
Роберт Грейвз,
"Я, Клавдий".
Фрагмент
... Август одобрял то, как Ливия (супруга) воспитывает Юлию, как бережливо ведет домашнее хозяйство.
У него самого были простые вкусы. Август не ощущал разницы между свежим оливковым маслом и последними прогорклыми выжимками, когда оливки в третий раз идут под пресс. Он носил одежду из домотканой ткани.
Вполне справедливо считалось, что пусть Ливия и была фурией, если бы не ее неустанная деятельность, Август ни за что не смог бы выполнить взятую им на себя колоссальную задачу: вернуть Риму мир и безопасность, отнятые долгими и бедственными гражданскими войнами, в которых сам он, спору нет, сыграл такую роковую роль.
Август трудился четырнадцать часов в сутки, но Ливия, как утверждали, все двадцать четыре. Она не только умело вела огромное домашнее хозяйство, но наравне с Августом участвовала во всех государственных делах.
Полный отчет о правовых, социальных, административных, религиозных и военных реформах, которые они провели совместными усилиями, не говоря уж об общественных работах, которые они предприняли, о храмах, которые воздвигли, колониях, которые основали, занял бы много томов.
И все же многие выдающиеся граждане Рима, принадлежавшие к старшему поколению, не могли забыть, что это, казалось бы, превосходное переустройство государства стало возможным лишь благодаря военному поражению, тайным убийствам и публичным казням почти всех тех, кто не подчинился энергичной паре.
Если бы их деспотизм не был замаскирован старинными формами "свободного" правления, Ливии с Августом ни за что не удалось бы надолго удержать власть в своих руках.
Даже при существующих порядках нашлись претенденты на роль Брута - на жизнь Августа было совершено четыре покушения.