летом ты никогда не думаешь о том,
что следующее лето через год.
пока живешь,
что следующая жизнь через смерть.
ты просто танцуешь и пьешь.
а потом - с добрым утром милая.
потом рассветы на другом берегу - по ту сторону.
знать бы где ты и помнить бы где сейчас я.
сколько между нами утр. сколько жизней.
и все прожить, перетерпеть ради единственной встречи.

музыка режет уши и болит грудная клетка.

зачем ты так?

близко.

раньше была -вино из одуванчиков-
захотелось избавится от этой аллюзии на бредбери.

не теряйте - имя не меняет суть.

- а как же ты можешь разговаривать, если у тебя нет мозгов? — спросила дороти.
- не знаю, — ответило чучело, — но те, у кого нет мозгов, очень любят разговаривать.
(волшебник из страны оз)

мои тонкие пальцы, узкие джинсы, синяки на ногах, ключицы - крыльями,
грусть сквозь улыбку и улыбка сквозь грусть. как всегда.

осень накрыла с головой. есть 15 минут на постоять над водой. привычно и непривычно. люди, которые прячутся от городского шума в каком-то очень фальшивом подобии тишины - в музыке.

для меня теперь на самом деле такая невыполнимая задача - написать текст. если бы не это я бы была почти.

пьем-поем-пляшем!
а завтра будет завтра.

я отчаянно боюсь писать то, что думаю.
на меня это совсем не похоже. то ли я взрослею, то ли о многом молчу.
или это одно?

мне наконец-то есть о чем писать. мегатонны звуков выстукивать пальцами.
я люблю всех этих людей, люблю за то что они так просто позволяют себя любить. и за то что так просто возвращают тебе это чувство. всегда ответное, никогда в сторону. и я знаю, что это не глубоко и не сильно - от чего еще легче.

девочки с журфака настолько с журфака. вместо физры ментоловые сигареты и шоколадный кофе вприкуску двухлетняя история неудавшейся любви, так просто рассказанная, стотысячный раз - как способ избавится. со словами всегда отдаешь часть событий - поэтому о плохом кричим, а о хорошем молчим.

за окнами холодно, от чего вдвойне теплее.

и тишина .

- а что бы вы спросили у Бога, если бы Вам привелось с ним повстречаться? - спросил как-то Б.Н.Л. у Познера
- Бог, как вам не стыдно? - ответил тот.

есть кто хочет поучится за меня на журфаке??

У САМОГО МОРЯ


I

Бухты изрезали низкий берег,
Все паруса убежали в море,
А я сушила соленую косу
За версту от земли на плоском камне.
....

на самом деле высшее ощущение свободы в абсолюте фразы "я не хочу"
за первой бутылкой вина и разговорами с милой аней (еще под приглушенную музыку)
- у тебя есть мальчик?
- нет.
- (самое удивленное на моей памяти. мне она за этот переизбыток эмоции и полюбилась) почему??
- потому что не хочу.

и тут я понимаю, что действительно никого не хочу. совсем. никого (даже воображаемо-идеального как всегда, даже Ретта Батлера и Ривареса). это и плохо и хорошо.

разделение миров на паре по русскому.
реальность денотатов и космическая запредельность потусторонней лексики.
в мире оказывается куда больше слов, чем их обозначений.

[362x450]
все что я знаю о грусти - я знаю от Ренуара и от его милой, розовощекой Самари.

как-то на одном из занятий по истории искусств, тех самых на которых тонули в диванных подушках и сладких грезах морфея, Н.А. рассказала нам сказку о том как один старичок каждый год снимал в пушкинском музее целый зал, чтобы в одиночестве посмотреть на Самари, он же ей в свое время и поведал о той самой глубокой грусти в этой картине.

а еще о своей любви к актрисе, которой давным-давно нет в живых, да и никто не знает была ли? он каждый раз приходил с букетом роз и уходил с ним же, потому что лирические героини цветов не принимают, потому что образы рук не имеют.
они смотрели друг другу в глаза в звенящей тишине залов,
она улыбалась - он ее утешал.
статичность немой сцены -
вся глубина жизни.

а Н.А. ревновала его к ее слезам - ее личному, как ей казалось, открытию!

с тех пор у моей грусти ее лицо и ее слезы,
если вы их видите!

пересматривать старые фотографии и чуть-чуть скучать.
[500x331]
[500x331]

- домой хочу.
- куда, прости?
- не знаю.

я просто как всегда прослушала.
плохая привычка.

все долгие, тяжеловесные и неудобопонятные размышления Февра, Тойнби и Шпенглера о цикличности и повторяемости истории сводятся к одному единственному -
"люди рождаются, любят и умирают" -
вот и вся Ваша концепция в пяти простых словах.

вздыхаю, кланяюсь, ухожу.

я на самом деле никогда не верила в идеалы, нопрекраснее ее нет!

Осыпались листья над Вашей могилой,
И пахнет зимой.
Послушайте, мертвый, послушайте, милый:
Вы всё-таки мой.

Смеетесь! — В блаженной крылатке дорожной!
Луна высока.
Мой — так несомненно и так непреложно,
Как эта рука.

Опять с узелком подойду утром рано
К больничным дверям.
Вы просто уехали в жаркие страны,
К великим морям.

Я Вас целовала! Я Вам колдовала!
Смеюсь над загробною тьмой!
Я смерти не верю! Я жду Вас с вокзала —
Домой!

Пусть листья осыпались, смыты и стерты
На траурных лентах слова.
И, если для целого мира Вы мертвы,
Я тоже мертва.

Я вижу, я чувствую, — чую Вас всюду,
— Что ленты от Ваших венков! —
Я Вас не забыла и Вас не забуду
Во веки веков!

Таких обещаний я знаю бесцельность,
Я знаю тщету.
— Письмо в бесконечность. — Письмо в беспредельность. —
Письмо в пустоту.

вот такие вот посылки за 240 км и тридцать минут ходьбы.
на самом деле да - в шарфе и с шоколадным батончиком мне стало тут теплее и слаще,
но не настолько насколько хотелось бы.
[500x331]

формула счастья на все осени и зимы вперед:
[600x457]

Это цитата сообщения petrichor Оригинальное сообщение

541

[500x334]

more