Читать далее...

- Что притащился?
Охотник шваркнул на стол пачку бумаги:
- Отчёт. И больше я в это не играю.
Заказчик молчал.
- Оглох? Оставшийся гонорар давай и расходимся.
- Работа не закончена, - буркнул оппонент.
- Ты про магию хотел, - огрызнулся шпион, - Так вот про неё, - указал на записи, - А дальше я копаться не намерен. На твою вшивую магию там слишком много завязано.
- Четыреста. Сверх обещанного.
- Пятьсот.
- Четыреста пятьдесят.
Немыслимое дело, с Охотником решили поторговаться.
- Пятьсот, - с металлом в голосе отозвался он.
- Четыреста пятьдесят. И не монетой больше. Или тебя придётся заменить.
Ого! Ещё и угрожают. Йену - так по-настоящему звали Охотника - стало даже интересно, из-за чего такие меры.
- А ты в этом бардаке часом сам не замешан? - ухмыльнулся он.
- Болтать хватит! - заказчик явно нервничал.
- Хорошо. Четыреста пятьдесят. Сейчас, - Охотник елейно улыбнулся.
Деньги ему дали. Что ж, надо возвращаться и разбираться с задачкой глубже, чем прежде.

- Что ты слышал об этом месте?
- Почти ничего. Слухи, которые я не привык собирать.
- А про последние события?
- Вообще ничего. И что там?
- Никто точно не знает, но бардак отменный.
- По поводу?
- Энергетика штормит странно.
Младший из собеседников с беззлобной ухмылкой пожал плечами. В комнате повисла тишина.
- Мне нужна информация, - снова заговорил старший.
- Я не играю с магией, - хмыкнул, поднялся.
- Триста.
- Шестьсот, - парировал шпион.
- Наглеешь, Охотник.
- Как хочешь.
- Договорились.
- Время?
- Пока не станет ясно, что там.
- Задаток четыреста.
Заказчик молча выложил стопку денег. Он знал, что Охотник запросил много больше, чем предложат. Оно того стоило. Пять лет - ни одного прокола. И это всего лишь подросток. Такие гибли сотнями, так и не успевая стать мастерами опасного дела.
Шпион пересчитал деньги и быстро вышел. За дверью он припрятал купюры в потайной карман.

26.09.2009

Читать далее...

20.09.2009, "Вот ты какой, зубр!" (оба кадра сделаны про одну клетку)

20.09.2009

Разбита сказка. Окончен бал.
Хочется плакать – крепись!
Скажешь ты: «От жизни устал!»
Расстаться не торопись.

Много ещё моментов таких
Будет на жизни пути.
Нужно их все до финала пройти,
Хоть дело не из простых.

Август 2005

20.09.2009

Читать далее...

Это цитата сообщения Поплавок Оригинальное сообщение

Город-остров, город-крепость, город-герой

Справочно: данный и подобные размещаемые матриалы являются перепостами из моего дневника, где каждые четверг-пятницу я стараюсь провести выборы темы очередного фотопутешествия. Именно поэтому во вступительной части иногда может быть написано нечто непонятное тем, кто к указанным выборам отношения не имел)))


Ну что, любопытствующие по части изображения красного немного усталого домика с украшенным цветами балконом, пришёл и на вашу улицу праздник! Ибо здание это расположено на одном достойном внимания острове, который называется Котлин либо, по названию расположенного на нём города

Кронштадт

20.09.2009

Это цитата сообщения Cayetana_de_Alba Оригинальное сообщение

Почему у Мариацкого костела две разновеликие башни?
Я лично знаю две легенды о строительстве костела. Одна из них – страшная.

[показать]

Согласно легенде, сооружение костела было поручено двум братьям – умелым каменщикам. Старший брат быстро справился с постройкой первой башни со шпилем. Довольный своей работой, он уехал в другой город, на строительство следующего храма. Когда он вернулся, то увидел, что брат еще не закончил свою башню, но она была явно крепче, массивнее первой, то есть могла стать более высокой. Старшего брата обуяла зависть и злоба. И он убил брата-соперника. Но, придя в себя, после вспышки гнева, он устыдился содеянного и в отчаянии бросился с недостроенной башни вниз на камни площади.
Эта ужасная история настолько потрясла горожан, что советники городской ратуши постановили навсегда вычеркнуть из городских анналов имена братьев-гордецов, которые запятнали святое дело возведения Божьего храма грехом гордыни. А недостроенную башню в назидание потомкам решили оставить такой, как есть, и только покрыли ее кровлей. Правда это или нет, но в Сукенницах до сих пор хранится окровавленный нож, которым брат убил брата, да и налицо главное доказательство – две разновеликие башни, из-за которых Мариацкий костел невозможно спутать ни с одним в мире. Наверняка, такая убийственная ассиметрия во времена, когда ценилась гармония и правильность линий, была отнюдь не рядовым событием.
[700x475]
читать второй вариант легенды

20.09.2009.

Чёрное небо. Редкие звёзды.
Всего пять или шесть.
Странно: на улице август,
И звёзд бывает не счесть.

Но вижу не то небо,
Что для людей за окном.
Это моё сознанье.
То, что пришло потом.

Яркая вспышка боли.
Спрятана в клетку Мечта.
А в сердце застыла горечь
И странная пустота.

Память скована цепью.
Крепчает – почти не вздохнуть.
И годы скитаний бесцельных,
И Жизни забытая суть.

Когда же лавина фантазий
Пришла наяву иль во сне,
Считаешь ты: «Просто придумал.
Совсем то не нужно мне».

Но время проходит, спадают
Стальные оковы с души,
А в памяти мир расцветает,
Фантазии вновь хороши.

Однако вернуться не просто.
Сомнения давят на грудь.
Реальность к тебе жёстка,
Кричит: «Невозможно! Забудь!»

Но в сердце Огонь крепчает,
Сквозь Бездну протянута Нить.
Казаться тебе начинает:
Как прежде лучше не жить.

То, что считалось сказкой,
Родной, но потерянный мир,
Что вновь он к тебе ласков,
За годы тебя не забыл.

Сознание рвётся в Бездну,
Но не погибнуть – вернуть,
Отречься от серости мира,
Найти отвергнутый Путь.

Чёрное небо. Редкие звёзды.
Молнией вспыхнет Мечта.
Душа стоит на пороге.
Вперёд – Жизнь, назад – пустота.

Сентябрь 2005

Большая деревня близ Аргизы, постоялый двор: Рэй
Точка зрения демонической части Мыша на часть событий, которую смог адекватно воспринять, а попутно и всяческие пояснения, что за зверь такой Мыш, и что с ним творилось во время драки

Занятное мы всё-таки существо, жаль только всё никак из нас не получается чего-то цельного. Было бы удобнее и интереснее. Всё вот кто-то мешает. Человек в основном. Не зря Мастер Гайдар так хотел от него избавиться, да силёнок оказалось маловато. Человеку всё не нравилось быть Судьёй, а мы вот с Лександром-драконом наслаждался тем, что нам поклоняются два мира. Поклоняются, слушаются и боятся. Ах какой букет эмоций! Кстати, особенно драконьих. Впрочем, когда наш человек что-нибудь глупое совершал, нехило колыхало и демонов. И вот пойми, что мальчишке не нравилось! А делов-то было - говорить и действовать так, как давно заведено для Судей.
Ну и поделом ему, когда собрался сбежать, а Мастер Гайдар во всю мощь приложил его магией. Только мне и дракону ой как паршиво оказалось. Не убило, но выключило, что наружу не высунуться, сидим вот теперь глубоко-глубоко - сделать ничего не можем. Ничего-о-о! Как говорят люди: будет и на нашей улице праздник. Если человек не учудит чего совсем дурного, а то ведь без нас несладко. Мы ж всё же Триединый, как назвал его Друг-эльф. Нельзя нам отдельно. Даже если ненадолго выходит, в мозгу что-то переврачивается не в лучшую сторону.
Ай вот и праздник! Меня словно пинком выкинуло наружу, ну то есть я теперь мог высказать своё "Фе!" или "Ах!" по поводу происходящего.
А что случилось? Прислушался-присмотрелся. Праздник только у меня - обидно. Вот бы всем вместе гульнуть, как тогда в заброшенном замке, но воспоминания человека нешуточно тряхнуло совершенно другим. Это ж кто так шикарно устроил?! А ведь случайно вышло. Я поискал того, кто стрелял. Какой роскошный экземпляр! Если наш человек сдохнет, пожалуй, у меня есть место для нового поселения. Силы у меня, естественно, поуменьшится, зато приключение будет более, чем достаточно, и поразнообразней, чем перед тем, как домой вытряхнуться.
А кому спасибо за Лёд? Не, это я не ем. Ещё отравлюсь. Я её и в хорошем настроении побаиваюсь, не то, что сейчас.
Человек откровенно тупил, придётся взять командование в свои руки. Я снова разглядывал стрелка. Надо бы вообще к нему хоть как-то прицепиться, авось когда понадобиться. Что-то мне подсказывает, что человек на меня не обидится.
Копаюсь в мыслях, вылавливаю взгляд. Ловчий - так его называли другие, в тех сценах, которые выхватываются с самой поверхности сознания. Мне нравится эта кличка. Как символично сегодня! Я заставил человека сделать несколько шагов к моей жертве. Да-да-да! Я решил - поймаю это Ловчего. Уж извини, Мыш, измотал ты меня своими причудами. Дракон может оставаться, а я пошёл.
Деревья с серебристыми стволами и чёрными листьями. Звучит Музыка. Кому-то она покажется резкой, неприятной, а мне ласкает слух. Ведь тебе тоже, Ловчий? Признайся. Он растерян, видя такое впервые. А теперь посмотри на меня. Я показался ему таким, каким не могут видеть смертные. Извивался, менял форму, а голубые глаза смотрели на жертву, не отрываясь. Тут нет Смотрителей и Айфов, никто уже не помешает моей игре... Иди сюда, Ловчий! Ближе... бли...
Ай! Что такое? Куда-а-а!
И снова приходится тупо пялиться в никуда, потому что кто-то сломал мою прекрасную Музыку. На, Мыш, получи меня обратно. Тьфу на вас, злые людишки!

Это цитата сообщения Spb_Starosti Оригинальное сообщение

Современное поколение туристов настолько привыкло к парадному великолепию Царского Села, что рассказы об ужасном послевоенном состоянии этого знаменитого дворцово-паркового комплекса сегодня звучат для них как-то неправдоподобно. Это и понятно, если вспомнить, в сколь мрачных тонах очевидцы описывали пейзажи Пушкина в 1945 году:

«Парк был вырублен, изувечен воронками — где засыпанными, а где — зарастающими травой... Прогорклый запах разрухи, здесь он ощущался особенно грустно, как запах смерти, тлена... Ленинградцы бродили меж развалин, вспоминая былую прелесть этих мест... От прежнего великолепия не осталось ничего. Все было разрушено, разграблено, вывезено, сожжено, все выглядело непоправимо...Город можно восстановить — это все понимали, ожерелье же дворцовых пригородов было утрачено навсегда — это тоже все понимали. Чувство этой непоправимости стало, наверное, наигоршим из всех послевоенных потерь...» (Даниил Гранин).

Однако самоотверженный и вдохновенный труд реставраторов сделал невозможное возможным: буквально через 20 лет на смену картинам запустения и разрухи приходят привычные нам прекрасные виды Царского Села.

В 1988 году в Ленинграде вышли в свет наборы почтовых открыток, посвященные пригородным дворцам и паркам. Основной идеей было сопоставить современные фотографии знаменитых памятников архитектуры с архивными фото 1944 года. Серия получила название «Возрожденные из пепла» и издавалась параллельно на двух языках: русском и английском. Она была призвана одновременно поведать миру о «фашистском варварстве» и обессмертить беспримерный подвиг всех тех, кто трудился над восстановлением былого великолепия. Сегодня особенно интересно разглядывать эти памятные открытки, сравнивая их с довоенными царскосельскими фотографиями и гравюрами.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ
[562x239]

13 сентября 2009, съёмка с угла Пискарёвского проспекта и улицы Тухачевского, вид в сторону Выборгской стороны.

03.09.2009

Читать далее...

В окно рвётся морозный воздух, и вдруг наползает темнота. Она не только ощущается, её видно. Лампы словно медленно гаснут, проваливаясь в чернильную лужу.
Закрыть окно - становится легче.
Зажечь свечи - огонь еле теплится, дрожит.
Странное время, странные ощущения. Полнолуние продолжает действовать.

03.09.2009

Читать далее...

Кайл спал, что вполне понятно после такой знатной попойки. Оказалось, что Сомэрс притащил на мероприятие не только своего кузена, но и ещё с дюжину весьма весёлых, но в тоже время совершенно необходимых для младшего Дегрэ. С одной стороны, его жутко раздражало, что столько народу знает о его присутствии в городе, но с другой, сейчас надо как-то раздобыть сведений для Мыша, а только лишь с наблюдений многого не возьмёшь.
Самым словоохотливым, разумеется, оказался Векслер. Именно он его щедрот Кайл знал теперь все основные исторические и не очень события, что произошли за последние –дцать лет. Городок, вроде, спокойно жил относительно внешне-политической обстановки, но вот во взаимоотношениях некоторых важных персон случились забавные перемены, к числу которых как раз и следовало отнести женитьбу старшего Дегрэ на любимой дочке фон Айстона, которые неожиданно стал благоволить ремесленному люду. «Вот интересно, с какой же всё-таки радости?» – в очередной раз думал Кайл. Однако как раз о причинах различных городских приключений никто из собравшихся не мог поведать ничего конкретного. Даже досужие кумушки, от которых, как правило, можно набраться слухов в последнее время в Абидосе повывелись. Обидно! – Что ещё сказать о таком. А самому Дегрэ в голову лезла только одна мысль, не находящая нигде подтверждения: что старший братец с позволения сказать «серый кардинал». Вот только опять же неясно, каким образом, и в какой области. Порой приходила подлейшая из мыслей – расспросить о папочке племянницу. Дети частенько знают то, о чём взрослые и не догадываются. Но эта идея пока оставалась для Кайла задумкой «на чёрный день»…
Домой он притащился далеко за полночь. Охранник подозрительно покосился на непутёвого гуляку, но пропустил без единого слова. Как можно тише постарался пройти Дегрэ до своей комнаты, что, кажется, удалось, ибо никто не высунулся в коридор поинтересоваться, кого это под утро носит…
-… Ты собираешься открывать дверь, а? Кайл?
«О, чёрт! Братец пожаловал».
Кайл открыл глаза и поглядел в окно. Судя по солнцу, близился полдень.
«Впрочем, ничего удивительного!»
Он встал, натянул штаны и рубаху, оной задержкой ещё больше раздражая брата.
«Наверняка ему уже доложили, когда я пришёл. Но неужели он мне это сейчас в вину поставит?»
Вот щёлкнул замок. Старший брат стоял в выжидающей позе, но по лицу пока не прочитать его эмоций. Вальтер отодвинул Кайла, зашёл в комнату и уселся в кресло.
- Братец, тебе не кажется, что ты кое о чём забываешь?
- Здравствуй, Вальтер, - с лёгкой укоризной заметил младший.
- С добрым утром!.. Мне вопрос повторить? – в голосе старшего звучала издёвка.
- Нет, спасибо, я помню, вот только не понимаю, что ты имеешь в виду.
- Вот как?! Ты, любезнейший, находишься в моём доме. И мне неплохо бы знать, что в этом доме творится.
- А что творится? – притворно-удивлённо поинтересовался Кайл, наливая себе воды из графина и подходя к окну.
- А то, что ты шляешься где-то всю ночь и ничего мне об этом не сообщаешь! – похоже, Вальтер разозлился.
Вчерашние предположения, что старший брат будет его ругать за отлучку, оправдались. И всё равно противно.
- Я под арестом? Или мне лет десять всего?
- Ты приходишь сюда чёрт знает откуда и через столько лет. Понятно, что шпионишь на кого-то. Шляешься по ночам. И теперь ещё задаёшь удивлённые вопросы?!
- А тебе ещё не сообщили, где и с кем я был? – Кайл резко повернулся, бросая на старшего почти гневный взгляд.
- Доложили, - прямо-таки не сказал, а выплюнул Вальтер, - Но мне хотелось бы об этом слышать в первую очередь от тебя, а не от слуг и не от базарных баб. И запомни это наперёд, брат, если собираешься и дальше здесь жить.
«Вона как заговорил! Интересно всё-таки, чего ты так боишься, Вальтер?»
- Ты хорошо меня понял, Кайл?
- Понял… - буркнул младший.
- Вот и славно. Надеюсь, нам больше не придётся вести подобных разговоров! – старший Дегрэ резко встал и вышел из комнаты.
«М-да, я, конечно, ожидал чего-то подобного, но всё равно странно. Что ты скрываешь, братец?»
«Эх, не вовремя ты появился, младшенький. Ох, как не вовремя!»
Вальтер быстро шёл по коридору к входной двери. По лицу его порхали тридцать три эмоции. Что-то странное всё же было в его поведении. Но что? Старший Дегрэ вышел из дома, направляясь к конюшне. Спустя минут десять его вороной жеребец уже поднимал пыль по улочкам Абидоса. Вальтеру надо было срочно решить один вопрос…