Идите нахуй с такими вопросами
Мы не падем под лихими ударами
Мы никогда не погибнем взрослыми
Мы никогда не подохнем старыми.

Иногда я надоедаю музыке и она перестает меня слушать, так густо втекает небо в мои глаза, так наполняет меня синью и тяжестью. Так готовится внутри тайное зелье, новый состав крови - неспешно, безмолвно. Я так больше не могу. Заверни меня в фольгу. В каждой подкожной клетке взрывается маленький атом. Микробиологи сломают головы, разглядывая наши измененные ДНК. Кем мы будем теперь? Нежные беспомощные существа эволюционирующие в неизвестном направлении. Мы застынем в этом январе, как в янтаре, и сквозь прозрачные мембраны будем наблюдать, как иных неразлучных, расталкивают по углам.
Через сотни лет нас извлекут из седьмого неба, уложат срезами под микроскоп и найдут одни только сердечные мышцы. Ничего кроме сердечных мышц. Ведь по настоящему привлекают только слабости.... Блять в минуту,когда я начала писать эту фразу, думала что смогу рассказать что то действительно интересное, и вот к чему это привело. Это всё ерунда такая. И слова эти,и тот факт, что я без тебя слепоглухонемая. И даже сердце в пленочке катаракт. Ты протягиваешь контракт, подпиши вот здесь. В аккуратно уголочке, у меня дрожать губы, дрожит рука. Душа вытекает из оболочки и Оболочка трескается слегка. Это всё безупречно продуманный фарс, это всё выверенный бред, математические причуды.
Чем проще ответ, тем неестественее твои вопросы.
И тишина станет злой и громче.

Кто мы есть и куда нам это спрятать. Такой кинематографичный сюжет пропадает. и я пропадаю. без вести. уже пропала. чувства, чувства, чувства. У меня только одна жизнь, и я не могу позволить себе быть несчастливой. Ну никак. Столько планов нужно построить. столько решений надо принять. столько слов культурных сказать
и всё таком в духе


В заключение вчерашнего и сегодняшнего моих дней, еще раз подчеркну, что все наши недостатки в основном идут из головы, в реальности их либо не существует вовсе, либо они далеко не так критичны и весомы, как нам кажется. Поэтому универсальным оружием в борьбе с ними станет уверенность в себе и умение не зацикливаться на них.

Я
люблю тебя"
"Я
возьму твою боль на себя"

Мне говорят о том, что я ребенок, что я еще не поняла этот мир так, как то другой. Но что значит понять мир? Почему кто то решил, что понял его, а другим устало говорит “нет”. Я скажу свое ”нет”. Ибо нет людей, которые поняли этот мир, есть лишь те, кто в понимании его разочаровались в нем. Вот и все. А я по прежнему смотрю на свои руки и говорю себе, что это реальность и я существую. Слишком мало отдано этому миру, чтобы он открылся кому то, к сожалению каждый платит за грехи других. Мы все принадлежим этому миру, каждый из нас в независимости от того, кто он. И многих беспокоит это, потому что они хотят быть особенными, они хотят ставить свои нормы и правила, заставляя других уподобится им и молить свой идеал. Но этого не будет никогда. Потому что всегда найдется человек, который пойдет против, потому что он видит что то большее, чем ваши тонкости в познании нашего мира.
И вот тогда, у вас проснется ненависть к нему только за то, что вы не он.

пока вы плясали на моем сердце;
на поверхности левого предсердия находились
миллиарды крошечных пустот.

Хочу немного рассказать об одном фильме.
Мне было очень трудно смотреть тот фильм (Великий Гетсби), так как обычно я не могу нормально реагировать, потому что если они умрут, то не будут живы, а если выживут, то все равно жить не смогут.. Это словно стало вторжением в мое личное пространство и изменение определенных правил. Но, так или иначе, фильм вызывал у меня чувства, а это уже говорит о многом.

А я снова отбиваю сальсу на клавиатуре и мне плевать если вам, вдруг по каким то прискорбным причинам,
не нравиться то, что тут происходит.
Это бешеный энергетический поток, меседж для многих людей, но ни одна моя идея, никогда не доберется до того пьедестала,
на котором восседаешь - ты. Бывает я заглядываю в будущее.
И подтверждаю всеобщую теорию, что все будет хорошо.

может ли отсутствие индивидуальности доказывать ее наличие?
опять же попытка вырваться из меж пространства бытия.
тогда может быть этими рассуждениями, единственное, что я доказываю, это наличие стереотипов.
но кто опроверг их отсутсвие?

можно сомневаться в том, что ты умен, но сложно ошибиться, если ты туп.
[500x208]

Чувствовала себя самым мерзким существом.

Я завариваю кофе с выдумкой и ванилью
Мы отличная пара - не звонишь, я не отвечаю
Говоришь со мной на всех аккордах полифонии
Говорю с тобой на всех языках молчания
Я завариваю тебе кофе, потише, мой друг, потише
Я могла бы тебе ответить, так может каждый
Чувствовать другой мир, другое время, где и я была другой. Совсем другой.

Жизнь, сука, вещь простая. До дикости. До абсурда. А ещё мы недооцениваем силу человечекого воображения!
Моего в том числе.

-Как жизнь?
-Да ничё, спасибо, сокращается

ДЕТКА, а капризы наши, доводят до непристойных истерик на скользких карнизах.

Подари мне утро... Чтобы разбудить тебя поцелуем и долго-долго валяться под теплым одеялом, обнимая тебя и целуя в глаза. Подари мне утро...Чтобы отдельно от всего мира, чтобы ты взял меня за руку и потащил на улицу. Подари мне утро, чтобы никуда не спешить, чтобы бесконечное счастье, чтобы без слез на подушке.
Подари мне утро, чтобы я могла жить дальше.

В сердце минус 120, и долгая суровая зима.

Всего один вечер. Как странно это - "друг без друга ". Мы с тобой хоть и далеко, но всегда на одной волне. Зажигай спичку кинь в бензин, будем вместе на это смотреть. Только проверь пожалуйста, не на противоположной ли ты от меня стороне?

Завтра город проснется, а я пойду повешусь. Просто так. Погода хорошая.

Девочка - щастье; Щастье - ебанастье.
Не помещаюсь в рамки обычных людей...
Но могу легко войти к ним в доверие.
Пока я сомневаюсь, - я живу.
Нестандартность моего мышления скрыта от посторонних глаз. Мои мысли направлены в будущее.
Я просчитываю действия на десять шагов вперед. Даже для отрицательного ответа у меня есть ответный ход.
Я - индивидуальность этого мира.

Но я чувствую, что меня скоро не будет. совсем не будет, понимаешь?

Я чувствую, меня хотят отнять из жизни.

Мой милый, мне кажется, есть что-то пугающее, почти сверхъестественное в нашем сегодняшнем последнем разговоре, в том, как тихо, такие страшно далекие, мы говорим и слушаем друг друга - я, которой больше нет и которая жива только в тебе, и ты, уже почти не знающий, какой я была когда-то - и в том, что слово "теперь" имеет какое-то ускользающее от разума различие для того, кто его пишет, и для того, кто его читает.

И теперь, через всю бесконечность пространства, через всю вечность времени - пусть это кажется абсурдным, - я целую твое лицо.

А потом... я кончаю. Потому что не смею признаться тебе - я не хочу стать грустной, это дурное чувство - в том, какими безумными могут быть мечты о любви, когда она так велика, и о нежности, когда ей нет границ.

И когда ты будешь плакать, что скоро уже и всего и двадцать два, то есть четверть жизни вылетела в трубу, не умеешь ни общаться, ни одеваться, и не знаешь - а куда тебе вдруг деваться, только богу плакаться на судьбу.
И когда тебя не возьмут ни в друзья, ни в жены, а оставят сувенирчиком на лотке, ускользнут, уйдут из жизни твоей лажовой - а тебя из печки вытащат обоженной и оставят остужаться на холодке.
И когда тебе скажут - хочется, так рискни же, докажи, что тоже тот еще человек, ты решишь, что вроде некуда падать ниже, и вдохнешь поглубже, выберешься из книжек - и тебя ударит мартом по голове.
И вода, и этот воздух горячий, блядский, разжиженье мозга, яблоки в куличе. И друзья, котрые всё же смогли добраться, обнимают так дико трогательно, по-братски, утыкаются носом в ямочку на плече.
Ты уже такая уютная - в этих ямках от носов твоих женатых давно мужчин, несмеянка, синеглазая обезьянка, под мостом горит Нева нестерпимо ярко, и звенит трамвай и сердце твое трещит.
А весна всегда отказывает в цензуре, разворачивает знамена, ломает лед, ветер хлещет по щекам золотым безумьем, на распахнутом ветру, на трехкратном зуме, обниматься на бегу, целоваться влет.
И тогда ты будешь буковками кидаться, как остатками несъеденного борща. Твой роман не пережил никаких редакций, вы вообще такие дружные - обрыдаться, то есть даже разбегаетесь сообща.
Ноль седьмое счастье, двадцать седьмое марта, голубое море, синие паруса. Ты заклеиваешь конверты и лижешь марки, солнце бьется наверху тяжело и марко, и густым желтком стекает по волосам.


Давай чтоб вернули мне озорство и прыть,
Забрали бы всю сутулость и мягкотелость
И чтобы меня совсем перестало крыть
И больше писать стихов тебе не хотелось;

Чтоб я не рыдала каждый припев, сипя,
Как крашеная певичка из ресторана.

Как славно, что ты сидишь сейчас у экрана
И думаешь,
Что читаешь
Не про себя.

Люди предпочитают не быть никогда счастливыми
потому, что их счастье рано или поздно накроется пиздой.

и им проще всего поделиться с кем-то своим горем
получить порцию жалости сочувствия и понимания
но верх мастерства - никому не показывать, как тебе сейчас хуёво
и тогда это становится только твоим
настолько личным, что начинаешь собой гордиться
как пара каштанов в собственной жопе
о которых знаешь только ты один во всем мире.


Давай уснем с тобой
в одной постели.
От мира оторвемся
проводами.
И нет для нас ни власти
ни системы.
Не стоит забываться
чудесами.
Давай сыграем в чехарду
с рассветом,
Давай слетим звездою
с небосклона.
Ответим на вопросы
без ответов,
Измерив уровень внутри
тестостерона,
Давай убьем пространство.
Ну и время.
Поссоримся и с будущим
и с прошлым.
А ночью звезды посчитаем
в темном небе.
А утро будет грустновато-томно-пошлым.
Мы будем разговаривать
о вечном.
Пить водку? Может только
с сигаретой.
Я так люблю тебя. Циничным. И беспечным.
Любым.
С тобой моя душа совсем раздета.

Мне не хочется на показ........

Ну всё уже: шепот, белый шум, пустяк
Едва уловимый, тлеющий, невесомый
Звонка его ждешь не всем существом, а так
Одной предательской хромосомой

Скучаешь, но глуше, вывернув звук к нулю
Как с краю игла слегка шипит по винилу
Всё выдохнула, распутала, извинила
Но ручку берешь, расписываешь уныло
И там, на изнанке чека :
"Люблюлюблюлюблю"

Сегодня 28.01.2016 дорогой дневник, как же я ошибалась. Вернуть бы все обратно, я бы не пришла!....

Ой-ой-ой как холодно!..... Брррр

О Серёжеке самый долгий)

Оооочень редко, но случаются люди, которые приходят в нашу жизнь, чтобы не покидать её. Ты смотришь на того человека и понимаешь - всё, приехали, готовьте соль и спички, это надолго. И это независит от сходства или различия ваших интересов, от того какова вы пола и возраста, от существования или отсутствия между вами искры, от уровня развития, от того ругаетесь вы каждый день, или наоборот у вас прекрасные отношения. Со временем ты начинаешь воспринимать этого человека, как неотъемлемую часть себя. Его слова, его походка, его шутки, его арфографические АшиПки, любимые напитки, вид из окна встраиваются в твою систему жизнеобеспечения, как табак для курильщиков, и ты уже не мыслишь себя без НЕГО. Иногда правда, очень хочется отпилить его голову ржавой ложкой и навсегда забыть телефон и имя, но это не изменит ровным счетом ничего. Ни-че-го.
Готовь соль и спички - это надолго. Если не навсегда.) их еа

Моя с ним новогодняя ночь была сумбурной и немного "не такой" и не с теми, всё кроме нас с ним было лишнее и оставалось где-то в другой реальности, но какое мне блять сейчас до этого дело, если я тогда была рядом с любимым человечеком. Да, мы касались друг друга бесконечно, вечность пролетела сквозь наши пальцы. И ты не знаешь, что такое нежность, пока она однажды не растянется на шестнадцать часов, не вылезая из постели. (Конечно было меньше). Овладевая каждым выдохом и вдохом не произнося не слова я боялась потеряться в этот миг, настолько я пыталась проникнуть в удовольствие, так остро чувствуя его каждой клеточкой. Так, как смог он, наверно больше никто и не сможет. Такие теплые руки и на множество мгновений я его была, и есть. Глотать наслаждение по капелькам, которые льются через всё тело, чтобы вновь испытать жажду по друг другу.


Ты же знаешь я не смогу себя от тебя запоролить
Ты же взломаешь - я знаю это, уверена на все сто
Ты же воздвижен во мне крестом
Распахнутым в небо,
И пальцы болят от того, что ты первый
Кого я так сильно боюсь проебать.
Ты самое лучшее, что я смогла понять
Во всей этой путанной шифрограмме
Лучшая передача, новогодней программы
Предложенной в праздничный день.

Что же ты смотришь, как будто дело уже к беде?
Что же ты смотришь, так, что уже не смотришь?
[604x340]

я тут недавно проснулась в три часа ночи, и поняла, что если его не будет рядом то ничего не имеет смысла. а утром я поняла, что смысл не в нем. а в том, чтобы было о ком мечтать. иначе жизнь бессмысленна.

Давай я найду тебя в миллионе контактных друзей? В сотнях лиц в он-лайн. В телефонных проводах. В мобильных гудках будешь ты. Давай я найду тебя на дне чашке чая, в толще неразмешанного сахара. Давай ты будешь звучать из всех наушников, колонок, компьютеров, музыкальных центров и даже из транзистора. В голосе диктора по радио объявляющего нашу песню. Давай я найду тебя. Я буду в джинсах и в той, майке С фотоаппаратом и белыми наушниками. Я буду фотографировать голубей, а ты придёшь с батоном французского, сядешь на лавочку в том же парке и будешь их кормить. Я присяду на корточки и сделаю пару снимков, где ты будешь выглядеть лучше всякой зарубежной звезды со своей голливудской улыбкой. Мимо пробежит, какой то расстроенный человек и собьёт меня с ног. Я, упаду крепко сжимая фотоаппарат, чтобы не разбился. Ты подлетишь и так легко взяв на руки, посадишь на лавочку. Я покраснею от своей неуклюжести, и мы вместе будем смеяться пару часов. Потом пойдёт дождь. Мы усядемся в ближайшем кафе. Закажем по чашке горячего чая, будем улыбаться, и говорить, говорить, пока не закончится время. И мы разбежимся, забыв спросить имена. А я вечером по привычке сяду на балконе и увижу тебя в соседнем окне в футболке и смешных тапочках. Ты помашешь мне овсяным печеньем, и я пойму, что нашла тебя. И давай больше не теряться?
______________

я хочу украсть тебя у всех, но знаю точно, так не надо.
я хочу оторвать от тебя кусочек. маленький.
положить в кармашек и носить с собой.

В подъезде плакала проститутка
Подвывая сама себе -
Всё это выглядело достаточно жутко
И т.п
Нам остается только смотреть,
Как жизнь перед нами блестит
Как грохочет пропущенным словом смерть
Принимая привычный вид.
Облака в подозрительном небе ползут
Выдавая чужой расклад
И на миг показавшийся солнечный круг
Опракидывается назад
Ахахахахаххххх

Суть не в том, чтоб не лезть под поезд или знак "Не влезай - убьет". Просто ты ведь не
Нео-тоисть, не вой потом, как кайот.
Жизнь не в жизнь, без адреналина, тока
Экшена, аж свербит, значит будет кроваво
Длинно, глазки вылезут из орбит. Дух
захватывало, прохладца прошибала - в такой связи, раз приспичило покататься
Теперь санки свои вези. Без кишок на клавиатуру и истерик по смс - да, осознанно или сдуру, ты за этим туда и лез.

Ты за этим к нему и льнула, привыкла, ждала из мглы, чтоб ходить сейчас тупо, снуло и башкой собирать углы.
Ты затем с ним и говорила, и делила постель одну - чтобы, вцепляться теперь в перила так, как будто идешь ко дну.
Ты ещё одна самка, особь, так чего поднимаешь вой?
Он ещё один верный способ, остро чуять себя живой.
Тебя что, не предупреждали, что потом тошнота и дрожь.
Мыж такие видали дали, что не очень-то и дойдешь.
Мы такие видали виды, что аж скручивало в груди; ну какие теперь обиды, когда всё уже позади. Это матч. Среди кандидаток были хищницы ещё те - и слетели.
А с ним всегда так, со щитом или на щите.
Тебе дали им надышаться, кислородная маска тьмы, слов, парфюма простого шанса,
Что какое-то будет "мы". Блюза, зимы, пиццы на Садовой, вина, такси -
Дай, откашляться, Бог, напиться иже еси. На небеси,-тебя гладили воскрешая,
вынимая из катастроф, в тебе жили опустошая, дров подкидывая и строф; маски нет.
Чем не хороша, я? Ответь же мне, божемой!
Только ты ведь уже большая, не пора ли дышать самой?

Мы такие тонкие , легкоранимые и конечно недовольные всем
Нуждаемся в искренности слов, правильности действий, в нежной заботе
И, ваобще, мы во многом нуждаемся.
Просто потому, что всё заебало.
Абсолютно всё.

Сегодняшний мой шаг - это решительная и до некоторой степени мучительная попытка обнаружить в себе те отклонения, которые были у меня в прошлом, и те,которые есть сейчас.
Нужно точно установить где, когда и с кем мои естественные желания оказывались извращенными.
Я хочу открыто признать, какие несчастья это принесло мне и другим людям. Обнаружив в себе эмоциональные отклонения мы можем приступить к их исправлению.
Без усердных и настойчивый попыток исправиться, мы не сможем вернуться к трезвости или быть довольными своей жизнью.
Без такого глубокого и бесстрашного исследования своего поведения, не достижима та самая вера, которая приводит к результатам в повседневной жизни человека.

А откуда у вас пошло искажение?

Я ни на что не гожусь, а ты?


Хотя я, конечно, безбожный враль,
Я прочна, как сталь, как зубная эмаль
Мне уже никого - ничего не жаль
Я транжирю себя, я коплю на напалм
Я красивый нахал, одинокий хам
Я делю жизнь с апостолом пополам
И апостол приносит мне боль и хлам,
Я люблю его так, что десятый грамм
К девяти пресловутым, прибавлен был.
У него есть имя и пара крыл
А меня у него, никогда не будет
Потому что апостолы, тоже люди
Я его люблю, а он слаб грудью
И она у него болит.
Он бы и рад любить, только вот - инвалид.

Я ничего не стою, а ты?

Хотя я, конечно, лгу, не краснея.
Я редчайший алмаз, дорогая камея,
Государственный флаг, и я его гордо рею
На флагштоке распятая поутру
Я, апостол, когда нибудь не умру.
Я принадлежу твоему перу,
То, что ты сочинял. Я-да не сотру
Я-да, не исправлю.
Я иду, под ногами шуршит гравий
Ты горячь губами, черен бровями
Я тебя, апостол иду и славлю.
На тебя играю, на тебя ставлю,
Открываю глаза, закрываю ставни
Всех чужих окон, тереблю локон
Наши дни и ночи измеряются сроком.
Он известен был, только тебе

И ударом под дых, ты сломал мне хребет

У апостола жар, у меня бред
И тридцать серебряных звонких монет
Ладонь тяжелят и греют.

Мир, в котором мы живем, никогда не запомнит нас такими, какими мы на самом деле есть. Оболочка рисуется легко, но внутри у ахуенных, видимо пусто. Так нам и надо

Нет. Меня лично в тебе всё устраивает. Особенно голос. Он ахуенен. С таким бы можно было бы сделать карьеру в сексе по
телефону

А теперь сказка!) отвлеклись не на долго и приготовься удивляться.
Экшн :

По утрам он на метро, ездил в свой троллейбусный парк. Он посыпался рано когда на улице было еще темно. Пил свой чай с бутербродами и подолгу смотрел в черные окна. Его мир был тих и спокоен. Допив чай, он ставил кружку в раковину и не слышал, как она брякала. Он шел в прихожую, садился на корточки и завязывай шнурки. Потом распремлялся и сувал руки в рукава серой куртки. На улице он закуривал свою первую, утреннюю сигарету. До метро шел пешком. Даже очень рано с утра перед окошком кассы метрополитена стояла очередь. Он вставал последним и маленькими шажками, двигался вперед, ждал пока окажется перед низко прорубленным в стене, зарешеченным окошком и вынимал из кармана купюрку. Отдавая деньги кассирше, которую он никогда не видел, растопыривал пальцы показывая, что ему нужно две поездки. Один, чтобы поехать на работу. Второй, чтобы вернуться домой. Он никогда не говорил словами "два", хотя и мог. Ему не нравилось, когда люди обращают внимание на его речь (Гортанные звуки вылетавшие из горла глухонемого). Она ждала этого момента. Просыпалась от того что чувствовала, как лицо расплывалось в смешной улыбке, а внутри всё сворачивалось в комок, похожий на счастье. Сегодня в ее бойнице опять появится купюра и два длинных, красивых пальца растопыренных в знаке Victory.
Продавать билеты для прохода через турникет, собачья работа. Наверно, когда нибудь ее поручат автоматам, но пока не поручили. На протяжении всего дня ты двигаешь, только одной рукой: взять деньги, отдать карточку и сдачу, взять деньги, отдать карточку и сдачу, взять деньги, отдать карточку и сдачу. Остальное тело свободно, можно двигать ногами, строить рожицы и ковырять в носу всеми пальцами не занятой руки. Это то и утомляло метрополитеновских кассирш. Куда девать столько свободы, они не могли понять, и проработав несколько месяцев сбегали к работодателям, придумавшим занятия и для остальных органов тоже. Ей бежать было некуда. Болтать ногами на рабочем месте она не хотела, потому что у неё она была всего одна. Её устраивала эта работа. Её жизнь проходила в тесной комнате касс, верхом на стуле с облезлым тряпочным сиденьем, лицом к зарешеченному окошку. Недавно она огляделась на улице, лето уже прошло а она его даже не заметила, так же пройдет и жизнь и единственное, что удастся вспомнить : руки сующие ей в окошко купюры.
Его руки были самыми красивыми из всех. Двести пятьдесят четыре рабочих дня в году она могла смотреть на его пальцы. Сто одиннадцать выходных дней она проводила дома и просто ждала наступления новой рабочей недели. Она специально выбрала утреннюю смену от открытия метро до двух часов дня. Другим девушкам не хотелось работать в это сумасшедшее время, а она приходила заранее расскладывала перед собой карточки и ждала. Около семи утра появлялись его пальцы на этом день был окончен. В конце своей смены она ставила перед решеткой табличку извините закрыто и вместе со стулом отодаигслась от стены. Сзади, прислонённые к шкафу стояли ее костыли. Прежде,чем выйти из служебных помещений касс, она надевала наушники и включала свою любимую музыку. Жалко что не придумали фильмы для глаз, чтобы шагая не видеть, КАК смотрят на неё окружающие. От двери с надписью СЛУЖЕБНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ. НЕ ВХОДИТЬ до троллейбусной остановки было не далеко. Но нужно было один раз спуститься и два раза подняться. С костылями это было чертовски неудобно. Зато потом оставались только три остановки на рогатой машинке последняя лесенка перед парадной. И все. Лифт. Дверь. Во сне увидеть его пальцы.
Когда тролейбус подъезжал к остановке люди вокруг начинали что то ей говорить. Она видела, как шевеляться их губы. Может они спрашивали, не нужно ли помочь? Может быть, жаловались, что своими костылями она перегородила весь проход. Она слушала плейер, никогда не слушав их. Платила кондуктору за проезд, садилась к окну, жмурила глаза. Эти последние три остановки давались ей особенно тяжело. Она никогда не смотрела по сторонам, никогда не видела, что происходит вокруг. Лифт. Дверь. Диван. Во сне увидеть его пальцы. Кондуктор сгребал с ее ладоней мелочь, отрывал билетик и шел дальше. Он никогда не произносил не единого лишнего слова. И ваобще у него молчаливого, был такой вид, что платили все. Пассажиры смотрели на его сдвинутые брови и им не хотелось ехать зайцами, им хотелось купить билет. Люди не знали, что Кондуктор был не злой, а просто родился глухонемым. Вам бы показалось, что этот Кондуктор всегда собран и спокоен, но на самом деле это было не так. Около полвтрого, он начинал немного нервничать. До того, как она войдет в тролейбус, остается совсем чуть чуть времени и он Читать далее...