Чины Ангельские разделяются на три иерархии — высшую, среднюю и низшую. Каждую иерархию составляют три чина. В высшую иерархию входят: Серафимы, Херувимы и Престолы. Ближе всех Пресвятой Троице предстоят шестокрылатые Серафимы (Пламенеющие, Огненные) (Ис. 6:2). Они пламенеют любовью к Богу и других побуждают к ней.

 

После Серафимов Господу предстоят многоочистые Херувимы (Быт. 3:24). Их имя значит: излияние премудрости, просвещение, ибо через них, сияющих светом Богопознания и разумения тайн Божиих, ниспосылается премудрость и просвещение для истинного Богопознания.

 

За Херувимами — предстоят Богоносные по благодати, данной им для служения, Престолы (Кол. 1:16), таинственно и непостижимо носящие Бога. Они служат правосудию Божию.

 

Среднюю Ангельскую иерархию составляют три чина: Господства, Силы и Власти. 

 

— Для того чтобы жить в миру, нужно огромное мужество, — сказала мне как-то давно настоятельница монастыря.

 

Тогда, лет двадцать назад, я ее слов не поняла. Мне казалось, что нужна недюжинная храбрость для того, чтобы отказаться от мира, лишить себя всех радостей и удовольствий жизни. Потом, годы спустя, я поняла одновременно две важные вещи: не все то, что мне тогда казалось радостью, ею и было — это первое. А второе — да, нужно огромное мужество, чтобы любить того, кого можно потерять.

 

Чтобы рожать и растить детей, ежеминутно и ежедневно умирая от страха при мысли о том, что с ними что-то случится.

 

Чтобы любить мужей и жен, понимая, что болезнь, катастрофа, случайность могут отнять их навсегда.

 

Чтобы дрожать над своими стариками, видя, как они угасают, и понимать, что ничего не вернуть, и помочь нечем.

 

Любовь — это самый прекрасный дар Святого Духа. Хрупкий — как стекло. Острый — острее самого острого клинка. Удержать его можно только голыми руками. Иначе — не получится. Вот мы и выбираем — жить, пряча руки за спину, экономя силы и кровь, или протянуть руки и принять то, что навсегда сделает тебя другим...

 

Татьяна Краснова

 

http://www.pravmir.ru/idealnaya-smert/

 

[показать]

 

Пришла женщина в храм, приобрела свечу, уверенно зажгла её и поставила в подсвечник. Но как только начала читать молитву, та погасла. Женщина смутилась, снова зажгла огонёк и аккуратно поставила её на место. Не успела произнести даже нескольких слов, как огонёк снова погас. Разволновавшись не на шутку, она опять осторожно взяла её и не спеша поднесла фитилём к одной из горевших свечей. Та затрещала, но зажглась. Женщина медленно поставила её на свободное место и, не сводя с неё глаз, начала читать молитву. Тут огонёк снова стал уменьшаться и погас, пустив вверх струйку дыма. 

 

Паника, испуг, недоумение — все смешалось воедино! Она бросилась к священнику:

— Святой отец! У меня постоянно гаснет свеча. Неужели Господь отвернулся от меня и не желает слышать мою молитву? Или же я настолько грешна, что моя жертва не угодна Ему? Что мне делать?!

— Возьми другую свечу. Тебе попалась бракованная, — улыбнулся он ей в ответ.

 

Не стоит искать скрытые смыслы в том, где их нет. Веруй в защиту Божию, и все станет как должно.

 

 

https://www.facebook.com/Pravoslavieity?ref=stream&hc_location=stream

В одном из рассказов немецкого писателя Бертольда Брехта есть приблизительно такой диалог. Спрашивают одного человека: "Что вы делаете, когда любите кого-нибудь?". — "Я, — отвечает он, — проект составляю о нем". — "Проект? А что дальше?". — "А затем я забочусь о том, чтобы они оба совпали". — "А скажите: кто или что должен совпасть с другим: человек с проектом или проект с человеком?". — "Конечно, — отвечает господин Кернер, — должен совпасть человек с проектом".

 

Часто люди думают, что такой подход — это вера в человека; что можно изучить человека, продумать его, прозреть в нем все его возможности, составить проект и затем заставить человека соответствовать этому проекту. Это ошибка и преступление, которое делают и отдельные люди в семьях, и общества человеческие, и идеологические группировки как верующих, так и неверующих людей. В семьях это приобретает иногда трагический аспект. Родители заранее знают, в чем счастье их детей, и заставляют их быть счастливыми так, как, им кажется, надо быть счастливым. Это относится также к мужу и жене; это относится к друзьям: "Нет, я знаю, что для тебя полезнее, я знаю, что для тебя лучше, ты увидишь, как все это будет хорошо!". И несчастная жертва этой убийственной, удушливой, кромсающей душу и жизнь любви иногда готова взмолиться: "Да перестань ты меня хоть любить — но дай мне свободу!".