Мы не раз убеждались, что реклама может иметь художественную ценность. А еще она, уж конечно, может быть социально значимой. На стыке этих двух категорий появляются настоящие шедевры рекламного мастерства - как, например, лучшие образцы зеленой рекламы, призванные воспитать в нас экологическое сознание и научить хорошему отношению к лошадям и другим животным. На такие произведения рекламного искусства мы и полюбуемся в этом обзоре.
Животные под пулями
[550x380]
В детстве я заикался. Причем сильно — едва фразу мог договорить. А если вы заика, вам всегда не по себе, всегда что-то подсознательно мешает. Люди с вами чувствуют себя неловко, потому что хотят помочь вам справиться с предложением, а вы от этого запинаетесь еще больше — словом, порочный круг. Родители помогли мне просто тем, что как бы не замечали моего недостатка. В таких случаях сострадание и любовь — лучшие лекарства.
Когда тебе приходится туго, есть два варианта: покориться или пройти сквозь огонь. Я думал: ладно, я заика. Зато я могу вас рассмешить, так что вы об этом забудете. Этакий фокус. И я всегда старался развеселить приятелей, откалывал номера, чтобы посмешить сверстников, хотя это вряд ли казалось таким уж забавным нашим учителям.
Я не хотел считать себя неполноценным и попросился на роль в школьном спектакле. Классе в восьмом. Вышел на сцену — и случилось чудо: я перестал заикаться! А после конца спектакля начал снова. Стоило мне притвориться кем-то другим, не собой, как мой дефект пропадал. Из-за этого мне все больше и больше нравилось играть на сцене. Я сражался с заиканием целые годы и наконец победил. Поступая в колледж, я уже знал, что хочу быть актером.
Когда мне было чуть больше двадцати, по нелепой случайности погибли несколько моих друзей. Примерно тогда же брата на шоссе сбила машина. Он отлетел метров на двадцать, а потом полгода лежал в больнице. Вскоре у сестры определили тяжелую форму лимфоматоза. Сейчас у нее полная ремиссия, но был короткий период, когда мы думали, что она вот-вот умрет. Так что я почти всегда ощущал, как хрупка жизнь. Говорят, боль — привилегия живых: когда умираешь, страдания прекращаются. Я в это верю. Когда думаешь о смерти, своей или чьей-то еще, чувствуешь, что умом этого не понять.
Лет до тридцати я прожил в Нью-Йорке — наверное, это была самая сумасшедшая пора в моей жизни. До сих пор улыбаюсь, как вспомню. Обязанность была только одна: успеть вовремя в театр. Никаких забот. В двадцать пять можно транжирить нервные клетки миллионами.
Потом я стал телезвездой, потом кинозвездой. Взмыл вверх на волне славы и тогда понял, в чем минус такой удачи. Это потеря анонимности. ТВ-шоу, фильмы, интервью в журналах и на телевидении, сплетни — все вместе создает голограмму, которую люди принимают за тебя. Но это иллюзия. Такая же, как иллюзии религии и власти. Было время, когда я страшно злился и протестовал. Теперь стал намного спокойнее. И все же — вы уж меня извините — я не буду ничего говорить о своей личной жизни. У меня осталось так мало личного, что я не хотел бы им делиться.
Я знаю, что такое быть знаменитым, и благодаря этому хорошо понимаю, что такое настоящая дружба. Большинство моих друзей знали меня еще тогда, когда я был гораздо беднее. И все они до единого помогают мне не относиться к теперешнему положению слишком серьезно.
Прежде я не отделял жизнь от работы. Но когда меня закидали камнями после «Гудзонского ястреба», я научился отделять одно от другого. Теперь на работе веду себя как любой другой человек: просто стараюсь делать все, на что способен.
Когда я был мальчишкой, сорокапятилетние казались мне стариками. Сейчас я не чувствую груза лет, но вижу морщины у себя на лице. Слишком много смеялся! В душе-то я еще молодой, лет на двадцать пять. Но пить бросил. Когда у тебя свои дети, нехорошо напиваться. Я хочу прожить подольше ради своих детей. Хочу еще с их детьми побегать.
Есть такая картина с идущим человеком: он начинает с момента, когда был еще крохотным младенцем. И вот он идет и идет, становясь высоким и сильным, а потом понемногу стареет, горбится, у него подкашиваются ноги… Я бы всем посоветовал повесить эту картину себе на стенку. Так человек может каждое утро вставать и говорить: «Вот в какой точке жизненного пути я сейчас нахожусь». Если смотреть на эту картину каждый день и спрашивать себя, сколько лет вам еще осталось, вы научитесь не тратить время попусту. Жизнь коротка, даже если доживешь до девяноста. Живи на полную катушку — вот как я считаю. Цени каждый миг, каждый час, каждый день, потому что не успеешь и глазом моргнуть, как все кончится. Я абсолютно уверен, что для большинства людей их смерть становится
78-летняя Элиза Кларк возвращалась домой в Канаду после того, как погостила у родственников в Техасе. Имея больное бедро, Элиза была привязана к инвалидной коляске во время путешествий. Ей предстояло еще долететь до Чикаго, а там пересесть на рейс, следующий в Канаду. Из-за ошибки сотрудника аэропорта Элиза ждала свой самолет у другого гейта и поэтому пропустила свой рейс.
«Я была голодна и чувствовала себя полностью покинутой, а также боялась, что если в Чикаго не успею на свой самолет, то мне придется провести ночь в аэропорту», – рассказывает Элиза. С этими мыслями она, еле сдерживая слезы, смотрела в пол и обратила внимание на прекрасно начищенные туфли мужчины сидящего рядом. «Я хотела поговорить с кем-то, чтобы отвлечься от своих мыслей», – говорит Кларк. Элиза выросла в бедной семье и мать научила ее, что люди, которые хорошо одеваются, уважают себя и других. Поэтому она с простотой обратилась к соседу: «Сэр, вы не против рассказать, что-нибудь о себе, потому что я всегда восхищалась начищенной обувью».
43-летний Дин Гермеер из Чикаго совсем не был против. Разговорившись, он взял Элизу под свое крыло. Он договорился о том, чтобы инвалидная коляска встречала Элизу в аэропорту Чикаго. Когда они приземлились, он провел ее до нужного гейта, но оказалось, что Элиза пропустила свой самолет. Дин счел невозможным оставить женщину ночевать в аэропорту. Он сказал, что она чья-то бабушка и оставить ее голодной и беспомощной просто невозможно. Поэтому Дин позвонил своей жене и сказал, чтобы она накрывала стол на троих. После того как они пообедали у него дома, Дин организовал для Элизы краткую экскурсию по Чикаго, а затем поселил ее в отеле рядом со своим домом и распорядился насчет такси в аэропорт на следующий день.
«Он даже выдал мне новую зубную щетку и пасту», – говорит Элиза – «Я просто сидела в номере отеля, который он мне снял, и плакала, плакала. Так красиво было всё, что он сделал для меня».
По материалам: artofmanliness.com
Одно из многих удивительных и необычных явлений у людей — гетерохромия, т.е. разный цвет глаз у одного и того же человека. Вызывается избытком или нехваткой меланина и чаще всего имеет генетические корни. Стоит отметить, что некоторые люди с разным цветом глаз выглядят довольно привлекательно
[показать]
Любовь всегда терпелива и добра,она никогда не ревнует.Любовь не бывает хвастливой и тчеславной,грубой и эгоистичной,она не обижаеться и не обижает!
Женщина никогда не снимает футболку, ухватив на спине.
Женщины не чешут в затылке. Во-первых, они не любят демонстрировать свою растерянность, во-вторых, это портит прическу.
Женщина часто наматывает прядки волос, даже коротких, на палец или щекочет кисточкой из волос себе щеку. Мужчины так делают редко.
Женщина никогда по-настоящему не поймет, почему футболисты, выстраиваясь в стенку, делают такую смешную горку ладонями. Поэтому она не вздрагивает, когда в кино герой получает удар ботинком в промежность.
Женщина не прикусывает сигарету зубами. Она не оставляет ее во рту, а всегда держит в руке.
Зевая, женщина прикрывает рот ладонью, а не кулаком.