Два виска
Не поэт. Не крылья у меня–руки. Ни пера, ни лиры нет. Пули есть. Две штуки. Две весны, две осени. Два виска, без револьвера босые и тоска. В две руки, в две осени, в два виска. Без револьвера босые и тоска
Спины
Раньше то в окрошку, то в салаты, то в щи перемешивались. Выйдешь на люди, оглядишься, вроде за праздничным столом сидишь. Нынче, как в лагерях. Встанут перед светофором молчком, отмашки зелёной ждут, светом одним меченные. Раньше в банях роднились, спины соседям по лавкам вехотками драили. Нынче попробуй в такси водилу уговорить и Вам не советую.Чешется почти у всех, попросить не смеют. Эх, пройтись бы по электричке, как в прежние времена.
–Товарищи, кому где почесать, не стесняйтесь, удовольствие неописуемое.
Театр
Сказать и то приятно. Торт–это театр. Неспоримый факт, премьера тут–антракт. Актёры: коржи, крем фруктовый. Критики: ножи, ложки из столовой. Локти на расправу скоры. Ломти–острова и полу. Наполеон один, две вишни в доску, Сахалин и Крым и мост к ним.
Родина
Родился в рубашке. Когда подрос, спросил у мамы:
– В какой?
– Рубашку твою, сынок, Россией зовут.
Скотч
Настроение–насвистывать. Подсознание–подмигиватть. Как это всё выстрадать? Прыгаю. Со строки на строчку. Подхватят под ручки, доведут до скотча. Как не оскотиниться, морду калачом не скорчить?
–Совесть проснулась.
–Зачем?
–Социализм строить.
–Для кого? Коров давно нет. Ослы для осмысления пряника просят.
Осень. В Туле под «Аврору» сапог не на ту ногу обут.
Семь раз отмерь, один раз отрежь, три пальца на кукиш останутся.
Засунули головы в песок, думают время пошло. Для хода времени необходимы руки. Без рук голова хуже пареной репы. Засунули головы в песок,а где плечи? Дальше прочерк. Головы в песке не в почёте.
Остепенюсь. Пряником поманят. В стадо примут. Кнута отведаю. Диета–долг. Овод–повод хвостом помахать. От винта. Кто без рогов, тех не цитируют.
Прилив–отлив. Прилив–отлив. И ни слова больше. Так дышит океан. Так Господь имяна дарует. То, что на слух ловят, другая история.
Читающий очищен. Не проси и прошлое не забудет. Припозднись, опоздавшим свобода золотит ручку. Не долюби, додумать дай другим. Сегодня ты синоптик, а завтра Одессит!
В апартаментах марта имя моё–Иней. Дети не играют в даты, даты убивают дни. В сосульках синтаксис весны. Не доучись, и вечность возьмёт в учителя. В апартаментах марта имя моё–Иней.
Я точка, на цыпочках запятая. Не специалист по спицам, не хватает ресниц. Если бы аист принёс арфу, если бы своровало время...Завтра, всё завтра. Сегодня заступ,я запятая.
Вера явление редкое, репку и ту одним поколением не вытянуть. Только талант, хотя бы толика таланта. Родину не выбирают, не красная она и не белая. Служение ей слово высокое. Большевики отболтали и ушли. Депутаты отбоярятся и забудутся. То, что остаётся, то и есть Родина. Январь выстудил подъезды домов, улицы от стужи вымерли, ни воробья, ни кошки. Ни лая собак, ни ворон пророчеств.
И вот идёт Она! Видишь её в приоткрытую форточку, понимаешь, есть она и ты, и больше никого не будет. Выскакиваешь, не обувшись, в майке, в трико. Опускаешься на оба колена отогревать дыханием пуговицы пальто. Потом кто-то следы от колен назовёт подвигом, но то не подвиг–дар Божий.
Только талант, хотя бы толика таланта.
Мир состоял из: погон,сапог, устава. Пока не вывезли на хозработы. Люди в гражданке воспринимались инопланетянами, от брюк, пиджаков, причёсок с души воротило. Стоял июль липы цвели, пчёлы разгадывали кроссворды в окнах союзпечати. Из учереждения выпорхнула стая в разноцветных нарядах, в босоножках, с ногами голыми, как небо. Жизнь остановилась. Женщина в платье–птица. С той поры на небе живу, земли не вижу. Зимой опускюсь на землю, она голая, в сугробах лежит.
Всё осадки: и дождь, и снег, и выход на пенсию, и листопад, и пух тополей, и капель, и на щеках веснушки.
Всё осадки: и слёзы, и смех, и пара ресниц, и роса на траве, и на стёклах трамвая иней.
Всё осадки: и сплетни, и слухи, и награды, и медные трубы, и сарафанное радио.
Всё осадки: и алиби, и улики, и суды, и приговоры, и смерть.
– Вы зачем сюда пришли?
– У Вас в продаже парашют имеется?
От политики не отмыться, мыла мало. Капля никотина убивает лошадь. Ложка дёгтя доконала Нобеля. Людям Нобеля не обелить. На эту лошадь ставок нет. Справки выдают по-прежнему.Список тайный есть. Хранится в Париже. Автор списка Отар Иоселиани. В весь список не посвящён, света в глазах не хватило. Делюсь тем, что удалось за пару мгновений ухватить, доставить сюда в Россию.
Смелость–это юность. Старость–страх уйти не досостоявшимся. В списке те, кто не предал юности. Те, кто отодвинув старость, сумел состояться вопреки. К сожалению, у нас в России «вопреки» предостаточно.
Леонид Оболенский. Более красивого человека на свете не отыскать.
Булат Окуджава– эталон совести.
Осип Мандельштам–самый смелый мальчик страны Советов.
Эрнст Неизвестный. Человек с памятью от Бога.
Сергей Параджанов. Такого многоцветия юмора с сентябрём не подобрать.
У Отара есть ещё и правая рука, с правой имена мне не известны.
–А ты на пальцах объясни.
Вот и пришлось на пальцах показывать то, что из слов изъяли давно.
Она не только разглядывала, но и перетрогала не на раз фигуры из пальцев его рук. Потом долго смеялась, устав, склонила голову на грудь и неожиданно для него заплакала.Сладко пахло липами, летом, июлем.
– Прости, я глупая баба, всё, что ты показывал–заплаты.
И чем их больше, тем хуже.
– Ты о чём?
– О себе, устала ходить в заплатах, платить дуракам налоги. Давай уедем.
Не успели. Утром, чуть свет пришли с обыском. Пальцы–улика. Улыбаясь, пересчитали при понятых, удивились чему-то. Перешёптываясь, вывели из квартиры. В полдень позвонили, назвали адрес. Вызвала такси, боялась не успеть не в пальцах дело. Суть в тени рук. Он пытался тенями растолковать загадки заплат. Провели в палату, там всё молчало пятнами земляники.
–Не стойте, подойдите к нему, друга Вашего на слова пробило.
Не узнавая лица, оно больше напоминало поляну раздавленной земляники, присела на краюшек кровати.
–Ты хотела уехать? Земля сжалилась над нами, сжалась до ягоды земляники.
Закричала по бабьи, справедливости запросила.
–Отпустите, люди. Я отмою его, научу мычать, он всё поймёт.
–Что он может понять?
–Мечтать подло.
–Куда отпустить, он не ходок, земляники у нас и на тебя хватит.
–В август.
–Он Вам кто?
–Отпуск от Вас.
–Тогда наливай, за Ленина выпьем.
–Ленин тут при чём?
–На памятник Ильичу вся обратная сторона Луны ушла.
–Лунный парень этот Ленин.
–Давайте за полнолуние, за коммунизм! Не чокаясь.
–Американцы знают об этом?
–Когда узнали лунную программу прикрыли сразу.
–Зря не чокались.
–Какой пол у Европы?
–Женский.
–А у Азии?
–Тоже женский.
–Неуд Вам по географии, ребята. И пол Европы, и пол Азии–это Россия!