[240x180]Жили два брата в большой бедности, и крепкая любовь связывала их сердца, крепкая дружба соединяла дела и помыслы. И были они всегда вместе: и в будни, и в праздники, и в счастье, и в горе. Но вот однажды повезло одному брату: нашел он деньги и не просто несколько звонких монет, а целое состояние. -- И почему я должен делиться с кем-то, если нашел я, -- подумал разбогатевший в одночасье брат. И стал он сторониться своего бедного родственника. Но бедняк так любил своего брата, что не заметил никаких перемен. Вот пришел как-то бедный брат к богатому, а тот, спрятавшись, что-то ел, пошутил он над братом и без обиды ушел. Пришел через время и попал на веселый праздник в доме богача. Зашел бедный по привычке в дом брата и увидел хозяина за богато накрытым столом. -- Если у тебя накрыт стол и много света кругом, значит, у тебя праздник в душе, я зашел поздравить тебя. Счастья тебе, мой любимый брат, -- искренне произнес бедный. Но богатый не поднял глаз на вошедшего, он сделал вид, что не видит и не слышит его, продолжая ковыряться в блюде со сладким. И понял вдруг бедный, что пришел не вовремя, и впервые почувствовал, что ему не только не рады в этом доме, но даже раздосадованы его внезапным непрошеным появлением. Ему стало так неловко и больно, но более за то, что любовь его, чистая и бесхитростная, принимается как дурное явление. В этот момент он не знал, как себя вести и что делать. Потоптавшись, бедняк развернулся и ушел прочь, и больше не появлялся в доме богатого брата. Но с той самой минуты стало болеть у него сердце, не за себя, за мир, в котором властвует зло. И болело оно у него всегда, и переросла эта боль в болезнь сердца, но не ушел он от нее в мир иной, как случается, а жил долго, потому что принимал в свое сердце чужую боль, облегчая жизнь каждого. А богатый брат, легко отделавшись от надоевшего ему бедного, не унывал, он даже радовался тому, что теперь ему не придется прятаться от бедного брата, с которым надо бы поделиться. С той счастливой для него минуты он сладко ел и сладко пил, имел достаточно богатства и был счастлив. Он постоянно что- то покупал, украшая дом и себя, и в этой погоне за искусственной красотой, он чувствовал, как что-то теряет, но некогда было даже задуматься над этим. Искусственная красота ослепила его, и он не замечал уже красоты истинной. Красота человеческая забывалась. Он не помнил уже, что такое добро, бескорыстие, милосердие, человечность. Он жил в довольстве и был счастлив. И одна и та же мысль билась в голове: "Все -- мне, все -- мое, и ни с кем не надо делиться". Но вдруг появились у него боли в голове и становились они с каждым днем сильнее и сильнее, и стали мучить они его каждодневно. И не было больше счастья, беспрестанная боль была постоянной спутницей его жизни. Не помогли ему ни лекари, ни припарки. И решил он спросить у Мудреца-провидца, как можно избавиться от головной боли. И сказал ему Мудрец: -- Когда жиреет сердце, оно не в состоянии протолкнуть кровь к мозгу, тогда воспаляются мозги и болят. -- Что же делать мне, чем лечиться, чтобы избавить себя от этой мучительной болезни? -- вопил, изнемогая от боли, богач. -- Похудеть, -- ответил Мудрец. -- Но похудеть гораздо тяжелее, чем ожиреть. Чтобы ожиреть, сил прикладывать не надо, а чтобы похудеть, огромная сила воли нужна. У таких, как ты, ее обычно не бывает, и умирают подобные тебе не от старости и дряхлости тела, а в молодости от головной боли, потому что от большой глупости она в основном болит. " Так и случилось, умер богач молодым и от невыносимой головной боли. Все знают, что умереть можно от сердечной болезни, а не от головной. Пусть лучше болит сердце, чем голова. Сердце болит от чувств, а голова-- от низких мыслей.
Пусть лучше болит сердце, чем голова. Сердце болит от чувств, а голова- от низких мыслей.
http://pritchi.castle.by/ras-03-8.html
В день свадьбы одного человека подошел к счастливцу старец и сказал:
-- Я должен омрачить твое счастье. Падут камни с неба и сделают тебя уродом, и пойдешь ты по этой земле гонимый людьми, как ветром. Это -- судьба твоя, ее не обойдешь, ее не переступишь. За грехи твои прошлые быть тебе изгоем и нести кару Судьбы до последних дней твоей жизни.
Страшно счастливцу было слышать такие слова, но он знал Великий Закон Судьбы и безропотно принял горькую весть. Только беспокоила его судьба любимой женщины, ставшей его женой, и он остановил старца вопросом:
-- Скажи, провидец, не коснется ли несчастье жены моей?
Старец внимательно посмотрел на человека и сказал:
-- Я вижу искренность в глазах твоих и хотел бы тебя утешить, что у жены твоей завидная судьба...
И старец исчез. И вздохнул облегченно человек, и сказал жене своей, доброчестивой красавице:
-- Из чистой и большой любви к тебе я отрекаюсь от тебя первым, чтобы не причинить тебе боль, не обречь на страдания и несчастье. Я хочу, чтобы горе не коснулось острым ножом прекрасного лица твоего и не изрыло его безобразными морщинами. Я хочу, чтобы печаль не вошла в сердце твое и не породила в нем боли. Я хочу, чтобы ты всегда была так же красива и счастлива, как сегодня.
Ничего не ответила ему жена. И, простившись, он покинул ее.
Не долго пришлось ждать карающего меча Судьбы. В одну из ночей разыгралась буря, и посыпались камни с неба, и обрушился этот камнепад на человека. Такой страшной боли он еще никогда не испытывал. Когда ураган стих, оказался человек засыпанным камнями, из-под которых не мог даже выбраться. Сколько он пролежал под ними и что с ним потом было, он не помнил, но когда открыл глаза, то увидел перед собой свою жену в простом платье и с потухшими от горя глазами.
-- Ты пришел в себя, значит, будешь жить. Не гони меня более, я все равно не уйду, потому что связаны мы Судьбой и быть нам вместе до последних дней наших и в горе, и в радости.
Не мог противиться человек, ибо был он привязан к ложу своему слабостью израненного тела, но когда раны зажили, он украдкой вышел из лачуги и ушел, чтобы не обременять любимую женщину уродством своим.
Пройдя не так много, он наклонился к ручью напиться и увидел в дрожащем зеркале ручья до боли знакомый образ.
-- Я проклят Судьбой за грехи свои, и это -- мой крест, и нести его мне без стенаний и ропота. Я не могу обрекать тебя на эти страшные муки, потому что любовь моя выше жалости к себе, -- обратился он к той, чье отражение дрожало в воде. -- Оставь меня, чтобы в тиши мирской жизни свить себе гнездо, завести в нем детей и жить, как живут все, в довольстве и счастье. Я же не могу дать тебе ничего, кроме страданий, но любовь моя к тебе так велика, что причиняя тебе боль, я буду мучаться сам еще больше. Оставь меня, чтобы облегчить мои страдания, и я буду более спокоен от счастья твоего.
И ушел несчастный, волоча за собой ногу и опираясь на палку изуродованной единственной рукой.
В одном селении, куда зашел человек попросить хлеба, он заступился за ободранную, больную кошку, которую таскали на веревке мальчишки, но баловни судьбы, увидев новую жертву, в порыве тупого безумия накинулись на нее. Страшной жестокости они подвергли несчастного, и лежал он на земле растерзанный и избитый. И вдруг чья-то тень заслонила палящее солнце, безжалостно обжигающее свежие раны. Открыл глаза свои человек и увидел жену. Тогда он заплакал от бессилия, умоляя ее покинуть его, потому что он страдает вдвое больше, когда видит любимое лицо, изменяющееся от страданий и боли.
И снова он ушел, и так убегал от нее всегда, но после каждой неудачной встречи с людьми или страшными явлениями природы, приносившими ему новую боль и новые страдания, он видел возле себя женщину, которая была его женой. И сказала она ему однажды:
-- Я -- жена твоя перед Богом. Он связал наши судьбы, и я не могу нарушить то, что разрушить невозможно. Не из страха за грехи я хожу за тобой, а из любви человеческой. Я не в силах покинуть тебя, ибо это не в силах моих. Твоя судьба -- моя судьба, и ничто не остановит меня, ибо долг мой быть рядом с тем, с кем связана я невидимой нитью Великой Судьбы Жизни. И не могу я быть счастлива при виде несчастья. И не могу быть спокойна при виде горя. И не могу быть равнодушна при виде страдания. Нет у меня иного пути, чем путь милосердия. Нет иного смысла жизни, чем ниспослание любви своей, которая залечивает и телесные, и душевные раны, и ниспослание добра своего, которое дает силу в преодолении трудностей. И не смогу я быть счастливой, помня о