить весь рассказ в одном сообщении, поэтому начало ищите здесь . 

скачать можно здесь.

Саня повторял только одно:

-Не зря, не зря я выписал тебя с Земли!

Он веселился и радостно материл всех подряд. Последние дни перед атакой на космопорт прошли в приятной суматохе. Некогда было бояться - на износ работали все. И даже мне нашлось дело отличное от постоянных раздумий. Меня включили в состав бригады, которая занималась маскировкой ящиков с бомбами под ящики консервов и заказами в курьерских службах. Мы просили их доставить консервы в точно указанное время и место. Заплатив щедрый аванс, мы обещали, что после выполнения, оплатим втройне, и прозрачно намекали, что в ящиках не совсем тушёнка, и вскрывать их не стоит. Предвкушение огромных денег пьянило управленцев курьерских служб, и они забывали всё и вся. В том числе и меры предосторожности.

  скачать можно здесь.

-Юта? Почему Юта? - орал я, пытаясь перекричать взмывающие к небу раскалённые камни.

Они высвистывали коллаптические мотивы, рассекали воздух и с дичайшим грохотом падали во вскипающую воду.

-Потому что у америкосов дебильное чувство юмора! - Саня пригнулся, уворачиваясь от пролетающего мимо осколка, - Забавно назвать планету одним из штатов...

-Вот чёрт!!! - донеслось откуда-то слева, - Сейчас Серый взлетит!!!

[400x591]

Начав смотреть этот фильм, я ожидал увидеть ремейк экранизации 1967 года. Однако...

Боже, вырви меня отсюда!
Не хочу я болеть
                                   больше.
Мне так тяжко,
                      мне так трудно
Волочить на себе
                                        ношу.
Боже, как допустил это?
Травят окриками
                                          года:
Заперт с ней
                 на одной планете,
Чтоб не видеть её
                                     никогда.

Я

- на другой волне.

Я

- вышел за пределы.

За гранью ваших глаз.

Я вижу в слепоте:

Вы

- не в своём уме.

Вы

- тихо опустели.

Вы выжаты в экстаз.

Вы - больше, чем не те.

Счастливые в домах.

Несчастные в подъездах.

Под властью сотен лиц,

И тысячи вещей.

Вы -

только серый прах,

Вы

- заполненье места

Мечтаний и любви

Потерянных детей.

Прочитал вслед за "Войной с саламандрами". И "Дом" опять же основательно подкорректировал мои представления о реальности. "Дом в тысячу этажей", в отличие от "Войны..." увлекает сразу же. Тебя буквально хватают за жабры и заставляют вместе с героем бежать сломя голову, не останавливаясь, не давая возможности отдышаться. Фантастичность "Дома" льётся ушатами, и ты барахтаешься в ней, как мотылёк в паутине. С самого начала автор задаёт немыслимый темп повествования, но оно и понятно. Если не прочитать роман в один присест, взахлёб, ты вряд ли сумеешь во всей полноте ощутить, насколько труден путь героя. Первый раз я читал "Дом" неделю. Я был слишком мал и, во-первых, медленно читал, во-вторых, всегда был занят тысячью ребячьих дел. Но роман так сильно увлёк меня, и так потряс, что дочитав его, я плакал. Мне жаль было расставаться с такой прекрасной книгой, мне жаль было, что Петр Брок больше никогда не увидит Тамару. С той поры я очень часто перечитываю "Дом в тысячу этажей". По своим ощущениям от прочтения, я определяю, как сильно я повзрослел и зачерствел. Мне уже не хочется плакать, когда я дочитываю последнюю страницу, я прекрасно понимаю, зачем Ян Вайсс выстроил роман и сюжет именно так, а не иначе. Но мне по-прежнему жаль, что Петр так никогда больше и не увидит Тамару. И ещё мне жаль, что никогда я не смогу уже почувствовать то удивление и восторг, вызванные неожиданными поворотами сюжета, никогда уже не смогу в полной мере ощутить ярчайших красок новизны. Я готов стереть "Дом" из памяти только чтобы вновь насладиться им, как первый раз, в детстве. Жаль, что это уже невозможно.