Евгений Леонов и все, все, все

[показать]

Когда он появляется на экране, улыбка сама возникает на лице. Даже за образом короля-самодура из «Обыкновенного чуда» мы ясно видим пушистого недотепу Винни-Пуха. Кажется, что все у этого добрейшего человека в жизни было просто лучезарно...

Между тем, судьба никогда особо не баловала Евгения Леонова. Он родился в самой обыкновенной московской коммуналке. Две комнатки постоянно были полны народу: родственники и друзья приезжали со всего Советского Союза. Мама вечно хлопотала на общей кухне, стряпая вкуснейшие пирожки буквально из ничего, а отец - инженер на авиационном заводе - самозабвенно рассказывал о самолетах. Неудивительно, что Женя мечтал стать летчиком.

Но грянула война, и пришлось, едва закончив семилетку, пойти работать на авиазавод учеником токаря. И такие настали тяжелые времена, что единственной отдушиной для мальчика неожиданно оказался театр. Он увидел, как любимые раньше самолеты скидывают с неба смерть. А вот с театральных подмостков шла такая жизнеутверждающая энергия, что захотелось самому попасть на сцену. И ему это удалось.

Окончив училище, он попал в Театр им. Станиславского. В суровые послевоенные годы спектаклей ставилось мало, театры и киностудии закрывались. «Не до искусства сейчас, - считало партийное руководство, - страну из руин восстанавливать надо». Чтобы как-то дать подзаработать молодым актерам, администрация театра разрешила им в антрактах выносить сценическое оборудование вместо рабочих, а особо одаренным - создавать шумовые эффекты: изображать свист ветра, плеск воды, цокот копыт или грохот проезжающей повозки. Существовала твердая такса за эту работу - пять рублей. Однажды Леонов так выложился во время спектакля, что заснул прямо за кулисами, а в это время мимо окна по улице прошла лошадь с телегой. «Пять рублей проехали», - пробормотал актер сквозь сон, но проснуться не смог...

Ванда означает Судьба

Любимец всего советского народа отличался патологической скромностью. А уж перед представительницами прекрасного пола и вовсе - то бледнел, то краснел. Ему было уже за тридцать, а семьи своей он так и не завел. Однажды театр отправился на гастроли в Свердловск. Друзья вытащили его перед спектаклем на прогулку. Пошел неохотно: перед каждым выходом на сцену волновался, настраивался, повторял текст и отвлекаться не любил... И уж, конечно, представить себе не мог, что прямо на улице чужого города он встретит свою вторую половину.

Шумная актерская братия, не пройдя от здания театра и двух шагов, с шутками и прибаутками «закадрила» компанию подружек из местного музыкально-педагогического училища. Он же чувствовал себя слоном в посудной лавке. И вдруг заметил на себе пристальный взгляд серьезных девичьих глаз. «Как Вас зовут?» - набрался он храбрости. «Ванда». Это редкое имя стало для него единственным любимым на всю жизнь.

Он пригласил девушку на спектакль. Потом ночь напролет бродил с ней по ночному городу. Читал наизусть Блока и Есенина. Через три дня пришло время уезжать из Свердловска. И он понял, что не может расстаться с Вандой. Сделал ей предложение. Родители девушки были категорически против брака. Смущала «несерьезная» профессия жениха. И тут Ванда впервые проявила свой твердый характер, который потом не единожды помогал семье Леоновых. Она просто собрала чемодан с немудреным приданным и уехала с любимым в Москву... Позже он говорил: «Это счастье, что я встретил ее. Ванда - единственный взрослый человек в нашей семье. На ней держится дом».

Мужская натура

Когда снимали фильм «Полосатый рейс», тигров, конечно, выпускали на палубу парохода «Матрос Железняк» - проветриться, к обстановке привыкнуть. Однако непосредственно во время съемки их отгораживали от актеров специальным непробиваемым стеклом. Как-то съемочная группа с изумлением застала Леонова за следующим занятием: он держал морду одного из хищников в руках и расцеловывал его прямо в нос. Тигр смотрел на человека с неподдельным ужасом: «С ума сошел? Съесть его, что ли?». Выяснилось, что Леонов получил радостное сообщение - у него родился сын. Эта весть была для него таким счастьем, что ему хотелось поделиться со всем миром, даже с грозными животными.

Но во время следующей съемки (а это была сцена в ванной) актер лично проверил защитное стекло на прочность: «У меня, извините, семья! Ребенок!». Когда же установили освещение, оператор вдруг заявил, что стеклянная поверхность дает блики, и зрители сразу обо всем догадаются. Режиссер решил стекло