Все, что вы сейчас почтете, к моему детству не имеет никакого отношения. Почти. Хотя, с какой стороны посмотреть. Персонажи этой истории мелькали передо мной статистами, до меня доходили обрывки их разговоров, многого я тогда не понимала, но запоминала машинально. Повзрослев, я сложила узор из кусков мозаики – из разговоров полушепотом и из маминых пояснений и еще больше – умалчивания. Мама делала хитрые глазки и говорила – «я тебе не скажу». Главный герой этой истории - Леша, книжный червь, подпольщик и распространитель самиздата. Как же он появился среди пестрого набора знакомых и друзей нашей несуразной семейки? Леша нашел нас сам.
Переезд во Львов начался для мамы с поисков работы. Мама оббивала пороги высоких кабинетов, и все больше зря. Пока безрезультатные поиски не привели ее на порог кабинета проректора по науке мединститута. Как только бумаги моей мамы легли на его стол, сработанный львовскими мастерами в золотой век сецессии, как чиновник возвел глаза к небу и возблагодарил Господа. Дело в том, что уже почти полгода он не мог найти человека на должность начальника отдела информации. На этой должности сидела очень важная дама с идеальной биографией, но неожиданно скончалась в самом расцвете лет, ей только исполнилось шестьдесят пять. Обычно с такой должности уходили не раньше восьмидесяти. Работа спокойная, с патентами, коллектив небольшой, никакой тебе проходной и дисциплины. Сиди, кофе попивай, и раз в месяц устраивай день информации или как там называется это сборище. Сказка, а не работа, но… Начальник отдела должна была иметь ученую степень, научные труды, знать два иностранных языка и иметь проверенного мужа. Нужно было еще иметь партбилет, но это дело наживное. На эту должность была масса претенденток, но два языка! Один бы выучить прилично. Тут и явилась моя маман, со своим французским и английским документально подтвержденными, с мужем – полковником, с кандидатским дипломом и кучей научных статей и даже двумя патентами, но без партбилета. Проректор вцепился в нее мертвой хваткой. Дело в том, что мама даже внешне была похожа на свою рано почившую предшественницу. Та же прическа, костюм, портфель, очки, только на тридцать лет моложе. Но, вот беда, кандидатка на сказочную должность хотела двигать науку. Чистый кабинет в центре города ее не прельщал, ей хотелось в белом халате проходить мимо укаканых клеток к столу уставленному пробирками, где подмигивает желтым глазом микроскоп, где тайны, загадки, где крик Архимеда из ванной : «Эврика!». А тут предлагают глотать книжную пыль!
- Нет, нет, и не просите.
Проректор встал на колени:
- Полгода, мы кого-нибудь подберем на замену. Полгода и любая лаборатория во Львове на выбор - ваша. Вы ведь сейчас точно не знаете, чем хотите заниматься, тут со всеми перезнакомитесь. Они же к вам будут приходить в патентах рыться, вся профессура, весь цвет нашей науки – можно сказать.
И мама сдалась.
- Полгода, не больше…, - и пошла принимать дела.
Первое, что бросилось ей в глаза, когда она вошла в свой кабинет – портрет Ленина. Старый, засиженный мухами Ильич сменил в столетней раме своего бакенбардистого предшественника – Франца-Йосифа, не иначе. Мама посмотрела на портрет ненавидящим оком. Ильич вздрогнул, и потрет под ее гневным взглядом тут же упал со стены, загрохотал, стекло разбилось. Мамина угодливая коллега кинулась поднимать, но начальница сказала холодно:
- Оставьте, там где упал. Я сама уберу. Но больше на стену ничего не вешать. Это опасно. Так портрет над головой у будущего начальника и не появился. В память об этом осталась большущая дыра в штукатурке, через которую был виден хороший австрийский кирпич – ровесник последнего австрийского императора. Ильичу же предстояло далее покрываться серой паутиной за шкафом.
Причем тут портрет, спросите вы? Цепь случайностей, господа… Если бы портрет не свалился, кто знает, нарисовался ли бы в нашей жизни Леша?
Вместо портрета вождя мирового пролетариата на стене, слева от кресла появился другой персонаж, большая фотография бородатого Хема в свитере грубой вязки. Когда маму спрашивали – кто это? Она нагло отвечала – мой любовник, под смешки начитанного коллектива. Кто же узнавал – зарабатывал себе бонус в виде хорошего отношения – как член закрытого клуба.
Немного остановимся на географии этого чудесного места – отдела информации. Когда-то кабинет начальника располагался в тесной каморке за большим залом, который был читальным, и в нем же сидели все немногочисленные сотрудники. Потом кабинет заняла машина с волшебным названием ЭРА. Она гудела, воняла аммиаком, пачкала руки, но копировала. Во времена книжного дефицита такая машина была настоящим кладом, просто Клондайком, копями чистейшего злата. А кабинет начальницы пришлось перенести в холл. Теперь все посетители проходили перед глазами моей строгой мамы. Со стены на них смотрел глазами грустного сенбернара пропойца Хем.
Задачка. Сколько времени понадобилось, чтобы весть о том что в мединституте появилась новая начальница, у которой на
Читать далее...