"Молчат от безразличия. Плохо то, что даже люди, что-то имевшие внутри себя, стали охладевать и говорить: «Разве я смогу изменить ситуацию»? Мы должны с дерзновением исповедовать нашу веру, потому что если мы промолчим, то понесем ответственность. В эти трудные годы каждый из нас должен делать то, что возможно. А что невозможно, оставлять на волю Божию. Так наша совесть будет спокойна".
[630x380] Нестандартная история о войне, о невинных жертвах войны, как попытка достучаться к жестоким сердцам ныне живущих, тех, кто строит на земле не рай, но концлагерь...
http://kinogo.co/1518-malchik-v-polosatoy-pizhame-2008.html
[700x370]
Из ФБ: Наталия Юраш
Иногда человек теряет веру, потому что это его единственная защита против совести, – говорит митрополит Сурожский Антоний. Вот одна история. Был у владыки знакомый батюшка – очень тонкий, образованный человек. В прошлом он был безбожником, но однажды услышал от знакомого по эмиграции священника: – А ты попробуй, Саша, вспомнить, когда и почему ты захотел, чтобы Бога не было. Саша вернулся домой озадаченный. Перебрал в уме всю жизнь, а когда дошел до шестилетнего возраста, то вдруг начал что-то понимать. Он жил тогда в одном из городов России, каждое воскресенье бывал в церкви. Родители давали ему копеечку для нищего, и для мальчика это много значило. Он входил в храм с мыслью, что сделал доброе дело, оказал любовь. Но однажды Саше ужасно захотелось купить лошадку – она стоила всего шесть копеек, но мама отказала ему в деньгах. И тогда в ближайшее воскресенье он решил, что если шесть раз не дать нищему денежки, то мечта исполнится. И он прошел мимо несчастного. Потом наступило второе воскресенье, третье. В четвертый раз Сашей овладела мысль позаимствовать копейку из шапки убогого. Тогда можно будет купить лошадку еще раньше. Он так и сделал, но вдруг почувствовал, что он не может больше в церкви предстоять перед Богом, и забился в какой-то угол. И когда однажды вернулся из Петербурга брат мальчика со словами, что Бога нет, Саша за эту идею немедленно ухватился. Впоследствии он оградил свое неверие стеной философии и самых разумных доводов. Знакомство с богословием никак не повлияло. Стена все росла и готова была уже достигнуть неба, когда вдруг рухнула от одного честного, любящего вопроса сельского священника. Не ум нужно будить в атеисте, а совесть.
«Когда я жил с бабушкой и мамой, у нас в квартире завелись мыши, – рассказывал митр.Сурожский Антоний. – Они полками бегали, и мы не знали, как от них отделаться. Мышеловки мы не хотели ставить, потому что нам было жалко мышей.
Я вспомнил, что в требнике есть увещевание одного из святых диким зверям. Там начинается со львов, тигров и заканчивается клопами. И я решил попробовать. Сел на койку перед камином, надел епитрахиль, взял книгу и сказал этому святому: «Я ничуть не верю, что из этого что-то получится, но раз ты это написал, ты, значит, верил. Я твои слова скажу, может быть, мышь поверит, а ты молись о том, чтобы это получилось».
Я сел. Вышла мышь. Я ее перекрестил: «Сиди и слушай!» – и прочел молитву. Когда я кончил, перекрестил ее снова: «Теперь иди и скажи другим». И после этого ни одной мыши у нас не было!»
«Право сделавшего добро забыть о сделанном добре. Обязанность согретого добром помнить об этом. Мир рушится там, где эта связь разомкнулась, где сделавший добро назойливо памятлив, а согретый добром впадает в беспамятство. Мир, в котором ты видел хотя бы одного человека, всю жизнь благодарно помнившего о сделанном добре, даже тогда, когда сделавший добро начисто забыл о нем, да и сам сгинул, отдав свое легкое тело вечной мерзлоте, этот мир еще не окончательно протух, и он в самом деле стоит нашей отваги жить и быть человеком». (Фазиль Искандер)
[640x511]
Под наркозом у сатаны.
Молодая прихожанка зашла в церковь, чтобы задать священнику вопрос:
– Почему люди часто говорят, что грехи причиняют душе боль? Я не чувствую никакой боли, хотя и много грешу…
– Сатана хитер, – ответил священник, – он дает людям наркоз мирских удовольствий, чтобы те не смоли понять того вреда, который наносят себе сами. Но однажды действие этого наркоза закончится, и боль, охватившая душу, будет такой сильной, что жить дальше станет невыносимо. Но смерть не даст облегчения. Перед адским пламенем даже самое большое мирское страдание покажется настоящим пустяком.
О, как надо беречь душу от греха, чтобы защитить свое будущее от боли.
Юлия Зельвинская Фламандская живопись
[400x225]



Совсем стара...Куда теперь ей деться? В дом престарелых?- Со стыда сгорит! Трех сыновей растившая под сердцем, С таким теплом о каждом говорит. Пора и к сыновьям, куда же боле, А там уж, как рассудит бог... Идет старушка в город , через пожни , С мешком сушеных ягод и грибов. Сперва к меньшему:"Как там самый малый? С пеленок хвор был... Бросил бы курить.. " На встречу ей раскинул руки: "Мама!!!!" И двери не успели затворить. Как рад ей сын! Черпнул малины горстью, Сажает на тахту, спихнув кота, Поит он чаем дорогую гостью, А по утру: "Теперь то , мать, куда?" С одышкой, в гору , к среднему старуха... И вот уж перед ней знакомый дом. "Останься ма...." И не хватило духа, а к горлу подступил обиды ком. И встала сватья на посту у зыбки, И гостья - мать слезу превозмогла... Сноха на кухне, не гася улыбки, Отрезала в дорогу пирога. И с мягким, липким пирогом в кармане На станцию, и дальний взят билет... И по утру ее в густом тумане, Среди немых камней застал рассвет. Вот и нашла хоромину сыновью. Так что ж он не зовет её домой, И не целует родинку над бровью, И не берет на радостях гармонь??? Под обелиском старший... Рад ли маме? Сползает влажный на глаза платок, Руками обняла холодный камень, И вырвалось: "Возьми меня, сынок!!!" Совсем стара, куда ж теперь ей деться? В дом престарелых? Со стыда сгорит... Трех сыновей носившая под сердцем, С таким теплом о каждом говорит
Недавно мне на глаза попался автореферат докторской диссертации известного депутата Государственной Думы РФ, члена комитета по охране здоровья и огранизатора здравоохранения республики Башкорстан Салии Мурзабаевой:
"ОПТИМИЗАЦИЯ МЕДИКО-ГЕНЕТИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН" (2010 г.).
http://www.med-gen.ru/ar/ar_MurzabaevaSSh.doc
Этот материал интересен тем, что весьма недвусмысленным образом перадаёт суть идеологии, на которой основаны активно продвигаемые в стране государственные программы пренатальной диагностики.
Один прихожанин перестал ходить в церковь. Раньше он всегда по выходным дням делал это. Шло время, и однажды священник решил его навестить. Он отправился к нему домой. Дверь была открыта, и батюшка вошел вовнутрь. Бывший прихожанин сидел в полном одиночестве перед камином. Когда он увидел священника, кивнул ему головой в знак приветствия и жестом предложил присесть. Устроившись поудобней, священник так же стал смотреть на красиво играющее в камине пламя. Мужчины молчали. Через несколько минут батюшка вдруг поднялся, взял каминные щипцы, подхватил ими пылающую головешку и отложил в сторону, подальше от общего пламени. Затем он вновь сел. Молчание продолжалось. Вынутая головешка тем временем уже перестала полыхать, а только слегка алела, и еще через некоторое время совсем остыла и почернела. Священник снова встал, взял щипцы и положил потухшую головешку обратно в очаг. Через мгновенье она уже пылала, как ее соседи. Отложив щипцы, священник молча направился к выходу и, когда он уже был в дверях, услышал слова:
– Спасибо за визит, и за проповедь у камина. В это воскресенье я обязательно приду.