Меня взаправду путает девчонка,
Опять нас разделяет двадцать пять.
Но я научен, знаю твёрдо, толком
Нужно пристанище ей больше, чем кровать.
Легко поддаться чувству, это как наркотик –
Попробовал, и ты на небесах.
Но кайф уходит, а ее заботы
Ложатся грузом на твоих плечах.
И ты становишься Сизифом подневольным
И носишь бремя мужа много дней
И в услужении становишься безвольным,
И удивляешься ты тупости своей.
Я понимаю – драма неизбежна
Не потому, что не люблю опять.
Я осторожен, я стою небрежно.
Нас, дорогая, разделяет двадцать пять.

Цените женщину-что дорога, любима,
Ту, у которой чистая душа.
Цените женщину, что с вами неделима,
Идёт за Вашим сердцем, не спеша.

Цените женщину, что лаской вас  разбудит.
Ту, что обнимет, поцелует и простит.
Цените женщину, такой у вас не будет,
Что нрав мужской своей любовью укротит.

Цените женщину, что стол для вас накроет.
Ту, что вам дарит тёплые слова.
Цените женщину, что вас поймёт и успокоит.
Жена ведь шея- муж, как голова.

Цените женщину, чьё сердце так красиво.
Ту, что не смотрит на чужие жемчуга.
Цените женщину, что не сжигает, как крапива.
Ту, что не ищет за рекою берега.

Цените женщину, что счастье для вас сшила.
Ту, что вас ценит, и за всё благодарит.
Цените женщину, что верность вам хранила,
Тогда и Бог оценит вас, благословит...

Женщины капризны, многогранны,
Настроенье их не угадать,
Только в каждом облике желанны,
Даже если сразу не понять.

Выходки изменчивой погодой
Накрывают проливным дождём,
Может это просто связь с природой?
Не предугадать чего мы ждём!

Вроде бы с утра бывает ясно,
В полдень сыро, дождик моросит,
Так и женщина: с утра прекрасна,
К вечеру задумчива, грустит.

Без причины хмурится, заплачет,
Молнией пугает и грозой,
Только это ничего не значит,
Солнце улыбнётся за слезой.

Разгоните тучи с небосвода,
Помогите ей счастливой стать,
А характер, связанный с природой,
Ни умом, ни сердцем не понять!

Татьяна Ларина

Чтоб мучить нас – мы им нужны живыми,
Желательно в расцвете лучших лет.
Доставшись им уже немолодыми
Мы резко оборвали счёт побед.

Достаточно насамоутверждались,
Надежды чьи-то рушили не раз,
Не мучаясь сомненьями, влюблялись.
Теперь настало время мучить нас!

Беспечно брошенные нами камни
Прицельно возвращаются назад.
От женщины с закрытыми глазами
Мы принимаем этот камнепад.

Праща, кирпич и немужские формы,
Стоит Давид, соперника убрав,
Он горд, как прыщ. Под царственной платформой
Лежит поверженный им Голиаф.

Мозги, как земляника на опушке.
Достойный нашим женщинам урок –
Не шибко чтоб. С пробитой черепушкой
Какой от мужика в хозяйстве прок?

Борца-самбиста взгляд сосредоточен,
Вот он проводит болевой приём.
Лежим под ним, вопим, но знаем точно -
Чтоб мучить нас – мы им нужны живьём.

Непогрешимой в помыслах сверх меры
Мужчина женщине - работник, смерд.
Не жеребец ей вздыбленный примером,
Скорей, увы, толстовский Холстомер.

Неглубоко, но пашет, сеет, косит,
С чужими свой не путает загон,
Кобыл трёхлеток не волнует вовсе –
За прошлые грехи наказан он.

Бредёт понуро, оббивает ямки,
Соломинка прилипшая у рта,
Пах натирают сбившиеся лямки…
А вы его вожжами вдоль хребта!

Спасибо не оглоблей, а могли бы…
Так и уткнёшься мордою в жнивьё.
Но мы спокойны за своё либидо.
Чтоб мучить нас – мы им нужны живьём.

До свадьбы заживёт, Бог шельму метит,
И не такое видели, старик…
Чем Холстомер хозяину ответит?
Да, скажем прямо – выбор не велик.

Дрожь пробежит по выдубленной коже
Со звёздочкою встретится на лбу.
Хвост вдвое конь от возмущенья сложит,
С достоинством положит на судьбу.

Летит дерьмо налево и направо.
На конском крупе царская печать –
Даровано скотине свыше право
По-скотски на обиды отвечать.

Года преклонные засранцу не помеха,
Когда моча ударит, как праща,
Когда помчится прочим на потеху
Ваш Холстомер, брыкаясь и дрища.

Не осуждайте человека строго,
Шлея под хвост – сам чёрт ему не брат.
За горизонтом скроется дорога,
А кто не спрятался, так я не виноват.

Коня утихомирят, обласкают,
Сведут к ветеринару на приём…
Всех остолопов ждёт судьба такая –
Чтоб мучить нас – мы им нужны живьём.

P.S.
Шучу, конечно, мы их любим жгуче
За крутизну, за хватку, за уют…
А то, не приведи Господь, прищучат,
Как Голиафа до смерти забьют.

Валерий Белов