Миниатюры иллюминированных псалтирей, часословов иевангелий, будучи иллюстрацией к тексту, по своей сути передавали настроение рассказа, передавали не действие, но образ. В связи с этой особенностью изображение миниатюры несло множество подробностей бытового характера, которые домысливал художник, исходя из своего житейского опыта и художественного вкуса. Еще одна особенность миниатюр – интимность, камерность образов. Созданные для определенного заказчика, иллюстрации не могли не отражать его индивидуальные предпочтения (в том числе и бытовые), привычный предметный мир – все это в свою очередь создавало предпосылки для изображения натюрморта и интерьера на плоскости. Интерес создателя миниатюр сосредотачивался не на том, что произошло (великого, значимого, святого), а того, как это происходило, в какой обстановке. Постепенно миниатюрист все больше увлекается изображением преметов, деталей обстановки, мебели, творя в своих работах “поэзию маленьких вещей” (Б.Виппер).
В конце 13 столетия искусство книжной миниатюры вступило во Франции в эпоху невиданного дотоле расцвета, что было обусловлено как активной деятельностью Парижского университета, так и щедрым покровительством королей и знати. Париж превратился в главный европейский центр книжной иллюстрации. Мастерские миниатюристов сосредоточились на улице Эренбур (ныне улица Бутебри), по соседству с расположившимися на улице де ла Паршеминери мастерскими копиистов и лавками бумаготорговцев. Страсть к искусству, владевшая герцогами Бургундии, и в первую очередь герцогом Жаном Беррийским, росла вместе с ростом их влияния на французскую политику. Вторжение англичан во Францию ослабило позиции французской монархии, но укрепило Бургундию и прочие герцогства, благодаря чему экономика и искусство в этих областях вступили в полосу подъема. Жан Беррийский, младший брат Карла У Французского, был одним из первых принцев, собравших собственную богатую библиотеку. Иллюстрации из туринского 'Прекрасного часослова герцога Беррийского', авторство которых ученые некогда приписывали Яну ван Эйку, сочетают в себе великолепные пейзажи с интерьерами, представленными в безупречной перспективе, и с орнаментами на полях в манере Жана Пюселя. Еще отчетливее фламандский темперамент очевиден в произведениях Жакмара де Эсдена, прибывшего ко двору Жана Беррийского из Артуа (Фландрия) в 1384 году. Из его мастерской вышли все часословы, принадлежавшие этому герцогу, в том числе и знаменитый 'Прекрасный часослов Богоматери', хранящийся в парижской Национальной библиотеке', и так называемый 'Брюссельский часослов' ('Прекрасный часослов'), который ныне находится в Королевской библиотеке Брюсселя. Помимо обязательных орнаментов и архитектурных мотивов во фламандском духе, в этих миниатюрах привлекают внимание богемские заимствования, заметные в оформлении лиц и драпировке одежд персонажей. Жакмар де Эсден оставался на службе у герцога до 1409 года. А год спустя ко двору Жана Беррийского в Меэн-сюр-Евр (близ Буржа) были приглашены братья Лимбург. Здесь они создали уникальный шедевр - 'Роскошный часослов', который и по сей день привлекает множество поклонников в музей Конде в Шантильи (к северу от Парижа). От герцогского замка в Меэн-сюр-Евр ныне остались только руины, но в своей хронологии 1400 года французский поэт Жан Фруассар превозносил этот замок как прекраснейший в мире. Одна из иллюстраций в 'Роскошном часослове', изображающая сцену 'Искушение Христа', может служить подтверждением хвалебному гимну Фруассара. Белые башни с ажурным готическим орнаментом превращают замок в подобие некой монументальной короны. Он символизирует здесь 'все царства мира сего и славу их', от которых Христос, стоящий на вершине похожей на минарет горы, отрекается, отвергая дьявольский соблазн. Не исключено, что герцог желал связать эту сцену с переменами, произошедшими в его собственной жизни, на смысл которых и намекает изображение замка - метафорическое обозначение соблазнов чувственного мира. Но даже если де Берри и последовал примеру Спасителя, то едва ли надолго остался верен этому образцу для подражания.Прежде чем поступить на службу к герцогу Жану Беррийскому, братья Лимбург работали при дворе его брата, герцога Бургундии Филиппа Смелого. Филипп пользовался услугами и многих других живописцев, а также заказывал иллюстрированные книги парижским мастерам. К дижонскому двору также поступали книги из Парижа с миниатюрами мастеров из Бусико и Бедфорда. К середине 15 века все более набирали силу фламандские влияния. В период правления Филиппа Доброго из мастерской Жана де Воклена вышли иллюстрации к 'Роману об Александре' и 'Реннегауским хроникам'. На странице с посвящением Филиппу орнаментальные элементы, почерпнутые из фламандской традиции, особенно отчетливы. Не ограничиваясь полями, мастер включает их также в декор интерьера и одежды персонажей. В эпоху Столетней войны и позднее двор французских королей от Карла 7 (1422 - 1461) до Франциска 1 (1515 - 1547) находился в долине Луары, где за тот период было возведено множество прекрасных королевских резиденций. Именно там стал работать Жан Фукэ, предварительно, по-видимому, пройдя обучение в одной из парижских мастерских. Из путешествия в Рим Фукэ вынес множество впечатлений, которые затем с чрезвычайной изобретательностью включал в свои миниатюры. Проиллюстрированные им 'Большие французские хроники' с детальными изображениями городов, деревушек и людей позволяет составить живое и яркое представление о жизни средневековой Франции. Но еще более значительными стали иллюстрации Фукэ к 'Часослову Этьенна Шевалье' (Шевалье был секретарем и казначеем Карла 7). На этих миниатюрах перед нами предстают пейзажи, типичные для раннего итальянского Возрождения, наряду с дворцами и замками, характерными для парижской школы братьев Лимбург. Фукэ, вместе с другими художниками из Турени работавший при королевском дворе Франции, стал последней крупной фигурой, принадлежащей к золотому веку французской книжной миниатюры. С
[640x545]
[604x500]
[469x650]
[504x650]Известный американский художник-карикатурист Томас Наст (Thomas Nast) родился 27 сентября 1840 г. в городе Ландау, Германия. Когда Насту было шесть лет, его родители эмигрировали в США. Интерес Томаса Наста к рисованию проявился уже в раннем возрасте, в течение года он ходил в студию Альфреда Фредрикса и Теодора Кауфмана, а затем в школу Национальной академии дизайна. В возрасте 15 лет Наст начал работать в иллюстрированной газете Фрэнка Лесли, а через 3 года - в еженедельном журнале Harper's Weekly. Наст работал в Harper's Weekly в 1859-1860 и 1862-1886 гг. В перерыве он побывал в Лондоне, где делал зарисовки главного спортивного мероприятия того времени – боксерского поединка между американцем Джоном Хенаном и англичанином Томасом Сойером. Сотрудничая с Illustrated London news, Наст ездил к Гарибальди (народный герой Италии, полководец) в Италию, где рисовал и писал статьи о военных походах. В 1862 г. появилась первая карикатура "Мир", нацеленная на оппонентов гражданской войны в США 1861-1865 гг. Карикатуры Наста во время гражданской войны и последующей Реконструкции издавались в Harper's. Он описывал поля боев на границе и в штатах Юга. Рисунки притягивали такой колоссальный интерес публики, что Абрахам Линкольн прозвал Наста "нашим лучшим рекрутирующим сержантом". Позднее Наст оппонировал президенту Эндрю Джонсону и его политике Реконструкции. Изображения Наста стали одной из главных причин падения Уильяма Твида (лидера Демократической партии США в Нью-Йорке, его имя стало нарицательным для обозначения политической коррупции), который до того боялся художника, что послал своего эмиссара с целью подкупа Наста, предложив 500 тысяч долларов, лишь бы тот "бросил это дело", и уехал в заграничное турне. Но Наст отверг предложение и увеличил свои нападения на Твида. В итоге в 1873 г. Твид был задержан и осуждён за мошенничество. В декабре 1875 года Твид убежал на Кубу, а оттуда - в Испанию, где был узнан американским туристом по одному из изображений Наста и вновь арестован. Наст был убежден, что хорошо сформированное ирландское иммигрантское сообщество гарантирует базу помощи Твиду. Это вместе с антикатолическими и нативистскими (проамериканскими) взглядами Наста привело его к представлению ирладского сообщества в Америке и католических лидеров церкви с крайним порицанием. В работе "Американская река Ганг" (1875) Наст представил католических священников в виде крокодилов, караулящих и бросающихся на американские семьи. В своих политических творениях Наст поддерживал американских индейцев, китайских иммигрантов и выступал за запрет рабства. Позднее он затрагивал темы сегрегации (политика принудительного отделения какой либо группы населения по расовому или этническому признаку, одна из форм расовой дискриминации) и насилия Ку-клукс-клана. На одном из рисунков "Хуже, чем рабство" Наст изобразил отчаявшуюся негритянскую семью, чей дом был предан огню, и двух членов Ку-клукс-клана и Белой лиги, поздравляющих друг друга. В рисунках Наста главный сюжет часто сопровождался многочисленными детальными дополнительными второстепенными сюжетами. Томас Наст является автором эмблем республиканской и демократической партий США – осла и слона; изображения дядюшки Сэма – персонифицированного образа США, который возник во время британо-американской войны 1812 г. Именно Наст изобразил дядюшку Сэма высоким пожилым человеком с тонкими решительными чертами лица, со старомодной бородкой, в цилиндре цветов американского флага, в синем фраке и полосатых панталонах. Томас Наст первым нарисовал американского Деда Мороза – Санта-Клауса. До этого времени никто и представления не имел, как выглядит Санта-Клаус и каким образом добирается он до рождественских носочков. Его представляли и маленьким старичком, похожим на эльфа, и суровым духом зимы. Детям и взрослым хотелось еще и увидеть Санту. Санта-Клаус был нарисован Томасом Настом для журнала Harper's Weekly в 1862 г. Образ был взят с мифического немецкого бородача Николаса, который, согласно поверью, появляется во сне чересчур шаловливым детям. Художник поселил Клауса на Северном полюсе (в Лапландию он «перебрался» в ХX веке). Обложки журнала пользовались невероятной популярностью. Во время Гражданской войны Линкольн попросил Наста нарисовать Санту вместе с северянами. Историки утверждают, что армию конфедератов деморализовало появление Клауса на стороне противника. У Санты Томаса Наста оказался один недостаток – он был черно-белым. Красную шубу сказочному дедушке пожаловал в 1885 г. издатель Луис Пранг. В 1902 г. президент США Теодор Рузвельт определил Наста генеральным консулом в Гуаякиль в Эквадоре. Во время вспышки жёлтой лихорадки Наст беззаветно помогал бесчисленным дипломатическим и деловым миссиям избежать заболевания, однако сам заразился и умер 7 декабря 1902 г. Тело Наста было привезено в США и захоронено на кладбище Вудлаун в Бронксе (Нью-Йорк).
Роскошь и тишина. Таинственность и блеск. Театральность и уют. Вот что окружает
человека, попавшего в интерьер в стиле королевы Виктории, правившей Англией
более полувека — с 1837 по 1901 год.
[500x641]
Атмосфера
Наука и техника в викторианскую эпоху развивались, а мода стояла на месте. Так желали консервативные придворные, отдавая предпочтение эклектичности — сочетанию рококо, барокко и классицизма. В дизайн интерьера не привносили ничего нового, кроме чисто практичных изобретений. Пружинные матрасы и подушки, колесики на ножках диванов, кресел, столов и шкафов и изогнутое дерево, заменившее металл в украшении спинок, делали предметы более легкими. Крепли лишь традиции. Одна из излюбленных — выставление напоказ всего своего богатства — прижилась и в нашей стране.
Главная тенденция современного викторианского
стиля — насыщенность деталями. С широкими креслами, диванами и шкафами,
занимающими чуть ли не все пространство комнаты, всегда соседствуют декоративные
элементы: тумбочки, табуреты, подставки, подвесные полочки.… Как в гостиной
Шерлока Холмса из отечественного фильма. Создается впечатление, что негде
пройти. Но на самом деле, несмотря на визуальную тяжеловесность, мебель
мобильна. Благодаря небольшой массе предметы интерьера легко передвигать с места
на место, меняя обстановку.
И в Соединенном Королевстве, на родине стиля,
и в России чуть ли не весь год пасмурная погода. За окном - тусклые улицы,
дождь, снег, холод. В противовес невзгодам природы художники нашли простое
решение: использование в декоре насыщенных цветов. Темно-зеленый, бордовый,
ярко-желтый, оранжевый, красный, коричневый возвращают в лето. А кресла и
диваны, в которых можно «утонуть» и исходящее от камина тепло позволяют
хозяину забыть о прошедшем рабочем дне и погрузиться в мир отдыха. Уют -
непременный атрибут стиля королевы Виктории. Образец - интерьеры Букингемского
дворца, ее бывшей резиденции.
[500x641]
Вокруг нас
На стенах - гобелены или обои со сложным орнаментальным
рисунком, часто объемным, напоминающим барельеф. Мотивы - геометрические и
растительные. Популярно изображение листьев — кленовых, дубовых и березовых,
папоротников, а также лесных цветов и ягод - ландышей, клевера, земляники.
Исключены сюжетные сценки и рисунки этнического характера, стилизованные под
Древний Китай, Японию, Египет или Персию.
Поверх обоев размером в треть
или половину высоты стены прикрепляют панели из ценных пород дерева. Резьбы нет,
но присутствует орнамент в классическом стиле: широкие прямоугольники, пилястры
и «лопатки», как и на дверях. Лаком панели не покрывают. Глянцевый блеск — не
для викторианского стиля.
[700x465]
Окна - высокие, по форме напоминающие
перевернутый готический щит, как на соборе Парижской Богоматери. Они рассечены
деревянными рамами на шесть-восемь равных частей, закрыты экранами из цветного
стекла с орнаментальным рисунком в тон обоям и драпированными бархатными или
парчовыми гардинами темно-зеленого или бордового цвета с золотыми кистями и
бахромой.
Картины подвешивают на специальную рейку, сделанную из той же
породы дерева, что и панели. На фоне обоев она практически не заметна. Рамки -
объемные, тяжеловесные - выполнены в стиле рококо. Но их никогда не золотят и не
серебрят. Мотивы резьбы — ракушечно-цветочные.
Картины викторианского
стиля должны соответствовать атмосфере помещения - портреты, пейзажи, сюжетные
зарисовки, но только не абстракции. Желательно, чтобы они не терялись на общем
фоне. Тона произведений - предпочтительно контрастные.
Настенные часы
делают сразу из нескольких пород дерева, отличающихся по цвету и соединяющихся в
сложный рисунок. Допускается обрамление контура в золото или медь. Цифры
циферблата — римские, из того же металла, что и обрамление. Обязателен маятник.
Кукушка — по вкусу. В викторианском стиле лишней она не будет.
Зеркала -
в полный рост, с такими же
Многим мастерицам нравятся работы с яичной скорлупой, но почему-то , может даже попробовав один раз , народ пугается и бросает этот интересный и благодарный вид декорирования. Да, конечно, он требует некоторых усилий и усидчивости, но результат, поверьте!, стоит потраченного времени.
Мастер класс Автор Марина Федчик
Источник - http://prodecoupage.com/forum/20-430-24688-16-1257119622
Хочу показать вам несколько приемов, которые помогут вам справится с этой кропотливой работой.
Серия сообщений "ДЕКУПАЖ":
Часть 1 - Продолжении галлереи авторских работ по декупажу
Часть 2 - Галлерея работ в технике декупаж
...
Часть 98 - Марокко
Часть 99 - Декор цветочных горшков
Часть 100 - Декорирование бутылок - идеи, описания, мастер-классы
Антуан Жан Гро (барон Gros) 1777-1835) - французский живописец, знаменитейший из учеников Давида. 14-ти лет от роду он поступил учеником в мастерскую этого художника, в 1794 году получил первоклассную медаль на конкурсе Парижской академии изящных искусств и отправился в Италию с целью усовершенствоваться в живописи. Будучи принужден поступить на военную службу, он попал в армию генерала Бонапарта и вскоре достиг офицерского чина. Супруга полководца, Жозефина, находясь в Генуе, обратила внимание на портреты работы молодого офицера и повезла его в Милан, чтобы он написал портрет Наполеона. Там был им исполнен прекрасный эскиз, изображающий главнокомандующего итальянской армии на Аркольском мосту. В награду за этот эскиз Гро был назначен членом комиссии для собирания в побежденных городах произведений искусства для Луврского музея. После неудач французской армии в Италии в 1799 году Гро возвратился во Францию. Первою его исторической картиной была "Чума в Яффе" - картина, возбудившая всеобщее внимание. Вслед затем им были написаны: "Абукирское сражение", "Сражение при Эцлау", "Взятие Мадрида", "Пирамиды", "Ваграм". В 1812 году император поручил Гро написать в куполе Пантеона колоссальный плафон с фигурами Хлодвига, Карла Великого, св. Людовика и самого Наполеона. Возвращение династии Бурбонов, которая была забыта в проекте этого плафона, изменило его, и художнику было приказано заменить фигуру Наполеона фигурой Людовика XVIII. Работа была окончена только в 1825 году; за нее Гро получил 100000 франков и титул барона. Плафон Пантеона останется навсегда произведением, выходящим из ряда обыкновенных по грандиозности композиции, замечательной правильности рисунка и прекрасному колориту. Гро был по преимуществу живописец империи и ее величия, которое и прославлял с необыкновенным талантом в картинах, блестящих по композиции и драматизму, но страдающих несколько ходульным, театральным пафосом, свойственным школе Давида. Позднейшие произведения Гро свидетельствуют об упадке его таланта. Он не понимал романтической школы, которая начинала тогда поднимать голову, и не мог примириться с ней. Потерпев в салонах 1831 и 1833 годов сильное поражение, он попробовал еще раз бороться и выставил в Салоне 1835 года картину "Геркулес и Диомед", но также безуспешно. Увидев себя окончательно побежденным новой школой, он закрыл свою мастерскую, говоря: "Я не знаю ничего ужаснее, как пережить себя", и вскоре затем окончил свою жизнь самоубийством. Кроме вышеупомянутых картин Антуана Гро, следует указать еще на следующие его произведения: "Свидание Наполеона с императором австрийским в Моравии", "Франциск I и Карл V перед королевскими гробницами в соборе Сен-Дени", "Сафо", "Карл Х в Реймском лагере". Из написанных им портретов особенно замечательны: генерала Лассаля, императрицы Жозефины, Людовика XVIII, Карла Х, Шапталя. Он несомненно оказал огромное влияние на французскую живопись последующего периода, и едва ли кто-либо другой из художников Франции имел стольких, как он, учеников. Энциклопедический словарь. Брокгауз Ф. А., Ефрон И. А.