Я так часто стал видеть тебя во сне, девочка. Кто ты? И почему приходишь ко мне? За твоей спиной богатый дом, но мне мерещится старый дом в бедном районе. Я почему-то очень чётко помню ощущение, если коснуться рукой его стены. Не снаружи, внутри. Там одна комната и ещё чердак.
А в богатом доме два этажа и очень много комнат. Наверное, всех и ты не видела. Значит, я тоже не знаю. Там живём ты, я и какой-то взрослый мужчина. Ты называешь его отцом. Я сам хочу так делать. Странно очень.
Знаю, нужно просыпаться, но с каждым разом всё сложнее. Я всё больше привыкаю жить сном, а не реальностью.

Ладони касаются предметов вокруг словно сущесто слепо. Просто оно ещё не успело адаптироваться к новой форме существования. Вот и шаги пока робки.
В тело неожиданно остро впивается боль, но ничего не повреждено. Что такое? Существо покрутило головой, пытаясь найти причину проблемы.
Где-то недалеко - знакомый объект. Жгучее желание к нему пробиться, потому что надо обо всём рассказать.
Рассказать...
Обо всём...
О чём? Кому? Зачем?
Внутри какая-то странная пустота.
Но желание выше этого.
Выхода из помещения, кажется, нет. Только чуть серебрящиеся стены.
Думать...
Думать о том, что надо выбраться и выговориться тому, кому небезразлично.

Судорожный писк приборов. Красное пятно на экране пятого сектора.

Да, я знаю, что почти таким же был сон Узурпатора из "Утёса", но разные жизни, а сущность одна. И очень часто воспоминания начинаются от снов.

Мне с завидной регулярностью видится один и тот же сон. А, может, реальность, которая была до этой станции? Реальность, о которой я почему-то забыл?
Тёмный коридор большого дома. Я открываю дверь в светлую, но неряшливо выглядящую комнату. Нас там ждут. Нас - потому что держу за руку маленькую девочку.
Сейчас мне почти не слышны слова: очень гулко, наезжая друг на друга. Но знаю, что я и женщина в комнате говорим об условиях, на которых оставляю у них девочку, обещаю вернуться за ней.
Мне пора уходить. Девочка цепляется за мою руку. Я даю ей серебряное колечко, на моей руке такое же.
- Так мы узнаем друг друга везде и всегда.
Дверь за мной закрывается. На улице - солнце. Я поднимаюсь по холму, оборачиваюсь, машу рукой, хотя знаю, что меня никто не видит.

Вспышка. Белым огнём залито всё за оградой. Кажется, что даже воздух горит.
Хочется убежать, но словно приклеило к земле. Обдаёт жаром. Боль такая, что нет даже сил кричать, и слёз нет. Белый огонь всё ярче, хотя не знаю, бывает ли такое.
Я схожу с ума? Или просто смерть? Но за что так больно?!

Открываю глаза, ловлю чужие заинтересованные взгляды.
- Получилось! - радостно говорит один из... врачей? (Они в белых халатах.)
- Что... получилось? - так слаб, что меня еле слушается даже голос.
Только ухмылки в ответ.

Ноги снова тонут в чём-то мягком. Присматриваюсь - пепел. Здесь им всё засыпано, только внизу, под холмом мерцает серебром огромный город. Я видел его уже много раз, был там, ходил по улицам. Помню. Вот только где и когда это было?
С холма не спуститься, но мне кажется, что город приближается ко мне.
Длинная прямая улица с серыми почти одинаковыми домами. Зарево на горизонте.
Теперь приближается оно.
Женщина в огне. Странно, но она улыбается.
- Мама! - вскрикнул и проснулся.
Больно.
- Он очнулся.
- Сильный мальчик.
Что-то вспоминается, голоса не чужие.
- Я маму видел. Там... в городе...
- Это просто сон. Кто твоя мама? Расскажи.
Но облик женщины из сна тает, я не могу подобрать слов.

Это цитата сообщения M0ndschein Оригинальное сообщение

Степанов Слава побывал там и представил свои фотографии:

[698x399]
«Адмиралтейская» — строящаяся станция Петербургского метрополитена. Расположена на 5 линии, между станциями «Садовая» и «Спортивная», станет самой центральной станцией Петербурга.
Станция не имеет выхода на поверхность, из-за чего и не эксплуатируется, поезда проезжают её транзитом. По состоянию на июнь 2010 года, станция практически готова, путевые стены полностью облицованы, что можно заметить, проезжая мимо на поезде. Будет открыта в 2011 году. Причиной задержки является строительство наклонного хода.

СМОТРЕТЬ>>>>>>>>>>>

Надо мной склоняется человек, которого никогда не было во сне. Или в реальности?
- Однако же очнулся. Чудо. Просто чудо.
Руки подносят кружку к губам. Кажется, обычная вода, но внутри от неё всё горит.
- Почему мне больно?
Человек словно не слышит моего вопроса.
- Кто ты, мальчик?
Замираю-задумываюсь:
- Джанни, - и внезапно возникает вопрос, - А мама знает, что я здесь?
Мне всё равно, где я; но так хочется домой.
- Кто твоя мама?
В ушах начинает пищать, хочется ответить, но я неожиданно не знаю, что. Я проваливаюсь в какое-то серое пространство. Под ногами мягко перелетает что-то...
Реальная боль выдёргивает из видения.
- Рано ты заговорил. Спи.
Меня накрывают одеялом, глаза слипаются.

На улице сейчас должна быть ночь, но на станции время всегда идёт по-особенному. Словно другой мир. Чужой, но свой. Вынужденный, но иного просто не было.
На приборах мерно мерцают зелёным числа. Говорят, что этот цвет должен успокаивать, но не подавлять. Только вот когда смотришь несколько часов подряд, начинаешь, наоборот, раздражаться.
Очередная сигарета. Иначе просто свихнуться.
"Что там, дома?"
Ему так хотелось, чтобы этот дом не был просто игрой воображения.
В те дни, когда позволялось быть вне станции, он приходил на странного вида пустырь. Тайком. Почему-то казалось, что никому не стоит этого знать.
В первый раз он вышел туда случайно. Или не совсем? Его куда-то тянуло, вот и пошёл, повинуясь этому "голосу".
И каждый "отпуск" хотелось навещать пустырь. Входило в привычку. Словно возвращаться после работы домой, как это случалось у всех.

***

В глубине, на самом дне сознанья,
Как на дне колодца -- самом дне --
Отблеск нестерпимого сиянья
Пролетает иногда во мне.

Боже! И глаза я закрываю
От невыносимого огня.
Падаю в него...
и понимаю,
Что глядят соседи по трамваю
Страшными глазами на меня.

* * *

Россия счастие. Россия свет.
А, может быть, России вовсе нет.

И над Невой закат не догорал,
И Пушкин на снегу не умирал,

И нет ни Петербурга, ни Кремля --
Одни снега, снега, поля, поля...

Снега, снега, снега... А ночь долга,
И не растают никогда снега.

Снега, снега, снега... А ночь темна,
И никогда не кончится она.

Россия тишина. Россия прах.
А, может быть, Россия -- только страх.

Веревка, пуля, ледяная тьма
И музыка, сводящая с ума.

Веревка, пуля, каторжный рассвет,
Над тем, чему названья в мире нет.

* * *

Звезды синеют. Деревья качаются.
Вечер как вечер. Зима как зима.
Все прощено. Ничего не прощается.
Музыка. Тьма.

Все мы герои и все мы изменники,
Всем, одинаково, верим словам.
Что ж, дорогие мои современники,
Весело вам?

* * *

Только звезды. Только синий воздух,
Синий, вечный, ледяной.
Синий, грозный, сине-звездный
Над тобой и надо мной.

Тише, тише. За полярным кругом
Спят, не разнимая рук,
С верным другом, с неразлучным другом,
С мертвым другом, мертвый друг.

Им спокойно вместе, им блаженно рядом..
Тише, тише. Не дыши.
Это только звезды над пустынным садом,
Только синий свет твоей души.

Тот вечер был особенным.
Никогда ещё она не начинала разговора. А тут вдруг, завидев меня, подбежала к ограде и зашептала взволнованно:
- Завтра меня тут уже не будет...
Мне показалось, что по её щеке скатилась слеза. Странно. Не думал, что она будет переживать из-за нашего расставания, а похоже, что именно так.
- Почему? - мой голос чуть дрожал.
- Мне нельзя тебе это говорить...
Нечего ответить, смотрю себе под ноги.
- Я боюсь, - её рука касается моей.
Словно ток проходит через тело. Боюсь задать вопрос, но она словно читает мои мысли:
- Я изменюсь. Прости, больше я ничего не могу сказать. Нельзя.
В глубине парка послышался металлический гул.
- Мне пора, - она слабо улыбнулась и убежала.
Я не мог заставить себя уйти. Это было моей первой ошибкой.

Мне снилось светлое помещение, в котором было много цветов. На коленях у мамы лежала большая красочная книга. Я уже давно сам умел читать, но по-прежнему нравилось слушать маму.
Вдруг какая-то тёмная вспышка.
Боль.
Я проснулся.
Маленькая комнатка. На полках много книг и разных пузырьков, бутылочек.
Почему-то твёрдая уверенность, что до пробуждения была моя настоящая жизнь, и что это сейчас я сплю. Только вот боль слишком реальна.

Холодно. Жарко. Снова холодно.
Железные скобы сжимают плечи.
Приговор.
Я ловлю только последние слова, всё остальное утонуло в гуле отходящего транспорта.
- ... а ты останешься здесь.
Шок.
Внешне спокоен. Или нет - заторможен. Я всё ещё не могу поверить.
Боль. Писк в ушах, нарастающий жар в голове.
Калейдоскоп образов.

Пятый сектор.
То ли стон, то ли шёпот. Переливающийся свет.
Масса металлического оттенка медленно приподнимается из резервуара, приобретая форму.
Гибкое блестящее тело.

Поезд. Он кажется бесконечным, но так не бывает, просто мне мало видно в промежуток между досками. Нам не сказали, куда именно нас везут. Впрочем, слухов ходит достаточно, чтобы понять.
Поезд проезжает большие ворота и останавливается.
Давка и паника. До этого момента люди ещё на что-то надеялись, теперь оправдываются самые жуткие предположения. В какой-то момент меня срывает самого, но быстро успокаиваюсь. Я должен поддержать маму.
Увы, нас разделили, отдельно женщин и мужчин. Краем уха слышал число "сто девятнадцать". Наверное, столько нас было всего. Пытаюсь взглядом искать знакомых, но для меня слишком темно. Дальше - можно я одним словом? - унизительно. Я не хочу описывать всё, что происходило.
Потом была комната с довольно низким потолком. Паника сменилась тупым ожиданием. Выключили свет, какой-то едва уловимый, отличный от нашего дыхания звук.
Становится трудно дышать. Мне почти не страшно, но очень хочется понять, что происходит.
Внезапно становится легче. Тишина, темнота, пустота. Только всё равно не оборвалась одна связь.
- Мама, мы...
- Мы просто спим.
Голоса звучат шелестящим шёпотом, срывающимся на мысль "Мама, не обманывай меня. Я всё знаю, просто не могу поверить".

mixnews.info/news/#nnn15001302

Комментарий от себя:
Я бы не сделал такой заголовок, но всё же от диагноза приятного мало, и в определённой степени это касается меня.

Это цитата сообщения Дом_советов Оригинальное сообщение

Картинка обтекаемая текстом [показать] Не забывайте, что картинка должна быть не очень большой, иначе текст просто выдавит ее вверх. цифровые значения vspace="10" и hspace="10"- это всего навсего расстояние от картинки к тексту вправо и вниз, можно их менять, по вашему вкусу.	Код обтекания картинки текстом <img src="httр:адрес картинки" align="left" vspace="10" hspace="30" alt=>Здесь нет картинки, хотя должно быть изображение. Какое оно будет, решать вам.
Картинка слева от текста [показать]Снова пишем свой текст. Если картинка длинная, бордюрного типа, то и весь текст будет вдоль нее. Если не очень большая, то продолжится ниже. Предупреждение: в постах картинка не должна превышать размер 200px в ширину, иначе просто снова уйдет вверх.	Код картинки слева <img src="URL адрес картинки" align="left" border="0"> И снова пишем свой текст, или стихотворение, или.... придумали? молодцы!
Картинка справа от текста: [показать] Все правила написания для правой стороны такие же , как и для левой.	Код для картинки справа: <img src="URL адрес картинки" align="right" border="0">Пишем свой текст, что напишем, то и увидим

Смотрим далее >>>

Сначала мне не было страшно, всё походило на игру. Помню, в школе часто так играли, когда одни прячутся, а другие их ищут и хотят узнать какой-нибудь секрет. Азартно очень, я любил прятаться. Но сейчас, после двух недель чужих квартир, грязных подвалов и подворотен, уже не весело совершенно. Да, я знаю, почему такое происходит, но всё ещё не хочется верить.
Отец пропал на несколько дней, потом вернулся. Он вёл себя странно. Словно для него эта "игра" закончилась. Но только для него. Мы приехали в какой-то довольно приличный дом, даже разложили свои вещи.
Только через четыре дня снова было велено собираться и ждать. Чего? Отец не сказал, хотя сам знал - чувствую. Мне хотелось поговорить с ним начистоту, но отказывался, увиливал. Как-то ночью я услышал обрывок его разговора с матерью. Её голос был тих, хотя казалось, что она готова закричать:
... - Но он же твой ребёнок!
Я не услышал ответа.
Не помнить. Не верить. Не знать.
Сейчас, как никогда, хочется жить по этим трём правилам, только не позволят.
Солдаты.
Я даже не успеваю взять вещи...

Такое родное...
И так больно...

Альянс Полуночи - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post144062996/

Волчьи истории - прозаические истории совместного авторства (я + Астароша) по миру киндрэт (А.Пехов, Н.Турчанинова, Е. Бычкова); 

Два мира - одна судьба - прозаические зарисовки моего авторства; бета-версия начала одного большого цикла, от которого я ещё не знаю, чего хочу;

Доска объявлений - различного рода технические записи, афиши и т.п.;

Мятежный Клан - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post155917804/

Наследник - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post157493843/

Не моё творчество - цитаты;

Не сегодня - прозаические наброски одной из частей уже упомянутого большого цикла, от которого я ещё не знаю, чего хочу. Пока это какие-то внезапные видения относительно общей тематики;

Обыкновенное чудо - миниатюры моего субъективного восприятия окружающего мира и всякая чертовщина;

Отражения - не мои фото и рисунки;

Поэзия - мои стихи;

Проза - моя проза, не попавшая в какую-либо серию;

Собственной персоной - про меня реального;

Тени Вавельского холма - странная история, которая стала писаться, чтобы досадить одному знакомому, а в итоге вылилась в воспоминания о том самом Владиславе Тарашкевиче, которым я тут называюсь; 

Утёс - мои прозаические наброски истории двух братьев. Часть одного большого цикла, который пока не знаю, как увязать воедино;

Фотогалерея - выкладываются серии моих фотографий, которые продолжаться уже не будут, в отличии от фотоальбома, где серии практически бесконечны. Подробней здесь: http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post152676480/

Чужие сны - http://www.liveinternet.ru/users/3907526/post136089212/

***

Полагаю, список рубрик будет пополняться.

Вопросы о персонажах серий приветствуются.

 Ветер гонит пожухлые листья по пересохшим канавам.
Город вымер.
Всё кажется серо-сиреневым, туманным.
Покорёженное железо ограды, рассыпавшиеся каменные столбы. Дом смотрит выбитыми окнами.