Гаражи и казармы
Александр Кабин — художник, одержимый бытописанием инертных пространств. Он пишет сумеречные железнодорожные перегоны, почтовые ящики и типовые панельные дома родного Северодвинска — города, где принято изображать пафосно уходящие в закат подводные лодки. Кабин рассказал нам, за что готовы подраться архангельские художники, какие картины вешают на стены северодвинцы и можно ли найти Бога в едва живой промзоне.
Прежде, чем начнет петься,
Долго ходят,
размозолев от брожения,
И тихо барахтается в тине сердца
Глупая вобла
воображения.
В. Маяковский
* * *
Петр Кончаловский. Пиво и вобла (1912)

«В натюрморте П. Кончаловского «Пиво и вобла» нарисованный на подносе пейзаж с пароходом и волнами на наших глазах оживает — волны плещутся в опрокинутом на стол море. Этот рисунок в картине обретает статус реальности, на фоне которой образ нарисованных вещей начинает двоиться —то ли перед нами сушеная, сушенее не бывает, вобла, то ли выпрыгнувшая из волн вполне живая, а может быть, сказочная рыба». Отсюда
Паустовский-за нас!
Как и вся великая русская литература.
Поэтому мы непобедимы.
Собрание сочинений в восьми томах #3
Москва, Художественная литература, 1967
В третий том собрания сочинений вошли произведения: «Повесть о лесах», «Героический юго-восток», «Золотая роза».
Чесноков-Ладыженский Сергей. "Кофе в мастерской"
Тра-та-та, тра-та-та,
Вышла кошка за кота…
Герой фильма "белорусского Тарковского" Юрия Елохова— пациент психиатрической больницы, вообразивший себя в брюхе кашалота, в которое он сам себя заточил, чтобы уйти от суеты и пошлости современного мира, чтобы не бороться со злом, чтобы жить в своем собственном, придуманном им мире…
Премьера анимационного фильма латвийского художника Карлиса Витолса (1979) «Затмение» (Eclipse, 10 мин., 2010) состоялась на престижном фестивале анимационных фильмов Annecy во Франции. В основу фильма положено мифическое природное явление – затмение Солнца, во время которого Луна заслоняет Солнце, таким образом «открывая ворота» между двумя мирами.
Кукла работы Романа Шустрова, Санкт-Петербург

Пролог.
Затворник-предшественник Гриши Перельмана:
Чтобы добиться настоящей известности, вне узкого круга коллег, математик должен стать причиной скандала: скажем, отказаться от престижной премии. Гротендик отказался от двух престижнейших.
Между прочим, математическая теория детских рисунков-тоже его рук дело.
Освенцим тоже прошёлся по нему паровым катком.
|
|
Но часто слушать музыку не могу, действует на нервы, хочется милые глупости говорить и гладить по головкам людей, которые, живя в грязном аду, могут создавать такую красоту. А сегодня гладить по головке никого нельзя — руку откусят, и надобно бить по головкам
Милая mme Ложь: