Мы мосты строим, голосуем. А она не любила море. Столько места и всё впустую. Не умирай от руки, руки–роскошь. Елабуга–небо. Не умирай от руки, Марина.

Не живу. Вижу сон. Он в руку. Рука лицо мнёт, сну удивляется. Клуб. Возле клуба клумбы с цветочками. Голосуют парами. Парное голосование–оплот семьи. В кабинках для пар урны уютом светятся. И плакаты, кругом плакаты. «Проголосовал, получи жену в подарок.» «Хочешь замуж, голосуй!». «До выборов ты вдова, после выборов Вас двое». «Бюллетень по любви не бланк, на квартиру ордер!» Только пара проголосовала, под «горько» из буфета для желающих рюмки подносят. Кричат, из карманов закуской делятся и не расходятся. Не успел подумать, если танцевать начнут, умру от счастья. Проснулся, рука  от слёз мокрая. Выборы без политики только таким дуракам, как я снятся. Не живу, вижу сон. Разум везут из Базеля. Пытаюсь возразить: «Нет разума в Базеле, Эразм из Роттердама.»

 Рука лицо мнёт, к шее тянется. Хрен ей, а не шея. На шее шарф от холода. Холодца не получится.

–Кроме Христа, кто-то ещё на Земле пытался стать человеком?

–Тот, кто гвозди  в буквы согнул.

–Понятно, люди запамятовали, буквы помнят о Нём?

–Имя у букв от  Господа.

–Людей кто до человечества возвеличил?

–Люди на то они и люди, себя любят.

Я–«За!» Я–зам и ужас! Я там, за мужем. Другой вариант ни ему, ни мне не нужен. Я–«За!» Я–зам, готовлю ужин. Ужас. Я зам и сегодня, и завтра зам.

Не «за». Не со зла, слеза подвела. Я –замужем, служу, живём дружно. Не живу, готовлю ужин. Ужас, я–«За!», замужем, за мужем.

Самое опасное время года весна. Не сезон она, зверь невообразимый. В тюрьму не посадишь, засмеют. От лепестков яблонь любая тюрьма белой и пушистой покажется. Указание сверху спутили: «Место для весны подыскать за решёткой.» Решётка–сито, свет в нужную сторону рассеивает. И по прессе и по совести верблюды с крокодилами глаза измозолили. Бюджет до дыр довели, в три горла жрут и не подавятся. Весна в зоопарках невидаль. Толпами попрут, слюной от удовольствия в пляcпустятся. Метры марта за решёткой роскошь невиданная. Издержки в любом месте случаются. Верхи указали, низы исполнили. Воздух свободы у служащих зоопарка головы снёс. Сумашедшие дома переполнены, придурки с дураками весной бредят, под вербы пробирки с мензурками проспособили. Доктора заговариваются, халаты служебные до черёмух искромсали, поют и не закусывают.

Сам по себе ни рыба, ни мясо. Весна в квартире регулярно присутствует. Спасибо соседям сверху, топят, от капели спасу нет. Жену не в ту сторону потянуло, по апрелю соскучилась. Не успеет проснуться, грачей в постель требует. Ворон гримирую, до скворцов дело дойдёт, соловьём запою. Сам по себе ни рыба, ни мясо, сирени в небесах не заслуживаю. Весна опасное время года. В тюрьму не посадишь, в зоопарках переполох, в сумашедших домах доктора с психами под вербу рядятся.

Зимой хорошо, каждый в своей дыре сидит и не высовывается.

Я не баба. Я скобка. Круглая или квадратная Вам решать. Мною одни действия от других ограждают. Если и жена кому, то гражданская. И подружайки мои скобки, те, кому повезло фигурные. Можно без нас обойтись, только почему-то не обходятся. Скобяной товар из покон веков у кобелей спросом пользуется. Сколько наcтаких по городам и весям, как сосчитаешь, невесело становится. Чего со скобок взять? Вдовые мы без молота. До полнолуния редко кто дотягивает, спасибо облакам нищету нашу собой прикрытвают. Худо бедно в обиду не дают. Выпукловогнутые со спины сыты, нутра нет, вот и не воем. Мы бабы воблы, ни груди, ни морды.

Январь–необитаемый остров. Я–первая пятница в Новом году. Дед Мороз–Робинзон Крузо. Капитаны кораблей ёлки на необитаемые острова не завозят. Робинзону не приходит на ум называть меня Снегурочкой. С шампанским проще, волны регулярно доставляют на остров бутылки из-под шампанского. Содержимое бутылок кружит голову.

«Не виновата. Виноваты ноты,вино виновато. Не играй меня по нотам, не пои меня вином. Мой милый вторник, я не виновата. Марина.»

–Господи, мне бы один билет.

–А ты кто?

–Я парус одинокий.

–Девушка у тебя есть?

–Хочется думать: «Да».

–Тогда поднимаю все паруса и дарю тебе два.

От радости забыл поблагодарить Господа. Она не пришла.Сижу в партере, не могу вспомнить в каком из карманов белеeт парус одинокий.

–Юра,он в правом. Она опоздала. Без билета в театр  не пропустят.

– А Вы кто?

–Ангел. В театре суфлёром служу.

Бросился к выходу.перепутал карманы.

– Михалыч, проснись, двадцатый проехали.

Ягоды когда-то загляделись на глаза. На мои смородина, на твои крыжовник. Сегодня смотрящая по вагону. Повезло все спят. А ветки позавидовали рукам.

Моим сосна, твоим пихта. Смотрю в окно, там тьма, она моя. Тьму смакую. Смотрящие смиренны. Утром кто-то обязательно отметит.

          –Ты потемнела за ночь.

Я заяц, без билета еду. Потемнела к весне. Ты обязательно кого-то из нас двоих на вокзале встретишь.

Пришёл проводник пугать ревизором.

          –Ты ещё не сгорела от стыда?

Он не знает, от тех, кто без греха при виде ревизора пепла не остаётся. Ему бы баночку смородинного варенья предложить. Боюсь глаз не хватит. На Казанском пол-Москвы, могу крыжовник не заметить.

Не вдруг. Мы оба это знаем. Птиц потянуло на юг. Люди говорят, там Израэль. Сентябрь соткан из разлук. Небеса стюардессы латают. Птиц потянуло на юг. Люди летят в Израэль. Меня туда не позовут. Я из другой стаи. По маме–русский, по папе–якут. Таких не берут в Израэль

–Ты какой рукой голосуешь?

–Не той.

–А той?

–Той рюмку держу.

–Как они между собой?

–Как кошки с собакой.

–Собака в  которой из рук зарыта?

–Собака в кармане на привязи. Кошки–Каины душу скребут.

–С душой Авеля полезай в валенок, там тепло и сухо.

–А мухи?

–Мухи к зиме сдохнут.

Не было ни Евы, ни Адама. Вопросы есть всегда. Они и выше, и старше людей.

–Скажи, когда родимся, поедем куда?

–В Россию.

–?

–Там райские яблоки тракторами давят.

 –Колумб, ты для меня, открой Америку!

И он её открыл. Кто эта женщина по просьбе которой была открыта Америка? Как произносится имя её?

От тех, кто без греха и пепла не остаётся.

–Колумб, ты для меня, открой Америку!

А ты не стой в очереди обнимать шар земной,затопчут. К крайнему подойди, крайнего, потискай. Ему понравится, потянет и его крайних тискать. А, как от очереди не останется и следа, шар вздохнет свободно. Жизнь на земле пойдёт на лад. А ты не стой, ты тискай. От очередей, если не черти, то черви в голове напременно заводятся.

          –Тихо-то как, может ангел где-то умер?

          –Спокойно, брат, ангелы живы.

Сентябрь, слова улетают на юг. Подморозило. На шаре земном который день крайних тискают.

Мы и не кони, но мы и не люди. Наливайте в ладони, пить будем.

Мы не кони, мы не люди. А ладони–это будни.

Наливайте, пацаны, был не прав.

Пережил развал страны, ты Кентавр!

Герб двуглавый, мы двухтелы.

Нас не мало, мы дух тела.

Она так обиделась на жизнь, так обиделась, что заново решила перебрать губами.

Вам когда-нибудь доводилось видеть как губами по лицу ходят? То вокруг глаз обойдут, то по щекам до скул скатятся. А не то всем лицом в губы, вроде только было лицо и нет лица.

          –Нин, ты хоть на минуту отвлекись от себя. Стыдно в твои годы на себе замыкаться.

          –Отцепитесь вы все от меня. Вам не понять, что происходит.

          –В сорок пять обычная история, всем бабам доводится через эту черту переступать.

          –Я не все, у меня всё не так, не баба я–человек. Руки, ноги,даже живот на месте, лица нет. Куда-то оно от меня уходит.

          –Ты от зеркала отойди, зеркала душу ранят.

          –Не гляжусь, там муть и обман. К воде собираюсь, может она что подскажет.

          –Ты где воду живую видела, её днём с огнём не отыщешь.

          –Перед тем, как в лёд уходить, оживает вода и за нас баб молится.

Пришла бабушка с внуком на тестирование. Заходят в кабинет директора,  там комиссия сходу вопросами сыпет. Мальчик до вопросов ростом не вышел.

          –Послушайте, я очень важное знаю.

          –Ну что ты такое знать можешь мальчик?

          –Вначале было слово и это слово было мама. Я к Вам за вторым словом пришёл.

          –Здравствуй, мальчик–догадался директор.

          –Здравствуйте, спасибо за слово. Я предполагал, что оно есть, просто не знал, как произносится.

          – Здравствуй мальчик!–Загалдели педагоги.

          –Может ты и третьим словом поделишься?

          –Оно слева от Вас на стене висит.

Повернулись учителя в нужную сторону, а там портрет на пару с гвоздём хохочут. Гвоздь не выдержал первым, из стены на волю потянуло. Портрет подумал и вон из кабинета вышел.Комиссия долго решала принимать мальчика в школу или отказать ему вместе с бабушкой. В это время внук что-то бабушке на ухо шепнул, та сгребла его в охапку и бегом из кабинета директора. Родители мальчика расстроились, в какую школу ребёнка отдавать?

          –Мама, что он тебе на ухо шепнул?–Поинтересовалась дочь.

          – Он сказал, что дальние родственники этих учителей когда-то Христа распяли.

          –А портрет-то там чей висел, мама?

          –Разве трудно догадаться? Перед внуком из кабинета сам Чехов вышел.

Если бы русский мужик водку вёдрами не пил, кто бы миру на правду глаза откупорил?

          –Все так, брат, всё тут и гад последний в огороде хрен от редьки не утаит. Нам до Давоса дела нет. Скажи, брат, Одесса русский город?

          –Русский! Давай сегодня обойдёмся без риска, вот тебе ириска на память.

          –По ящику базарили училкам разрешили в купальниках смеяться.

          –Пусть хохочут, на уста квот не выдают.

          –Твоя правда, брат, в ботексе по фене не ботают.

          –Телефоны в школах табу, а в тюбетейках ходят.

          –Да, хоть пей проклятущую, хоть не пей. В патриотизме пик интима.

Стоят три мужика и живенько так травку рыбкой солёненькой закусывают. Четвёртый из подъезда подваливает.

          –Вы чего, ребята, на траву обычились?

          –Незаконный импорт пользуем, имеем право.

          –Не обделю?

          –Давайте без обид, сбегай за рыбкой и жуй.

Высунулась баба из окна голая по пояс.

          –Гляньте, люди добрые, мужики сволочи.

Траву косить лень, жуют и не давятся.

          –Не ори, дура, сглазишь!

          –Погодите, гады, водой из-под крана попотчую.

Тут мужики на слаженный хор перешли.

          –Ты чё, баба, оучмела? До этого даже власть не додумалась.

Чуть погодя, добавили.

          –Иди поползай, в миг помолодеешь.

Вернулся четвёртый с рыбой в руке. Видит баба полуголая по траве пузом елозит.

–Умеют черти импортные пиво варганить.

Я синоптик-оптимист пузыри в небо в любую непогоду пускаю. Люди порой интересуются, отчего над нашим городом небо такое чистое.

Люди, пузыри у меня мыльные.