И вот очередная страница истории психиатрии. Список имён, оставивших свой след в психиатрии XVII века (Тыц и Тыц), был бы неполон без Паоло Заккиаса. Вот уж кого можно было бы без преувеличения назвать главным психиатром всея Священной Римской империи. Дело в том, что умному, хитрому и амбициозному итальянцу удалось оказаться на должности придворного врача папы Римского Иннокентия Х, а позже, когда Джамбаттиста Памфили отправился держать ответ за дела свои земные перед шефом, продолжить свою службу у пап Римского Александра VII.
Это только может показаться, что работа у Паоло была откровенной синекурой. На самом деле хватало как собственно пациентов, которых надо было лечить, так и напрямую связанны с их болезнями правовых вопросов. Заккиас справлялся, и его нагрузили ещё и должностью советника Трибунала Священной Римской Роты.
Практика оказалась столь обширной, что Паоло пишет семь (позже расширив до девяти) томов «Quaestiones medico-legales», или «Судебно-медицинских вопросов» - первое столь подробное руководство по судебной медицине в целом и судебной психиатрии в частности.
Он же, основываясь на собственных наблюдениях и умозаключениях, даёт собственную классификацию (будем считать её третьей в истории) психических болезней, вслед за античными медиками и Феликсом Платером. И если Платер в своей классификации делал упор на причины и механизмы помешательства, то Заккиас отталкивается от того, как же оно выглядит и чем себя проявляет. Выглядела его классификация так:
I. Первичные душевные заболевания. Это:
1) Мания (частные случаи — экстаз, ликантропия, гидрофобия, или бешенство, а также психические заболевания, приключающиеся от ядов и от укусов ядовитых животных)
2) Меланхолия, которая, в свою очередь, бывает ипохондрической с бредом, ипохондрической без бреда, а также с галлюцинациями, но без бреда. Близкими к меланхолии Заккиас также предлагал считать людей в следующих состояниях: влюблённых, демониаков, фанатиков, лимфатиков, энтузиастов, а также разгуливающих по ночам, или ноктамбул.
II. Вторичные душевные заболевания. К ним Заккиас отнёс:
1) апоплексию, 2) эпилепсию, 3) летаргию, 4) кому, 5) обмороки , 6) агонию
III. Страсти:
1) гнев, 2) страх, 3) разврат и расточительность, 4) опьянение и пьянство.
Была у Паоло ещё одна причина построить классификацию именно так, но о ней чуть позже.
В рекомендациях по диагностике, которые даёт Заккиас, виден стиль уже не просто философствующего доктора, по совместительству учёного широкого профиля (хотя по тем временам от все они такими были) — чётко проступают черты эксперта, в чём-то даже детектива. Он учил: уж если болезни человека отличаются одна от другой, то почему вы думаете, что одна и таже болезнь у разных людей будет течь одинаково? Ничего подобного. Сходные черты найдутся, не без того. Но непременно на эти симптомы наложится темперамент пациента — и вот тут уже возможны нюансы.
Поэтому мало спросить, что болит и что беспокоит. Надо глядеть на самого больного: какова мимика, как он жестикулирует, как держит и подаёт себя в целом. И оязательно нужно расспросить человека о его прошлом: многое станет понятным уже из такого расспроса, и он не будет пустой потерей времени. Кроме того, стоит знать и принимать во внимание телесное здоровье пациента, поскольку некоторые из болезней тела сами по себе могут причинять отклонения в душевной деятельности.
Именно Заккиас первым чётко отделил друг от друга такие термины, как мания и меланхолия. Мол, раньше с ними был полный бардак: Гиппократ толком их не разделял между собой и пользовался то одним, то другим
Я полагаю, многие из вас сталкивались с ситуацией, когда воображение рисовало картинку, которую вы потом старались поскорее забыть — тщательно, но не очень-то успешно. И когда попытки не думать, не вспоминать о ней, забыть поскорее, как назло, вновь и вновь воскрешали этот образ в голове.
Как показывает практика многих и многих, пытавшихся задавить собственного розового слона или пристрелить белую обезьяну, вот так вот взять и не думать про образ, который стал навязчивым, не очень-то получается даже у здорового человека, не говоря про тех, кто страдает неврозом навязчивых состояний.
Проще, если удаётся переключиться на другой образ или их череду — и чтобы по возможности чем-нибудь хорошенько при этом занять свои мысли и своё воображение. Иначе пустота снова заполнится тем самым, от чего хотели избавиться. А просто взять и не думать — нет, не то чтобы совсем невозможно, но решительно сложнее.
И, как выяснили недавно учёные, всё равно этот образ какое-то время «висит». Видимо, зацепили их эти самые розовые слоны, а тут под рукой ещё и аппарат МРТ оказался — в общем, решено было проверить.
Исследование вели австралийцы, группа товарищей под руководством Роджера Кениг-Роберта и Джоула Пирсона. Задание добровольцам давали внешне несложное: вначале выдавалась записка — вроде «красное яблоко» или «зелёная брокколи» — и надо было представить себе соответствующую картинку. Параллельно с помощью функциональной МРТ регистрировалось изменение активности в соответствующих отделах мозга (в данном случае — прицельно в зрительной коре). Потом участникам эксперимента наказывали забыть про то, что они там себе навоображали. И через 12 секунд спрашивали, удалось или нет. По отчётам, удалось восьми добровольцам из 15. Но это они так утверждали: на фМРТ было видно, что сама активность коры в тех участках не делась никуда — то есть, образ продолжал существовать.
Также исследование наглядно показало, что образы генерятся в правом полушарии, а попытками их подавить заведует левое — и у него не очень-то получается: даже если сознание отвлеклось от образа, переключилось на что-то иное — он продолжает существовать. И да, у тех, кто докладывал об успешном «забывании», активно работали области коры, ответственные за исполнение задач, а у тех, кто не смог — всё та же отделы зрительной коры и отделы, ответственные за память.
Основной вывод последовал такой: мол, теперь понятно, почему от некоторых мыслей так сложно избавиться — образ-то остаётся. А как по мне, было бы здорово, если бы ребята продолжили исследование и при этом ответили на два вопроса. Первый — как именно получается «перебить мысль», отвлечься тем, кто не испытывает с этим особых проблем? Поскольку кое-что учёные по своим результатам уцепили, но неплохо было бы набрать побольше статистики. И вторая: что с этим не так у пациентов с навязчивыми состояниями?
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене
Продолжу рассказ об истории психиатрии. Остановились мы на XVII веке. На том, как Лепуа истериков описывал. Впрочем, и многие другие врачи, его современники, наперебой описывают наблюдаемые ими клинические случаи (и чем реже случай — тем охотнее: в самом деле, не про понос же с золотухой писать).
К примеру, Николас Тульп (он же Николаус Тульпиус, если в латинской транскрипции), которому принадлежит девиз «Aliis inserviendo consumor» и которого Рембрандт изобразил на холсте «Урок анатомии доктора Тульпа», описал случай, когда душевнобольная женщина в течение пяти месяцев кряду ритмично молотила себя кулаками по коленям. Да так сильно, что во избежание травм приходилось класть ей на колени подушку. Тульп даже подумал, что открыл новое заболевание, которое окрестил malleatio, или «молочение» - ну как молотобоец орудует. Впрочем, не будем судить его строго: в конце концов, и среди наших современников хватает охотников описать какую-нибудь «болезнь всего Кузи» и изобретателей новых терминов вроде ковидофобии или снэпчат-дисморфофобии.
Даниель Зеннерт, который не только врачевал, но и студентов учил, будучи профессором медицины в Виттенберге, тоже успел и повидать, и описать не один случай помешательства. Так, рассказывал он про молодого человека, который уверял, что нынешние цари и короли — это, конечно, круто, но куда им до него, любимого. Вот он, между прочим, позвольте, кстати, представиться — царь всего мира. Да. Царь. Очень приятно. Царь. Чего в Саксонии такой бардак, спрашиваете? Так это не ко мне вопрос, а к этому, кто там у нас... да, точно, курфюрсту Иоганну Георгу II. Самому предлагаете править? Да вы с ума сошли, мне этот курятник не по чину. Опять же, мелковато будет: где та Саксония и где весь мир? И я им не управляю, а царствую, прочувствуйте разницу.
Описывал Зеннерт страдания одного купца. Ну всё хорошо было у человека: и дела шли, и деньги не только водились, но и вертелись, и сам он был человеком, с виду здравомыслящим и умеющим поддержать разговор на многие темы. Если только не касаться одной — его состояния. Тут он становился печален и буквально со слезами на глазах уверял собеседника, что разорён, что вот сейчас прямо встанет — и по миру пойдёт. И разубедить его в том не было никакой возможности. Что поделаешь — меланхолия.
Саму меланхолию Зеннерт делил на восемь видов: первый — от повреждения мозга; второй — от безумной любви; третий — от болезни сердца, печени или других внутренних органов; четвёртый — от неистовства матки, переполненной кровью (ну да, с трудами Шарля Лепуа он, может быть, и был знаком, но не факт, что согласен); пятый — от ипохондрии; шестой — меланхолия с вагабондажем (то бишь, бродяжничеством подальше от честного народа); седьмой — меланхолия с атоничностью, то есть, когда человек предаётся ей, сидя или лёжа подолгу в одной позе (современные психиатры назвали бы такое состояние депрессивным ступором). Причина, считал Зеннерт, во всех случаях одна: в какой-то момент в организме начинает выделяться особая химическая субстанция, «меланхолический сок», которая и отравляет мозг человека. Однако (всё-таки сильны были ещё в Германии отголоски охоты на ведьм) не исключал он и ещё одной причины меланхолии — демонической.
Способы лечения, которые применял Даниель Зеннерт к своим душевнобольным пациентам, особой мягкостью не отличались: слабительное или калёное железо. Впрочем, все эти процедуры он назначал именно с искренним желанием помочь справиться с недугом. И даже если кто-то из больных выказывал, на его взгляд, все признаки бесноватости, Зеннерт старался пригласить на помощь священника из числа не слишком фанатичных.
Продолжу рассказ об истории психиатрии. XVII век с точки зрения психиатрии — не как самой врачебной практики, а именно как отдельной дисциплины — можно с некоторыми оговорками назвать периодом относительного затишья. Того самого, которое бывает на пороге грандиозного шухера. Когда критическая масса копится, копится, чтобы потом как... Ну вы в курсе, как это происходит.
И в самом деле, именно в этот период копились наблюдения и опыт. Просто наука, если брать её в целом, переживала на тот момент революцию, и медики вдруг получили в своё распоряжение столько открытий, что теории теориями, но надо было всё хорошенько осмыслить и разложить по полочкам. Слишком уж многие принципы и приёмы, доставшиеся в наследие с прошлых веков, теперь приходилось пересматривать. Да что там: уже и Землю лишили её статуса пупа Вселенной и задвинули куда подальше.
Кроме того, делать открытия и писать о том учёные трактаты, опираясь лишь на знание древних свитков да на умение красиво оформить пришедшую после их прочтения в голову светлую мысль, стало не очень-то и модно. Личный опыт, личные ощущения и эксперименты — вот что рулит в XVII веке. Эмпирический подход, что вы хотели. И вот что ещё важно: наука понемногу перестаёт быть келейной, её начинают не только описывать чуть более доступно и популярно, но и потихоньку двигать в массы. Ну а куда деваться: в то время, как корабли испанцев, голландцев и англичан бороздят просторы океанов, причём бороздят всё дальше и привозят домой всё больше, растут и хотелки всеми этими новообретёнными землями и благами обладать, а одной лишь молитвой и постом тут никак не обойтись.
Медицина тоже не остаётся в стороне. И вот уже Уильям Гарвей, пожертвовав во имя науки овцой (а может быть, и не одной), показал широкой общественности нехитрую с виду арифметику. Вот, мол, сколько крови выбрасывает за одно своё сокращение овечье сердце. Вот как часто оно бьётся. Вот сколько крови в этой овце всего было. Теперь давайте посчитаем. Если верить Галену, то кровь стекается к сердцу от вырабатывающих её органов, а от печени течёт к этим органам, и в них растекается (ладно уж, не будем про то, что Гален считал печень центром кровеносной системы, эту ошибку ещё Андреас Везалий исправил, если не верите, прочтите вон тот томик в переплёте из человеческой кожи). А теперь перейдём к медицинской бухгалтерии. Вот систолический объём крови, вот частота сердечных сокращений... получается, что за полчаса овца должна выработать столько крови, сколько весит сама? То есть, самое себя извести на эту красную жидкость? А потом каким-то образом из этой жидкости за те же полчаса снова себя воссоздать? Господа, да это же просто монстр какой-то! Нет, что-то тут не так. Опять же, сколько той крови мы слили с конкретной овцы? А если предположить, что кровеносные сосуды всё-таки нигде не обрываются, а образуют замкнутую систему? И по этой системе сердце гонит кровь кругами? Вот тогда другое дело, коллеги!
Коллеги тут же подняли шум: Уильям, ты не прав! Да как можно самого Галена не уважать! Но, правда, тут уже и Рене Декарт, и Жан Пеке, и Готлиб Шлегель вступились — мол, дело человек говорит. Но не в том суть: во время своих опытов Гарвей показал, что нет в полостях сердца и сосудах никакого воздуха и никаких жизненных духов. Только кровь.
Далёк от мистики и Джованни Альфонсо Борелли, показывая, как все движения человеческого тела подчиняются законам механики (вернее, уже биомеханики): вот кости-рычаги, вот мышцы, которые тянут эти кости, вот центр тяжести, вот точки приложения сил — ничего сложного!
Даже Декарт не удержался: мало того, что именно он первым ввёл такое понятие, как рефлекс, так он попытался и всю психическую деятельность человека с точки зрения этих самых рефлексов толковать.
Психиатры же, как было сказано выше, принялись копить собственные наблюдения за душевнобольными и фиксировать наблюдения на бумаге. И мистицизма в их наблюдениях, описаниях и выводах становится всё меньше.
К примеру, Шарь Лепуа (или, как он привык представляться на латыни, Каролус Пизо), посвятил немало времени наблюдениям за пациентами с истерией. И что же? Оказалось, истерят не только женщины. Мужчины, как выяснил Шарль, тоже, бывает, и истерическую дугу выдадут, и в истерических конвульсиях не хуже бьются, и в истерической астазии-абазии падают и без посторонней помощи встать не могут, и истерическую слепоту-глухоту-немоту (последнее реже) убедительно
Второй день ветрено, пасмурно и мокро: осень всё же решила напомнить, что она не только золотая, и у неё тоже бывает паршивое настроение. Прохожих на улице мало: у кого какие-то дела в выходной, решили перемещаться на авто. Ну а поскольку лично у меня таких дел не предвидится, изоражу-ка я вам очередную пирожковую.
я шел по темным тротуарам
и в желтых пятнах фонарей
рисунки трещин на асфальте
слагались в страшные слова
© Бес
***
семён обязан раз в минуту
помешивать томатный суп
всё остальное время жизни
семён свободный человек
© шувовсе
***
смерть под водой совсем другая
не с аквалангом и косой
а словно мёртвая русалка
обглоданная до хвоста
© Дей
***
ты убираться мне велела
и я достал свой чемодан
а ты мне машешь пылесосом
зачем оставь его себе
© nafankin
***
тур хейердалу на контики
вдруг стало грустно а вокруг
лишь океан да за спиною
сенкевич степь да степь поёт
© o-znake
***
прошло сто лет и я привыкла
что дождь и розы в январе
что не рассказываю внукам
про блеск серебряных коньков
***
попей с мое тогда узнаешь
какая после выходных
у нас на кухне из под крана
безумно вкусная вода
© жывотное
***
пускай всё будет как по маслу
не в смысле просто и легко
а в смысле звон разбитых стёкол
и покатилась голова
© колик
***
спустилась ночь на мягких лапах
прокралась к игорю в окно
и положила на подушку
задавленную зульфию
© 0331
***
сынок держи печеньку к чаю
усталый карло прошептал
и в деревянную ладошку
вложил кусочек дээспэ
© ZanoZa
***
сейчас не время пить боржоми
на нас надеется страна
а почки дело наживное
давайте следующий тост
© Дей
***
Вот и снова суббота. И снова, уже традиционно — книжная. А значит, пришло время познакомить вас ещё с одной серией, которая показалась мне достаточно для этого интересной.
Не буду оригинален в выборе направления лёгкого и развлекательного чтения. Поэтому пусть будет попаданец, пусть будет Россия времён Первой мировой войны и пусть у человека будет шанс направить ход истории по новой колее.
Правда, герою трилогии (вернее, пока ещё трилогии, продолжение подразумевается) Владимира Малыгина «Лётчик» поначалу не совсем понятно, как это вообще возможно. Ну и не до того ему поначалу: ведь попал-то он в другое тело аккурат после авиакатастрофы в нашем времени. И попал в пережившего крушение при посадке лётчика, впавшего в состояние комы. То-то народ в военном госпитале удивляется: всего-то лбом хорошенько саданулся, а какой эффект!
А уж потом, после выздоровления (или адаптации к новому телу, если точнее), начинаются полёты, а там и за элементами прогрессорства не успевает заржаветь. Ну а дальше — больше.
Подкупает внимание к деталям устройства аэропланов и к тонкостям их пилотирования. Видно, что автору эта тема близка. Да и в целом интересен ход событий.
Не сказать чтобы серия претендовала на глубину и шедевральность, но читается легко и чем-то цепляет. Рекомендую.
Вы тоже делитесь своими книжными находками.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там
Помните, как долго мог тянуться день, когда мы были детьми? Особенно если это день в садике или школе. А уж если шесть уроков и продлёнка... Тогда прямо как у Чингиза Айтматова — «И дольше века...», и всё такое. Потом стала проявлять себя разница в ощущении времени: какие-то час летят, какие-то тянутся.
А потом, когда очередной день рождения уже не столько радует, сколько огорчает — мол, вот и ещё год жизни прошёл — дни (да что там, месяцы и годы!) словно срываются с привязи. С одной стороны, становится проще пережить чёрную полосу, поскольку мыслить начинаешь геологическими эпохами, и всё чаще поминаешь надпись на кольце, подаренном царю Соломону. С другой стороны — так ведь и светлая полоса проскакивает, не дав себя толком распробовать и прочувствовать!
В общем, не нами первыми замечено, что с возрастом субъективный ход времени ускоряется. Ан нет, не совсем субъективный, — поправляют японские учёные. Это не ваша личная прихоть, а физиологически обоснованная данность.
Два японских нейрофизиолога, Боширов и Петров Хаяши и Иври, исследовали на базе Национального института здоровья (японского, само собой) поведение нейронов теменной доли головного мозга. Точнее — нейронов надкраевой извилины, которая в этой доле имеется. Ещё точнее — в правой надкраевой извилине. Оказывается, именно эти нервные клетки, образно говоря, ведут отсчёт нашего субъективного времени. Создают ощущение и личную оценку того, тянется оно или летит.
Сам тест, который проходили добровольцы, и результаты которого оценивались с помощью функциональной МРТ, был прост (ага, только сначала надо было его придумать и взмахнуть бритвой Оккама, отсекая лишние сущности). Вначале участникам теста 30 раз подряд являли серый кружок (или адаптер, как его обозвали). Серый — потому что цвет нейтральный, следовательно, максимально отсекает факторы эмоциональной оценки и прочих ненужностей. Кружочек этот всякий раз показывали на столько-то секунд, причём честно отчитывались, на сколько именно.
Затем, во второй части теста, серый кружочек показывали уже без отчёта о длительности и просили: оцените сами, сколько времени длился показ.
В итоге обнаружилась интересная (пусть и ожидаемая организаторами эксперимента) закономерность: если во время первой части эксперимента этим кружочком мучили подолгу, то во второй части испытуемым казалось, что его показали на сравнительно короткое время. Если же в первой части эксперимента показ эталона (или адаптера, как эту круглую серость окрестили) был недолог, то во второй части эксперимента, субъективно оценивая, на какое время им явили этот кружок, добровольцы приписывали лишние секунды.
Объяснили это расхождение так: при длительной, многократно повторяющейся попытке отследить и оценить время показа нейроны, отвечающие за эту самую оценку, попросту успевают утомиться. Это же, кстати, подтверждала всякий раз и фМРТ. И вот когда нейроны утомляются — они перестают, если можно так выразиться, ловить и считать каждое мгновение, и оцениваемые отрезки времени всё больше сдвигаются к тем самым рангам геологических эпох. Повторюсь — сравнение образное, для наглядности.
Если экстраполировать результаты эксперимента на нашу повседневную жизнь, получается следующее. Нервные клетки правой надкраевой извилины ведут отсчёт и оценку секунд, минут, часов и дней постоянно. У каждого из нас. Другой вопрос, как хорошо им это удаётся. Понятное дело, что у юного здорового организма и нейроны новенькие, до работы злые и старательные — вот и стараются отсчитывать каждую секунду, ловить каждый момент.
А если человек уже умудрён жизненным опытом, к тому же утомлён нарзаном? Если его нейроны подточены бытовухой и всякими вредностями, а мозг в целом изрядно покусан служебными и домашними энцефалофагами? То-то. У такого человека и нейроны этой самой правой надкраевой извилины, соответственно, быстрее утомляются. Не до того им, чтобы каждую секунду учитывать. Им бы счёт дням и неделям, а то и годам не потерять. Вот и летят дни и годы вскачь, и чем дальше — тем быстрее.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области.
Я обещал рассказать вам, откуда взялось то самое объявление, в котором говорилось про оживление умерших. Поговорил я со своим знакомым, которому эту бумагу вручили, теперь расскажу вам, как это произошло.
Работает он в одной из крупных больниц нашего города. Правда, не медиком, а по хозяйственной части, но не суть. В тот день он пришёл на работу сильно пораньше, чтобы до начала успеть разгрести кое-какие накопившиеся дела, а потом спокойно попить кофейку до того, как начнётся обычная ежедневная суета.
Вот за чашкой кофе его и застал диалог пожилого человека с одним из местных сторожей. Или, как их сейчас принято называть, охранников. Ничего особенного: тот просил пустить его в туалет, а охранник пытался убедить посетителя, что пока в больнице всё закрыто, зато рядом лес, где, как говорится, под каждым вам кустом...
Открыв дверь, Олег махнул дедушке (тому и в самом деле было на вид лет семьдесят) рукой — мол, заходите, пользуйтесь. И спустя некоторое время уже начал было подумывать о том, что надо было просто спокойно допивать свой кофе: уж больно разговорчивым оказался повеселевший дед.
А также о том, что кофе можно было не сластить: хватило бы и речи собеседника, сплошной мёд и елей. Да милый ты мой, да дорогой ты мой человек и всё такое. И что-то в этом словесном потоке про чудеса, которые случаются и про то, что и сам он тоже того. Ну в смысле этого. Ну то есть, к чудесам причастен и творит направо и налево.
При этом уходить посетитель не спешил: мол надо ему позарез дождаться одного доктора со смешной фамилией — может, знаешь такого, милок? Олег пожал плечами: дескать, откуда мне знать, чья именно фамилия вас так рассмешила. Хотя вон стенд, на нём расписание всех наших врачей, глядите, выбирайте на похохотать.
Продолжая барботаж на тему чудес на свете, дедушка изучил написанное на стенде и малость огорчился: доктор в этот день не работал. Олег подсказал: есть телефон, по которому можно записаться и приехать в приёмный день.
Собеседник развёл руками — мол, живу далеко, ехать аж с той стороны Волги, очень уж хлопотно выходит. Вот ведь незадача. Потом задумался и просиял: дескать, ты же, мил-человек, можешь мне помочь! Передай, пожалуйста, доктору вот эту бумагу. Он должен меня помнить: было у меня однажды кровотечение, он меня тогда выручил, мы потом с ним долго про лечение разговаривали, да только я и сам справился, исцелился чудесным образом.
Тут его голос окреп, глаза заблестели, и куда только делась суета в движениях. Да, молодой человек, — сказал он, — я, изволите ли знать, могу оживлять людей! Там, где бессильна медицина, начинаются чудеса. И уж с ними — ко мне. Могу, говорит, сотворить. И творю, собственно. Даже если уже похоронили.
Олег, слегка пришибленный монологом собеседника, хотел было ввернуть про то, что-де, ошиблись вы уважаемый, поликлиникой, вам бы на Автозаводское шоссе, но все же промолчал. Не хотелось человека обижать, да и нового витка монолога тоже не хотелось. Но всё же не удержался и спросил, когда дедушка стал выдыхаться: мол, а как насчёт тех кого кремировали?
— За невыполнимые задания не берусь! — гордо ответил дед.
Пообещав передать бумагу по адресу, Олег проводил, наконец, посетителя. И, выйдя во двор, полез в карман за сигаретой: рабочий день не успел начаться, а мозг уже съеден.
Бумагу он тому доктору все же передал: обещал ведь, да и на реакцию интересно было поглядеть. Правда, доктор сумел удержать покерфейс, спросил лишь задумчиво, в пространство:
— Ну и что мне с этим делать?
— На полставки приглашать, — вырвалось у Олега, — глядишь, после вашей кандидатской и докторская следом нарисуется.
— На тему поздней реанимации инкурабельных клинических случаев? — спросил доктор. — Это можно. Осталось научно обосновать механизм чуда.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут
Пора продолжить рассказ об истории психиатрии. Как вы помните, одна из первых попыток посчитать и разложить душевные болезни по полочкам была предпринята ещё в Древней Греции Гиппократом и его коллегами. Что примечательно, с тех пор и вплоть до эпохи Ренессанса внятных попыток как-то ещё их классифицировать более не предпринималось: предпочитали обходиться тем, что есть. Ну ещё пару-тройку терминов придумали, но и только.
И вот в начале XVII века, спустя чуть ли не полтора тысячелетия (!) нашёлся человек, сумевший наглядно показать переход количества в качество — это я о клинических наблюдениях говорю.
Феликсу Платеру на роду было написано стать учёным и врачом: его отец, Томас Платер-старший, посвятил себя медицине и был директором Колледжа в Базеле; сводный брат, Томас Платер-младший, тоже был врачом и, по совместительству, писателем. Вот и Феликс, отправившись в французский Монпелье, учится на врача и в возрасте 20 лет получает степень доктора, а вернувшись в родной Базель, становится профессором от медицины и придворным врачом, а в 1571 — врачом города (между прочем, высокая должность по тем временам) и профессором Базельского университета (тоже неплохо, тем более, что в дальнейшем он успел побывать там и деканом, и ректором).
Понятно, что на таких должностях и платили неплохо, и вскоре дом Феликса Платера уже напоминает музей: коллекция музыкальных инструментов, внушительная коллекция минералов, целый анатомический театр — ну вы представляете: черепа-руки-ноги-уродцы в спирте... Ну и произведения искусства, конечно: картины, статуи, всё как приличествует солидному человеку.
Однако, коллекционировал Феликс не только вещи. Он тщательно собирал наблюдения и клинические случаи. И когда накопилась некая их критическая масса, пришла пора обобщать и систематизировать. Что он собственно, и сделал в своем труде «Observationum Medicinalium Libri tres», что был издан на закате его жизни. На самом деле, книг он написал больше, и открытий ему принадлежит немало: к примеру, именно он, будучи знаком с открытиями в области оптики, опроверг мнение древнеримского коллеги Галена, будто зрачок воспринимает свет. Не воспринимает, писал Платер, а фокусирует: вот, глядите, это же линза, сделанная природой! Есть целый труд, едва ли не первый в эпидемиологии, «Pestbericht», в котором собраны наблюдения и оргвыводы по Базельской чуме, случившейся в 1610-1611.
Нам же интересны его мысли, касающиеся душевных болезней и устройства психики в целом. Платер пишет:
«Человек обладает ощущениями двоякого рода: внешними — зрением, слухом, осязанием etc. - и внутренними: рассудком, воображением, памятью. Все эти способности составляют в общей сумме то, что мы называем сознанием (mentis). Воображение, интеллект, память могут быть расстроены в отдельности или совокупно. Эти расстройства бывают четырех родов: 1) ослабление, 2) усиление, 3) уничтожение, 4) извращение функций»
Опираясь на эти четыре отклонения, Феликс Платер строит свою классификацию душевных болезней:
I.Memtis imbecillitas (ослабление сознания)
1.Hebetudo (буквально — впадение в детство, как высшая точка слабоумия). 2.Tarditas (заторможенность; Платер применял термин к людям со слабой фантазией, лишённым изобретательности и талантов). 3.Oblivio (не путать с компьютерной игрушкой; это — забвение, или часто встречающееся к старости ослабление памяти). 4.Imprudentia (или непреднамеренность — это когда суждения поверхностны, критика слаба, а выводы — поспешны, то есть, как сказали бы врачи сейчас — лобная симптоматика).
II.Mentis consternatio (возбуждение, смятение сознания).
5.Somnus immodicus (чрезмерная сонливость). 6.Carus (кома). 7.Lethargus (летаргия). 8.Apoplexia (апоплексия, она же удар). 9.Epilepsia (и переводить не надо). 10.Convulsio (конвульсии, судороги). 11.Catalepsia (каталепсия — видимо, кататоников с их ступором тогда тоже хватало). 12.Ecstasis (тоже ясно и без перевода).
III.Mentis alienatio (отчуждение сознания, невменяемость, помешательство).
13.Stultitia (глупость). 14.Temulentia (опьянение). 15.Amor (да-да, любовь). 16.Melancholia (ну вы поняли). 17.Hypochondricus morbus (собственно ипохондрия). 18.Mania (перевод не нужен). 19.Hydrophobia (водобоязнь, или бешенство). 20.Phrenitis (френит, как его описывали при Гиппократе, или воспаление души). 21.Saltus Viti (пляска святого Вита)
IV.Mentis defatigatio (утомление, истощение сознания).
22.Vigiliae (бодрствование ночами, или сбой режима сна-бодрствования). 23.Insomnia
Вот честно: думал вам сегодня обо что-нибудь такое умное-полезное написать, да, видать, не судьба. Вот как хороший знакомый показал, какое объявление его попросили кому-то там передать — так сразу и понял, что не судьба. Покажу вам.
Пока никак не буду комментировать, хотя мыслей по этому поводу много, вот только никак не получается оформить их так, чтобы без обсценной лексики. Расспрошу потом очевидца подробнее, что там за история была и при каких обстоятельствах он разжился дацзыбао. А главное — действительно ли владыка благословил? Или просто сказал — мол, иди-ка ты... с Богом! А тот взял и пошёл.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там
Один из насущных вопросов в нашей ежедневной психиатрической практике — какой именно антидепрессант назначить пациенту с депрессией? Со стороны кажется всё просто: есть клиническая картина, есть знание о том, как действуют препараты, есть, в конце концов, стандарты лечения. Но на деле — как раз с назначением антидепрессантов есть нюансы.
И нюансы эти заключаются в том, что никогда нельзя быть уверенным на 146% 100% в эффективности конкретного антидепрессанта для конкретного человека. Вроде бы вот она, чёткая клиника, вот оно, лекарство, которое назначали другим в схожих условиях, и оно помогало; сделаны назначения, а на выходе — пшик. Как в той задачке по математике, где из пункта А в пункт В со скоростью 80 км/ч вышел товарный состав, а из пункта В в пункт А ему навстречу вышел пассажирский поезд со скоростью 100 км/ч, и в пункте С они должны были встретиться, но не встретились. Вопрос: почему? Ответ: не судьба.
Так и с этой группой лекарств. Всё-таки мало мы пока знаем обо всей совокупности механизмов депрессии. И можем только предполагать, что этому пациенту вот это лекарство с большой степенью вероятности подойдёт. И даже анализ на концентрацию нейромедиаторов — того же серотонина, к примеру — не даст полной уверенности в том, что именно надо назначить.
А главное — нет возможности сразу, в первые же дни понять, подошло лекарство или нет. Почему? Я рассказывал вам о том, что эффект от большинства антидепрессантов развивается не быстро, в течение 2, а то и 3 недель, исподволь.
А теперь представьте картину: назначаешь лекарство, и только через 2-3 недели будет понятно, подошло оно, или же надо менять назначения. Нет, чаще всё же удаётся угадать (да, с учётом знаний и опыта, но будем честными — всё же именно угадать) правильно. Но если нет — это потерянные дни и для доктора, и, что важнее, для пациента: ему-то все эти дни плохо.
Этим вопросом задались учёные из Базельского университета в Швейцарии под руководством доктора Торстена Микотайта. И им удалось сделать шажок в решении этой проблемы. Нет, пока всё ещё нет возможности точно сказать заранее, какой именно антидепрессант будет эффективен для конкретного пациента. Но зато оценку эффективности уже назначенного лекарства теперь можно провести заметно раньше, чем через 14-20 дней; это будет понятно уже на первой неделе.
Смысл метода таков: во время сна. в быстрой его фазе, идёт замер и оценка ритмов электрической активности мозга. Конкретнее — измеряются параметры тета-ритма в префронтальной области. Учёным удалось «поймать» закономерность, по которой можно уже на первой неделе лечения, по этим самым параметрам сказать, есть ли эффект от назначенного лекарства.
Сложно и громоздко? Пока так и есть. Зато можно вовремя внести коррективы в назначения. А это, учитывая. что человеку в депрессии плохо уже сегодня и плохо каждый день, уже немало.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в
Ночью, когда температура упала до +7, выпала роса, и теперь, в лучах утреннего солнца, трава и деревья аж искрятся. Над полем, что начинается сразу за дачами, стелется лёгкий туман — даже скорее дымка. С прудов доносятся редкие выстрелы: битва с утками, кажется, перешла в позиционную войну. Оксана дремлет, наказав мне протопить камин, заварить чай, а уж потом её будить. Пока закипает чайник, а в камине разгораются пара поленьев потолще, покажу-ка я вам, что за эту неделю успели наваять в сети.
что ж вы без очереди влезли
вам только в среду к девяти
сказал илье апостол пётыр
и крикнул вниз ещё разряд
© ВасЁ
***
мне не для новой аватарки
а на могильную плиту
сказал семён поправил чолку
и постарался не моргать
***
когда я стану знаменитым
не называйте в честь меня
ни рек ни городов ни улиц
но можно марку коньяка
***
оксана так худа что парни
не в силах этого забыть
и за глаза зовут оксану
мемориальная доска
***
покойный морщится но терпит
прикосновенья липких губ
и ждёт когда же можно будет
перевернуться на жывот
© dimegga
***
земля всё ближе и подробней
уже и ёжики видны
которые гурьбой сбежались
на место приземления
© Дей
***
часы уже пробили полночь
и за воротами дворца
мохнатый оборотень воет
в одном хрустальном башмачке
© dingo
***
купил себе на птичьем рынке
питомца он теперь подрос
огнём плюётся бьёт крылами
ночами требует принцесс
© gambit
***
да провались ты нечестивый
шептал с досадой командор
проталкивая дон жуана
в открывшийся на сцене люк
© Satory
***
гляжу раскрывши рот на небо
а небо падает в меня
густым тяжелым снегопадом
но всё наверно не войдет
© Satory
***
снаружи холодно и сыро
внутри уютный алкоголь
меж ними тонкая прослойка
которую зовут антон
***
седая мать зашла в палату
сняла обугленный скафандр
сказала спите все спокойно
на марсе жизни больше нет
***
внесли колбасные обрезки
ты спросишь где же колбаса
и оскорбишь вопросом этот
самостоятельный продукт
© Шел
***
я убегаю от чудовищ
мне страшно что они вот вот
Вот и суббота, а значит, пора показать вам ещё одну книжную серию. Делаю это с удовольствием, поскольку припас кое-что вкусное, на мой взгляд. Из попаданческого фэнтези, но попаданец будет необычным. Впрочем, всё по порядку.
Многие из вас, кто знаком с этим направлением в фэнтезийной литературе, наверняка отметили для себя несколько типов попадания. В одном случае человек попадает в другой мир как есть, целиком, сознанием и телом. Во втором случае он оказывается в сознании человека из другого мира на правах этакой галлюцинации, но таких книг не особо много. И третий вариант — когда происходит полный перенос сознания в человека из другого мира. И там либо сознание попаданца и сознание носителя живут в одном теле, либо сознание носителя уступает место и уходит... куда?
Вот как раз о том, куда оно ушло, и пишется в серии Антона Демченко «Киты по штирборту». Дело в том, что попадание сознания нашего с вами земляка, немолодого офицера, в мир бояръ-аниме, в тело подростка — это начало серии «Воздушный стрелок», очень и очень достойной. А вот сознание самого того подростка, которого основательно затравила в том магическом мире родня (впрочем, от воздушного стрелка она ответку получит занятную) вышибло в более другой, если можно так выразиться... нельзя? Всё равно выражусь... мир, и вот там-то начинается другая серия, те самые «Киты».
Тоже бояръ-аниме, тоже есть магия — правда, рунная. А главное — развито воздухоплавание. Есть громадные дирижабли, есть аппарат помельче, есть целые летающие города. И теперь есть мальчишка, который бредит небом. Правда, жить ему, сироте, приходится поначалу на кладбище этих самых дирижаблей, и каждый день — как битва. За еду, за денежку малую, да и за само выживание. Но ничего, у парня уже есть навык — родственнички из прошлого мира его, сами того не желая, неплохо в этом вопросе натаскали. В общем, растет юный гениальный артефактор. Ну а что без розовых очков и зубастый — так жизнь такая.
В серии три книги, и я не исключаю, что будет продолжение. И вертится мысль: а вдруг автор решит в итоге свести героев из этих двух серий? Вот это будет поворот!
Рекомендую. Мне понравилась серия. Вы тоже делитесь своими находками.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там
Продолжу знакомить вас с историей психиатрии. Однако вернёмся к нашим европейским... хм... пациентам и их докторам. Итак, Европа, XVI век, за ведьмами всё ещё охотятся и под раздачу все так же продолжают попадать и душевнобольные, особенно если симптоматика их болезни хоть краешком касается мистических переживаний. Но Иоганн Вейер уже пишет свои «De praestigiis daemonum et incantationibus ac veneficiis», а Фридрих Шпее фон Лангенфельд — своё «Cautio Criminalis» (Тыц).
Кроме того, медики и философы продолжают задумываться (именно задумываться, а не следовать сложившемуся в обществе стереотипу или букве античных трактатов) о том, что голова — она, конечно, предмет тёмный, но чуток света и ясности в этом вопросе всё же не помешает.
И инициаторами таких изысканий становятся ученые умы из Италии и Франции. Может быть оттого, что там тепло и там любят настоящих поэтов ©, а может быть оттого, что Италия была изначально географически ближе к античному наследию и центрам той, древней культуры.
Как бы там ни было на самом деле, но именно Бернардино Телезио, выпускник Падуанского университета и автор «De natura rerum juxta propria principia», будучи осторожным (в какие времена живём-то!) материалистом, утверждал, что-де, конечно, есть в человеке частичка вложенной Богом души, бесплотной и бессмертной, но это так, знаете ли — искра божья. А рулит чувствами, мыслями и всем таким прочим Spiritus — не тот который vini, а тот, который дух человеческий. И дух этот представляет собою тончайшую материю, некое тепловое вещество, которое гнездится в мозге и уже оттуда по нервам, как кровь по сосудам, разливается по телу. Наивно, скажете вы? Да, но учитывая, что нервные импульсы ещё не открыты, а в воззрениях на процессы в организме главенствуют идеи о сочетании желчи, мелены, слизи и крови — вполне себе революционно и прогрессивно.
Опустим подробный разбор трактатов фра Томмазо Кампанеллы, поскольку тут и инквизиция всю голову сломала, пока пыталась его в ереси уличить, и даже пытками ничего толком не добилась. Скажу лишь, что и он, подобно Телезио, рассматривал и человеческий дух, и его высшие интеллектуальные функции с вполне материалистической по тем временам позиции, считая их порождёнными солнцем и теплом. Далее, правда, следовали многие тома рассуждений о том, как на этот дух влияют те самые жидкости организма и положение небесных светил, но сам жест в сторону материальной природы — это уже немало.
А в 1512 заканчивает Парижский университет Хуан Луис Вивес. С чего бы это юному еврейскому испанцу покидать родную солнечную Валенсию ради какой-то там смрадной Лютеции, чьи улицы впервые удосужатся почистить, дай бог, только через полтора века? Да та же... ммм... святая инквизиция. Они там, в Испании, даже среди крещёных евреев пытались тайных иудеев найти. Вернее — особенно среди крещёных евреев. Мол, очень подозрительно: с чего бы это им веру менять? Наверняка с далеко идущими планами инфильтрации и последующих диверсий. Вот и пришлось бедному Хуану (впоследствии Людовигу, чтоб никто не догадался) двинуть куда подальше. Что не помешало ему (а может быть, и сподвигло на такое пристальное внимание) стать знатоком душ человеческих. В своём труде «О душе и жизни» он пишет:
«Так как нет ничего в мире совершеннее человека, а в человеке — его сознания, то надо в первую очередь заботиться о том, чтобы человек был здоров и ум его оставался ясным. Большая радость, если нам удается вернуть в здоровое состояние помутившийся разум нашего ближнего. Поэтому, когда в больницу приведут умалишенного, то нужно прежде всего обсудить, не является ли это состояние чем-то от природы свойственным этому человеку, а если нет, то в силу какого несчастного случая оно образовалось, и есть ли надежда на выздоровление? Когда положение безнадежно, надо позаботиться о соответствующем содержании больного, чтобы не увеличивать и не усугублять несчастья, что всегда случается, если душевнобольных, и без того озлобленных, подвергают насмешкам или дурно обращаются с ними... С каждым больным нужно обращаться соответствующим образом. С одним — мягко, любезно и вежливо, другого — полезно обучить и просветить; но есть и такие, для которых необходим наказания и даже тюрьма. Однако, такими крайними мерами следует пользоваться осмотрительно. Вообще же надо
Как я уже вам рассказывал, на наше повседневное поведение могут влиять не только препараты из нашего волшебного чемоданчика, давно ставшие любимыми страшилками у борцунов с карательной психиатрией. Так, было обнаружено, что препараты, снижающие уровень холестерина, делают человека злее, агрессивнее.
Не обошли вниманием и такой распространённый в общей врачебной (да что уж там, народ его и без назначений врача кушает за милую душу!) практике препарат, как парацетамол. Выяснилось, что он способен подавлять положительную эмпатию.
Видимо, открытие этого феномена не оставило учёных равнодушными, и недавно были опубликованы результаты ещё одного исследования. Касалось оно, если задуматься, психических реакций примерно того же уровня и из той же области. Фаберже, автопортрет, фрагмент, другой ракурс — ну вы в курсе, как это порой бывает в научном мире. Заодно доказало, что предыдущая научная группа не зря гранты выбивала.
И снова исследованием занимались учёные из университета штата Огайо. Всего в трёх этапах эксперимента было задействовано около 500 добровольцев. Целью его было определить, как меняется готовность человека рисковать под действием парацетамола в дозе 1000 мг.
В одном исследовании добровольцы надували воздушные шарики. Да не просто так, а за деньги: пять центов за один качок насосом. Получал деньги тот, чей шарик не лопался. У кого лопнул — тот в пролёте. Кто накачал больше — больше получил. Кто накачал больше всех — тот выиграл.
В других исследованиях с помощью опросника оценивалась общая готовность рисковать: например, оценка рисков при дайвинге, при прыжках на тарзанке, при начале карьеры позже, чем в 30 лет и т.п.
Выводы сделали однозначные: парацетамол снижает опасение неудачи и подталкивает человека к более рискованным, чем вне его приёма, действиям — в планах ли, в оценках ли, или же по-настоящему, в реальности.
С одной стороны, где-то это даже и не так плохо. Но это когда знаешь про эффект заранее и готов оценить его до того, как принял таблетку. С другой стороны — представьте, сколько людей этот самый парацетамол принимают. И сколько, соответственно, готовы рисковать чуть больше, чем в обычном состоянии. Хотя, если сравнивать с количеством тех, кто позволили себе намахнуть рюмку или бокал...
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там
Продолжу знакомить вас с историей психиатрии. Отвлечёмся на время от сумасшедших европейцев и поглядим, как жилось сумасшедшим на Руси тех времён. Что касается взглядов на этиологию, то бишь на причины болезни, то в этом наши соотечественники были солидарны с общественным европейским мнением. То есть, считали помешательство либо божьей карой, либо последствиями чьих-то злых козней — дескать, наколдовал кто-то нехороший. Или сглазил. Или порчу навёл.
Потому и относились к ним именно как к пострадавшим от тёмных сил, а не их пособникам: для таких и место в монастыре находилось, и пропитание, и процедуры изгнания беса применялись.
Надо сказать, что это терпимое отношение к безумцам напрямую соотносится с тем фактом, что именно на территории России — что до времён Петра, что позже — юродство как явление получило заметно большее распространение, нежели где-либо ещё: Русская православная церковь официально почитает 36 юродивых. А сколько их было всего? Впрочем, тут надо чётко понимать, что не все юродивые одинаково богоугодны и рукопожатны. Ведь настоящая цель демонстрируемого юродивым видимого безумства — это не симптоматикой похвастаться, а показать наглядно, насколько порой смешны и нелепы уложения и порядки человеческого социума пред ликом вечности и законами более всоких порядков. Ткнуть носом в бренность всего мирского. Опять же, ту правду, которой располагаешь, безопасней до людей, особенно власть имущих донести — ведь у нас спокон веков нет суда на дураков ©. Да и не христианские юродивые это первыми начали: достаточно вспомнить Диогена или Демокрита (тому, как вы помните, Гиппократ ещё помог, проведя первую из сохранившихся в истории судебно-психиатрическую экспертизу). А китайские безумные мудрецы? А дервиши и факиры?
При этом настоящих юродивых уже в те времена более или менее чётко отличали от лжеюродивых — мол, эти самые, которые не настоящие, ничего богоугодного в ширнармассы не несут, а просто работать не хотят. Или не могут. Но всяко не будут: «лживые мужики, и женки, и девки, и старые бабы бегают из села в село нагие и босые с распущенными волосами, трясутся, бьются и кричат, беспокоя смирных жителей». Надо полагать, что, помимо собственно злостных тунеядцев и симулянтов, хватало среди лжеюродивых и недиагностируемых (а кому бы было это сделать?) истериков, шизофреников и дементных пациентов.
И если душевнобольным из простого люда чаще приходилось скитаться и жить подаяниями, то пациента из купеческого или боярского рода, буде тот глуздом поехамши, обычно ждал монастырь: оллинклюзив там, конечно, был суров, но и пропасть зазря не давали.
Вначале такая практика складывалась стихийно — мол, кому же ещё, как не церкви, приглядывать за теми, кого разумом бог обидел или кому нечистй подсуропил. А в 1551, во времена правления Иоанна Васильевича, на церковном соборе, когда составлялся Стоглавый судебник, для душевнобольных была отведена отдельная статья. И было в ней сказано, что, помимо нищих и больных, те, «кои одержимы бесом и лишены разума», нуждаются в присмотре и попечительстве. И что государство берёт на себя заботу о помещении таковых в монастыри, «чтобы не быть им помехой и пугалом для здоровых» (откровенно, не правда ли?), а также для того, чтобы дать им шанс вразумления.
Сохранился именной указ Михаила Федоровича, первого из династии Романовых, который «указал послать Микиту Уварова в Кириллов монастырь под начало для того, что Микита Уваров в уме помешался». Да не просто указ, а ещё и подробное наставление об условиях содержания: мол, отправлен «Микита Уваров с провожатым, с сыном боярским Ондроном Исуповым, а велено тому сыну боярскому Микиту Уварова вести скована. И как сын боярский Ондрон Исупов Микиту Уварова в Кириллов монастырь привезет, чтоб у него Микиту Уварова взяли, и велели его держать под крепким началом, и у церковного пения и у келейного правила велели ему быть по вся дни, чтоб его на истину привести, а кормить его велели в трапеце с братиею вместе; а буде Микита Уваров в монастыре учнет дуровать, велели держать в хлебне в работе скована, чтобы Микита Уваров из монастыря не ушёл».
Вероятно, именно из-за терпимого отношения к сумасшедшим, из-за того, что в самом факте сумасшествия считали их не виноватыми, а пострадавшими — от бога ли, от злых ли сил или чёрного колдовства — и не было на Руси такого их гонения, что приключилось
Несмотря на близость к городу — всего-то 25 километров — кого только не встретишь на даче из живности. Ужи, дикие боевые хомяки, зимой то зайцы, то лисы наведываются. Пару зим на чердаке жила сова. Теперь вот новые соседи объявились. Голуби.
Так-то их было и видно, и слышно ещё по лету. То звонко цокали по коньку крыши, то громко ворковали на чердаке, потом оттуда доносились такие звуки, будто там мебель двигают. Мы уже ждали, что они дверь свою поставят и замок врежут, но ничего, обошлось.
А вчера полез я на чердак за луком и чесноком, которые разложил там сушиться. И обнаружил прямо посреди лука гнездо.
В общем, чердак теперь снова занят. Ладно, гонять не буду, пусть квартируют. Правда, чую, по весне мне оттуда предстоит выгребать гуано, но будем считать, что внепланово разжился ценным удобрением. Какой-никакой, а профит. Всё равно пока у меня до этого чердака руки дойдут, чтобы заняться его отделкой....
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там
Вот ещё одна психиатрическая байка, сюжетом которой поделился со мной Михаил, постоянный читатель. Вопрос веры у нас в стране сложен и неоднозначен. С одной стороны, лет семьдесят ушло на попытку сформировать атеистическое мировоззрение советского гражданина, а это всё же больше, чем одно поколение. С другой стороны, и в бытность Союза этот номер не со всеми прошёл, а потом страну вдруг настигло похмелье всеобщего покаяния, и разница между количеством храмов и количеством отделений Сбербанка стала понемногу сокращаться. Лидерство, правда, прочно удерживают пивные, но тут и Сбербанку сложно конкурировать.
А вот с самой верой, размышлял Геннадий, прификсированный к больничной койке пятью метрами фланелевых вязок, у народа туго. Дефицит, потому и не все успели себе урвать, когда была раздача. Настоящая вера — она ведь не за страх, а... в общем, с нею надо родиться.
Ведь даже самый распоследний римский солдат, при всей прагматичности своего подхода к вере не просто предполагал — он твёрдо знал, что боги есть. Поэтому надо что-то отстегнуть, чтобы что-то взамен получить. Примитивно? Может быть, зато искренне. И как-то без ненужного самоуничижения, что ли. Мол, вот тебе, уважаемый Юпитер, эта жертва, а ты мне взамен, пожалуйста... далее пункты из вишлиста.
Уважит просьбу небожитель — почёт ему и слава; можно обелиск в честь этого заказать, или что там в таких случаях полагается, чтобы свершившуюся сделку в веках запечатлеть. А если прокатит со сделкой — можно ведь на том обелиске и претензию высечь: мол, жертвовал я то-то и то-то, взамен получил canis penis, и фиг вы от меня чего дождётесь впредь, божественные. Наивно? Зато честно.
А сейчас что? Геннадий поморщился и подёргал вязки: крепко прикрутили. Сейчас веруют в большинстве своём как раз за страх. И от недостатка достоверной информации. Ведь, как сказал один эмбрион своему близнецу, дискутируя о жизни после родов, оттуда ещё никто не возвращался. Поэтому как знать: вдруг там, за последней чертой, что-то всё же есть? Может неловко получиться. Вот и стараются заранее озаботиться билетиком в рай, хотя бы на галёрку, если уж в партере всё занято. Ну и для мирских своих дел крышу ищут: то там свечку поставят, то тут к святому обратятся.
А самое главное — что отдают-то? Чем жертвуют? Молитву читают? Те же свечи покупают и зажигают? Да разве это жертва? А потом удивляются, что их не слышат и навстречу не идут. Уж если хочешь что-то получить, то и отдавать надо не по-детски. Вот как сам Геннадий, к примеру.
Нет, голубей и баранов он на алтаре не резал: не принимает господь таких жертв. И его можно понять: это как с криком «Да здравствует Буркина Фасо!» выкинуть с падающего дирижабля зазевавшегося негра, чтобы замедлить снижение. Не наш метод. Тут надо жертвовать чем-то своим. Болью, например. Комфортом. Так, чтобы ух!
Потребность такой жертвы Геннадий ощущал обычно раз в год. Или два. Или когда прекращал пить лекарства. Откуда-то и настроение нужное бралось, и силы на поступок. И привычная — ложная, к слову — скромность куда-то стыдливо пряталась. И тогда Геннадий шёл в музей. Обычно в тот, где его ещё не знали, пусть год от года этот список и сокращался. В музее он с целеустремлённостью Чебаркульского метеорита устремлялся к старинным иконам — и принимался страстно их лобызать.
Он давно заметил: в церкви на такое реагируют, но как-то иначе. Тут же, в музее, сценарий был накатанным: прибегала охрана, Гену хватали под белы руки и пытались разлучить с иконой, он рвался запечатлеть последний поцелуй, с охранников стремительно сходил и без того тонкий налёт цивилизованности — и начиналась драка. Геннадию уже традиционно прилетало больше и сильнее, да он особо и не уворачивался, но и в долгу не оставался. Потом приезжала полиция, за ней, после короткой беседы — спецбригада, и в итоге побитый, но довольный Гена оказывался в наблюдательной палате, привычно прификсированным к койке. Ссадины и синяки побаливали, зато душа пела: очередной сеанс мученичества за веру прошёл успешно!
— Геннадий Витальевич, вы, никак, снова изволили в музее бурагозить? — спросил доктор на утреннем обходе.
— Ну что вы доктор! — улыбнулся Геннадий, — Не бурагозил, а страдал за веру.
— Чем же вам бедный музей так не угодил? — поинтересовался доктор. — Сходили бы, что ли, к оппонентам. В мечеть какую. Или синагогу.
— Доктор, — проникновенно ответил Гена, — я, конечно,
Продолжу традицию книжных суббот. Пожалуй, обойдёмся сегодня без анимешных бояр, без размышлений на тему, как бы хорошо жилось в России, облагодетельствованной попаданием в неё стрелочника с послезнанием хитрым, а также без отработки своих детско-юношеских комплексов в сочинении «Как я спас СССР».
Сегодня речь о несерьёзной книге. Вернее, о дилогии. Жанр — пусть будет комедия положений. А чтобы было совсем отвязно, пусть это будет происходить в фэнтезийном мире.
Назовём город Вольтанутенсом, добавим туда магических гильдий, одна из которых помешана на энергообеспечении и рекламе, другая — на параноидальном соблюдении мер безопасности и секретности, третья выращивает магических зверушек, четвёртая — лепит големов, пятая... в общем, вы уже поняли, что магов будет много.
И запустим в этот рассадник магоприм-балерин фактор, который будет призван дестабилизировать и без того умеренно хаотическую ситуацию. Этакий бодрый, дружелюбный и неунывающий айсберг, радостно дрейфующий в сторону оживлённых морских путей... Ой, кажется, я почти процитировал сэра Терри Пратчетта? Ничего, так будет лучше для общего понимания ситуации.
Итак, главный герой, как вы поняли, маг. Много чего умеющий и знающий, но не особо задумывающийся над тем, как этот багаж применить к повседневной жизни. Этакий растяпа, за которого постоянно неловко — точь в точь как за какого-нибудь персонажа французской комедии, которого играет Пьер Ришар. Просто мечта тех, кто искренне полагает, что такому нужна ласковая, но крепкая женская рука. И время от времени — лёгкий инициирующий пендель, задающий нужный вектор.
Впрочем, есть и дубль-ГГ. Не менее интересный. Зелёный пёс. Такс. Ну такс — не только по экстерьеру, но и по сути — Такс - Транслирующий Автоматизированный Комплекс Собакоподобный. То есть не только сам разговаривает, но и ... впрочем, я вам уже много чего приоткрыл.
Хорошее лёгкое чтиво. Можно почитать, чтобы отвлечься и развлечься. Ах да, авторы и название. Вот: Мила и Виктор Тарнавские, серия называется «Зелёный пёс Такс»
И вы тоже не забывайте рекомендовать свои понравившиеся находки.
P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области. Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.
С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)
P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там