Когда Антон Чехов переехал в Ялту, его восторженные поклонницы тоже перебрались в Крым.
Январь - сладкий и неторопливый - он и есть настоящий праздник. Декабрь, он ведь такой - про иллюзорность и многозадачность. Про движение вовнутрь - в детскость ожиданий и наружу - устанавливать елки, завершать незавершенное, успеть все и везде. Встретить, отпраздновать, выдохнуть.
А в городе тихо, а в городе снежно, погасли дома,
И только на флейте хрустально неспешно играет зима...

По одной из легенд, снеговики – это ангелы. Ведь снег – это дар неба. А если снеговик – это ангел, то он может передавать Богу просьбы людей. Передавали свои просьбы так — лепили маленького снеговичка из свежевыпавшего снега и тихонько шептали ему свое желание. Верили, что как только снежная фигурка растает, желание сразу будет доставлено на небеса и вскоре исполнится.
До полудня расхаживать в мягкой пижаме, особенно когда идет снег.
Уснуть днем. Потерять понятие Времени.
Слушать, как снег скрипит под ногами.

Многие богатые люди имели собственные выезды. Выезды эти были очень разнообразны, начиная с дрожек, кончая парадными каретами. Различна была и упряжь этих выездов — русская и английская.
В русской упряжи кучер был одет в традиционный русский кафтан, со сборками на поясе, темно-зеленого цвета, в отличие от темно-синего у извозчиков. Головной убор был такой же, как у извозчиков, но, конечно, высокого качества. Руки кучера были в белых перчатках. Кафтан был подпоясан нарядным кушаком с цветным рисунком. Иногда к этому кушаку, при открытом транспорте (коляске), на спине кучера помещались часы в кожаном футляре, чтобы седок мог следить за временем. Коляски были отделаны также темно-зеленым сукном или кожей того же цвета. Для нарядности упряжь была отделана медными бляхами, которые были начищены до предельного блеска. Зимний наряд кучера отличался от летнего только головным убором, состоявшим либо из круглой меховой шапки, либо из бархатной шапки четырехугольной формы различных цветов, отделанных по ранту крученым золотым шнуром с петлями по углам. Нередко в зимнее время лошадь покрывалась сеткой от дуги до передка саней, во избежание попадания комков снега из-под копыт лошади на кучера и седока. Сани имели богатую медвежью полсть, покрывавшую ноги седока, а в ногах — меховой мешок.
Английская упряжь отличалась от русской отсутствием дуги и одеждой кучера. Кучер был одет в ливрею с блестящими
Последний день перед Рождеством прошёл. Зимняя ясная ночь наступила. Глянули звёзды. Месяц величаво поднялся на небо посветить добрым людям и всему миру, чтобы всем было весело колядовать и славить Христа. Морозило сильнее, чем с утра, но зато так было тихо, что скрып мороза под сапогом слышался за полверсты.
Н. В. Гоголь
[464x700]
Расходясь от эпицентра, Рождество оккупирует город, набрасывая на него сеть праздничных базаров. Они торгуют разным, но одинаково бесполезным товаром, который годится только в рождественские подарки. Роясь в залежях ненужных вещей, покупатель теряет стойкость. Ведь праздники тем и отличаются от будней, что обменивают целесообразность на безрассудность. Любовь не окупается, дети не рентабельны, звери тем более, и радость ничего не стоит, а праздник нельзя купить ни за какие деньги.
Александр Генис "Гость. Туда и обратно"
Иван Шмелев, «Лето Господне»
Перед Рождеством, дня за три, на рынках, на площадях, — лес елок. А какие елки! Этого добра в России сколько хочешь. Не так, как здесь, — тычинки. У нашей елки… как отогреется, расправит лапы, — чаща. На Театральной площади, бывало, — лес. Стоят, в снегу. А снег повалит, — потерял дорогу! Мужики, в тулупах, как в лесу. Народ гуляет, выбирает. Собаки в елках — будто волки, право. Костры горят, погреться. Дым столбами. Сбитенщики ходят, аукаются в елках: «Эй, сладкий сбитень! калачики горячи!..» В самоварах, на долгих дужках, — сбитень. Сбитень? А такой горячий, лучше чая. С медом, с имбирем, — душисто, сладко. Стакан — копейка. Калачик мерзлый, стаканчик, сбитню, толстенький такой, граненый, — пальцы жжет. На снежку, в лесу… приятно! Потягиваешь понемножку, а пар — клубами, как из паровоза. Калачик — льдышка. Ну, помакаешь, помягчеет. До ночи прогуляешь в елках. А мороз крепчает. Небо — в дыму — лиловое, в огне. На елках иней. Мерзлая ворона попадется, наступишь — хрустнет, как стекляшка. Морозная Россия, а… тепло!..

Художник: Борис
Вот и оно — время шуток про прошлогоднюю еду, бенгальских огней, торчащих из бокалов, заветренного оливье и посохших мандаринов.
Время, чтобы ходить в пижамах, собирать кучу лего и смотреть хорошее кино.
Время принимать гостей и ходить в гости, танцевать и валяться на мягком, ни о чем не думать и мечтать сразу обо всем.
Время между годами.
Пусть новорождённый год вырастет в замечательный. Я желаю вам быстро найти с ним общий язык, и легко свернуть все попавшиеся на пути горы!
С Новым годом!
© Мальвина Матрасова
Анна Березовская «Маленькое чёрное платье»
У каждой женщины должно быть маленькое черное платье и туфли, в которых только постоять.

«Маленькое черное платье». Свой стиль Березовская Анна (1988) называет «поэтическим реализмом». Её работы – это сплошные метафоры и иносказания. Сюжеты берет из жизни, из воспоминаний и даже снов. Родилась и в настоящее время проживает в Подмосковье. Рисует с 5 лет, посещала «художку», выпускница Абрамцевского художественного колледжа. На узнаваемый стиль автора большое влияние оказал преподаватель из частной студии, ставший впоследствии мужем Анны.