[показать] LOVE STORE (Поездная история)
Эту историю я услышала в поезде. По роду своей деятельности мне часто приходится мотаться по городам и весям в поисках сенсации и прочего журналистского материала. Много времени приходится проводить в поездах и самолётах, но больше в поездах. Вы не задумывались, почему в поезде люди часто рассказывают незнакомым попутчикам свои горести и радости? Не случайно же известные классики Ильф и Петров назвали вокзалы зоной отчуждения.… В поезде есть какая – то магия, толкающая людей на откровения с незнакомцами. То, что они тщательно скрывают от близких и не очень, здесь вырывается на свободу.
Я возвращалась из командировки в Россию. Попутчицами моими по купе были две немолодые уже женщины лет за пятьдесят. Одна в тёмной одежде и с заплаканными глазами явно возвращалась с похорон достаточно близкого человека. Другая гостила у детей и внуков. Та, что гостила, по доброте душевной, пыталась отвлечь скорбящую от её воспоминаний, рассказывая о своих детях и, особенно, внуках. Обе были очень взволнованы впечатлениями и спать, видимо, не собирались. Думая, что я давно сплю (время было позднее, а молодые, как известно, проблем со сном не имеют), они тихо очень беседовали о своём…
Я, набегавшись за день, под тихий разговор и перестук колёс начала уже дремать, как вдруг мой охотничий инстинкт сделал стойку, и я услышала начало истории. Машинально включила диктофон и приготовилась слушать…. Вам передаю эту жизненную историю слово в слово, как она была рассказана, только имена, на всякий случай, изменила…
“… Со своей любовью я впервые встретилась очень давно… Мне тогда было 7 лет, а ему 11. Наши родители были родственниками: мой отец и его мать были братом и сестрой, т.е. мы были кузенами, как говорили в старину…. Дело было через несколько лет после войны, мои родители и я ехали в гости в город Алма-Ата. Ехали очень долго, больше недели, до сих пор помни свои впечатления: казашки, подносы с рыбой, пуховые платки, а особенно – поле маков за окном поезда на всём пространстве, куда только доставал глаз. Наши отцы были военнослужащими, воевали, мама моя познакомилась с отцом на фронте…
Помню, был он, Алёша, худеньким голубоглазым мальчиком, очень подвижным. Когда вечером наши родители отправились в городской театр, Алёша построил меня и своего младшего брата , и мы маршировали, а он командовал: “Ать-два, солдатушки, браво, ребятушки!”
Второй раз мы встретились, когда мне уже было 16. Родители отправили меня к тётке, что жила у Азовского моря в собственном доме. Алёшина семья к тому времени построила там дом. Его мать и моя тётя Надя были родными сёстрами. Я тогда была очень серьёзной девочкой, училась в физико-математической школе и очень небрежно в разговоре с Алёшей, на ту пору студентом Металлургического института, манипулировала такими словами, как алгебра-логика, интегралы и дифференциалы….
Помню, после незаконченной партии в шахматы он повёз меня на велосипеде к тёте Наде на одну из соседних улиц. Ехать на раме было очень неудобно, дорога неровная, я всю дорогу боялась упасть в канаву. Он, вспоминая это много лет спустя, говорил, что помнит, как взволновала тогда его наша невольная близость, какая-то смесь братской и иной любви. Алёша тогда уже был юношей, а я в свои 16 больше, чем на 13 не выглядела со всеми своими розовыми щёчками, льняными волосиками до плеч и кукольными платьицами, что с любовью шила мне мама.
Третья наша встреча была началом нашей только ещё зарождающейся любви. Через три года я опять приехала к тёте на море. Погода в июне была совсем не пляжная, я скучала и решила вернуться домой, предварительно поменяв билет на самолёт. Была суббота, и моя хитрая тётя отвела меня к Алёше под предлогом, что ей некогда было везти меня в кассы. Сама я город знала плохо, нужен был провожатый. 19 лет не 16, - согласитесь, разница большая. Пока мы ехали через весь город, разговаривая и всё больше сближаясь, выглянуло солнышко. И Алёша предложил мне не спешить улетать. Гуляли мы до поздней ночи.… Никогда раньше не приходилось мне гулять с юношей вдоль моря по песку и под луной. Влюбилась я тогда так, как мне, влюбчивой натуре, никогда раньше не приходилось…
Вернувшись домой, размечталась о том, о чём обычно мечтают невинные девушки, а пока писала письма. Получала нежные ответы со словами “птенчик” и тому подобными нежностями. Так прошел год. Жизнь продолжалась. Я училась, он работал. У меня были друзья-ребята, у него – девушки…
Прошёл год, я ужасно скучала и рвалась к нему. В то время один из моих друзей захотел поехать на море. Я зачем-то предложила поехать со мной. Я тогда была таких передовых взглядов, что ничего предосудительного в нашей поездке к родственникам не видела. Что-то вроде вызова предрассудкам. Где-то в глубинах души, видимо, таилась исконная женская хитрость: увидит любимый, какой у меня красивый друг, заревнует и подвинется к решительным шагам.
Читать далее...