Павел Губарев,
глава общественной организации «Народное ополчение Донбасса», лидер политического движения «Новороссия», политик, историк
Идеология западнизма и государственный переворот на Украине
Сегодня, в различных кругах, как в России, так и за ее пределами отсутствует понимание природы общественно-политических процессов, происходящих на Украине. Поэтому и возникают формулировки: «хохлы сошли с ума», «украинцы неполноценны», «нация предателей» и т.п. Между тем, детальное изучение природы событий на Украине приводит к совершенно иным выводам. Майдан и все связанные с ним процессы не случайны, за ними стоит скрупулёзная работа как внутри Украины, так и за ее пределами. Более того, идеология и философия, приведшие Украину к Евромайдану, гражданской войне и экономическому коллапсу активно внедряются и в других странах бывшего СССР, в том числе и в России.
Рассмотрим же эти процессы подробнее. Говоря об украинском национализме, трудно не отметить особенности, чуждые национализму в Европе, России, и вообще, где бы то ни было. Ведь, как правило, националисты – это изоляционисты, выступающие за укрепление национального государств и противопоставляющие его интересы интересам соседей. Однако, таков ли на самом деле украинский национализм? Можно ли вообще назвать национализмом стремление к вступлению в межгосударственный союз, ограничивающий национальный суверенитет стран-участников? Какова природа этого национализма? Чтобы дать ответ на эти вопросы необходимо посмотреть на ситуацию в ретроспективе. Национализм на постсоветском пространстве возник как инструмент уничтожения единства советского народа, дробления его по национальностям и противопоставлении их друг другу, и всех вместе – русскому народу, как государствообразующему народу в СССР. Каждый из народов убеждали в том, что его вклад в семью народов является основным, а все остальные лишь паразитируют. Параллельно стали насаждаться западные представления об успехе, и о социальном равенстве как тормозе в достижении успеха. При этом информационные манипуляции были построены таким образом, что каждый отдельно взятый гражданин считал, что именно он, в случае отказа общества от идеи социального равенства окажется в числе бенефициаров.
В свою очередь, внедренная в постсоветское общество новая ценностная система, во главу угла поставила социальный расизм – только успешные люди имеют право влиять на процессы, только их интересы должны учитываться, и только им следует диктовать обществу свою повестку. Деловитость, стремление к материальным благам заняли место прежней идеологии, и воспринимались обществом так же фанатично, как некогда марксизм-ленинизм.
Очевидно, такого рода трансформация не могла случиться одномоментно. Изначально, был предложен бренд «Европа». Речь идет, разумеется, не о нынешней, раздираемой противоречиями Европе, а о Европе до ЕСовской. Европе шведского социализма с человеческим лицом, социальными программами, бесплатной медициной, пособиями по безработице. Произнося Европа, раннепостсоветский человек прежде всего понимал решение проблемы бедности, видя в ней социальную утопию, где одни получают возможности полномасштабной социальной конкуренции, тем временем как другие могут вести праздный образ жизни не испытывая никаких финансовых затруднений. Тяжелое положение, в котором большинство граждан оказалось вследствие антинародных реформ, рассматривалось как временные трудности на пути в европейский рай. А значит, каждый следующий шаг в сторону Европы, включая договор об ассоциации, послуживший детонатором украинской катастрофы – новой ступенью на пути к получению вожделенных социальных благ.
В тот же период, перед украинской системой образования были поставлены задачи по переписыванию истории. Вся история Украины стала рассматриваться как бесконечная борьба украинцев за национальное освобождение от российского гнета, и как путь в большую семью благополучных европейских народов. Неудобные моменты, такие как положение украинцев в период пребывания в составе Австрии и Польши, избегались, или старательно ретушировались. Подальше от Москвы – именно под этим углом рассматривалась вся история Украины, поэтому высшим достижением украинского самосознания было объявлено историческое недоразумение, возникшее на обломках российской империи (период от Скоропадского до Петлюры). Обществу активно навязывались новые герои – те, кто с оружием в руках выступал против т.н. российской оккупации, и прежде всего, коллаборационисты времен Великой Отечественной войны – бандеровцы, СС Галичина, Бульба, Боровец. Подобная подмена пантеона героев происходила поэтапно. Сперва, «герои-коллаборационисты» были поставлены на одну ступень с героями советского периода, что преподносилось в контексте идеи национального примирения. Дескать, и Бандера – герой, и Ковпак. Пора прекратить вражду и распри прошлого столетия, и вместе строить новую Украину. Однако, со временем начался процесс вытеснения советских героев, а финалом этого процесса стал запрет на Украине Георгиевской
Читать далее...