Это цитата сообщения ЕЖИЧКА Оригинальное сообщение

=ПРИХОДИ НА МЕНЯ ПОСМОТРЕТЬ=

АХМАТОВА - КАМБУРОВА

Это цитата сообщения Эдуард_Волков Оригинальное сообщение

Не могла пройти мимо, чтобы не скопировать... Очевидцы погромов в Киргизии: людей резали ножами, как животных

http://topnews.ru/news_id_36405.html

Э.В.: 

..

Читать далее...

«Хорошо, что ты прошёл
через это»
Беседа с одним из бывших лидеров «Нью эйдж»
в России Александром Чернавским, который
смог преодолеть искушение «Нового века»
- Александр, что привело вас в «Нью эйдж»?
- Я закончил военно-политическое училище, служил в ракетной части. Но с конца восьмидесятых годов у ме-
ня начался период богоискательства, написал в то вре
мя несколько работ по психологии, философии. В 90-м начал преподавать на кафедре педагогики и психоло -
гии Вологодского пединститута и много ездил на раз
ные семинары по эксрасенсорике, необычным явлени-
ниям.
Закончилось это тем, что уехал в Горный Алтай, где встречался и с рерихами (так их называют местные), кришнаитами, поклонниками Блаватской и так далее. Там, в одной долине недалеко от горы Белуха, эзоте-
рики всех направлений попытались основать Город солнца. В 70-80 годы в те места уезжали сотни людей, покупали дома, обосновывались. В основном это была молодёжь, стремящаяся к мистическому опыту.
Год я там пробыл и уехал после того, как в Приднестровье погиб мой брат. После похорон посте-
Пенно начал приходить в себя и обнаружил, что, пока я был в горах, вокруг многое изменилось. Появилось много интересного для психолога – гимнастики, тан –
цы, арт-терапия, психологические семинары, работаю-
щие с новыми методиками. Они и привели меня в «Нью эйдж».
- Почему вы в тот момент прошли мимо Церкви?
- Люди в те годы были очень растеряны. С одной сто -
роны, рушился материализм, с другой – до православия многие не доросли. И когда нам предлагалось пове -
рить, что христианство – это вчерашний день, нужно шире смотреть на вещи, это было искусительно. Тот нигилизм, внутренняя пустота, которые разрушили на-
шу экономику, в духовной сфере тоже толкали нас к либеральным решениям, к программам типа «Пятьсот дней», за которые можно попасть в продвинутые.
- А что происходит через «пятьсот дней»?
- По милости Божией иногда приходит понимание, что главное – не скорость, а направление. Разобраться в этом с помощью ума почти невозможно, потому что в «Нью эйдж» всякое сомнение мгновенно забалтывает-
ся. Там достаточно неглупых людей, которых переиг-
рать на их поле невозможно. Только Господь может разрушить это наваждение.
- Насколько «Новый век» завязан на оккультизме?
- Оккультизм, неосознанный сатанизм, пронизывает все практики «Нью эйдж», даже самые скромные. Но в чём трудность борьбы с ним? Если православный ба-
тюшка придёт и назовёт ньюэджеров сатанистами – его не поймут и совершенно искренно отвергнут. Не –
воцерковлённый человек приходит в общину, где ему говорят, что если Бог – это добро, то, значит, и добро – это Бог. А что такое добро? Это то, что нам полезно, приятно. Такая вот подмена, очень удобная.
- Вы могли бы кратко охарактеризовать идеологию «Нью эйдж»?
- Мысль заложена примерно такая. Наступает эпоха Водолея. Она требует новых идей и новых людей, ко-
торые не признают никаких авторитетов, лояльно отно-
сятся ко всем религиям, в том числе к христианству. Но при этом они считают Христа не Богом, а одним из ве –
ликих учителей. Внешне это всё выглядит презенттабельно. Предлагается экологическое отношение к телу, к природе. Другое название «Нью эйдж» - холистическое движение, от «хол» - целый. Речь
идёт о целостности духа, души и тела. Это мне в начале тоже очень понравилось.
- С чего началось движение «Нью эйдж» в нашей стране?
- Вы знаете, приход либерализма, разрушение компар -
тии и проникновение «Нью эйдж» каким-то образом оказались у нас завязаны на одну фигуру – Александра Яковлева, был такой секретарь ЦК КПСС. А его дочь Саша Яковлева и стала создателем первого холистичес-
кого центра в России «Путь к себе». Я лично был с ней знаком. По натуре Саша – космополитка, но с такой ус-
тановкой: «Мой внутренний мир важнее всего остально-
го». Это привлекло в «Новый век» часть рериховцев, уфологов, сторонников нетрадиционных методов лечче-
ния и т. д..
Когда мне в руки попал журнал «Путь к себе», я как психолог тоже заинтересовался. Стал одним из органи –
Заторов холистического центра в Вологде. Сначала про-
шёл, а потом сам стал вести ряд семинаров по уусовер –
шенствованию способностей человека.
- Вы упомянули Яковлева. Насколько организованно внедрялся «Новый век» в нашу страну?
- Увлечение «Нью эйдж», по самым скромным оценкам, охватывает треть американцев. Центр этого движения есть там почти в каждой деревне, и все кандидаты в президенты работают с этой аудиторией, дают какие-то обещания, тем более, что это отвечает интересам Соеди-
нённых Штатов.
Это движение оформилось в Америке благодаря хиппи, которые отвергали материальные ценности, техноген –
ность современной цивилизации. Но потом повзрослели, стали «почтенными членами общества» - яппи, которые задумались о том, как хранить и лелеять своё тело.
- В чём главная приманка «Нью эйдж»?
- Сегодня благодаря развитию Читать далее...

ТИШЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ТИШЕ!
Все вы. Кто так любит смеяться, бегать, играть в прятки, в снежки, в компьютерные игры или просто посидеть, подумать, - ПРИСЛУШАЙТЕСЬ!
Вот-вот на Главных Часах прозвучит последний двенадцатый удар и отвориться волшебная дверь – в НОВЫЙ ГОД! Встречайте же дорогих гостей: вы ждали их так долго и так терпеливо.
Впереди хозяин праздник – сам Дед Мороз, который приносит всем подарки и ничего не хочет взамен, кроме разве того, чтобы сердца ваши были добрыми.
Дед Мороз держит за руку Снегурочку. Она в ослепительно белом наряде! Дальше – целая вереница старых знакомцев и новых друзей, конечно же, Вью-га, Пурга, Метелица, множество веселых снежинок и, приглядитесь повнимательнее, - ЗИМОЙ! – небольшие ленточки радуги! Это к счастью в Новом году!
…А над всем этим – горит звезда рождества. Качается в небе, как колыбель, Вифлеемская Звезда, и качается вместе с ней старая могучая ель, королева леса! Это между ее ветвями спрятались самые чудесные рождественские сказки. Они позванивают, как золотые елочные сосульки и шары, очень тихо. Нежно. Расслышать их можно только раз в году: в ночь перед Рождеством!
Много-много лет назад в эту ночь родился Иисус Христос и с тех пор в ночь Своего рождения – Он дарит и детям, и взрослым совершенно неожиданные радости и чудеса.
Чудеса в чудесную рождественскую ночь! Не пропустите ни-че-го!
…Тише, пожалуйста, тише!


ПОДАРОК

«Многое мы забыли … Кто помнит, что сегодняшний вечер накануне Рождества называется сочельником. Что на Рождество необходимо делать подарки?» - так думала мама, глядя в окно на заснеженные деревья.
Вдруг раздался звонок в дверь. Мама открыла. Перед ней стояла очень пожилая, можно сказать, старенькая. Женщина в темном платье с белым кружевным воротничком. Волосы женщины были совершенно седыми и, казалось, отливали легкой голубизной. Благородной и доброй красотой веяло от женщины.
- Проходите, пожалуйста,- сказала мама.
- Нет, нет! – пожилая женщина старомодно поклонилась и представилась.
- Я ваша новая соседка. Я на минутку. У вас есть малыш.
- Да, - подтвердила мама. – У меня есть сынок!
- Я бы хотела сделать ему рождественский подарок. – В руках у женщины появилась небольшая, оклеенная золотистой бумагой коробочка. Видимо, коробочка была очень старой, потому что в некоторых местах блестящая бумага потускнела и потрескалась.
- Это, - продолжала женщина, - рождественская елочная игрушка моей прабабушки. Пусть она принадлежит вашему малышу.
Мама взяла золотистую коробочку, хотела поблагодарить пожилую женщину, еще раз пригласить ее в дом. Но не успела. Так быстро исчезла неожиданная гостья: то ли направо ушла, то ли налево, то ли вниз по лестнице, то ли вверх. Что делать?
Мама осторожно открыла коробочку. В ней оказалась фигурка ангела. Игрушка была сделана из папье-маше. На ангеле было длинное белое одеяние. Его волосы золотились, глаза синели, за спиной распростерлись шелковистые, из мягких белых перышек крылья, между которыми была петелька, чтобы вешать игрушку на елку.
- Ох, какая она старинная! – сказал папа. – Наверное, очень дорогая.
- Какой красивый ангел, - прошептал малыш, - наверное, он очень добрый.
А мама улыбнулась и спросила сына:
- А знаешь ли ты, что ангелы – помощники Бога?
- Знаю. Когда я был совсем, совсем маленьким, бабушка крестила меня на ночь и говорила: «Да пребудет с тобой твой ангел хранитель!»
- Прекрасный подарок, - взволнованно сказала мама и повесила игрушку на елку.
Опустилась ночь. Все в доме уснули. Все, кроме малыша. Он лежал и смотрел на елку. На ней белым пятнышком выделялась игрушка-ангел. Когда вокруг игрушки появилось белое облачко, мальчик почему-то не удивился и не испугался. А облачко росло, росло, и наконец из него вышел настоящий живой ангел. Так же золотились его волосы, такими же нежными, шелковистыми казались его крылья. Ангел подошел к малышу.
- Здравствуй.
- Здравствуйте! Вы мой ангел хранитель?
- Нет. Просто твой ангел попросил меня эту ночь побыть с тобой. Это не простая ночь. Рождественская.
- Рождественская,- повторил малыш.
- Я хочу поздравить тебя с Рождеством, - ангел погладил мальчика по голове, - и сделать тебе подарок.
- Спасибо, но…
- Я хочу подарить тебе, - ангел хитро прищурил синие глаза, - путешествие в Африку. Ведь ты мечтаешь об этом!
- Ой, как здорово, - подпрыгнул малыш. – Но как же мы…
- Все будет в порядке. Иди ко мне, - ангел протянул малышу руку.
- С кем бы ты хотел встретиться, малыш? – спросил ангел.
- Я бы хотел увидеть жирафов! Можно?
Ангел протянул руку, и тотчас перед малышом появились два взрослых жирафа и один маленький жирафенок. Это были очень красивые животные. Малыш подошел совсем близко к ним, жирафенок нагнулся и Читать далее...

[481x698]
Марина Кравцова
БЕЗ КРЕСТА
Рассказ
Сергей вдруг проснулся с детским, давным-давно позабытым в бешеной круговерти, во всеобщем безумии войны ощущением счастья, словно вернулся в гимназические годы, словно завтра – золотой праздник Пасхи Господней. Повернувшись на другой бок, он, зажмурив глаза, собирался снова задремать, но вдруг – как-то резко, в один миг – не вспомнилось, а грозно надвинулось страшное настоящее, предъявляя свои права на его жизнь, на саму душу, разбивая приснившееся счастье, как хрупкую вазу.
Осколки… Вся жизнь его теперь состояла из осколков, наподобие тех, что хрустели под ногами красноармейцев, занявших его родовой особняк, - драгоценных осколков терракоты и звонкого, как весенняя капель, хрусталя. Сам он, впрочем, этого не видел, и слава Богу! Он был тогда далеко. Сергею повезло. Очень повезло. У него не было ни сестры, ни жены, ни невесты, не из-за кого было сходить с ума, просыпаясь по ночам с дикими криками, как его приятель поручик Бахметьев, у которого молодая жена застрелилась, когда красные ломились в дверь…
Неохотно приподнявшись, Серёжа уселся, уткнув в ладони осунувшееся лицо. Хотелось спать, безумно хотелось доспать ещё часок! И зачем это настойчивое солнце вырвало его из такого хорошего минутного забвения? Вспомнилось всё! Теперь тянуло постыдно разреветься, но он просто не мог… Пересилив себя, юный поручик встал, умылся кое-как и, нехотя приведя себя в порядок, поплёлся в штаб.
Городок они взяли совсем недавно. Жители, совершенно ошалевшие, уже в который раз переходящие «из рук в руки», кажется, не слишком-то радовались такому обороту событий. Но и не слишком-то горевали. Никаких желаний ни у кого не осталось, кроме желания выжить, хоть как-то прожить, при любой власти…
Злость была полезна для поручика. Она давала выход горю. Горе было настоящее, спрессованным пластом лежащее на сердце, - омертвело и тяжко. Личное горе его в общей беде. Слова «красный террор» стали вдруг осязаемыми до кошмара, до настоящей сердечной боли. У него был друг. У него, юноши когда-то застенчивого и тихого, иных друзей не было, кроме Владимира, - старшего, умного, в меру ироничного и философски спокойного во всех жизненных переделках. А теперь его убили. Зверски. И Сергей даже не смог по-человечески поплакать, когда узнал подробности его, попавшего в плен белого полковника, мученической кончины. Он едва не задохнулся тогда от ужаса и отвращения, и новое горе, не желая разбавляться ни слезами, ни проклятьями, молча, глухо легло на сердце впечатлительного юноши. Это случилось совсем недавно.
Теперь он уже понимал, что такое беда, а что – благо. В наследственном молитвослове – дорожном, растрёпанном, с крошащимися жёлтыми листами и золотым теснением на переплёте – он носил с собою повсюду фотографию, запечатлевшую Владимира вместе с его, Серёжиным, отцом. Остальные фотографии и портреты отца остались там, в разгромленном доме. Смерть отца казалась теперь не горем, а благом. Царский генерал умер незадолго до февральского беснования, обыденно простудившись. А вскоре жизнь стала такой… Сергей теперь даже рад был, что остался совсем один, - мать он потерял ещё маленьким мальчиком.
Всё осталось «там». В тех днях, когда жизнь была лёгкой и звонкой, словно пение птиц поутру, когда будущие чудесные подвиги казались естественными и необходимыми, а сердце при скромном молчании уст трепетало, ликовало, рвалось из груди птахой от слов: «Отечество, Император, Россия...»
Отец был лично знаком Государю Императору, и Серёже посчастливилось видеть Николая Второго так же близко, как нынче поручика Бахметьева, с которым квартировали вместе…
Сережа знал, что никогда, ни за что – даже перед смертью! – не сможет забыть удивительных глаз Государя. Даже если бы Царь Николай не был так идеально красив, то только один глаз сделал бы его лицо незабываемым. В этих светлых очах с продолговатым разрезом – больших, прозрачных, чистейших – было всё: и любовь, и свет, и мудрость, но главное, - что и поразило тогда ничего ещё непонимающего Серёжу, что поражало ещё сильнее теперь, - отблеск того, что можно назвать провиденьем. О! они всё уже знали тогда, эти печальные святые глаза, и говорили об этом всем, кто хотел бы понять… Но никто не хотел.
И в один ужасный день Сергей вдруг узнал…
- У нас нет больше Императора! Да здравствует Временное правительство!
Вскоре в церквях уже не поминали Государя, будто его и не было, возглашая «многая лета» господам Временному правительству, а Серёжа вот тут-то впервые и обрадовался невольно, что отца его, преданного слуги Престола, уже нет в живых. А когда не стало Государя…
О том, что Царь Николай с Семьёй расстрелян, Сергей узнал не сразу. Но что изменило? «Предатель! – говорил сам себе юноша, закрывая глаза, чтобы удержать обжигающим потоком струящиеся слёзы не сравнимого ни с чем горя. – Читать далее...

«ЧЕСТЬ ИМЕЮ»

Красная площадь. Автор фильма берёт интервью у первых встречных молодых людей. Спрашивает: «Каких современных героев Отечества вы знаете?» В ответ – недоумённое пожатие плечами. Некоторые удивляются: разве в наше время есть место подвигу? Ответы такие не только настораживают, но и пугают. Но вот вопрос: мы, окажись на их месте, смогли бы назвать хотя бы два-три имени? Возможно, православные люди вспомнили бы подвиг Евгения Родионова, в плену у чеченских бандитов не предавшего веры и своих боевых друзей. И всё. Но если мы не знаем наших героев, как же мы можем сетовать на молодёжь, что она не помнит своих корней?

Именно эту проблему и призван помочь решить документально-публицистический музыкальный фильм, о котором мы упомянули, – «Герои нашего времени». Его показ в Сыктывкаре недавно прошёл перед широкой школьной аудиторией, а за этим последовали методические занятия для педагогов. Создатель учебного курса по патриотическому воспитанию молодёжи «Честь имею» – Ольга Николаевна Дубова, профессиональный композитор и поэт, режиссёр, сценарист и автор-исполнитель своих песен, лауреат всесоюзных и всероссийских фестивалей патриотической песни. С ней побеседовал наш корреспондент.

– Ольга Николаевна, почему для показа «героев нашего времени» в фильме вы выбрали людей военных?


Ольга Николаевна Дубова


– Просто они прошли через мою жизнь. Будучи артисткой культурного центра Вооружённых Сил в Москве, с этими людьми я работала. Я знакома с их родными, близкими. Постоянно встречаюсь с мамой Жени Родионова, с женой Тимура Абакидзе, с супругой и друзьями Анатолия Савельева. Почему судьба Тимура Абакидзе мне так близка? Потому что развал Советского Союза отразился и на моей личной жизни, больно проехался и по моей семье. Ведь я родилась в Крыму, в городе-герое Керчи, и до мозга костей патриот своего города, который в одночасье стал заграницей. Как поступил Герой России лётчик Тимур Абакидзе? Несмотря на все посулы, он не принял предложение украинских властей вступить в их армию, но вместе с эскадрильей улетел на север, чтобы защищать границы России. Что было б, если б он остался – если вот-вот Украина вступит во враждебный России блок НАТО?.. Я встретилась с его женой. Она коренная москвичка, преподаватель русского языка, а ездила за ним по всем гарнизонам на окраинах нашей родины, мыкала с ним все тяготы солдатской жизни. А подвиг Героя России полковника Анатолия Савельева, ценой жизни спасшего заложника. Разве можно молчать об этом!

– И всё-таки насколько актуальна военная тематика, когда в жизни всё больше разговоров о деньгах?

– Важно, чтобы дети поняли, что война сейчас ведётся не только и не столько огнестрельным оружием. Мы живём в эпоху нового вида войн – информационных, когда воюют не пушки и снаряды, а образы, музыка, слово, кино, телевидение. В условиях, когда они насквозь продажны, с детского садика детям внедряются совершенно дикие представления о морали и совсем не говорится о жизни духа. Однажды я выступала в колонии для малолетних преступников. Большинство (до совершения преступления) брало пример с героев российских боевиков и гангстерских фильмов, учащих «брать от жизни всё». Посмотрите: вроде бы идёт безобидная реклама «Пепси-Колы», а установка та же: «Бери от жизни всё!» В итоге – пустота, жизнь за решёткой.

Если мы хотим уцелеть в этой войне, то должны понимать, что вечные ценности, заповеданные нам предками, должны быть сохранены. Это заповеди, данные в Священном Писании, и тысячелетний опыт истории Руси. Дети не должны быть беззащитны в пространстве, где их окружают вражеская культура и идеология.

– Педагогика, работа с детьми – это ваша специальность?

– Вообще-то, я закончила композиторский факультет Института имени Гнесиных. У меня в дипломе так и написано: «композитор», а в членском билете Союза писателей – «поэт». Раньше писала песни про природу-погоду, любовь-морковь, но, когда началась перестройка и на моей родине задули западные ветры, оставаться в стороне от начавшихся гибельных процессов я больше не могла.

– Как вы пришли к идее создания фильма «Герои нашего времени»?

– В Москве иногда проводятся патриотические концерты, правда в маленьких залах. На одном из таких вечеров я познакомилась с Любовью Васильевной Родионовой – мамой Жени Родионова. До этого я прочитала маленькую книжечку о Жене, о его подвиге, и после этого во сне мне приснилась песня «Господи, спаси!». Мы поехали с Любовью Васильевной на могилу к Жене, там я спела ей эту песню, посвящённую её сыну. Она расплакалась и была очень благодарна.

Потом одна за одной стали появляться такие песни, как «Родина и честь», «Солдат», «Честь имею». Я стала гостем разных мероприятий, посвящённых памяти героев. Например, были съёмки возле памятника сибирякам под Москвой, которые без парашютов прыгали с самолётов во время обороны Москвы. Читать далее...

[237x296]
ПАМЯТЬ ЗЕМЛИ

К 90-летию окончания Первой мировой войны

С художником из Белоруссии Борисом Борисовичем Цитовичем и его супругой режиссёром народного христианского театра Валентиной Петровной я познакомился на III Международном Сретенском кинофестивале. Они были героями снятой белорусскими кинематографистами картины «Крест». Этот фильм, ставший лауреатом фестиваля, потряс меня до глубины души. Вызвала восхищение и судьба его героев. Несмотря на академическое образование и блестящие перспективы, которые им сулил город, они поселились в деревне и вот уже много лет прививают культуру крестьянским детям, расписывают, украшают белорусские храмы. В тех местах, где поселились Цитовичи, во время Первой мировой войны проходила линия обороны. Поиски, достойное упокоение павших воинов стало ещё одним делом, в которое супруги вкладывают душу. За те 40 лет, что они живут в деревне, проделана огромная работа. На местах сражений и массовых захоронений установлены памятники, поставлена часовня во имя свв. Бориса и Глеба. После фильма мы разговорились с Борисом Борисовичем. Вот что он рассказал.

Поближе к земле

Я из дворянского рода. Фамилия наша в Белоруссии с XV века по документам проходит. Отец, кадровый военный, ушёл лейтенантом на фронт, закончив её командиром полка, воевал от начала до самой Победы. Участвовал в боях на Днепре, на Курской дуге, штурмовал Берлин, встречался на Эльбе с союзниками. Награждён четырьмя орденами и семью боевыми медалями. Умер в 63-м году, в 47 лет.

В нашем роду и до отца было много военных. Среди них есть полные Георгиевские кавалеры. Дед Андрей Цитович в Первую мировую служил мастером телеграфа на Ливодороненской железной дороге. Второй дед – Трофим – тоже воевал в Первую мировую. В память о об этом одну из своих дочерей он назвал Бронислава (бронь и слава).

Все мои родственники с почтением относились к вере. Родители меня крестили в детстве в деревне у тётки Брониславы. В советское время я, как и все, в храм не ходил, но вера в душе была. Наверное, поэтому не стал вступать в партию, хотя меня, как лучшего студента, и потом, во время службы в армии, туда сильно тянули. Было какое-то неосознанное внутреннее противодействие.

Уже поселившись в деревне, я стал всё больше и больше приближаться к Богу. Сначала через искусство иконографии. Когда пишешь иконы, невольно попадаешь под Божье влияние. Символика иконописи настолько глубока, что когда начинаешь её открывать, то понимаешь, что без помощи Божией написать ничего не можешь. Поэтому раньше изографы и были, в основном, людьми монашествующими и не ставили подписи под своими работами, потому что понимали, что всё от Бога.

В деревне я познакомился с отцом Фёдором из соседнего села Гануда. Он стал моим духовником, но не сразу о.Фёдор благословил писать иконы, а спустя время – ждал, когда я духовно окрепну. Лишь когда мы с женой начали исповедоваться, причащаться, батюшка обратился ко мне за помощью. Так я стал писать образа и не только для его храма, но и для других.

Тогда же пришлось сделать выбор между церковным и светским искусствами. Они отличны, не совмещаются, как масло с водой. Сейчас расписываю Свято-Тихоновскую церковь в городе Вилейка. Написал там деисусный чин для иконостаса и уже несколько лет занимаюсь настенной росписью. Работа большая, требует много времени, сил и средств, а я же всё в основном делаю на свои средства, потому что приход бедный.

У моей супруги Валентины Петровны родители военные медики. Они тоже прошли всю войну. Её мама была операционной сестрой в прифронтовом госпитале, отец – командиром санитарного взвода. С войны пришёл весь раненый-перераненный. И деды её тоже воевали в Первую мировую. Жена раньше работала режиссёром детских программ на телевидении в Минске. А после переезда в деревню ей пришлось устроиться в сельский клуб художественным руководителем на 75 рублей. Но это нас не очень удручало, потому что мы верили, что нам придётся поднимать культуру на селе. Жена сразу же стала заниматься созданием детского театра.

Крепкая оказалась изба

В деревню мы переехали по собственной воле после окончания Академии искусств. Распределили нас, вообще-то, в город. Я был единственным Суриковским стипендиатом на курсе, и предложения были очень соблазнительные: поступить в аспирантуру, заняться искусствоведческой работой. Была возможность избежать армии, стать преподавателем на кафедре графики. И у супруги распределение было в Минск, она тоже была хорошей студенткой, тем более коренной минчанкой. Но решение о переезде у нас созрело ещё на четвёртом курсе. Хотелось быть поближе к природе, к людям.
Отслужил я в армии, окончил офицерские курсы. Ещё будучи студентом, иллюстрировал очень известное произведение «Люди на болоте» Ивана Малежа, за которое тот был потом удостоен Ленинской премии. Пока я служил, эта книга вышла из печати. Пришёл из Читать далее...

ПРОПИСКА НА НЕБЕСАХ

О жизни святой скиталицы Алипии

В камере смертников


Блаженная Алипия


Монахиня Алипия (в миру – Агафия Тихоновна Авдеева) родилась в 1905 году в благочестивой крестьянской семье села Вышелей Городищенского уезда Пензенской губернии. Отец блаженной – Тихон Сергеевич Авдеев – был большим постником: во время постов он ел только сухари и пил отвар из соломы. Мать, Васса Павловна, отличалась нищелюбием: она любила раздавать милостыню и подарки руками дочери. Какое образование получила Агафия, неизвестно. Молитвослов и Псалтирь она свободно читала на церковнославянском языке. Приходя к кому-то в гости, будущая подвижница старалась не участвовать в разговорах, а раскрывала Псалтирь и садилась в укромном уголке.

Октябрьский переворот 1917 года безжалостно перевернул и её жизнь: карательный отряд красноармейцев ворвался в дом Авдеевых и жестоко расправился с хозяевами. В то время большевики в первую очередь убивали тех людей, которые не отрекались от веры. Агафия чудом осталась жива: она в это время отлучилась к соседке. Вернувшись домой, девочка увидела расстрелянные тела отца и матери. Глубоко страдая, девочка-подросток нашла в себе силы, чтобы самой прочесть над ними Псалтирь.

Некоторое время Агафия жила в Пензе. Усердно посещала храм Божий, затем странницей побывала в святых обителях, которые в начале 1920-х годов ещё сохранились от разорения. Вскоре Агафию арестовали и заключили в тюрьму. Исповедница испытала все ужасы заключения: многочасовые, изматывающие допросы, сопровождавшиеся пытками и оскорблениями, постоянное ожидание смерти. Но эти испытания стали для неё очищающим горнилом. Претерпевая страдания, исповедница постоянно утешала соузников, молилась и заботилась о них.

Позже жительница Австралии Галина Кельвина Рашид свидетельствовала и о том, что, находясь в неволе, Агафия умудрялась передавать письма на волю, призывая не забывать Бога и верить в Него. Бабушка госпожи Кельвины Анна Самохина вместе с подругой, брат которой работал тюремным надзирателем, разыскали Агафию Авдееву и добились свидания с ней. Во время посещения исповедницы, которой было в то время немногим более 30 лет, Анна получила исцеление от рака и услышала предсказание о войне, во время которой погибнут два её сына, а третий вернётся. Так и произошло.

Твёрдое стояние в вере не укрылось от надзирателей, и Агафию перевели в камеру смертников. Исповедница готовилась к смерти, но воля Божия о ней была иной. «Господь провёл её через горнило страданий и сохранил для помощи народу, для совершения будущих богоугодных подвигов, – свидетельствует протоиерей Мефодий Финкевич. – Каждую ночь из тюрьмы выводили архиереев, священников, монахов – с концами, на расстрел… Она все эти переживания перенесла в своём сердце, она была душой вместе со страдальцами и тоже ждала этого. Это нужно было пережить, вот почему Господь дал ей духовные дары. Как она молилась, как она Господа умоляла в эти дни!»

По молитвам к святому апостолу Петру узнице удалось сбежать из тюрьмы. Впоследствии апостола матушка глубоко почитала до конца своих дней и рассказывала о его заступничестве, и в храме её место всегда было возле иконы апостолов Петра и Павла.

Вновь началась скитальческая жизнь, которая осложнялась тем, что у Агафии не было документов и прописки, что в советское время влекло за собой уголовное наказание. Но Господь хранил и покрывал Свою избранницу. Вполне вероятно, что именно в это время исповедница за Христа начала подвиг юродства ради Христа.

Скитания

Во время Великой Отечественной войны Агафия Тихоновна была захвачена фашистами и некоторое время провела в концлагере, испив новую чашу страданий. Затем снова были скитальчества, пока ноги не привели в Киев.

Там во время войны была вновь открыта Киево-Печерская лавра. Наместник обители архимандрит Кронид постриг Агафию в монашество с именем Алипия – в честь прп. Алипия, иконописца Печерского. Отец Кронид благословил своё духовное чадо на новый подвиг – столпничество в дупле дерева, которое росло возле колодца прп. Феодосия Печерского (к сожалению, дерево до настоящего времени не сохранилось). В дупле можно было стоять только полусогнувшись.

Это был очень тяжёлый подвиг даже в хорошую погоду, а в ненастную – и подавно. Ночью под самым дуплом выли голодные бродячие собаки. Сильный мороз пронизывал до костей полусогнутое тело подвижницы. Только непрестанная Иисусова молитва укрепляла хрупкую монахиню и поддерживала в ней жизнь.

Подвиг столпничества матушка совершала в течение трёх лет, до 1954 года, когда отошёл ко Господу отец Кронид. После него монахиня Алипия окормлялась у старца схимонаха Дамиана.

В 1961 году власти снова закрыли святую обитель под предлогом ремонта. Насельникам Лавры пришлось надолго её покинуть. Закрытие Киево-Печерской лавры монахиня Алипия перенесла тяжело. Всегда Читать далее...

ЧЕЛОВЕК, БУДЬ ЧЕЛОВЕКОМ

Недавно пришлось мне лечь в больницу, где вскоре образовалась христианская общинка из тринадцати женщин и одного мужчины. Утром и вечером мы собирались для молитвы. Нам препятствовал в этом один старик, которому было далеко за семьдесят. Он вставал у меня на пути и вопил: «Поп, опять идёшь народ баламутить? Буду жаловаться. Покажу тебе кузькину мать!» – и требовал у медперсонала прекратить наше «мракобесие», грозился привлечь к ответственности главврача.

Однажды, после утреннего правила, я отправился к нему в палату поговорить. Встретил меня сей болящий агрессивно. Оглядываясь на соседей по палате, он явно ожидал от них поддержки, но, к его удивлению, происходило обратное. Ему начали делать замечание, а кто-то даже бросил в сердцах: «Ты чё несёшь, я тебе сейчас...» – и замахнулся костылём. Мой оппонент сник и впервые назвал мне своё имя: Николай. Рассказав лежащим в палате о Святителе Николае Мирликийском, я ушёл к себе. Вечером, после процедур, мы начали вечернюю молитву. Бабушки из-за перемены погоды чувствовали себя плохо и попросили разрешения пропустить вечернее правило. Поэтому нас было меньше обычного. И тогда бывший наш гонитель – Николай, стоявший неподалёку, – подошёл ко мне со словами: «Может, мне пойти позвать остальных?»

Я просто поразился столь быстрой перемене. Утром был враг, а сейчас предлагает свои услуги Церкви и, следовательно, Богу…

В таком состоянии у нас находится множество чиновников, особенно в сфере образования, главы администраций и их помощники, журналисты. За недостатком познаний по привычке они убеждены, что Церковь нужно пинать, попирать, уничтожать. Хорошо, если в конце концов понимают свою ошибку.

Члены же нашей маленькой общинки исповедались, пособоровались и причастились Святых Таинств, многие в первый раз. Почему же раньше они этого не сделали? Главная причина – житейская суета и ложь о Боге, о Церкви, о правде, о любви, которой пропитан современный мир.

Из всего живого, имеющего души, только мы, люди, подобны Богу, потому что сотворены по образу Его (Отца и Сына и Святого Духа). Уподобляясь Богу, мы становимся людьми. Но, к беде нашей, большая часть человечества так и не последовала за Господом, прельщённая сатаной и его учением, будто человек и есть бог. Ещё учит диавол: будто у нас есть право выбора, и все с этим соглашаются. Часто слышим: «Надо уважать право выбора». Но спрашивается: как можно уважать выбор погибели души, вместо её спасения? Уважаем ли мы право педофила? Но ведь любой отказ от Бога – это саморазрушение, уничтожение мира. Просто, как правило, мы стараемся закрывать на это глаза, и всё более преуспеваем в этом искусстве – не видеть. Возьмём убийство матерью дитя во чреве. Уже и это законно, уже и здесь говорят о праве выбора.

Есть ли у человека выбор – родиться или не родиться, дышать или не дышать, быть притягиваемым гравитацией, соблюдать законы? Есть ли возможность выбирать родителей, родных? Тем более человек несвободен от Бога. Он уже есть, Он нас создал. Предать Его мы можем, а выбрать кого-то ещё вместо Него – нет.

Что влияет на наш выбор? Недавно был в гостях. Мы – несколько человек – сидели при включённом телевизоре, который нам не очень мешал. Но вот вниманием моих собеседников завладела певица. Я посоветовал выключить телевизор. Одна из женщин, много моложе меня, спросила: «А что вы, батюшка, имеете против неё?» Замечаю: «Эта чертовка хуже шахидки». «Как вы можете так говорить, – слышу в ответ, – ведь это певица с мировым именем!» «Шахидка, – говорю я, – может убить двадцать тел, но ни одной души погубить не в силах. А эта «мировая известность» своим творчеством, своим образом жизни, парадом любовников растлевает души миллионов, лишает их человеческого достоинства».

Не убедил. Ещё бы! Ведь я покусился на право гнить заживо, на твёрдое убеждение, будто это и есть жизнь.

Для того чтобы выбирать, нужно понимать, что делаешь, что приемлешь, что отвергаешь, какими будут последствия. Без этого выбор невозможен. Нас гонят как баранов на убой, а мы думаем, что выбираем дорогу. Телевизор и вся эта культура нынешняя так давят, растлевают, обманывают, что нет выбора, – выбор человек получит, лишь попав на больничную койку, да и то если рядом окажется священник. Накануне Дня Победы Министерство культуры Коми организовало просмотр кинофильма «Поп». Кинотеатр «Октябрь» был заполнен молодёжью. Устроители попросили молодёжь не уходить сразу после конца сеанса, остаться для обмена мнениями. Фильм – хороший. О настоящих христианах, которые не утратили человеческого достоинства: собирают вокруг себя обездоленных людей, делятся скудным питанием и одеждой с узниками концлагеря, живут по-божески, умея ценить жизнь как дар. При этом молятся даже за гонителей.

Когда пошли титры, большая часть зрителей покинула зал. Это меня поразило больше, чем сам фильм. Но и то Читать далее...

ТЬМА

Грабовой снова на свободе

Где ты, Петя?

Девяностые годы сожгли нервные окончания. Узнав об очередной мерзости, уже не испытываешь гнева, только усталость. Но здесь было что-то запредельное... Вскоре после трагедии в Беслане появилась информация – целитель Григорий Грабовой обещает воскресить погибших детей. Помню отвращение, которое меня охватило, и не меня одного.

Журналист «Комсомолки» Ворсобин смог после долгой борьбы вывести шарлатана на чистую воду. Напомню, как ему это удалось. Редакционный художник слепил на компьютере портрет несуществующего человека. С этим изображением журналист отправился к Грабовому, где, заплатив за приём 39 100 рублей, до утра ждал своей очереди. Наконец его вызвали.

«С фотографией компьютерного детища Полухина, – писал Ворсобин, – врываюсь в кабинет разоблачать мошенника и... вижу перед собой жалкого, изнурённого человечка с красными от бесконечных “воскрешений” глазами. Он сидел, покачиваясь, за пустым столом и смотрел на меня с плохо скрываемой досадой.

– Что у вас там? – недружелюбно произнёс он.

– Брат сводный. Воскресить хочу, – в тон ему ответил я.

– Воскресим, – просто ответил Грабовой, сделав вид, что смотрит на фото (мне показалось, что он давно спит с открытыми глазами). – Вот номера моих лекций. Работайте по ним. Всё.

Я почувствовал себя ослом. И это “всё” за полторы тысячи баксов!

– Григорий Петрович, хочется узнать: где находится мой брат Петя? – начал я приставать к “Всевышнему”.

– В Южном полушарии Петя, – автоматическим голосом заговорил Грабовой. – Он уже воскрешён, до вашего сюда прихода. Его воскресили двое – один из них высокий. Но в этом ваша заслуга – так материализовалось желание воскресить брата. Теперь вам надо работать, приобретать мои книги, ходить на семинары, чтобы брат появился рядом с вами.

– А вы правда Христос?

Грабовой проснулся.

– Это правда, – согласился он. – Мне это ещё в детстве мальчишки во дворе сказали. Пришли на Рождество и поклонились как божеству.

– И вы владеете Абсолютным Знанием и вам известно обо всём?

– Конечно, – сказал Грабовой и снова замер.

Аудиенция закончилась. Вот так просто и легко этот тип стал богаче на 39 100 рублей».

Это не всё, конечно. Ночь, проведённая с десятками несчастных людей, потерявших родных, главным образом детей, – это, наверное, страшно. Далее были публикации, хождения по следователям, судам. Непонятно только, почему журналист должен этим заниматься на свой страх и риск, ведь есть прокуратура, ФСБ. Государство у нас, вообще, существует?

На чистую воду


Украинские защитники Грабового против «москальской террористической империи»


Есть такой афоризм: «Дураков на свете мало, но расставлены они так грамотно, что встречаются на каждом шагу». Нам не понять феномена Грабового без учёта этого обстоятельства. Большинство людей не в силах противостоять внушению. Лишь малый процент обладает достаточным уровнем трезвения, чтобы оказать сопротивление мошенникам и самозваным мессиям.

Вот, например, спикер Госдумы Борис Вячеславович Грызлов заявил в январе: «Я знаю, что в Академии наук даже есть отдел по лженауке. Меня этот факт очень удивляет: как они могут брать на себя ответственность и говорить, что является лженаукой, а что нет? Это мракобесие какое-то!»

Эту фразу я перечитал несколько раз, не веря своим глазам. Комиссия эта вот уже двадцать лет отбивает атаки изобретателей вечных двигателей, диагностов самолётов бесконтактным методом, торсионщиков и прочих безумцев и мошенников. Причём все эти жулики – патриоты однозначно, обещают спасти Россию. Я сам несколько раз попадался. Вот и Грызлов попался, обиделся за старого приятеля Виктора Петрика, который то вечные батарейки изобретает, то открывает способ обыграть казино или секрет скрипок Страдивари. Но это другая история. Беда вот в чём.

Сверху донизу страна заражена верой в чудо. Но не то, которое от Бога, а которое ответ на наше гигантское, гипертрофированное ХОЧУ. Отсутствие воли, терпения, трудолюбия – всё это должно быть покрыто неким волшебным образом. Как правило, человек не осознаёт, что заражён этим, думая, что Грабовой с Петриком ему лично не опасны – это какие-то бестолочи попадаются в их сети.

Считать так глупо. Грабовой не является причиной духовных болезней. Люди, подобные ему, размножаются и властвуют потому, что мы уже ослаблены, поражены, не имеем трезвения. Зафиксировано немало случаев, когда человек возмущался деятельностью Григория Грабового, а затем попадал в его сети с мыслью: а вдруг? А ведь имя им, обещающим воплощение мечты, легион – это горе-политики, псевдоэкономисты, целители, типа старцы, вроде как учёные... Даже если к каждому приставить сотрудника ФСБ, сажать грабовых сотнями, мало что изменится. Не факт, что мы вместе с этим сотрудником через год не будет заявлять во всеуслышание: «Руки прочь, мракобесы, от спасителя земли Русской (имярек)!»

Откуда он взялся?

Родился Грабовой в Казахстане. Земляки из села Богара Григория откровенно стыдятся, Читать далее...

ЗАЧЕМ?

Вспоминаю, как мама с волнением рассказывала мне, пятилетнему, об осаде Севастополя в Крымскую войну. Как плакала, читая мне автобиографическую книгу белорусской партизанки Ариадны Казей. Мама родилась в маленькой вятской деревушке. Как смогла она возвыситься до любви ко всей Русской земле?

Однажды я услышал от неё рассказ об учителе истории, преподававшем в их школе-восьмилетке. Выходец из крестьян, в очках с толстыми стёклами, он к каждому уроку готовился как к защите диссертации. Штудировал десятки книг, хотя роно его к этому, разумеется, не принуждало. Как не обязывал никто моего деда, ветеринарного врача, так же браться за книги, чтобы лечить селян, от которых отказалась районная медицина. Спустя полвека после смерти деда его ещё помнят в нескольких санчурских деревнях.

Эти люди помогли мне понять, что прошлое – это не просто предмет научных изысканий, но состав крови, мышления, чувств, без которых меня не существует. Не последнюю роль сыграли в этом учебники. Помню, как, прочитав в одном из них о второй осаде Севастополя в Великую Отечественную, я был так потрясён, что переложил главу учебника на стихи.

Что сейчас? Беру учебник дочери по истории и понимаю: у дочери нет ни шанса запомнить всю эту круговерть фактов и пережить хотя бы миг любви к нашему прошлому. Время от времени авторы говорят о самоотверженности русских солдат, но примеров не приводят. Ничто не цепляет, не заставляет задуматься.

Вдруг как будто что-то забрезжило: речь зашла о генерале Скобелеве. Авторы словно попытались выйти за рамки простого информирования. В результате – фиаско. Утверждается, будто царь не дал Скобелеву войти в Константинополь, опасаясь роста популярности генерала. Разумеется, ничего подобного не было. Разбавили цифирь анекдотом.

И это далеко не худший вариант учебника. В ней нет попыток изгадить, всерьёз переврать наше прошлое. Так, отдельные недоразумения, которые погоды не делают. В головах школьников не остаётся ни хорошего, ни плохого. Мы шли к этому долго, превращая ребёнка в компьютер, набитый информацией. И вот финал – появление ЕГЭ, окончательно сорвавшего маски.

На днях познакомился с этим чудом поближе. Прошёл соответствующие тесты по курсу истории. Что сказать? Вопросы подготовлены профессионально, требуется, чтобы ученик точно себе представлял схему прошлого, что и когда произошло. Тут бесполезны шпаргалки и тщетны надежды на счастливый билет. Ясно, откуда у Единого госэкзамена взялись сторонники.

В чём же его порочность?

«Только доучившись до шестого класса гимназии, – вспоминал философ Василий Розанов, – узнал, что “был Сусанин” и сердце замирало от восторга о Сусанине, умирающем среди поляков… И очень многие гимназисты знают, что у человека 32 позвонка, и не знают, как Сусанин спас Царскую Семью…»

Так вот, нынешний школьник о Сусанине ничего не узнает ни в шестом, ни в одиннадцатом классе, даже если это имя и мелькнёт в учебнике. Потому что там столько всего мелькает, а часов на преподавание так мало, что ни одной темы учитель раскрыть не в состоянии, не пожертвовав двумя-тремя другими. Всё для ЕГЭ, всё во имя ЕГЭ.

С последствиями мне доводилось сталкиваться лично, преподавая историю старшеклассникам. Достают тетради и привычно ждут, когда я начну излагать информацию с прицелом на Единый. Но как раз в этом я плохой помощник. История о том, как погибали под Сталинградом русские зенитчицы, многих трогает, но формат изложения слишком непривычен. Ребятам совершенно непонятно: как это может помочь на экзамене? Ведь вся Великая Отечественная война утрамбована там в несколько вопросов: типа что было раньше – Сталинградское сражение или операция «Багратион»?

«Считаю, что необходимо добавить больше фактов, развивающих патриотизм и любовь к Родине, т.е. то, чем непосредственно должна заниматься наука история», – написал большими буквами на форуме безымянный учитель-историк. Этот крик отчаяния никогда не будет услышан в Минобразе. Вся нынешняя система образования построена на выращивании безликого, бездумного электората, питающегося «правильной» информацией. Всё, что выбивается из этого, – опасно, должно быть проигнорировано.

Например, история Саши Погребова из погибшей бесланской школы. Когда бандит, ткнув ему в грудь стволом автомата, потребовал снять крестик, Саша крикнул в ответ: «Христос Воскресе!» Его не успели убить, потому что начались взрывы и мальчишка первым бросился на волю, увлекая за собой остальных заложников. Школьники не узнают, что в ходе Первой чеченской кампании погибли 55 сыновей старших офицеров, семеро из них – генеральские дети.

Вот немного об одном из них – лейтенанте Александре Соломатине, сыне генерал-лейтенанта Виктора Соломатина, командовавшего дивизией в Афганистане, армией в Монголии. Прикрывая развёртывание полка близ Грозного, Александр с группой разведчиков дал бой крупному отряду боевиков. Вскоре стало ясно – силы слишком неравны, и Соломатин крикнул подчинённым: «Отходите, прикрою!» Когда лейтенанту оторвало руку, он, Читать далее...

[223x167]
КАМУШЕК

Нина Павлова

Деревня – это приснотекущий ремонт. И не успела я порадоваться, что настелила новые полы в моем стареньком деревенском доме, как батюшка сказал:

– Меняй проводку, а то сгоришь.

Проводка, действительно, нуждалась в замене – не провода, а старческие варикозные вены сплошь в синих узелках изоленты. Надо менять, а где деньги взять?

И тогда из Оптиной пустыни прислали паломника Венечку, работавшего электриком в монастыре и по людям во славу Христа, безвозмездно.

Лет паломнику было немало, но все его звали Венечкой – то ли за малый рост, то ли за детскую беспечальность, плохо вязавшуюся с его биографией. Биография же была такая – три ходки в зону и одиннадцать лет тюремного стажа. Правда, о своем прошлом Венечка говорил туманно: дескать, работал в бизнесе, ну, типа снабженцем, а бизнес – это всегда риск.

Венечка и одевался под бизнесмена, благо, что в рухольной монастыря скопилось тогда немало модных вещей, и их охотно раздавали желающим. Время было такое – Оптина еще только восставала из руин. Вокруг грязь непролазная, и все ходили в кирзовых сапогах и телогрейках. В модельной обуви по грязи не пройдешь. Да и кому нужны в монастыре костюмы от Версаче? В общем, Венечка приоделся и выглядел франтом: костюм из бутика, кейс и шляпа набекрень. Зорок был Венечка, как горный орел, но для полноты бизнесменского образа выпросил в рухольной очки. Ничего в них не видел, но иногда надевал для важности.

Попал Венечка в монастырь случайно. После освобождения ехал к дружку по нарам и перепутал автобус. Уснул в дороге и, проснувшись уже в Оптиной, ахнул:

– В дурдом попал!

Так он и прожил в монастыре года полтора в убеждении, что попал к сумасшедшим: кельи не запирают, и понятия о жизни – не для нормальных людей. Замки в монастыре появились позже. А тогда вся монастырская казна, полмешка «деревянных», хранилась под кроватью в незапертой келье. Однажды сквозняк разворошил мешок, выдул деньги в окно, и закружился листопад из денежных купюр. Все бросились их ловить, а больше всех усердствовал Венечка, возмущаясь при этом:

– С дуба рухнули, да? Кто так деньги хранит? Надо сейф купить. В сейф запирать!

О кражах в монастыре в ту пору и не слыхивали, но Венечка был убежден: обчистят.

Вечерами он обходил монастырь дозором и присматривался к подозрительным людям.

Словом, он по-своему заботился о монахах, не оставляя своей заботой и меня. Прихожу однажды домой, а там разгневанный Венечка. Тычет пальцем в мои документы и деньги, изрекая надменно:

– Край непуганых лохов. Дурдом! Ключ от дома у входа под ковриком, деньги на блюдечке, а документы в чемодане на самом верху. Берите без очереди – не жалко!

– Ты зачем в моем доме шмон устроил?

– Как зачем? – удивился Венечка. – Должен же я знать моих подельников, тьфу, братанов во Христе и сестер.

– По каким статьям сидел, братишка?

Веня по чисто лагерной привычке скороговоркой отбарабанил статьи и, обнаружив, что я понимаю, за какие дела он сидел, спросил осторожно:

– Тоже сидела?

– Нет, работала в зоне психологом.

– А-а, ля-ля тополя, знаю. Со мной тоже будешь лялякать?

А что толку «лялякать»? Уж сколько в монастыре беседовали с выходцем из зоны, но все попытки обратить его к Богу имели один результат – Венечка нахватался богословских словечек и теперь мог отбрить собеседника уже не по-уличному, а как бы в духе премудрости. Бывало, спросит его батюшка:

– Венечка, что в храм не ходишь?

– Не у прийде время, – бойко отвечает Венечка.

Правда, крест носил и крестился на молитве перед работой, но дальше этого дело не шло.

– А что с ним делать? – говорил отец эконом. – Жить ему негде. В монастыре он хоть работает Божией Матери, а в миру снова сядет, и все.

Сам же Венечка был убежден – впереди у него хорошая жизнь, и в зону он попал случайно. В свое время мне приходилось работать в разных лагерях, и везде заключенные утверждали – они здесь оказались случайно. Только однажды в колонии для малолеток под Вильнюсом я услышала иной ответ.

– Йонас,– спросила я, – ты тоже здесь оказался случайно?

– Нет, – ответил Йонас. – Вы знаете, я из хорошей семьи. Учился нормально и спортом занимался. Но за два месяца до преступления я сказал своему другу: «Витас, я скоро сяду». Он не поверил, но у меня уже началось ЭТО.

Заключенные, как правило, знают ЭТО состояние, предуготовляющее преступление.

Ничего еще не случилось, но уже так тошно, будто наглотался мух или жеваной бумаги. Опостылело все, что развлекало прежде – водка, девочки, дискотека. И хочется взорваться от тупых анекдотов и вечных идиотских «хохмочек». ЭТО – тяжелейшее коматозное состояние, похожее на ту средневековую пытку, когда на темя человека час за часом монотонно капала вода. Люди в таком состоянии близки к безумию, а пытка столь невыносима, что человек вдруг бросается с кулаками на Читать далее...

[302x231]
СНОВА И СНОВА

О карме, Биокомпьютере и «профессоре Преображенском»

На 7-й планете

У писателя-фантаста Клиффорда Саймака есть такой роман – «Снова и снова». Помню, как еще школьником первый раз его читал – безотрывно, до рези в глазах. Отец в моей спальне выключал свет, но у меня имелся фонарик, так что читал под одеялом – настолько заворожил этот придуманный Саймаком фантастический мир. И только проглотив последнюю страницу, подумал: «А почему так книга называется – «Снова и снова»? В сюжете даже намека на это нет. Ну, абсолютно ничего такого!» Решив, что автор просто с потолка название взял, понес книгу обратно в библиотеку и... выбрал там снова Саймака, очередной том.

Много-много лет спустя разговорился я с бывшим приятелем-однокурсником, который в начале 90-х оказался у истоков нынешней российской индустрии фантастического чтива. Теперь он главный редактор солидного питерского издательства. В соседнем зале металлически стрекотали телетайпы, выводя на ленты анонсы написанных или еще пишущихся повестей и романов, но в его кабинете, заставленном книжными полками, было тихо. Приятель вполголоса рассказывал мне о современной фантастике, сыпал незнакомыми именами, кратко характеризуя: этот зады повторяет, хотя пишет легко, а вот у этого что-то проглядывает... И в конце огорошил:

– А вообще новое – по-настоящему новое – никто никогда не напишет. У фантастов ограниченный круг идей, вот по этому кругу они и ходят.

– Почему? – спрашиваю главреда.

– Да потому что фантастика – это ж не просто художественная литература, а моделирование иной действительности. А что требуется для сотворения нового мира? Новые идеи, новые смыслы. А где их взять? Все уже давно придумано задолго до нас...

Позже вновь попалась мне в руки та книга – «Снова и снова». Сюжет давно уже забыт, и взяло любопытство: а как у Саймака насчет «новых идей»? Как и в детстве, повествование захватило с первой же страницы. Действие романа происходит в будущем. Огромная галактика уже почти освоена человечеством, но директору Департамента Галактических Исследований не дает покоя одна планета в звездной системе Лебедя 61. Эта планета – единственное место, куда доступ закрыт. Кто-то чудовищно могущественный поставил невидимый экран вокруг планеты, и все попытки пробиться сквозь него бесполезны. Можно бы, конечно, проигнорировать эту планету, незначительную песчинку в бесконечной вселенной, и далее обычным порядком осваивать космос. Но неизвестность вселяет ужас и жжет болезненным любопытством: кто же там, за экраном?! Отсутствие ответа сковывает человечество и вроде как обессмысливает дальнейшую космическую экспансию... И тут одному из инспекторов Департамента удается проникнуть за барьер. На планете он обнаруживает некое бесплотное Сознание – «симбиотические абстракции».


Вместилище «эйдоса», ноосфера, планета Судьбы - во все времена возникала идея безличного «компьютера», управлющего людьми и всем мирозданием


Вступив с «абстракциями» в контакт, инспектор Эшер Саттон вдруг чувствует внутри себя некое «второе я». Оно говорит ему: «Я – твоя судьба. Я была с тобой с того мгновения, когда ты появился на свет, и останусь с тобой, пока ты жив... Я – тот тихий голос, что столько раз обращался к тебе на поворотах и перекрестках бытия, а ты его не слышал». Как оказалось, «симбиотические абстракции» на странной планете – это вместилище «судеб-предназначений» всех живых существ во вселенной, оттуда они приходят к новорожденным и туда же возвращаются после смерти.

Далее повествование изобилует разными приключениями: разведчик возвращается на Землю, осознанная им «судьба-предназначение» помогает ему выпутаться из разных переделок. В конце концов, Эшер Саттон пишет книгу «Это судьба» о том, что всякая тварь во вселенной – люди, инопланетяне, андроиды, животные, даже букашки – должны услышать голос своей «судьбы-предназначения». После чего происходит революция...

Вот такой сюжет. Уже на половине романа пришлось согласиться со своим приятелем-редактором: да-а, бородатая история, похоже, и вправду у фантастики кризис жанра. Ведь что придумал Саймак? Да ничего нового! Если отбросить приключенческий антураж, то в романе остается дряхлая-предряхлая идея «кармы» и переселения душ. Как ни назови: судьба-предназначение, карма, платоновский эйдос, получается один и тот же фрукт, произросший из восточных учений. И до чего живуча эта идея!

Что поразительно. Мы ведь живем в мире христианских представлений. Христианство дало нам понимание свободы: есть Божий промысл о нас, есть Ангел-хранитель – но мы свободны в построении своей судьбы. И сколь примитивна, механистична по сравнению с этим языческая идея кармы! Вот дана тебе карма, сугубое предназначение – и следуй по узкому коридору. Ну, кому из нас это может понравиться? Между тем снова и снова человеческие умы тянутся к этой идее. Почему? Читать далее...

[173x268]
ДОЧЬ ОРЛОВ

22 апреля – день жен-мироносиц

Албанка Юлия Кокошари рассказывает о своем детстве и юности в стране с самым репрессивным коммунистическим режимом в мире; как она нашла свой путь к Богу в обществе, где было искоренено само понятие о вере.

– Юлия, расскажите о себе…


Юлия Кокошари


– Я родилась в городе Дуррес, чуть больше часа пути от Тираны, столицы Албании. Чего-нибудь особенного про свою жизнь до крещения рассказать не могу. Мы жили при коммунистическом режиме, и вполне понятно, что это значило для нас – духовность в людях искоренялась всеми имевшимися средствами.

– Было ли что-нибудь в вашем детстве или юности, что оставило глубокое впечатление?

– Самое важное – это то, как Бог явил Себя мне. Часто я слышу: «Люди в этих коммунистических странах атеисты и ни во что не верят». Меня шокирует такая точка зрения, потому что у меня совершенно другой опыт в этой сфере, моя вера всегда была со мной. Все началось тогда, когда в 1980 году умерла моя бабушка. Мне было около шести лет. Бабушка любила петь мне детские песни, и я помню, что у нее была фарфоровая китайская кукла, а в те времена это считалось у нас настоящей роскошью. Я очень любила бабушку и, когда она умерла, не поняла, что с ней случилось, ведь никто не рассказывал мне, что такое смерть. Я была удивлена, когда увидела ее лежащей так тихо с закрытыми глазами, и спросила: «Что здесь происходит?» Мне сказали, что бабушка умерла и уже никогда не вернется к нам. Я посмотрела на моих плачущих родственников и подумала: «Почему я ничего не чувствую? Почему я не могу заплакать?» Только позже я поняла, что смерть – это физическое разобщение людей. Однажды друзья нашей семьи зашли навестить нас и поговорить о бабушке. Для них, как для многих людей в коммунистических странах, смерть означала конец; жизнь существовала только от рождения до смерти, потом – ничего. Я была настолько расстроена, услышав это от них, что торжественно объявила: «Я не собираюсь умирать». Они засмеялись: «Юлия, что ты говоришь?» «Нет, я не собираюсь умирать. Вот увидите!» Моя твердая уверенность удивила их. Отец сказал: «Мы увидим что? Что ты не умрешь?» Я ответила: «Да, да! Увидите!»

С того самого момента это чувство не покидает меня; чем старше становилась я, тем более оно крепло. Подростком я думала: «Как я могу верить в это? Я уже достаточно взрослая, чтобы иметь здравый смысл». В то время я даже не знала слова «Бог». Я ничего не знала.

– Вы не знали даже то, что в других местах или хотя бы в прошлом некоторые люди верили в Бога?

– В школе нас учили, что вера в несуществующих богов была придумана людьми, чтобы подчинять себе подобных.

– У вас в школе, на уроках литературы, не читали Достоевского, Толстого? А французскую или английскую классику, поэзию или хотя бы исторические тексты, где упоминается о Боге?

– Нет, все это было запрещено. Никакой возможности.

– Цензура в Албании явно была гораздо жестче, чем в России. Какие же книги вам дозволялось читать?

– Мы могли читать только те книги и учебники по истории, которые были разрешены или написаны коммунистической партией. Мне настолько нравилось читать, что я читала также и философов – все, что попадало мне в руки. Меня тянуло к таким книгам, и я начала знакомиться с произведениями Маркса и Ленина чуть ли не в детском возрасте – лет в десять.

Вся моя жизнь текла по странному руслу. Мне хотелось найти ответы на множество вопросов, например о сотворении мира; я могла часами сидеть на своем балконе, уставясь в небо. И это не уход от реальности. Я изучала психологию и знаю, что это не так. Я была счастливым ребенком. Мои родители растили меня с большой любовью, и у меня были очень хорошие отношения с младшими братом и сестрой. Но я помню, что смотрела на небо и думала: «Как это все прекрасно! Разве такое может появиться само собой?» Я читала труды астрономов и биологов, изучала теорию эволюции и думала: «Нет. Здесь явно должно быть еще что-то». Но что, мне было не понять. Поэтому я углубилась в философию, надеясь найти ответы на свои вопросы в ней.

– Но это чудесно. Вы были, как святая Варвара в ее башне. Она пришла к вере в Бога через созерцание природы за своим окном.

– Да, в своем роде мы были так же изолированы от всего, как и она. И чувство вечности росло во мне бессознательно еще безо всякого понимания. Наконец, когда я была старшеклассницей (примерно за год до падения коммунистического режима), на одном из уроков географии одноклассник дал мне книжечку, которая называлась «Письмо тебе». В нем я прочла слова из Библии: «Бог стал человеком». Смысл этих слов я тогда не поняла, но подумала: «Так. Значит, это не сила и не энергия». К этому времени я упорно пыталась представить, что бы это могло быть. Когда я прочла, что Бог стал человеком, я сказала себе: «Вот, пожалуйста… Но что это значит?»

– Итак, к этому времени вы Читать далее...

«НАБЛЮДАЙ ЗА СОБОЙ, ЧЕЛОВЕК,
И ОХРАНЯЙ ДУШУ»

Об ожиданиях конца света

Одни говорят, что антихрист придет не сегодня-завтра; другие – что ждать его еще долго, так что не о чем пока беспокоиться; третьи же уверяют, что сын погибели давно уже правит миром, и так далее. В соответствии со своими представлениями о конце времен каждый, так или иначе, строит свои отношения с миром. Поэтому нельзя сказать, что раз не известны сроки, значит, тему эту можно отложить.

О чем мы уже сегодня должны задуматься, чтобы избежать участия в подготовке воцарения антихриста?

Разделяй и властвуй

Один мой знакомый как-то пожаловался духовнику, что у него нет квартиры. «Ничего, антихрист придет – даст», – ответил священник. Товарищ принял эти слова за остроумную шутку, а между тем обретение жилья действительно сопровождалось у него тяжелейшим надломом. После этого он не то чтобы ушел из Церкви вовсе, но стал жестко различать, что вот есть «реальный мир», а есть христианство с его абсолютно неприменимыми к жизни принципами. Это сделало его довольно одиноким, не очень счастливым, но упорствующим в приверженности своим новым принципам. То есть для кого-то антихрист уже пришел.

Один из главных симптомов приближения царствования врага рода человеческого – разрушение соборных, братских отношений между людьми. «Братоненавистничество дает уже место антихристу, – писал святой Кирилл Иерусалимский, – диавол приуготовляет расколы в людях, чтобы удобнее мог он быть принят, когда придет». Здесь причина той драмы, что постигла наших борцов с ИНН. Они сделали благое дело, призвав Россию противостоять глобализации. Вспоминается телевизионный розыгрыш, когда прохожим-москвичам задавался вопрос: знают ли они о решении властей проставить «печати» на лоб и руку? Даже не большинство, а все опрошенные ответили, что нет, мол, не знают, но как люди законопослушные обязательно пройдут эту процедуру.

Это страшно, но как мы к этому пришли?

Дело в том, что за пределами Церкви русских людей мало что связывает, кроме ТВ-пропаганды. Маловеры подобны овнам, которые разбрелись и обречены. Православное сообщество – последнее, что позволяет нам оставаться народом, пусть в малой степени. Поэтому нас, христиан, дробили и будут дробить, устраняя из социальной жизни, маргинализируя. Однако в пылу кампании против ИНН многие ее инициаторы не разглядели этой опасности, бесконечно более серьезной, чем попытки нас «сосчитать». В результате начали распадаться православные общины, ссориться старые друзья.

За «номерами» последовали какие-то новые поводы для разделений. Искусственному объединению людей в неоязыческое сообщество иные пытаются противопоставить некие впавшие в прелесть «малые стада», которые враждуют даже друг с другом, недобро косятся на «видимую» Церковь, не говоря о прочем. Ни о какой духовной жизни здесь речи, конечно, идти не может. Когда мирское ополчается на мирское, по-другому быть не может.


«Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью, и умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла»
(Откр.8, 8-9).


С двух сторон по нам бьют, а мы всегда ждем беды лишь с одной. Предложи православному человеку: «Возлюби глобализацию, облобызайся с содомиткой-епископшей» – и он в ответ может и в ухо дать или как минимум примет искусителя за идиота. Естественно, диавол будет его искушать совершенно иным образом, скажет: «Пал твой духовник, на латинов не плюет и не сморкается, причащает падших, принявших «номера», так не лучше ли оставить его и перейти к отцу Н., который и ревностный, и не раскольник, а борец за истинное православие?» Многие погибли через это, перестали быть христианами или остались православными только по названию.

Дело в том, что большая часть человечества пребывает в психологическом равновесии, которое препятствует усвоению как доброго, так и злого. Для того чтобы увлечь человека ко спасению или к погибели, нужно пробудить в нем лучшие или худшие начала. При этом главная заповедь православного проповедника – подходить к людям не со слабой стороны, а с сильной. Он не набрасывается на собеседника и не кричит: «Ах ты, язычник поганый (латин, лютеранин, магометанин...)!» – а говорит: «Ты почитаешь отца и мать, склонен к доброму, ищешь Бога, так вот послушай...» Вспомним, как апостол Павел обращал афинян. Нашел у них среди других алтарей один, посвященный неведомому Богу, и предложил: «Давайте я расскажу вам о Нем».

В то же время главный принцип соблазнителя – подходить к человеку со слабой стороны. Он никогда не станет православному предлагать то, что тот заведомо отторгнет, наоборот, будет разжигать верность Церкви до тех пор, пока христианин не бросится из нее вон, вопя, что покидает совет нечестивых. Диавол немощен, пока сильные сильны, и поэтому почти все свои ресурсы бросает на то, чтобы вывести их из себя. Консерватора, традиционалиста он отвлекает взмахом слева, какой-нибудь заведомой мерзостью, Читать далее...

КРУЖКА ПИВА

Вкус и градус

Пиво представляет собой натуральный алкогольный напиток, основными компонентами которого являются вода (91-93%), углеводы (1,5-4,5%), этиловый спирт (3-7%) и азотсодержащие вещества (0,2-0,65%).

Этанол, поступающий в организм с пивом, не оказывает дегидратирующего эффекта благодаря высокому содержанию воды в этом напитке, иными словами, при употреблении пива, в отличие от водки, нельзя влить в себя смертельную дозу алкоголя.

Однако необходимо отметить, что это не относится к появившемуся в последнее время на рынке алкогольной продукции новой разновидности пива с высоким содержанием алкоголя – до 12% (strong beer).

Многие любители пива отказываются пить безалкогольное пиво под тем предлогом, что у него хуже вкус. Группа из университета штата Вирджиния решила проверить это утверждение. Как альтернатива безалкогольному пиву было использовано популярное пиво, содержащее 5,7% алкоголя. Тест выявил, что участники не смогли определить, какое пиво содержит алкоголь. Ряд других исследований подтвердил, что регулярные потребители пива не смогли точно определить по вкусу, является пиво крепким, средним или очень слабым по содержанию алкоголя. Таким образом, как бы ни пытались скрыть это пивоманы, они пьют пиво не ради вкуса, а ради алкоголя.

Пиво и алкоголизм

В некоторых хвалебных материалах о пиве можно прочитать ссылку на некое исследование Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) о том, что в тех странах, где пьют много пива, уровень алкоголизма меньше. Такое утверждение является заведомо ложным. ВОЗ не проводит исследований «уровня алкоголизма», так как неизвестно, как его измерять. В то же время в документах ВОЗ четко говорится: «Главной политической целью должно быть сокращение уровней потребления алкоголя населением в целом».

На утверждение, что пивной алкоголизм формируется медленнее водочного, следует заметить, что, возможно, он формируется более незаметно и обманчиво. В Германии, где традиционно употребляют пиво, страдают именно от пивного алкоголизма. Чрезмерное употребление пива резко снижает производительность труда. Бисмарк говорил: «От пива делаются ленивыми, глупыми и бессильными», – а он, как немец, знал толк в пиве.

Человеку, страдающему хроническим алкоголизмом, переход с водки на пиво тоже не даст много пользы. Организм все равно потребует свой «эквивалент», то есть заставит покрывать качество количеством. Один пациент наркологической клиники, совершив такой «переход», выпивал в день не менее ведра пива. А вот лечения пивной алкоголизм требует такого же, как водочный и винный: прежде всего, нужно навсегда отказаться от употребления пива.

Вред есть даже от так называемого безалкогольного пива, поскольку алкоголь в нем все же присутствует, хотя и в очень небольшом количестве. Например, нередки случаи, что у имеющих алкогольную зависимость лиц очередной запой начинается именно со стакана безалкогольного пива.

Влияние пива на сердце и сосуды

Сторонники пива любят приводить аргументы, связанные с якобы улучшением здоровья потребителей умеренных доз алкоголя. Чаще всего речь заходит об уменьшении риска сердечно-сосудистых заболеваний, прежде всего ишемической болезни сердца у умеренно пьющих людей. Однако исследования опровергают это мнение.

Так, в опубликованном в 1999 году в Британском медицинском журнале исследовании показано, что у групп мужчин, которые потребляли более 35 единиц алкоголя в неделю (7 литров пива с концентрацией 5% алкоголя в неделю) смертность от инсульта оказалась вдвое выше, чем у непьющих.

Недавно обнаружено, что алкоголь может приводить к обморочным состояниям – не из-за опьянения, а из-за того, что алкоголь нарушает способность тела сжимать кровеносные сосуды. Люди, у которых часто случается расширение сосудов, могут быть уязвимы даже для небольших количеств алкоголя.

Сторонники пива утверждают, что содержащаяся в нем углекислота расширяет капиллярные сосуды слизистой оболочки органов пищеварения и способствует более быстрому поступлению жидкости в кровь. И это, по их словам, достоинство. Однако, когда пиво быстро всасывается в организм, оно переполняет кровеносное русло, при большом количестве выпитого возникает варикозное расширение вен и расширение границ сердца. Рентгенологи называют это явление синдромом «пивного сердца», или синдромом «капронового чулка». Если злоупотреблять пивом, сердце провисает, становится дряблым, а его функции живого мотора теряются. Пиво увеличивает вероятность развития ишемической болезни сердца.

Ухудшению функции сердечной мышцы могут способствовать и химические добавки. Так, например, некоторые фирмы-производители пива для повышения пенообразования добавляют в пиво соединения кобальта. Будучи химическим аналогом кальция, кобальт занимает его место в сердечной мышце. Однако свойственные кальцию функции при возбуждении и Читать далее...

[167x351]
«Я ВЕРНУЛСЯ К ВЕРЕ ПРЕДКОВ»

О Василии (Фазиле) Ирзабекове, мусульманине, принявшем православие

Он ездит по стране, чтобы призывать людей любить и беречь русский язык. В него так много вложено Богом и предками, что только вслушивайся, вдумывайся. Однажды к Ирзабекову подошел священник со словами: «Важно, Василий Давыдович, то, что вы говорите, но важно и то, что именно вы, азербайджанец, говорите это. Слушая вас, мы, русские, испытываем чувство стыда».

Помянник

«Это удивительно, – скажет мне потом Василий при встрече, – но земля Азербайджана была когда-то православной. Называлась она в те времена Кавказской Албанией, которая к нынешней стране с этим названием не имеет отношения. Пять веков мои предки исповедовали православие».

Немногие готовы сейчас вспомнить об этом. Он вспомнил и вернулся, как все мы, только спустя не несколько десятков лет, а столетия. «Душа наша по природе своей христианка», – воскликнул некогда Тертуллиан, но добраться до этого бывает так же трудно, как до воды, глубоко залегающей в пластах земли и глины.

И хорошо, когда остается хотя бы след от былого колодца. Земли Кавказа усеяны этими следами. Вернулись ко Христу абхазы. Никогда не забуду беседы с одним из них, бывшим мусульманином, ныне подвизающимся в иноческом чине. Вновь обрели себя осетины. Но о том, что и на азербайджанской земле люди некогда бесчисленными тысячами гибли, защищая свои церкви, я услышал впервые.

Мы договорились встретиться с Василием в московском храме свв.Косьмы и Дамиана, где он служит помощником настоятеля. А помимо этого, кстати, возглавляет Православный медицинский центр во имя святителя Луки (Войно-Ясенецкого), много пишет, очень занят. Но совершенно безропотно согласился на встречу. Так получилось, что пошел я в церковь на полчаса раньше. Дул пронизывающий ветер, а одет я был по-весеннему. Вижу – какой-то храм. Зашел согреться, но оказалось, что это именно то самое место, где я должен был увидеться с Ирзабековым. У свечного ящика стоял монах с нерусским лицом. Как выяснилось позже, родом он был из Грузии. Я поинтересовался, не подъехал ли Фазиль, но не был понят. Тогда спросил Василия...

Наконец он появился и, не приметив меня, произнес сокрушенно: «Неужели разминулись!» И такая была виноватость в голосе, беспокойство обо мне, что на сердце потеплело: свой, православный.

Ответ на первый мой вопрос оказался столь исчерпывающим, что в остальных нужды почти не возникло. А спросил я вот о чем: «Расскажите, как вы пришли ко Христу?»

* * *

– Я бакинец, – начал Фазиль. – Деды, прадеды – все коренные бакинцы. Кто понимает: азербайджанцы и русскоязычные бакинцы – это люди несколько разной ментальности. Мой прадед верой и правдой служил русскому царю, у нас даже хранилась книга с памятной надписью, подаренная ему государем. Однако после отставки прадед совершил хадж в Мекку, чтобы искупить тот вред, который нанес исламу на государственной службе. Дед окончил классическую гимназию, а позже университет, школу красных командиров, дослужился до звания генерал-майора, заведовал отделом ЦК Компартии республики. Был репрессирован и четыре года томился в тюремных застенках в ожидании смертного приговора. Каким-то чудом его оправдали, после он прошел всю войну и до пенсии трудился скромным школьным учителем. Знал множество языков, обладал энциклопедической эрудицией, был кристально честным человеком и полным атеистом.

Помню, как мы выезжали на дачу, которую дед получил как участник войны. Вокруг него собирались старики и начинали проводить с ним миссионерскую работу. Говорили: «Ладно, кто в молодости не грешил, но ведь ты скоро предстанешь перед Всевышним». Особенно последователен был сосед, живший в доме напротив. Не знаю, сколько ему было лет, но моего приближающегося к столетнему рубежу деда он называл «сынок». Беседы о вере начинал всегда одинаково. На мелком желтом песке рисовал тростью прямоугольник, изображающий могилу, и пояснял: «Все мы смертны, но подумай – вот положат тебя в могилу, что ты скажешь тогда Аллаху?» А дед с прямотой коммуниста, репрессированного, но не растерявшего убеждений, отвечал: «Все на этом свете. И рай, и ад. Я это знаю».

Обо всех своих родных я молюсь. Поминаю бабушку мою Бадам-ханум, которая еще в младенчестве моем, так уж сложилось, заменила мне мать. Именно благодаря ей я знаю азербайджанский язык (все мужчины у нас говорили по-русски). Бабушка была, наверное, единственной мусульманкой в нашей семье, тайком от мужа носила сахар в мечеть. А вместе с тем прятала у себя тетрадку, в которую переписала когда-то стихи «запрещенного» поэта Сергея Есенина. Куда бы она ни входила, все окрашивалось радостью. Это началось с момента ее рождения. Ее отец Сеид Ахундов – купец первой гильдии – вложил все свои сбережения, все золото, что было в семье, в покупку участка, объявленного нефтеносным. Стали там копать, Читать далее...

КНЯЗЬ ВЛАДИМИР ПАЛЕЙ:
«УМЕРЕТЬ ЗА БОГА, ЦАРЯ И ОТЕЧЕСТВО»

Честь дороже, чем жизнь

Среди алапаевских мучеников наибольшую известность имеет Великая княгиня Елизавета Федоровна. Еще при жизни она снискала добрую славу не только среди высшего общества, но и среди простого народа. А после смерти Господь прославил ее на весь мир как великую святую. В меньшей степени мы знаем имена остальных восьми жертв Алапаевска.

Сегодня мне хотелось бы вспомнить о князе Владимире Палее – сыне Великого князя Павла Александровича Романова, родном племяннике Николая II. Когда вслед за другими алапаевскими узниками он был сброшен живым в 60-метровую шахту Нижняя Селимская, ему исполнился только 21 год.

Кажется, что можно успеть сделать за такой короткий срок? Что можно было успеть написать? Ведь все справочники сообщают о Владимире Палее, что он был поэтом. И я так же думал, пока не прочитал его книги. А прочитав, удивился, даже не столько тому, какое богатое поэтическое наследие оставил нам молодой поэт, а его стихам, написанным рукой полностью сложившегося мастера, тонкого лирика и мудрого человека, проникающего в самые глубины человеческой души и окружающего мира. Столь мощное и раннее поэтическое созревание в русской литературе было явлено только Лермонтовым.

Известный ценитель словесности, академик Анатолий Федорович Кони еще при жизни поэта назвал его «надеждой русской литературы». Но этой надежде так и не суждено было состояться. При своей жизни Владимир Палей успел выпустить два поэтических сборника. Третья, составленная им, книга так и не увидела свет. Частью она дошла до нас в современном издании «Князь Владимир Палей. Поэзия. Проза. Дневники», выпущенном московским издательством «Альма матер» в 1996 году, где наиболее полно представлено его творчество.

Изучая биографию Владимира Палея, я часто задавал себе вопрос: «А была ли неизбежна его гибель?» Ведь некоторым представителям царского рода Романовых удалось спастись. Живы остались даже его родные сестры – Ирина и Наталья, которым вместе с матерью в 1918 году пришлось бежать в Финляндию, а затем во Францию. Может, ему имело смысл бежать вместе с ними, тем более что Владимир Павлович не имел никаких шансов на законное наследование царского престола. Ведь он был рожден от морганатического брака Великого князя Павла Александровича Романова с актрисой Ольгой Валериановной Пистолькорс, заключенного вопреки закону Российской империи о престолонаследии и воле государя. Когда после революции глава петроградского ЦК Урицкий, проводя перепись членов Дома Романовых, вызвал князя Владимира в Смольный и предложил ему подписать отречение от отца, то он наотрез отказался. А между тем это отречение давало ему шансы избежать черного списка на уничтожение и возможность спасти свою жизнь даже при советской власти. Но только не такой ценой. Владимир был возмущен и, возвратившись домой, сказал матери: «Как он посмел предложить мне такое!»

Присяга

Да, честь для князя была дороже, чем жизнь. Он был воспитан в такой семье, где христианские добродетели и такие душевные качества, как порядочность и честность, ценились выше не только материальных благ и почестей, но и самой жизни. Да и брак его родителей был заключен по любви и явился вызовом всем существующим тогда порядкам. Женившись, они лишились всего: почестей, богатства, регалий – и были вынуждены покинуть пределы родины и уехать во Францию.


Володя в детстве


28 декабря 1896 года у Павла Александровича и Ольги Валерьевны родился сын Владимир, в 1903 году – дочь Ирина, в 1905 году – Наталья. Это была удивительно счастливая семья. Любовь и радость царили между родителями и детьми. Владимира горячо любили мать и отец, он отвечал им сыновней любовью, находясь с ними в такой духовной близости, что, даже будучи взрослым, поверял все интимные порывы своей души. Об этом свидетельствует его откровенная переписка.


Родители Владимира Палея


Лишь в ноябре 1904 года Ольге Валерьевне и ее детям от брака с Великим князем был пожалован графский титул и фамилия Гогенфельзен, а в 1915 году – фамилия Палей с возведением в княжеское достоинство. Владимир носил фамилию и титул матери. С раннего детства он начал писать стихи. До 16 лет, пока их семья жила во Франции, писал на французском языке, а переехав в Россию в 1913 году, стал писать на русском.

Такое ощущение, что их возвращение в Россию накануне трагических событий было промыслительно организовано Господом, чтобы раскрыть в князе Владимире и его отце, Великом князе Павле Александровиче, все их положительные качества, дать возможность послужить царю и Отечеству и заслуженно получить от Господа мученические венцы, чтобы быть прославленными в вечности. После возвращения в Россию Павел Александрович из всех членов Дома Романовых был ближе к Царской Семье, жившей довольно замкнуто. Его прежние короткие отношения с Читать далее...

МАЛОИЗВЕСТНЫЕ ФАКТЫ
О БЛАГОДАТНОМ ОГНЕ У ГРОБА ГОСПОДНЯ

Одним из немногих чудес Православной Церкви, являемых ежегодно в известное время и в известном месте, является Благодатный огонь. По количеству очевидцев (до 20 тыс. человек ежегодно) и исторический длительности (как минимум с IV в. по Р.Х.) это событие не имеет аналогов не только в нашей Церкви, но и во всём мире.
Многие знают, что во время схождения происходит самовозгорание свечей как у Патриарха в Кувуклии, так и у простых паломников; широко известно и многократно зафиксировано, что само схождение сопровождается молниеподобными всполохами, а пламя Благодатного огня в течение нескольких минут не обжигает.
Однако за почти двухтысячелетнюю историю упоминаемое явление сопровождалось или предварялось большим количеством иных чудесных событий, которые зачастую оказывали сильное влияние на христианскую общину, а порой и на действия церковных иерархов, представителей власти. Некоторые из таких событий случались единожды, другие повторяются иногда, а иные происходят часто. Хотелось бы рассказать о чудесных событиях подобного рода, неизвестных широкому кругу читателей.

Светящийся шар

Среди наиболее часто упоминаемых, но малоизвестных событий – появление в храме светящихся шаров.

Интересный случай был засвидетельствован и снят на камеру греческим паломником в 1994 году. Вскоре после схождения Благодатного огня справа от входа в Кувуклию, в нескольких метрах от неё, появился ярко светящийся шар диаметром около 50 сантиметров в форме чётко очерченной сферы. Он начал быстро (со скоростью около 3,5 метра в секунду) двигаться через плотную толпу приблизительно на уровне плеч людей. При этом, по словам свидетеля, люди не ощущали его, а сам шар не дробился и не размывался. Пройдя около 10-15 метров, он зажёг в конце пути, по словам свидетеля, свечу у пожилого мужчины, находившегося между колоннами на пути к алтарю Марии Магдалины. Другому свидетелю удалось заснять шары небольшого размера голубоватого цвета, витающие в воздухе.

Чаще всего подобные явления происходят около Кувуклии и над ней. Православный исследователь Владимир Губанов приводит такие свидетельства: «Сёстры рассказывают, что благодать ещё проявляется после первого схождения, после Огня. “Я вижу, сверкает опять над Кувуклией, вокруг Кувуклии молнии такими зигзагами, то там сверкнёт, то на самом куполе Кувуклии... Вдруг появился шар (как шаровая молния). В какой-то момент он вдруг распался, сверкнув зигзагом. Тут же мы все вскочили: благодать! Какое чудо!..” “Мы стоим все в ожидании. Вдруг засвистали все, смотрю, прямо на образ Воскресшего голубой шар сошёл. И выходит Патриарх, уже получил Благодатный огонь”».


Молнии при схождении Благодатного огня. Кадр видеосъемки НТВ в 2003 году


Обычно появление шаров сопровождается молниеподобными блистаниями: «По храму блеснули молнии, короткие, длинные, белые, светящиеся, но мгновенные. Радость! Удар колокола, раз, другой, третий. Через три минуты появился рядом с Кувуклией светящийся шар, играющий всеми цветами радуги, и полетел по храму. Стоящие рядом со мной монахини тоже ничего не поняли». При этом шарики часто сравниваются с облаком: «У меня было в руках много свечей. Вдруг над Кувуклией образовался как будто шар или как будто маленькое облако. А потом оно увеличивалось и двигалось всё время. Только я удивился, смотрю – что такое? Треск, гром, и сразу образовался ослепительный свет, как молния. И всё исполнилось морем Огня».

В.Губанов отмечает также, что от подобных светящихся шаров зажигаются свечи и лампады. Например, на Пасху 1997 года происходило следующее: «Другая женщина, Нина, была в это время на Голгофе и смотрела вниз на алтарь. Она видела, как на свечи греческому священнику сошли три огненных шарика, размером с апельсин. Шарики крутились и как бы играли друг с другом. Затем свечи у священника загорелись». О том же рассказывают писатель Александр Сегень и другие свидетели. «В сей миг весь храм наполнился радостным и восторженным криком, зарницы продолжались, но уже родилось лиловое зарево – его вынес из Кувуклии Патриарх Ириней, его уже разносили во все стороны, и оно уже само отскакивало во все стороны, подобно ёлочным шарикам, и у многих сами зажигались пучки свечей, как сами зажглись лампады над входом в Кувуклию. Один шарик взлетел вверх и зажёг свечи у монахов, разместившихся на втором ярусе ротонды». «У одной седой пожилой женщины из нашей группы при схождении Огня свечи сами возжглись в руке... Она видела схождение Огня не как другие, а в виде огненных шаров, нисходящих на Кувуклию. Когда от этих шаров загорелись её свечи, она трижды тушила их, но те снова возжигались».

Эти светлые шары встречаются и в других местах храма. Вот как это описывает журналист Николай Кокухин:

«– В прошлом году я была на Голгофе, – говорит моя собеседница, – и видела, Читать далее...

[202x210]
БОЖЬЯ ПОМОЩЬ НА ВОЙНЕ

«Когда в июне 45-го начали приходить демобилизованные, они стали рассказывать...»

«Неверующих не было»

Что может добавить одна книга к написанному о Великой Отечественной войне? Ведь столько уже напечатано! Но когда я узнал, какие материалы собирает офицер запаса Борис Васильевич Папенко, сразу понял: такого еще не было. Он с добровольными помощниками решил составить свод чудесных случаев, произошедших на войне. По разным источникам, которым можно доверять, им собрана почти тысяча свидетельств, и работа продолжается. Интервью Борис Васильевич давать не любит, хотя его просили выступить и на радио, и дать статью в журналы. «Тема слишком большая, и одна маленькая публикация не сможет передать все картины, – отвечает обычно он. – Вот выйдет книга, тогда...»

– Вы говорите, тема большая, – усомнился я, – но в православной периодике обычно кочуют одни и те же военные сюжеты – как маршал Жуков икону на крыше своего «Виллиса» возил, как Пресвятая Божия Матерь явилась над полем боя, еще о митрополите Гор Ливанских пишут... По пальцам пересчитать.

– Вы ошибаетесь, – возразил отставной офицер, – «церковных» случаев куда больше, а таких, в которых как бы нет церковной атрибутики, но где явно действует промысл Божий, – таких случаев запредельное количество. Возьмем только письменные источники. В российской библиотеке находится порядка 700 тысяч книг о Великой Отечественной войне. По моим прикидкам, в них описано около миллиона необычных явлений. Это то, что зафиксировано, а ведь большинство испытавших на себе помощь Божью молчали или рассказывали только близким родственникам.

То, что происходило во время Великой Отечественной войны, – такого никогда не было. Попробуйте проанализировать любой 4-летний период в истории нашего государства, и вообще историю от начала христианства, и сравните с этой войной. Вы убедитесь, что в период с 1941 по 1945 годы было явлено столько чудес, чудесных спасений или, если говорить осторожно, необычных случаев, что это несравнимо ни с чем.

Чаще всего они происходили с людьми нецерковными, которые в довоенное время получили атеистическое воспитание и настрой. Многие даже были партийными. Но когда они после войны давали в печать свои воспоминания, то фактически говорили о промысле Божьем, хотя многие и называли это судьбой.

– Когда у вас возник интерес к этой теме?

– Войну я хорошо помню, особенно день Победы. Когда в июне 45-го начали приходить старшие возрастные категории демобилизованных, они стали рассказывать такие вещи... Я мальчишкой еще был совсем, и рассказанное ими не укладывалось в то, что вещало радио, газеты и прочее. Это вызывало какой-то раздрай души. Ведь не верить этим людям я не мог, они ж свои, лгать им нет никакого резона. Потом, когда в армию пришел, также много фронтовиков встретил...

– Вы служили в какие годы?

– Я рано начал, с 56-го. Фронтовики рассказывали такие истории, о которых обычно не пишут, потому что все равно в них никто не поверит. Или вот пример. Родственник моей жены был начальником эвакогоспиталя, в 41-м году они попали в окружение и 600 километров выводили санитарный эшелон по тылам врага. Я ему: «Борис Николаевич, ну как же у вас получилось? Ведь это ж паровоз, его надо заправлять водой, топливом...» 600 километров – не шутейное расстояние. В сегодняшнее время, я слышал, 200 километров пробег – и уже меняются бригады. А там раненых кормить надо было, и не свернешь ни на тропинку, ни на лужайку – это ж рельсы. К тому же немцы двигались на восток как раз вдоль железных дорог, для танков это удобно было. «Согласен, – объясняет тесть, – но хочешь верь, хочешь не верь, а именно так было, как я говорю».

В армии, действительно, случаются вещи, в которые не сразу поверишь. Служить мне довелось в авиации, и там такое происходило, что промеж собой мы называли авиацию «страной чудес». Кстати, из собранных мной военных случаев, а их несколько сотен, многие как раз относятся к авиации.

Каждый случай по-своему уникален. Скажем, самолет взрывается на собственных бомбах и кто-то из членов экипажа остается жив. Сторонний наблюдатель, не служивший в ВВС, скажет: «Повезло». Но какое тут везение?! Человеку «везет», когда у него мало шансов, но удача все же выпадает. А тут – вообще никаких шансов. Взрыв – это сотни тысяч атмосфер, перепад давления, это запредельная температура, это осколки в конце концов. А если посмотреть на схему самолета, в частности, СУ-2, – там же экипаж сидел на бомбах. И вот представьте: от попадания зенитного снаряда бомбы взрываются, и летчик оказывается в воздухе в одном комбинезоне, совершенно невредим. Ладно, закроем глаза на поражающую силу взрыва, но как он из самолета-то выбрался? Человеку, далекому от авиации, трудно представить. Во-первых, летчик сидит в кабине, притянутый привязными ремнями к сиденью. Привязная система очень Читать далее...