Не успел на прошлых выходных закрыть летний сезон 2018, как пришла пора готовиться к новому сезону. В этот раз я занимался в основном садовыми работами и цветником. В итоге на моей усадьбе существенное пополнение: 2 яблони из которых одна Белый налив, другая Подарок садоводам (вот такое простецкое название сорта); две чёрные смородины Лучия и Ильинка; 2 куста ремонтантной малины со скромным именем Рубиновое ожерелье. И крокусы: Адванс, Гранд мэтр и Оранж монарх.
Насколько хорошо удалась мне работа проверим весной.

В это трудно поверить, но я еле нашёл эти крохотные цветы в Красноярске. Заканчивается сезон и весь "посадочный материал" разобрали. Их не было даже в огромном всеядном "Леруа Мерлен", возле которого я живу. Не оказалось их и в специализированных "Семенах для Сибири", на которые я так искренне и так напрасно надеялся. Нашёл я их случайно, после долгого нервного поиска в интернете аж на другом конце города - на левом берегу, куда мне пришлось больше часа добираться на большом и флегматичном автобусе, наполненном отрешёнными статистами. И хорошо, что там цветы уже ждали меня, ведь я чуть не впал было в отчаяние от обескрокусывания организма. На радостях купил три пачки общим количеством 27 луковиц. Истратил последние 600 рублей карманных денег, отложенных на еду. Завтра отправляюсь в тайгу - в свою деревню. Посажу эти подснежники и буду надеяться, что не вымерзнут, как вымерзли у меня однажды "морозоустойчивые" лилии.
И в апреле зацветут.

Глава 9 с суровым названием "Жестокий закон природы" обрела иллюстрации. Лиричные, спокойные, немного грустные рисунки призваны смягчить трагические события, происходящие в ней. На заставке разнокалиберные ёмкости, полные даров природы. На концовке - обветренный череп лося и горностай на пеньке с только что пойманной мышкой, философски символизирующие закон природы, по которому всё, что приходит в этот мир рано или поздно уходит. Больше пока никаких подробностей, а то преждевременно раскрою интригу. Над иллюстрациями работал художник Николай Фомин.
Заставка. Такой вот великолепный вид открывается от зимовья Саньки Мохова:

продолжение тут + 1 иллюстрация

В новой серии рассказывается о том, как мы с сыном собрали небольшой урожай и закрыли первый аграрный сезон в деревне. Кроме того случилось два важных события: открыли баню и подпол, где я сам ещё ни разу не был с момента покупки дома. А ещё в кадр попал мелкий таёжный грызун-мародёр, промышляющий на нашей усадьбе.

В этом посте будет очень короткая и бессвязная подборка фото с прогулки по набережной Енисея. На первом оттиске автор запечатлён на фоне Коммунального моста, знаменитого тем, что его изображение использовано в оформлении десятирублёвой банковской ассигнации. Кроме моста на купюру попала лишь часовня с Караульной горы и Красноярская ГЭС. Поэтому культурная значимость объекта, связующего Западную и Восточную Сибирь, - неоспорима.


продолжение тут + 4 фото

В отличие от большинства серьёзных и ответственных людей я, видимо, с подросткового возраста так и не вышел. И в 44 года интересы у меня точно такие же, какие были в 14: книги, природа, оружие и всякие фото- и видеоустройства. Как в 14 лет я радовался бы крутому микрофону Blue Yeti Cool Grey, так и сейчас радуюсь ему.


продолжение тут + 2 фото

В этом видео я в основном рассказываю о том, как подключал электричество к дому. Процесс этот не такой простой и безоблачный, как может показаться на первый взгляд.
Дом я купил 14 апреля 2018 года. А за неделю до этого – 8 апреля я ездил в деревню на смотрины. Перекупщиков со мной не было, ключей тоже. Я бегло осмотрел дом и территорию, да и то преимущественно с фасада, так как повсюду были сугробы. Я не заметил, что дом отключен от ЛЭП. Невнимательность мою можно оправдать только волнением и спешкой (мне нужно было уехать на той же единственной электричке, на которой я приехал, и в запасе у меня было не более 20 минут). Отсутствие счётчика я не заметил, потому что был уверен, что счётчик внутри дома и с ним всё в порядке. Ко всему прочему меня интересовала природа вокруг, ведь для меня важно было купить дом в живописном месте, и я так увлёкся этой природой, что все бытовые мелочи отошли на второй план. Хотя, теперь понимаю, что мелочей при покупке дома не бывает.



продолжение тут

Дочитал сегодня роман "Господа Головлёвы" Салтыкова-Щедрина. Получил эстетическое наслаждение. Считается, что русские писатели XIX века излишне морализаторствуют. Не замечаю. Давно не читаю книги с целью духовного самосовершенствования. Это оборвалось где-то в далёком детстве между Робин Гудом и Маресьевым.
Салтыков-Щедрин - один из моих любимых авторов из-за его едкого чувства юмора.
А ещё как-то случайно получается, что попадают ко мне его книги всегда во время болезни. В качестве утешения, наверное. Прошлый раз я читал "Пошехонскую старину", будучи терзаем ангиною и находящимся на излечение по этому поводу в городском инфекционном стационаре. Сейчас тоже не совсем вменяем, и в честь этого подвернулись "Головлёвы", взятые (безвозмездно и навсегда) в книгообменном стеллаже супермаркета.
Полистал я и кое-какие рецензии. Советские в основном. По ним выходит, что Иудушка - это порождение загнивающего помещичества. А пролетарий, или крестьянин Иудушкой быть по определению не может, ибо творит, работает, созидает и проч. Глупость, конечно. Иудушка - эталон ханжи. Вот и всё. Лицемерие, набожность, многословие, пустословие - это лишь элементы ханжи. И ханжество присуще любому сословию.
Если бы Иудушка жил в наше время и был зарегистрирован в ФБ (но, скорее всего в Одноклассниках), то лента его состояла бы из репостов елейных открыток ко всем-всем православным праздникам (кстати, с Успенским постом вас! открыточки нет, не обессудьте), цитат великих людей ("детки святы и чисты, дай Бог им здоровья и хороших покакусиков" ©), восхваления или ругани власти (в зависимости от тренда), и, обязательно - диванной зоозащиты, ибо зоозащита - самый лёгкий и верный способ хайпа (как ныне в интернете говорят) для ханжи и лицемера. Для комментариев Иудушка выбрал бы язык уменьшительно-ласкательных интернет-мемов (мимими, вкусняшка, пичалька, няшка и т.д.). В общем, он отчаянно старался бы быть похожим на всех, но чуточку святее.
Ничего не меняется, ни в XIX, ни в XXI веке. Но, не об этом я хотел поговорить. Читать Салтыкова-Щедрина нужно с единственной целью - насладится настоящим русским языком без примесей и модных, якобы остроумных коверканий. Всё остальное - мораль, образы, характеры - это уже вторично...

Хоть я и вижу всегда эскизы, и заранее знаю какими будут иллюстрации, всё равно в завершённом и окончательном виде они вызывают всплеск восхищения. И непередаваемо приятно это первое знакомство с готовыми работами.
Итак, завершена заставка для главы 8 повести "Зимовьё на Гилюе". Само название "Разговоры во время грозы" раскрывает содержание главы. Всю ночь над тайгой Станового хребта бушевала гроза и всю ночь мои герои, пережив накануне опасное приключение, говорили о тайге. Есть такой феномен, что в тайге хочется говорить только о ней самой...
Художник Николай Фомин.

продолжение тут + 1 иллюстрация

Никак не идёт из головы один эпизод чужой человеческой жизни, мелькнувший сегодня возле меня.
Но, сначала предыстория. Я в последние дни так скучал по новым книгам, что решил поехать днём в центр - в любимый свой "Читай-город", где расставлены по торговому залу глянцевые разноцветные кресла, в которые можно глубоко провалиться с книгой. Не покупать, а просто подержать какую-нибудь новинку в руках, полистать, ощутить маслянистый запах краски.
И ведь не доехал я до центра. До того безжалостно палило солнце, до того было жарко в автобусе, как в муниципальном крематории после праздников. А путь мой лежал через весь расплывчатый, растёкшийся в безделье субботний мегаполис. Не вытерпев, сошёл я на остановке "Цирк". Зашагал рассеянно в сторону торговых центров. Лениво пообедал в душной и скучной столовой. В тарелке колыхалась матовая плёнка безвкусной окрошки, слабо отдающей извёсткой. И большое зеркало напротив уныло отражало стоящий рядом пустой столик и стулья, тупо разбредающиеся от него. И что-то беспрестанно грохотало и звякало на кухне.
Потом был любимый магазин инструмента. Но, не нашлось сил восхищаться всеми этими причудливыми сабельными пилами и татуированными престижными лейблами бензокосами. А ведь они восхищают меня! И ещё почему-то раздражали простодушно взвинченные по сезону цены.
Потом супермаркет, еда с жёлтыми ценниками. Неприятно шелестящий пакет в руке, белая капля, упавшая с мороженного на чёрную (да чёрную!) мою водолазку.
И жара, жара, жара. Всё растёкшееся, не зафиксированное, ускользающее куда-то.
И уже на обратном пути, на всё той же остановке "Цирк" я увидел, как подъехало такси и тяжело из него выкарабкался старик лет 80-ти. Сухой такой, тонкий и какой-то весь белый, чистый, седой. А потом он долго выковыривал из такси, словно из консервной банки, бабушку свою. А она всё никак не могла выбраться. И где-то в глубине салона, на заднем сиденье что-то колыхалось и содрогалось. Что-то бесформенное, мало похожее на человека. Машина стояла слишком близко к бордюру, или наоборот слишком далеко - не помню. Но, этот бордюр тоже сильно мешал. И вытащил-таки, выколупал дед свою бабушку из этого неудобного, нелепого такси. Перетащил через бордюр. Резко подвернул её руку под свою. А она второй рукой тоже ухватилась за него. И сразу обмякла, успокоилась, перестала содрогаться. И он пошёл спешно и её, успокоившуюся, уверенно повёл за собой.
Они удалялись, сливались с толпой, втекающей в цирк, а я всё смотрел им вслед. И думал, что если у меня когда-нибудь появится жена, и с нею мы доживём до таких лет, то и я... нет, не я, а она меня, наверное, также будет выковыривать из такси, которое привезёт нас смотреть цирк (как это глупо всё и пошло, я никогда не любил цирк, но к тому времени я уже выживу из ума). И также кто-то на ком-то из нас будет висеть и кто-то кого-то будет вести. И также мы будем цепляться друг за друга по дороге на весёлое представление.
И мне стало интересно, а что же сейчас показывают в цирке. Над входом была растянута одна единственная афиша, но огромная - как двухэтажный дом. И из этой афиши я узнал, что герои мои спешили на выступление дрессированных тигров.
P.S. Фото из сети.

В очередном фильме из цикла "Дом на реке" я хвастаю пойманным ленком и по традиции делаю обзор своего огорода. Так же рассказываю и показываю, как я расчищал тропинку к берегу Маны.

Фото сделано сегодня утром в деревне. Когда понял, что на огороде и вообще по хозяйству тотально ничего не успеваю, плюнул на всё и пошёл на рыбалку. Эту рыбку я поймал на спиннинг метрах в 200 от крыльца своего дома.

Долго не мог навестить свой огород в деревне и вот на этих выходных всё-таки проведал. Без меня он пришёл в некоторый регресс. Но за сутки я частично исправил свою безалаберность. Что-то прополол, что-то вырвал и заменил новыми посадками.

Согласно хронологии этот фильм в проекте "Дом на реке" должен быть третьим по счёту. Я планировал подробно рассказать в нём о своём райцентре - селе Партизанское Красноярского края. Но, в тот день у меня было не очень подходящее настроение для съёмок (как обычно бывает, когда приходится обивать пороги учреждений, от которых зависишь). К тому же во второй половине дня поднялся такой сильный ветер, что камеру выбивало из рук и ничего не было слышно в микрофоне. Пригоршня рабочего материала, который всё же кое-как удалось снять, лежала на компьютере почти три месяца, прежде, чем я всё же решился смонтировать этот короткий фильм. Вдруг кому-то будет интересно увидеть отдалённое сибирское село Партизанское - административный центр одноимённого Партизанского района.

В этой серии я посадил ещё немного рассады огурцов, а также рассаду земляники. Вскопал немного целины, осложнённой зарослями пырея и посадил остатки картофеля. Основное же время ушло на полив огорода, потому что все четыре дня стояла сильная жара.

0. "На коне в заброшенную деревню".
Фильм не имеющий нумерации. Когда я его снимал, у меня ещё не было в планах создания деревенского цикла. Присвоим ему условно номер ноль.
Этот фильм рассказывает о том, как я искал дом. Мне хотелось (и до сих пор хочется) забраться в такую глухую деревню, где я был бы совсем один, или в крайнем случае с 2-3 семьями по соседству. Именно в такую деревню забросила нас судьба в поисках дома. Её строили последователи Виссариона ещё середине 1990-х, но, по разным причинам так и не достроили и переселились в соседние деревни. Произошло это потому что в этих местах нет электричества и настолько плохая дорога, что проехать по ней можно только на коне.
Деревня называется Усть-Можарка, расположена она в Курагинском районе Красноярского края. И если быть точным, то в 1990-х она не столько строилась заново, сколько возрождалась, потому что историю свою она ведёт со времени сталинский репрессий. Подробнее об Усть-Можарке я написал в этом посте.
Пикантность этому фильму придаёт то, что использовали мы для поездки весьма устаревший и экзотический транспорт - конную гужевую повозку.



продолжение тут + ещё 5 серий

Только что закончил читать роман "Пнин". При всей моей безоговорочной любви к Набокову, это одна из скучнейших его работ. Да - много загадок, да - необычная композиция. Но, мне совсем не хочется разгадывать ребусы, связанные с пожилым неудачником; а равно восхищаться замысловатым сюжетным нагромождением в блёклых декорациях; и тем более вглядываться в лица беспрестанно мелькающих многочисленных статистов, коих в тоненькой в общем-то книге более 300 обоего пола, включая несовершеннолетних иждивенцев.
Единственный самородок, скрежетнувший об обшарпанное дно моего промывочного лотка, обнаружен в главе нумер один: "Пнин, и это следует особенно подчеркнуть, ни в коем случае не походил на известный тип добродушной немецкой пошлости прошлого столетья, der zerstreute Professor (рассеянный профессор)... Рассеян был не Пнин, а мир, и Пнину приходилось наводить в нём порядок..."
Вот, собственно, и всё.

I.
В последнее время я писал только о плохих книгах. Увы, но именно таковые мне попадались. Поэтому, вдвойне приятно взять в руки бумажное изделие с качественным наполнителем, далёким от шизоидного потока сознания, или мучительных писательских потуг.
На книгу шведского журналиста Петера Фрёберга Идлинга "Улыбка Пол Пота" с подзаголовком "Путешествие по Камбодже красных кхмеров" я наткнулся в "Читай-городе". Видимо, этот подзаголовок ввёл менеджеров магазина в заблуждение, в результате чего она попала в раздел "Путеводители". Хотя, мы с вами люди глубоко просвещённые и понимаем, что Пол Пот никак с развлекательным туризмом связан не был, услуги гида не оказывал. А был поглощён делами более интересными: организация революции и руководство традиционно следующими за ней репрессиями и террором, на фоне которых строилась среди рисовых полей новая коммунистическая утопия.
Что я хочу сказать... Во-первых, это очень хорошая книга, интересно написана, легко читается и усваивается. И я всем её рекомендую. Во-вторых, Камбоджа - удивительная страна и достойна нашего с вами внимания.
Книгу я читаю с карандашом и некоторые помеченные места выложу сюда. Но, начну не с Пол Пота, а его идеологического врага - многострадального короля Сианука и его житья-бытья в дореволюционной Камбодже, только что избавившейся от французского господства.

продолжение тут

Мечта и реальность
О деревенском доме я мечтал давно. И давно мог купить его. Но меня всё время останавливала мысль, что покупка - это лишь начало финансовых расходов. Средства, потраченные в дальнейшем на автоматизацию крестьянского труда, будут эквивалентны стоимости самой недвижимости, а то и превысят её в разы. Я знаю, что есть чудаковатые бородатые 25-летние дядьки, мечтающие "уйти к корням" и наслаждаться "исконным" русским земледелием - соха, лапти, косоворотка, отстёгнутая спина и редька с квасом. Таких идейных полно на Ютубе. Но, я не гонюсь за лубком, и рассматриваю деревню прежде всего как место для творчества. А к крестьянскому труду отношусь утилитарно и прагматично.
Когда мы с Юлькой обсуждали покупку дома, я убеждал её и себя, что землю нужно копать только мотоблоком оборудованным сидячим адаптером, наподобие минитрактора; грядки увлажнять только электронасосом с таймером и автоматическим поливом, крапиву возле забора окашивать исключительно электрокосой (в одной руке коса, в другой - кружка с чаем). Но, когда нам нужно было срочно вложить деньги в недвижимость, подвернулся дом. На технику и агрегаты ассигнаций не хватило. В итоге я сейчас не просто копаю грядки лопатой, я этим инструментом (который мне надоел ещё за годы работы в котельной) поднимаю целину. Грядки орошаю 5-литровой лейкой, бегая за водой к реке. Обедаю всухомятку. Сплю на фанерном "матрасе" (лист фанеры между двух стульев). И даже электричества у меня нет. Чувствую, что процесс роботизации и компьютеризации крестьянского труда будет сильно растянут у меня во времени и пространстве.
А ещё я мечтал заниматься эстетическим скотоводством: разводить породистых чешских коз - красивых таких - коричневых, грациозных, как дикая косуля; держать чистокровную лошадь; огромных и надменных холмогорских гусей; а в довесок - кур, утыканных перьями всех цветов радуги. Но, это всё мечты. Утопия. А то, что происходит сейчас - антиутопия. Моя деревенская идиллия полностью противоположна той, которую я тщательно выстраивал в своих прожектах.


продолжение тут + 5 фото