Это цитата сообщения teanika Оригинальное сообщение
Прекрасные дамы и цветы /Lovely ladies and flowers/ (часть -1)
Г А Б Р О В О
Болгарский народ от природы наделен щедростью души, живым, веселым характером. Он создал поистине великолепный юмор. Этот юмор просветляет душу каждого, кто прикоснется к его животворным струям.
ОН УГОЩАЕТ
Трое приятелей зашли в ресторан. Двое пошли вымыть руки. В это время третий, родом из Габрова, взял меню и зачеркнул дорогие кушанья.- Платить-то ведь буду я, - объяснил он содержателю ресторана.
В РЕСТОРАНЕ
Габровец: - Официант, под стол упали десять стотинок. Если ты их найдешь, верни мне, а если не найдешь - возьми их на чай!
НАШЕЛСЯ
Официант: - Посетитель жалуется, что нашел в тарелке улитку.
Содержатель: - Хорошо, включи ее в счет!
ГОСТЕПРИИМСТВО
Приехал в гости к габровцу однополчанин и тот решил познакомить его с достопримечательностями города. Когда, утомившись, они подошли к новому ресторану, габровец сказал:- Здесь ты можешь дешево пообедать, пока я сбегаю домой.
ПРОВОДЫ
Габровка гостила у своей матери. Собираясь уезжать, она остановилась в дверях и спросила:
- Я ничего не забыла?
- Чтобы забыть что-то, надо было это "что-то" привезти! - отозвался отец.
ТОГДА - ТОЛЬКО ГОРЧИЦУ
В гастрономе габровец выбил чек на сто граммов колбасы. Продавец подает ему пакетик вместе с горчицей.
- Но я не хочу горчицу, - возразил габровец.
- Она бесплатная, к колбасе!
- Тогда дайте мне только горчицу!
РАЗБОРЧИВЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ
Габровец выбирал материал для костюма.
- Извините, почему вы так тщательно рассматриваете изнанку? - спросил продавец.
- Чтобы увидеть, как он будет выглядеть на мне через несколько лет.
ВРЕМЯ ОБЕДАТЬ
«Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету, -
говорится в знаменитом японском трехстишии.
«Япония должна быть предметом всеобщего изучения и стать постоянным и обязательным предметом в наших средних учебных заведениях так же, как Европа, потому что новая Япония уже стоит наравне с государствами Европы по своей военной мощи и культурному уровню».
из книги «Санкт-Петербург, 1905 год».
«Ниндзё» - чувство, именуемое этим словом, означает жалость, заботу, любовь между родителями и детьми, распространилось и на соседские взаимосвязи.
«Гири» - потребность выполнить долг признательности друг перед другом.
В производственных рамках отношения «ниндзё» - «гири» превращаются в экономическую категорию.
- Скажите, пожалуйста, где у вас склад для хранения кормов? – спросил я крестьянина, о хозяйстве которого снимал телерепортаж. Хозяйство представляло собой два длинных одноэтажных сарая. В них содержались 50 тысяч кур-несушек. – Не вижу я и места, где вы держите снесенные курами яйца? – допытывался я.
- Зачем мне склад, если кормов – лишь суточный запас? – ответил крестьянин вопросом на вопрос.
- Чем же вы собираетесь кормить кур завтра? – не унимался я.
- Завтра корма привезет господин Хосода. Он специализируется на них, - сказал крестьянин.
- А если не привезет? – предположил я.
- То есть как не привезет? – переспросил крестьянин с интонацией, будто я усомнился в неизбежности восхода солнца.
-Ну, вдруг умрет! – решил я смоделировать экстремальную ситуацию.
- Жена господина Хосоды привезет. – Крестьянин говорил со снисходительной уверенностью гроссмейстера, разбирающего для любителя шахматную партию.
- Жена будет хоронить мужа! – стоял я на своем.
- Сын господина Хосоды привезет. – Для крестьянина это было очевидной таблицей умножения.
- Сын уедет на похороны тоже!
- Сосед господина Хосоды привезет.
- У вас, что же, такой строгий подписан контракт с господином Хосодой? – спросил я.
- Зачем нам контракт? – удивился крестьянин, - Господин Хосода, - разъяснил он, - пообещал мне привозить корма каждый день.
- Ладно, - сдался я, но вспомнил, что в хозяйстве нет помещения для хранения и готовой продукции – яиц, и поинтересовался причиной этого.
- Оптовая фирма забирает, - ответил крестьянин и, предвидя мои следующие вопросы, добавил: - Забирает каждый день и никогда не подводит. Забирает тоже без контракта.
Отношения, определяемые чувством «гири», оказываются в Японии прочнее, чем писаные контракты.
В мире крупных дельцов отношения «гири» нередко обретают черты сакраментального принципа «ты – мне, я - тебе». Компания, заинтересованная, к примеру, получить льготный кредит, не скупится на проявления «ниндзё» для нужных людей в банке. Компания устраивает для них обильные обеды, преподносит дорогие подарки, приглашает в свободное время поиграть в гольф, что обходится в Японии в немалые деньги, даже поставляет определенного сорта девиц, если подобная форма развлечений угодна банковским служащим. Взамен компания ожидает выражения «гири», то есть предоставления кредита на выгодных для нее условиях. В других странах такие факты справедливо квалифицировали бы коррупцией, для японцев же это лишь выполнение долга признательности.
У Л.Н.Толстого
ДОМОСТРОЙ
Поучает, наставляет, вразумляет
«Когда позовут тебя на пир, не садись на почетном месте, вдруг из числа приглашенных кто-то будет тебя почетнее; и придет пригласивший тебя и скажет: «Дай ему место», - и тогда придется тебе со стыдом перейти на последнее место. Но если тебя пригласят, войдя, сядь на последнем месте, и тогда, если придет пригласивший тебя и скажет: «Друг, садись выше!» - будет тебе почет от остальных гостей. Ибо всякий возносящийся смирится, а смиренный вознесется.
Когда на трапезе поставят перед тобой многоразличные яства и пития и если кто-то будет из приглашенных знатнее тебя, не начинай есть раньше его; если же ты старший по чести, то поднесенную пищу по обстоятельствам начинай есть первым. У некоторых боголюбцев в изобилии бывает еда и питие, и все, что останется нетронутым, убирают, потом еще кому-то сгодится. Если же кто неуч и невежа, не рассуждая, все блюда подряд начинает, уже насытясь и, не заботясь о приличии и сохранении блюд, - будет такой обруган и осмеян и обесчещен от Бога и людей».
«А во всякой службе, и в домашнем обиходе, и в торговле, если кто ленив, и сонлив, и вороват, и пьянчуга, и ни наказания, ни побои его не проймут – такого от дела отставить и отдать в работники. А кто глуп и груб, и вороват, и ленив, и ни на что не годен, ни поучений, ни битья не воспринимает – того, накормив, со двора прогнать: тогда другие, на такого дурака глядя, не испортятся!»
Главы из книги «Домострой»
ХИТРОСТЬ, ДОПУЩЕННАЯ В ОДНОМ ОБЩЕЖИТИИ
В одном общежитии жила некто Маруся Кораблева. Очень кокетливая особа. Молоденькая. Лет восемнадцати. Довольно вертлявая и вообще склонная к мещанскому уюту.
Она училась, конечно, плоховато. Но в высшей степени любила нравиться мужчинам. И для этой цели она подводила себе глазки и пудрила кожицу. И, кроме того, очень отчаянно душилась. Духами или одеколоном. Ей это было все равно.
И она, несмотря на свои скромные капиталы, непременно всегда тратилась на эту жидкость.
У нее перед кроваткой стоял ночной столик, и на этом столике у нее всегда красовался пузырек с духами. И лежала разная подмазка, зеркальце и так далее.
Только вдруг однажды Маруся стала замечать, что кто-то у нее берет эти духи. Кто-то ими пользуется.
Стала она тогда в столик класть пузырек. Все равно кто-то неуклонно отливает. Может быть, какая-нибудь ее подруга, не имея своей парфюмерии, пользуется чужой.
Марусенька и в столик прятала свои духи и под подушку зарывала — не помогает. Чья-то невидимая рука нет-нет, да и скрадет немного.
Стала она отметки делать на этикетке — сколько было. Тоже не помогает. Воры с этим не считались и при каждом удобном случае знай себе отливают.
Короче говоря, Маруся придумала такую штуку. Она взяла и на баночке сделала наклейку "яд" и поверх наклейки изобразила череп с двумя костями. И этот флакончик поставила на стол. И с тех пор никто уже больше не прикасался к жидкости.
За исключением, впрочем, одного раза. Одна истеричка взяла и зараз выпила всю жидкость.
Она, видите ли, поссорилась с одним знакомым. И сдуру заглотала всю жидкость, правда без особого вреда для себя.
А если б не этот случай, то это ее изобретение было бы на высоте положения. Можно было бы даже патент схлопотать, так сказать, за остроту и хитрость мысли.
Но, безусловно, изобретение несколько меркнет, ибо оно направлено на мещанские интересы — на охрану частной собственности.
В общем, после этого случая Маруся Кораблева переменила тактику. Она теперь носит пузырек в сумочке. Отчасти это неудобно и тяжело, но зато безопасно.
Сей забавный рассказ предлагаем вниманию кокетливых особ. Без желания доставить им неприятные минуты.
Михаил Зощенко
Анна Герман
(1935…-1982)
«Я всегда питала слабость к итальянским песням: у них красивые мелодии и их легко петь на итальянском»
Анна Герман
«Вернись в Сорренто»
(Б.Де Куртис – Е.ДеКуртис)
«Один дедушка, сицилиец, потянул меня за собой в более спокойный уголок и оживленно жестикулируя, он весьма мило высказал мне свое одобрение: «Видите ли, синьора, нынче поют совсем по-другому, чем в наше время. Крик, нервный, громкий ритм заглушает мелодию и все то, что хочет высказать душа. А вы поете совсем так, как пели в те времена… Они были иными, но, поверьте, вовсе не такими уж плохими. У нас на Сицилии люди еще понимают, что значит настоящее пение, и умеют ценить этот дар небес». Несмотря на то, что из-за дедушки мне сократили время выступления, считаю услышанное от него самым приятным комплиментом, который был высказан мне в Италии».
Анна Герман книга «Вернись в Сорренто?...»
«Скажите девушки»
(Р.Фальво – Е.Фуско)
Михаил Михайлович Зощенко (1894-1958) — русский писатель, сатирик и драматург. В рассказах 20-х годов преимущественно в форме сказа создал комический образ героя-обывателя с убогой моралью и примитивным взглядом на окружающее. «Голубая книга» (1934-35) — цикл сатирических новелл о пороках и страстях исторических персонажей и современного мещанина. Повести «Мишель Синягин» (1930), «Возвращенная молодость» (1933), повесть-эссе «Перед восходом солнца» (часть 1, 1943; часть 2, под названием «Повесть о разуме», опубликована в 1972 году).
Опубликованные в 1922 году "Рассказы Назара Ильича господина Синебрюхова" привлекли всеобщее внимание. На фоне новеллистики тех лет резко выделилась фигура героя-сказчика, тертого, бывалого человека Назара Ильича Синебрюхова, прошедшего фронт и немало повидавшего на свете. М. Зощенко ищет и находит своеобразную интонацию, в которой сплавились воедино лирико-ироническое начало и интимно-доверительная нотка, устраняющая всякую преграду между рассказчиком и слушателем.
Михаил Зощенко
Крепкая женщина
Нынче все говорят о борьбе с проституцией и жалеют женщин. Вот, дескать, бедные: уволят их по сокращению, а они очертя голову идут на улицу.
И верно: жалко. Но, конечно, разные бывают женщины. Бывает - такая крепкая попадается - ей и улица не страшна. Знали мы одну такую. По фамилии Беленькая. Уволили ее по сокращению, дали ей за две недели вперед, а она повертела получку в руках и думает:
- Прожру, - думает, - на пирожные. А там видно будет.
Пошла в кондитерскую, скушала сколько могла пирожных и домой вернулась.
- Ну,- думает,- а теперь труба. Либо мне в Фонтанку нырять, либо в Мойку, либо на улицу идти.
Помазала она брови сажей, губы - сургучом, шляпку с пером надела и вышла на улицу.
Постояла на углу. Вдруг мужчина какой-то подходит.
- Что ж, - говорит, - мамзель-дамочка, зря стоять простужаться. Пойдем на время.
А она развернулась - хлесь его в ухо.
- За кого, - говорит, - принимаешь, скотина? Не видишь?
Гражданин отупел, повернулся, галошу потерял и скрылся за углом. А девица гордо постояла и пошла домой.
Домой пришла.
- Нет, - думает, - это не в моем характере- проституция. Иные, конечно, уволенные по сокращению, бросаются очертя голову на улицу, а я не такая. Подумала она, подумала, чего ей делать, и стала мастерить для продажи дамские шляпки.
Этим она теперь и живет. И жизнь роскошная.
А материал для шляпок доставляют ей гости. Денег она с них не берет, а берет материей. А вы говорите - проституция.
Назар Синебрюхов
1923 г.
Александр Николаевич Вертинский (9 (21) марта 1889, Киев — 21 мая 1957, Ленинград) — русский эстрадный артист, киноактёр, композитор, поэт и певец, кумир эстрады в первой половине XX века, лауреат Сталинской премии второй степени (1951). Отец актрис Марианны и Анастасии Вертинских.
В годы первой мировой войны дочь Саввы Морозова Мария Саввишна организовала госпиталь для раненых, а потом санитарный поезд № 68. В госпитале начал работать санитаром молодой артист Александр Вертинский, он записался и в состав медицинского персонала поезда под именем «Брата Пьеро». Тонкими нервными руками он умело перевязывал раненых солдат, а иногда пел им под гитару печальные песенки. «У меня есть высшая правда – человечность. Гуманность…. Есть только одна правда – правда сердца….» - говорил А.Н.Вертинский
"Прощальный ужин"
(музыка и слова А.Н.Вертинского)
Поет Александр Вертинский
  |
"Темнеет дорога..."
(муз.А.Н.Вертинского, сл.А.Ахматовой )
Поет Олег Погудин
| |
ВЕНЕРА МИЛОССКАЯ
И целомудренно и смело,
До чресл сияя наготой,
Цветет божественное тело
Неувядающей красой.
Под этой сенью прихотливой
Слегка приподнятых волос
Как много неги горделивой
В небесном лике разлилось!
Так, вся дыша пафосской страстью,
Вся млея пеною морской
И всепобедной вея властью,
Ты смотришь в вечность пред собой.
Афанасий Фет 1856
Молитва Жанны Дарк (автор неизвестен)
Ответь мне!
Ответь мне!
Я вижу, как сплетни
О том, что я ведьма
Сложили костёр.
Ответь мне!
Ответь мне!
Господь - мой свидетель,
Последний свидетель,
Скажи обо всём!
Как в сговоре с Богом
Прошла я дорогой,
Пусть шатко,
Пусть плохо,
Но не палачом!
Не суди меня строго,
Не гони ТЫ с порога.
Хотела с крестом
Получилось - с мечём …
Как сыро в Руане.
Как стыдно в Руане.
Как страшно в Руане.
Всё...
"...Летние месяцы после восьмого-девятого классов я проводил в Крыму и на Кавказе. Врачи мне рекомендовали каждое лето уезжать из Ленинграда на юг. Я брал с собой гитару, с нею же появлялся на пляжах. А вы представляете советские пляжи - ничего лишнего, лишь каменистый берег и южное море. И там по два-три часа, невзирая на окружение, пел разные песни. Вокруг собирались люди, а иногда даже сотни слушателей. Разумеется, и речи не было ни о каких гонорарах или о чем-то подобном... Я сидел лицом к морю, а участники этих импровизированных концертов - спиной к прибою, сидели и слушали. Такой вот античный амфитеатр в миниатюре... "
Олег Погудин из книги В.Босенко "Портрет Олега Погудина"
Отцвели хризантемы
(муз. Н. Харито, сл. В. Шумского)
| |
И.С.Тургенев. 1859
Русский язык
Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, – ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык! Не будь тебя – как не впасть в отчаяние при виде всего, что совершается дома? Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!
Июнь, 1882
Утро туманное
(муз.В.Абаза, сл.И.С.Тургенева)
поет Константин Огневой
| |
Без малого 200 лет этому раритету…..
[589x699]
«Ты в том возрасте, когда следует подумать о выборе карьеры; я уже изложил тебе причины, по которым военная служба кажется мне предпочтительнее всякой другой. Во всяком случае, твое поведение надолго определит твою репутацию, и, быть может, твое благополучие.
Тебе придется иметь дело с людьми, которых ты еще не знаешь. С самого начала думай о них все самое плохое, что только можно вообразить: ты не слишком сильно ошибешься. Не суди о людях по собственному сердцу, которое, я уверен, благородно и отзывчиво и, сверх того, еще молодо; презирай их самым вежливым образом: это – средство оградить себя от мелких предрассудков и мелких страстей, которые будут причинять тебе неприятности при вступлении твоем в свет.
Будь холоден со всеми; фамильярность всегда вредит; особенно же остерегайся допускать ее в обращении с начальниками, как бы они ни были любезны с тобой. Они скоро бросают нас и рады унизить, когда мы меньше всего этого ожидаем.
Не проявляй услужливости и обуздывай сердечное расположение, если оно будет тобой овладевать: люди этого не понимают и охотно принимают за угодливость, ибо всегда рады судить о других по себе.
Никогда не принимай одолжений. Одолжение, чаще всего – предательство. Избегай покровительства, потому что это порабощает и унижает.
Я хотел бы предостеречь тебя от обольщений дружбы, но у меня не хватает решимости ожесточить тебе душу в пору наиболее сладких иллюзий. То, что я могу сказать о женщинах, было бы совершенно бесполезно. Замечу только, что чем меньше любим мы женщину, тем вернее можем овладеть ею. Однако забава эта достойна старой обезьяны ХУШ столетия. Что касается той женщины, которую ты полюбишь, от всего сердца желаю тебе обладать ею.
Никогда не забывай умышленной обиды, будь немногословен или вовсе смолчи и никогда не отвечай оскорблением на оскорбление.
Если средства или обстоятельства не позволяют тебе блистать, не старайся скрывать лишений; скорее избери другую крайность: цинизм своей резкостью импонирует суетному мнению света, между тем как мелочные ухищрения тщеславия делают человека смешным и достойным презрения.
Никогда не делай долгов; лучше терпи нужду; поверь, она не так ужасна, как кажется, и во всяком случае, она лучше неизбежности вдруг оказаться бесчестным или прослыть таковым.
Правила, которые я тебе предлагаю, приобретены мною ценой горького опыта. Хорошо, если бы ты мог их усвоить, не будучи к тому вынужден. Они могут избавить тебя от дней тоски и бешенства. Когда-нибудь ты услышишь мою исповедь; она дорого будет стоить моему самолюбию, но меня это не остановит, если дело идет о счастии твоей жизни»
А.С.Пушкин – брату Л.С.Пушкину. Сентябрь-октябрь 1822 г.
НЕПОВТОРИМАЯ СКАРЛЕТТ...
(1912...- 1967)
Красота Вивиен Ли стала легендой.
Я не буду петь, я буду декламировать
Романсы Петра Ильича Чайковского
в исполнении лучших российских певцов
Владимир Атлантов "Снова как прежде один" (слова Д.Ротгауза)
| |
Снова, как прежде, один,
Снова объят я тоской...
Смотрится тополь в окно,
Весь озаренный луной.
Смотрится тополь в окно...
Шепчут о чем-то листы...
В звездах горят небеса...
Где теперь, милая, ты?
Всё, что творится со мной,
Я передать не берусь...
Друг! помолись за меня,
Я за тебя уж молюсь.
Константин Лисовский "Ни слова, о друг мой" (сл.А.Плещеева)
| |
Ни слова, о друг мой, ни вздоха...
Мы будем с тобой молчаливы...
Ведь молча над камнем могильным
Склоняются грустные ивы...
И только склонившись, читают,
Как я, в твоем взоре усталом,
Что были дни ясного счастья,
Что этого счастья - не стало!
Сергей Лемешев "Растворил я окно" (сл.Великий Князь Константин Романов)
| |
Растворил я окно, стало душно не в мочь,
Опустился пред ним на колени,
И в лицо мне пахнула весеннаяя ночь
Благовонным дыханьем сирени.
А вдали где-то чудно запел соловей;
Я внимал ему с грустью глубокой,
И с тоскою о родине вспомнил своей,
Об отчизне я вспомнил далекой,
Где родной соловей песнь родную поет
И, не зная земных огорчений,
Заливается целую ночь напролет
Над душистою веткой сирени...
«Волосы на его голове давно побелели, но это был единственный признак старости в этом крепком, бодром и цветущем организме. Сказать, что он “остался юн душой”, было бы не только банально, но и совершенно неправильно. Юность души противопоставляется хилому и расслабленному телу. У себя в Клину Петр Ильич ходил по десяти верст в сутки, не боясь ни дождя, ни снега, как не боялся он качки в бурный и опасный переход свой из Европы в Америку; приехавши на несколько дней в Петербург или Москву, он, как настоящий деревенский житель, которому столичные зрелища не успели надоесть, не проводил вечера вне театра… Не одно лишь творческое воображение, но и память, и восприимчивость, способность к наслаждению природой или искусством, энергия умственная и физическая оставались в нем нетронутыми до последней болезни. Что касается творческого воображения, то я нахожу, что оно постоянно возрастало… Он работал неустанно и ежедневно, пока жил дома: поездки в столицы, по необходимости прерывавшие эту работу, всегда тяготили его, и он с радостью и жадностью возвращался в деревянный, окруженный большим садом домик, где привык испытывать сладкие муки творчества. Не пропустить дня без работы, писать в установленные часы смолоду сделалось для него законом». Г.А.Ларош
Лучезарная улыбка Роми Шнайдер….
[показать] [показать]
Роми Шнайдер (1938...-1982)
"...Из неполных сорока четырех лет своей жизни без малого тридцать Роми Шнайдер отдала кино. Она трудилась на совесть. Она работала с жаром. Она стала одной из первых актрис мира. Сияющая красота, живой и умный талант, безупречный профессионализм – казалось, сама судьба сделала ее своей избранницей. С афиш, с ярких обложек лучился взгляд зеленых, как воды Адриатики, глаз и многие думали: «Вот лик счастья, вот образ гармонии». Из хаоса жестокого мира, спутавшего все исконные ценности, из тоскливого страха будней к этому лицу тянулись, в этих глазах часто неосознанно, часто произвольно искали надежду. Роми Шнайдер заслужила большую славу, сердечное почитание и глубокое уважение."
А.Монастырская
Когда Роми не стало, открылось: лучезарная улыбка не была светом счастливой жизни. По всей вероятности, в материальном отношении существование ее было хорошо обеспечено. Но вот что касается счастья… «Почему я не пишу воспоминаний и не сочиняю о себе сценариев? Я думаю, моя история не очень-то понравится другим, тем более что и мне она совершенно не нравится» - говорила Роми.
"Арриведерчи Рома" поет Марио Ланца
А МЫ ВСПОМНИМ "РИМСКИЕ КАНИКУЛЫ"....
Одри Хепберн (1929...-1993)
….Лето 1952 года в Риме оказалось одним из самых жарких в истории, а высокая влажность делала из города настоящую парилку. Интерес обитателей и гостей итальянской столицы к тому, что на улицах Рима будет сниматься кино, осложнил работу. Кроме того, съемки пришлись на разгар туристского сезона. Их приходилось часто останавливать из-за того, что римляне и туристы толпами собирались у тех самых достопримечательностей, где должны были прогуливаться никем не узнанные репортер с принцессой-беглянкой. Работа над «Римскими каникулами» и отдаленно не напоминала каникулы. Казалось, что этот вечный город создан для того, чтобы испытывать терпение создателей фильма. Улицы приходилось закрывать, огораживать памятники, вызывая неудовольствие туристов. Направо и налево раздавались взятки всем, кто обладал хоть какой-то властью.
Одри удавалось блистательно передать удовольствие, испытываемое знаменитостью, которую все вдруг перестают узнавать. И пока Одри бродит по улицам как принцесса-инкогнито и радуется простым удовольствиям простых людей, начинаешь понимать, что на свою первую прогулку вышла не только принцесса, но и новая кинозвезда. Ни она, ни ее Анна никогда больше не испытают такого невинного и ничем не замутненного счастья.
Финал «Римских каникул» - одна из тайн обаяния этого фильма. Чувство, которое вызывает в зрителе фильм, - это ощущение освобождения. Но ключевая идея последних кадров – это идея самопожертвования. Долг разлучает героев.
из книги Александра Уолкера "Одри"
| |
Никто из американских актеров и актрис не возбуждает такого интереса и любопытства во всем мире, как эта известная танцовщица...
.....Мы прибыли в Чикаго в жаркий июньский день, с небольшим сундуком, несколькими старинными драгоценностями моей бабушки и двадцатью пятью долларами. Я надеялась, что немедленно получу ангажемент и все пойдет гладко и просто. Но не так было на деле. Захватив с собой свою короткую греческую тунику, я обошла всех директоров, одного за другим, танцуя перед ними. Однако их мнения всегда были одинаковы: "Это очень красиво, но не для театра".
Протекали недели и наши деньги иссякли. Заклад бабушкиных драгоценностей многого не принес. Неизбежное случилось - мы не могли внести квартирной платы за комнату, все наши пожитки удержали, и мы очутились без гроша на улице.
У меня еще сохранился небольшой воротничок из настоящих кружев вокруг ворота моего платья, и весь день я ходила под палящим солнцем, стараясь продать этот кружевной воротничок. Наконец, под самый вечер, я достигла успеха. Это был очень красивый кусок ирландских кружев и я выручила за него достаточную сумму, чтобы заплатить за комнату. На оставшиеся деньги я решила купить коробку томатов, и в течение недели мы питались этими томатами, без хлеба и соли. Моя бедная мать настолько ослабела, что больше не могла вставать. Я каждое утро пускалась рано в путь, стараясь встретиться с директорами. Наконец я решила взяться за любую работу, какую смогу найти, и обратилась в бюро найма.
- Что вы умеете делать? - спросила женщина, сидевшая за конторкой.
- Все, что угодно, - ответила я.
- Ну, у вас такой вид, словно вы ничего не умеете делать.
В отчаянии я обратилась к директору сада на крыше Мэйсоник Темпля. С большой сигарой во рту и в шляпе, надвинутой на один глаз, он смотрел с высокомерным видом, как я танцую, носясь взад и вперед под звуки "Весенней песни" Мендельсона.
- Так, вы очень миловидны и грациозны, - сказал он. - И если бы вы все это изменили и танцевали что-нибудь побойчее, с перцем, я бы принял вас.
Я подумала о своей бедной матери, теряющей силы дома над остатками томатов, и спросила у него, что он считает "чем-нибудь с перцем".
- Ну, - сказал он, - не то, что вы танцуете. Что-нибудь с юбками, оборками и прыжками. Вы могли бы сначала исполнить греческую штуку, а затем сменить ее на оборки и прыжки, - получилась бы интересная перемена.
Но где мне было достать оборки? Я понимала, что просить взаймы или аванс было бесполезно, и сказав лишь, что вернусь на следующий день с оборками, прыжками и перцем, ушла. Стоял жаркий день - обычная чикагская погода. Я бродила вдоль улицы, усталая и ослабевшая от голода, когда увидела
О начале творческого пути
Детский хор Ленинградского радио и телевидения, его руководитель Юрий Михайлович Славнитский и юный солист хора Олег Погудин - в первом ряду справа
"...Азы певческой школы - и азы достаточно весомые - я получил в Детском хоре Ленинградского радио и телевидения. Я пришел туда осенью 1979 года, буквально через месяц став солистом хора. Там, кстати, я и получил свой первый гонорар за пение, в десять лет. Свою профессиональную певческую жизнь я могу отсчитывать именно от этого периода. Поэтому, когда я слышу в свой адрес про "молодого певца" или что-то вроде: "Вы еще не так давно работаете", то должен сказать со всей ответственностью, что работаю на сцене, причем в больших и лучших отечественных залах, с девятилетнего возраста, будучи еще учеником музыкальной школы.
Пение в хоре оказалось для меня гораздо более результативным и значительным, чем выступления на школьных концертах. Именно там я впервые столкнулся с публикой в таком большом масштабе. Едва став заниматься всерьез, я снискал - в десять-то лет! - сценический успех.
Что касается репертуара, который приходилось исполнять, то в нем были песни, написанные специально для хора, в том числе, естественно, и пионерские песни недавней нашей эпохи. Но был и иной репертуар. Из русских камерных песенных произведений я впервые тогда исполнил "Ты, соловушко, умолкни..." на музыку Глинки. Исполнялись и Бортнянский, и Гендель, и Перголези, а также Прокофьев и Шостакович..."
Олег Погудин из книги В.Босенко "Портрет Олега Погудина"
Музыкант
Слова и музыка Булата Окуджавы
Музыкант играл на скрипке —
Я в глаза ему глядел.
Я не то чтоб любопытствовал —
Я по небу летел.
Я не то чтобы от скуки —
Я надеялся понять,
Как умеют эти руки
Эти звуки извлекать
Из какой-то деревяшки,