[840x360]
[900x670]
[670x447]
[825x2]
Одним из важнейших объектов внутри вашей квартиры, безусловно является, окно. И именно его оформление задает тон и уют в комнате. А правильно подобранные шторы - это своего рода штрих, дополняющий интерьер помещения. Сегодня заказать шторы у Татьяны Макаевой - это полностью преобразить свой дом, получить тот недостающий декор и уют, о котором вы долго мечтали.
____________________________________________
|
[80x300]КОЛЛЕКЦИЯ ФОНОВА • Автомобили• Аисты • Акулы• Ангелы • Анютины глазки • Апельсины • Архитектурные украшения• Африканцы Б • Бабочки• Барельефы• Бокалы • Бревна• Бумага • Буквы• Букеты • Бутылки В • Вино• Виноград • Вишня• Вода и волны• Волки • Воробьи• Восточные люди • Вьюнок • Вязание Г • Галька • Глаза• Гортензия • Гранит Д • Дельфины• Деньги • День рождения • Деревья• Дети • Динозавры • Дома • Домашние животные • Доски • Драпировки • Дубовые листья Е • Еда• Елка Ж • Желуди• Женщины • Животные • Жирафы• Жуки • Журавли З • Зайцы• |

[586x42]
[591x51]
В 1870 году звание почетного гражданина города Риги было присвоено купцу Матвею Сидоровичу Кузнецову. Он был представителем династии, которая смогла вывести фарфоровое дело не только Лифляндии, но и всей России на новый уровень. Неслучайно кузнецовский фарфор и в настоящее время считается символом вкуса и безупречного качества.
[700x525]
От отца к сыну
«Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М.С. Кузнецова», существовавшее в конце XIX - начале XX веков, объединяло фарфоровые заводы в Дулево, Новгороде, Вербилках, Риге и было ведущим российским производителем недорогого, но очень качественного фарфора. Основателем семейного дела был Яков Васильевич Кузнецов - обычный деревенский кузнец. Профессия эта для того времени была довольно прибыльной - крестьяне часто обращались, чтобы подковать коня, купить земледельческий инструмент или ось к телеге.
[511x700]
Правда, когда Яков начал строить фарфоровый заводик в родном селе Гжель, пошли слухи, что он
[172x250]убил и ограбил богатого купца-постояльца. Была ли это обычная зависть или же подобные предположения имели основание - неизвестно. Факт остается фактом - кустарное производство работало довольно успешно, и вскоре перешло по наследству к сыну Якова Кузнецова - Терентию.
В 1832 году сын расширил дело отца, построив еще один завод - в селе Дулево Владимирской губернии. А заодно купил фарфоровое производство в соседнем селе Сафроново, причем дело поставил на широкую ногу, выделив живописную мастерскую, сортировочный цех и склад. Позже бразды правления принял сын Терентия Сидор, который, ко всему прочему, основал фарфоровый завод в Риге. Наконец, окончательно закрепить позиции своего производства на рынке удалось еще одному наследнику династии Кузнецовых, Матвею.
Менеджмент XIX века
Матвей поставил перед собой цель - добиться монополии на российском рынке. Достигнуть ее удалось не с последнюю очередь благодаря, если говорить современным языком, методам менеджмента и маркетинга, о которых Кузнецов, конечно, не знал, но интуитивно применял их в руководстве предприятиями.
Первым шагом к заветной мечте стала покупка фарфорового завода Ауэрбаха, которых находился в Тверской губернии и считался одним из лучших в стране. Техническое перевооружение, реконструкция, установка паровых котлов, расширение числа рабочих - такими были первые шаги Матвея на новом предприятии. Аналогично промышленник вкладывает деньги в покупку других заводов - и очень скоро его империя расширилась до восемнадцати предприятий.
[500x428]
Одно из них - завод Гарднера, лучшее фарфоровое производство в России. Покупка его далась Кузнецову нелегко - ходили слухи, что он «приложил руку» к тому, чтобы знаменитый и очень успешный завод вдруг оказался на грани разорения.
|
Начало применения кобальта в Средней Азии для росписи или окраски глазури исследователи относят к периоду не раньше XII в. Но все же представляется, что еще в IX в. местные керамисты познакомились с этим красителем и сумели изготовить некоторое количество посуды с кобальтовой росписью, пользуясь, видимо, привозным сырьем.
|
[700x466]
[571x428] [показать] |
[показать]В сентябре 1956 года Жак Дюпакье (Jacques Dupâquier) прилетел в Москву : “Такой свободы как в 1956 году, в СССР не было даже во времена Горбачева”, – вспоминал в интервью Дюпакье, – “За нашей делегацией не было никакого полицейского контроля, я отрывался от группы и часами бродил по улицам в полном одиночестве. Я немного знал русский и мог спросить дорогу. Мы оказались в Советском Союзе в интересные времена, советское общество переживало моральную катастрофу после доклада Хрущева на двадцатом съезде. Никто уже не знал, что можно, а что нет, я делал всё, что хотел, это было особенно захватывающим. Я снимал пьяных, валяющихся на центральных улицах Москвы, и милиция, вопреки моим ожиданию, даже не пыталась помешать или отнять камеру”.
На вопрос о том, что больше всего удивило его в советской столице, Дюпакье ответил следующее: “Меня поразило, что в 1956 году Москва более чем на половину была деревянным городом, а за пределами центральных улиц царила бедность”.