Есть в искусстве живописи извечные темы, которые воспевались художниками всех времен и народов. Среди таких - «лошадиная тема». Так как, именно с этими прекрасными и благородными животными связано множество мифов, легенд, сказаний почти всех народов земли, именно с ними неотъемлемо была связана и жизнь самого человечества до недавнего времени. В этом обзоре предоставлена целая галерея восхитительных полотен известного польского художника Альфреда Веруш-Ковальского, в творчестве которого нашла яркое отражение тема лошадей.

«Мне нравятся люди, вокруг которых чисто. Чисто в доме, чисто на прилегающей к дому территории, чисто на рабочем месте. Дал Господь Бог под начальство и ответственность каждого человека небольшой кусочек земли, и нужно на нем навести и поддерживать порядок. Если видишь свинарник вокруг, значит, у людей внутри такой же свинарник. Грязь в мозгах и смрад в глубинах сердца неизбежно проявятся через кучи пустых бутылок вокруг, горы фантиков, лужи разлитых напитков и надписи на заборах. Поддержание порядка на маленьком кусочке земли есть манифестация стремления к внутренней чистоте или даже проявление этой уже имеющейся внутренней чистоты, пусть и относительной.»

 

Протоиерей Андрей Ткачёв

 

[700x525]

Мария -Евгения- Игнация- Августина Палафокс-Портокарреро и Киркпатрик, графиня Монтихо и Теба, родилась 5 мая 1826 года, через пять лет после смерти Наполеона Бонапарта. Её отец, дон Сиприано, был испанским грандом, убежденным бонапартистом и был участником франко-испанской войны. Мать Евгении, донна Мануэла была наполовину шотландкой и на четверть бельгийкой. У Евгении была старшая сестра Пака.

Девочки воспитывались по-спартански,таково было решение их отца. Евгении было всего 6 лет, когда он начал брать ее с собой в длинные поездки верхом и на охоту. Девочка проводила больше времени среди лошадей, охотничьих собак и цыган, чем среди своих сверстниц из высшего света. Дон Сиприано считал, что экономия и простота- лучшая основа для воспитания детей.

Потому Евгения и Пака привыкли путешествовать не в карете, а верхом, шелковые чулки считались в семье непростительной роскошью, помимо того, дон Сиприано считал, что ничего дурного не случится, если его дочки будут одевать одни и те же платья летом и зимой.

 

Евгения говорила и писала по -французски, испанский же она начала учить в 12 лет. С 1834 по 1838 она воспитывалась в монастыре Сакре Кёр. Затем, Евгения и Пака провели несколько месяцев в английской школе, что завершилось попыткой Евгении бежать оттуда.