Дополнил рубрику "Практика западных учителей ИЗО" опытом педагогов из Японии.
Здесь показан самый сложный период обучения, когда у малышей развивается эстетическое восприятие цвета и линии. Не смейтесь, если я скажу, что страницы о композиции в дизайне я давал в первую очередь для педагогов, занимающихся с детьми изобразительным искусством. В самый ответственный момент у большинства детей нет грамотных художников-педагогов. Что может понять, далекая от искусства, воспитательница, рассматривая картинки на этой странице? Ничего, мазня, калякималяки. Знаю это по холодному восприятию ими опыта американского педагога с академическим образованием. Кстати, и там и здесь профессионалы начинали занятия с изучения свойств линии и цвета.
Страницы по дизайну я расшифрую, сделаю их понятными для всех, но пока картинки детей. Они выхвачены из разных сайтов сети и скомпанованы мною. Источник не указан, в японском я не спец, комментировать могу только исходя из своего опыта работы. Обратите внимание на мягкий переход от пятен и цвета, к рисунку объектов. В процессе рисования с детьми японцы любят находить философию во всем зримом, используя фотографии природы и предметов быта.
Первыми словами автор как бы оправдывается за вымученный язык статьи:: "...она (методика) еще не имеет общепринятого языка выражения". Пытаясь создать наукообразный язык, М. Коник превратил описание простой методики в сложный ребус для молодого читателя.
Статья опубликована в журнале "Декоративное искусство" № 11 1973 года.
Курс композиции на Сенеже
М. Коник
Методика преподавания профессиональных дисциплин в такой сравнительно молодой области, как художественное проектирование, существует пока еще на уровне индивидуального и практического опыта, она еще не имеет общепринятого языка выражения.
Предлагаемая статья заместителя художественного руководителя Центральной учебно-экспериментальной студии СХ СССР М. Коника посвящена изложению опыта студии в преподавании одного из самых трудных и методически наименее разработанных разделов учебного курса — пропедевтического.
Любая творческая деятельность предполагает наличие языка и средств, ее конструирующих, дающих основания для обучения этой деятельности. И если в науке эти сродства выделены и «отчуждены» от самой деятельности, то в искусстве, где индивид как бы «сращен» и с деятельностью и с ее средствами, в той же степени вычленить и объективировать последние, представляется сложной проблемой.
Весьма специфическое решение эта проблема нашла к методике дизайнерского образования, особенно в том его направлении, которое получило название художественного проектирования. Появление дизайна с его лозунгом «искусство — техника — повое единство» выдвинуло задачу создания особого типа обучения. Для того чтобы это новое единство «могло заговорить», понадобился оперативный инструментарий, своего рода диалект языка изобразительного искусства. Им стал специальный предварительный курс обучения, обычно в практике именуемый пропедевтическим (от лат. prореdevtik предварительное обучение), как способ передачи системы художественных средств для овладения языком художественного проектирования. Сама его функция указывает па то, что язык художественного проектирования вторичен по отношению к языку изобразительного искусства: подобно Антею, он плодотворен до тех пор, пока сохраняет корневые связи с искусством. Точкой их соединения и является пропедевтический курс. Он аккумулирует языковое богатство изобразительного искусство. Он трансформирует визуальное содержание искусства в определенные языковые
Легко заметить, как многие приемы изучения композиции в дизайне используются в работе с детьми. Один из авторов статьи, М. Коник, работал совместно с Евг. Рогенблюмом, автором "Художник в дизайне". С главой о композиции из этой книги мы познакомились на предыдущих страницах рубрики "Предмет - композиция".
Статья из журнала "Декоративное искусство" № 9 1971 года.
М. Коник, П. Сирин
Школа созерцания и любования для всех
«Страна, в которой учили бы рисовать так же, как учат читать и писать, превзошла бы вскоре все остальные страны во всех искусствах, науках и мастерствах».
Д. Дидро
Цвет — та художественная данность, вне которой трудно понять, чему и как учат детей в японской школе и почему на художественное образование в этой стране столь значительное влияние оказал и оказывает Институт цвета. При этом цвет не столько одно из художественных средств (хотя он, разумеется, таков и в японской традиции), сколько самостоятельная реальность визуальной культуры. Мир цвета в Японии суверенен. Достаточно самого простого знакомства с художественной жизнью этой страны, чтобы понять, что цвет составляет в ней самое стихию и существенность визуальных искусств. Цвет образует основу личной духовной полноты, цвет наполняет собой все в этом мире.
Меня спросили: "как грамотно, с точки зрения композиции, оформить cd-диск (или грампластинку)?? Или может Вы подскажете литературу, связанную с оформлением музыкальной продукции."
Статья из журнала "Декоративное искусство" №4 (апрель 1965 года).
К. Кантор
начатки дизайнерского образования
Это только начало, пробы. Самостоятельные и чуть ли не ощупью найденные тесты, приемы, способы, позволяющие обнаружить дизайнерские задатки у абитуриента, а затем, уже в процессе обучения,— активизировать продуктивное воображение будущего художника-конструктора. Упражнения, кажущиеся головоломками, иногда почти детской забавой, таят в себе цепко схваченную методику, по-дизайнерски ориентирующую способности студента.
Поступающему на кафедру художественного конструирования ЛГХИ предлагается наряду с обычным экзаменом по рисунку выполнить еще ряд заданий.
1. Сделать из листа бумаги при помощи ножниц (но без клея) объемную фигуру животного.
Как показала проверка, не всегда именно отличник по рисунку наилучшим образом выполняет это задание. Тут требуются не только наблюдательность, острота глаза, репродукционные качества воображения, но и пространственное мышление, способности к обобщению, конструктивному построению формы.
Экзаменующийся не должен ставить перед собой чисто художественную задачу — добиться определенной эмоциональной выразительности, хотя она и возникает (как это можно видеть по результатам) из логики конструкции. Простое задание синтетично. На нем проверяется и собственно художественная и конструктивная — репродуктивная и продуктивная—способность воображения в их единстве.
2. Задание на проверку способности творчества в области функции —например, спроектировать уличный переход для слепого.
Все наши переходы спроектированы в расчете на зрительное восприятие (светофоры, указатели, ограничительные линии). Абитуриент должен разработать проектное предложение по конструкции перехода, опираясь на другие органы чувств (слух, осязание).
Проектное предложение оформляется в виде эскиза с минимальным количеством слов пояснительного текста. Учитывается функциональная эффективность, надежность проектного предложения. На качество рисунка внимание не обращается.
На экзаменах было предложено много интересных и разнообразных решений. Кстати замечу, что это задание полезно использовать как тему не только учебную. Для гарантии безопасности перехода на улицах следовало бы применить дополнительные средства, дублирующие те, что опираются лишь на зрительное восприятие.
Значение новых экзаменационных заданий, как мне кажется, не только в том, что они позволяют более точно выявить дизайнерские наклонности будущего студента,— они сразу же вводят его в атмосферу новой специальности.
Окончание главы.
Основы пространственной композиции Литовского государственного художественного института
Феликс Даукантас
Курс основ пространственной композиции, созданный коллективом Литовского государственного художественного института под руководством Феликса Даукантаса, еще не превратился в законченную систему, но в его упражнениях есть много такого, чего нельзя найти в курсах Московского архитектурного института и Варшавской Академии художеств; поэтому их можно рассмотреть как дополнение к уже разобранным курсам.
Несмотря на кажущуюся отрывочность, стихийность поисков ЛГХИ, в появлении там все новых и новых заданий и тем, есть своя четкая логика, и ее интересно проследить. Здесь чувствуется тенденция поставить в центр внимартя проблематику сознательного проектирования новых композиционных закономерностей.
Продолжение.
Курс композиции в Варшавской Академии художеств
Оскар Хансенв
Известный польский архитектор Оскар Хансен в течение многих лет ведет курс композиции в Варшавской Академии художеств (См. таблицы XVII и XVIII.). Он преподавал в Высшей технической школе и Союзе архитекторов Норвегии и в политехническом институте Финляндии. Курс, созданный Хансеном как итог и обобщение этой многолетней работы, обсуждался на конгрессе градостроительства в Голландии. Наверное, нужно еще добавить, что сам Хансен постоянно совмещает преподавание с творческой проектной работой; он получил первый приз за памятник жертвам фашизма в концлагере Освенцим, он автор планировки районов Варшавы — Раковец и полуострова Граховский,— а также целого ряда общественных интерьеров. Много и продуктивно работает Хансен над проектированием города будущего.
Оскар Хапсеи прочел курс лекций и консультировал ряд проектов, выполнявшихся в творческой группе Сенежского семинара в 1967 году.
Курс профессора Хансена отражает иную организацию процесса обучения и передачи художественного опыта, нежели курс Московского архитектурного института. Два основных момента могут быть выделены в нем в качестве определяющих многие другие особенности.
Первый — тесная связь задач на композицию с актуальнейшими вопросами художественной культуры времени, чуть ли не непосредственное отождествление тех и других.
Второй — отсутствие прямой передачи преподавателем своих знаний по композиции и проектированию студентам; курс построен таким образом, что студенты как бы «открывают» все, что им нужно, в ходе решения поставленных перед ними заданий. Более того, студент сам формулирует задание; функция педагога определяется главным образом при анализе адекватности задания его композиционному решению (сноска: Умение сформулировать задание на композицию — это, по сути дела, первый этап перевода задачи, сформулированной на бытовом, научном или техническом языке, на язык искусства; адекватность выполненного упражнения правильно сформулированному заданию — это одновременно и решение задания и второй окончательный этап перевода.).
Итак, композиционные задания с самого начала органически связаны с проектными ситуациями. Системы композиции выступают, следовательно, не только в роли средств, специфических для обучения, но и в роли средств творческой художественной деятельности (сноска: С развернутой системой, в корне меняющей традиционный метод выдачи заданий, при котором окончательно сформулированное задание навязывает студенту как способ его исполнения, так и его результат, выступила в 1970 г. в Казимеже на международном семинаре по методике обучения дизайнеров в высших художественных училищах Краковская Академия художеств. По мнению ее педагогов, формулировка темы задания должна давать студенту удовлетворение не только от решения задачи, но предоставлять ему возможность участвовать в постановке проблемы. С этой точки зрения было бы полезным сообщить студентам только основные положения и общие указания относительно той или иной темы падания, предоставляя им самим возможность окончательно сформулировать проблему в процессе ее решении.).
Этот эффект достигается с помощью серии тесно связанных друг с другом упражнений. Перечень и характер упражнений Хансена непрерывно меняются и совершенствуются. Мы перечислим только те из его упражнений, которые неоднократно выполнялись в творческих группах Сенежской студии.
Задание первое. Современный человек, по существу, перестает замечать привычное окружение, выделяя в нем только крупные изменения. Видение заменяется узнаванием. Однако случайные предметы: кусок газеты, стекла, шлака, не привлекающие внимания в привычной обстановке учебной мастерской, становятся зримыми после того, как художник их сознательно поставил в ряд. Теперь их форма ясно читается, так как благодаря пластической взаимосвязи предметы начинают выделять друг в друге характерное.
С самого начала учебного курса необходимо выявить собственное личное отношение к пространству. Пространственные восприятия и переживания у всякого человека свои. Каждый человек обладает своим личным пространством и компонует его по-своему. Два сослуживца, уезжающие в одну и ту же командировку, везут, как правило, в своих чемоданах разные «пространства», а в номере гостиницы каждый из них по-своему и неповторимо раскладывает атрибуты своего привычного, необходимого пространства в чужом и непривычном. Расположение коробка спичек, пепельницы и транзистора на тумбочке не объяснишь просто утилитарными
Продолжение. Далее на каждой странице дневника публикуется рассматрение в книге различных школ композиции, и первой из них стала программа
Основы пространственной композиции Московского архитектурного института
После длительного перерыва в учебные программы Московского архитектурного института, Московского и Ленинградского высших художественно-промышленных училищ, Вильнюсского, Рижского, Львовского художественных институтов и других вузов страны были включены в той или иной форме курсы композиции.
Каждый из них построен по-своему, и эти особенности — результат как учебной традиции института, в котором курс преподается, так и творческой индивидуальности педагога — автора курса.
Начать анализ курсов нужно, пожалуй, с курса основ пространственной композиции Московского архитектурного института — одного из старейших вузов страны, праздновавшего в 1967 году свой столетний юбилей. Свое нынешнее название институт получил в 1933 году, после слияния архитектурных отделений Вхутеина (Вхутемаса) и Московского высшего технического училища. Методика преподавания МАИ еще раз получила высокую оценку на IV Всесоюзном съезде архитекторов и на VIII Конгрессе Международного союза архитекторов, состоявшемся в Париже в 1965 году и специально посвященном вопросам обучения.
Курс основ пространственной композиции, излагаемый в МАИ, был создан более сорока лет назад группой преподавателей и студентов 2-го архитектурного отделения Вхутемаса, работавших под руководством профессора И. Ладовского. Назначение курса состояло в том, чтобы выработать у будущих архитекторов навыки пространственного мышления. Впоследствии к их опыту так или иначе обращались авторы курсов композиции в различных странах. Таким образом, перед нами проверенная и отшлифованная временем программа. В 1934 году В. Кринский, И. Ламцов и М. Туркус — бывшие члены этой группы — издали учебное пособие «Элсменты архитектурно-пространственной композиции», обобщавшее опыт работы под руководством профессора И. Ладовского, а в 1968 году переиздали его снова ( В. К р и п с к и и, И. Ламцов, М. Туркус, Элементы архитектурно-пространственной композиции, М., Стройиздат, 1968.).
Примечательно, что новое издание почти не потребовало переделки книги: идеи и принципы обучения, сформулированные в 1934 году, современны и сейчас. В текст книги добавили только один раздел, включающий те новые задания, которые сложились в практике четырех-пяти последних лет. Это обстоятельство, казалось бы, противоречит нашему утверждению о том, что композиция не может оставаться такой, какой она была пятьдесят или даже двадцать пять лет назад. Поэтому мы хотим его специально разобрать и пояснить.
Когда в 50-х годах архитектуру торжественно провозгласили ‘«неискусством», естественно, возникло пренебрежение к эстетическим закономерностям архитектурной формы. Новое строительство каждый день множило ряды безликих домов. Возвращение архитектуры «к музам» стало неизбежным. В 1968 году «Новый Артек» отметили Ленинской премией по разделу литературы и искусства, и все последние годы не прекращались дискуссии о собственно художественных задачах архитектора.
Архитектура, отлученная от искусства, не новость. Голландский архитектор группы «Стиль» Тео ван Дусбург, читавший лекции в Баухаузе, писал: «Уже довольно давно (примерно в 1918 году) я назвал эту архитектуру, поскольку она имеет дело лишь с голой структурой, анатомической. В Германии действительно говорили об архитектуре «кожа да кости» и ничего не желали знать ни об эстетических проблемах, ни о проблемах формы. Ядром этого движения была борьба с главенством формы в архитектуре. Новое определение архитектуры гласило: архитектура — это функциональная организация материала. Форма становилась чем-то второстепенным, производным…» («Рогт», 1929, № 2.).
Дальше ван Дусбург писал, что русские, пожалуй, были первыми, кто вернул архитектуру в лоно искусства.
Действительно, в те годы многие русские архитекторы считали, что «задача настоящего момента — установление ряда необходимейших в художественном построении законов. Чрезвычайно полезны законы:’пространственных положений и соотношений архитектурных масс, пропорциональной зависимости объемов, художественного восприятия, выражения психологического воздействия архитектурно-художественных масс и форм» (Н. А. Голосов, Новые пути в архитектуре. Доклад в Московском архитектурном обществе.— См: «Из истории советской архитектуры», ОМ, 1909, стр. 29.).
Наиболее полно все эти веяния выразились тогда в художественной практике Вхутемаса и Вхутеина.
Продолжение.
Тема I. Силуэт п поле
Упражнение 1. Организовать плоскость листа одним графическим элементом, создав такие отношения, где достаточно четко проявляются композиционные векторы: «верх—япз», «левое — правое». На основе полученной композиционной фразы с помощью трансформаций добиться оптической иллюзии, при которой силуэт стремится запять положение «за» плоскостью листа.
Упражнение 2. Организовать плоскость листа одним графическим элементом, так чтобы силуэт найденного элемента обладал качествами ритмического отсчета движения, направления и скорости. Упражнение выполнить в двух вариантах: а) медленный скоростной отсчет, малая скорость прочтения силуэта; б) быстрый частый ритм, большая скорость его прочтения.
Тема II. Организация подобных элементов
Упражнение 1. Организовать плоскость листа подобными или тождественными элементами с задачей получить композиционную фразу (тему) орнаментального свойства с открытыми рядами во всех направлениях.
На основе полученной композиции провести следующий ряд композиционных процедур:
а) путем введения тонового пли цветового изменения (или того и другого вместе) сообщить композиции достаточно ясно выраженное направление — движение и скорость прохождения элементов через плоскость;
б) путем введения в ряды подобий размерных нюансов или контрастов добиться впечатления разрушения двухмерности плоскости, ее пространственного расслоения;
в) на основе найденной композиционной фразы с помощью цветовой или тоновой трансформации добиться композиционного образа доминанты;
г) на основе базисной композиции, трансформируя ее тоном, фактурой или цветом (возможны их. сочетания), провести несколько процедур по членению плоскости: сначала в статичном регулярном состоянии, затем в иррегулярном динамичном варианте;
д) с помощью введения тоновых и цветовых трансформаций добиться композиционных состояний: сгущения-разрежения элементов, замкнутого и открытого динамичного и статичного построения плоскости;
е) на базисную композицию «положить» второй композиционный слой, вторую композиционную фразу, сначала контрастную к композиционной основе по пластике элементов, ее составляющих, затем подобную или пюансную по своим связям с ней.
Тема III. Контрасты, контрастные связи. Способы организации контраста
Упражнение 1. Организовать плоскость листа графическими элементами с задачей получить контрастную композиционную фразу, элементы, образ контраста реализовать через следующие противопоставления: а) размерный контраст; б) контраст форм; в) контраст цвета; г) контраст фактуры; д) использовать сочетания перечисленных противопоставлений.
Упражнение 2. На основе полученной контрастной фразы с помощью тоновых, цветовых или иных, графических трансформаций: а) переакцентировать расстановку контрастных сил: б) снять контрастную агрессию форм введением цветовых подобий; в) усилить остроту контрастных связей.
Тема IV. Способы организации доминанты
Упражнение 1. Организовать плоскость листа с задачей получить образ доминанты, реализованной через:
а) размер;
б) форму;
в) фактуру;
г) цвет;
д) одновременное использование всех вышеперечисленных средств.
Задания следует проводить на одной композиционной основе.
Упражнение 2.
На основе полученного композиционного образа доминанты, реализованного через любой параметр (размер, форму и т.
д.) введением тоновых, цветовых или иных графических трансформаций:
а) ослабить композиционную агрессию доминанты;
б) усилить ее.
Тема V. Центр
Упражнение 1.
Организовать плоскость листа с задачей создать композиционный образ центра. Графические элементы в этом упражнении могут быть подобны, нюанс-ны или контрастны. Выполнить упражнение в следующей последовательности:
а) чтобы «центр» был организован, но не реализован;
б) в основу найденной композиционной ситуации «ввести» физический центр.
Упражнение 2.
На той же композиционной основе создать образ центра в следующих вариантах его динамического состояния:
а) центробежные и центростремительные силы, образующие центр, уравновешены;
б)
Мой интерес к дизайну возник с тех лет, когда я начал обучаться рисунку и живописи в студии военных художников. Единственным журналом, где упоминалось это странное слово, был журнал "ДИ" (Декоративное искусство). Там публиковали статьи о зарождении дизайна, о его теоретиках и, главное, там были репродукции изделий зарубежных дизайнеров. Именно тогда мне стало понятно, есть художники у которых не голова, а логарифмическая линейка. Они инженеры-конструкторы, и они же художники. В итоге, я, закоренелый двоечник, стал отличником по математике и физике, и я долгие годы выжимал из дизайна все, что он знал о композиции. Сразу скажу, ничего принципиально нового после теоретиков немецкой школы "Баухауз" начала прошлого столетия, в мире дизайна не появилось.
Книга, которую я вам представляю, точнее, только главу из нее о композиции, вышла в 1974 году, и она долгое время была единственной в своем роде. Даже, если ее автор и пытался превратить ее в теоретический трактат, интерес она представляет в первую очередь как методика преподавания композиции, и на фоне других доморощенных школ, выглядит вполне прилично даже сегодня.
На этой странице дневника опубликовано только предисловие к главе. Читать его трудно и не нужно, оно изобилует словами, - должны, обязаны, тогда в искусстве мы получаем «формализм», адекватное выражение художественного содержания в форме, созвучной с временем... Надо знать условия того времени, когда преподаватель в страхе постоянно вынужден был "бороться с формализмом", пользуясь в работе с учениками формальным языком символов.
То, что читателям действительно нужно, будет опубликовано на следующих страницах дневника.
valeia "А порассуждайте пожалуйста на тему " Массы разного цвета в картине. Колорит". Спасибо."
Колорит в живописи, колорит живописного полотна, колористический строй, серебристый по колориту портрет... Для меня стержнем в преподавании живописи является
тема колорита, - как принципа организации цветового пространства.
Бывает, смотришь на ряд детских работ педагога, и не можешь понять, чем они так похожи друг на друга. А все дело в однообразии цветового строя, когда живописи просто нет, а есть раскраска контуров.
Малыши пользуются открытыми красками из банки, постепенно привыкая смешивать их друг с другом. К 10 – 12 годам дети уже способны находить более тонкие оттенки цвета, способны планировать последовательность своих действий, они в состоянии придерживаться той или иной известной им технологии ведения живописи. И тут, самое время поговорить с ними о существовании в живописи различных принципов организации цвета.
Для меня все начинается не с получения цвета нужного оттенка (я просто не знаю, какой оттенок мне нужен), а с выявления подходящего сочетания цветов на палитре. В размазанное пятно краски я пробую подмешивать тот или иной цвет, чтобы получить несколько разновидностей его оттенков, соприкасающихся друг с другом. Практически, мы экспериментируем в поисках нужного цветового строя на палитре, не трогая сам холст. Обратите внимание, все смеси красок создаются на основе первого выбранного нами цвета, он как бы связывает своей кровью возникающие на его основе цвета, делая их родственными. Можно сказать проще, пока мы старались опробовать разные добавки к основному цвету, мы создали колористический эскиз из нескольких оттенков одного цвета, соприкасающихся друг с другом.
Получили оттенки цвета, пробуем изменять их насыщенность и светлоту. Если присмотреться, то вы поймете, что и этот поиск происходит на базе одного, но уже сложного цвета, который приглянулся нам в находках предыдущего поиска. Момент ключевой в работе, он решает самые деликатные колористические задачи. Со временем, палитра станет вашим родным домом, и вы забудете о первом, втором и других этапах, все будет происходить естественно, без долгих размышлений.
Родственные цвета в одном пятне. Более того, они разной насыщенности и светлоты. Таким образом, не сделав на холсте ни одного мазка, вы уже окунулись с головой в красочный мир, где нет ни одного. объекта.
[350x468]
Чтобы поупражняться с детьми в применении этих базовых знаний, попробуйте превратить лист бумаги в одну большую палитру. Тогда, к концу занятий вы получите множество цветовых состояний.
Мне кажется, будет интересным предложить детям выбрать методом кадрирования понравившийся им фрагмент большой “палитры”, который может послужить цветовым эскизом для развития сюжетной композиции. Обогатите фрагмент “палитры” мазками и пятнами разной толщины и формы, создайте ими ритм, попробуйте наметить легкие тени и света, и оформите композицию в паспорту. Любое сочетание красочных пятен порождает массу ассоциаций. Мы видим деревья или облачное небо...
На днях купил перьевую авторучку с золотым пером, красивую книгу-блокнот для записей, и не могу решиться сделать в нем первую строчку или рисунок. Бесконечные пробы на клочках бумаги, и все! Так страшно испортить красивый блокнот из которого написанное не вырубить топором.
Другая проблема. Новая фантастическая возможность фиксации развития рисунка стала для мозгов такой естественной, что не сразу сообразишь, как ею распорядиться. Чтобы удалить нарисованное, топор не нужен, достаточно клавиши. Это на своем компьютере, а в сети? Там все остается на вечно, даже та чушь, что на этой странице!
Очень часто случайные ночные каракули получают днем развитие в цифре, когда ты исследуешь различные варианты превращения их в шедевры.
Концептуализм в искусстве обычно проявляется своеобразным бунтом художника с яркой политической окраской, хотя я могу вспомнить и прагматичный концептуализм (например Игоря Макаревича),
У меня есть первый номер журнала "Искусство" за этот год, целиком посвященный художнику в современном театре. Читать его невозможно, поймете это по статье, которую я сканировал для вас из уважения к имени одного художника, а в большей мере одной своей читательницы, большого поклонника этого человека..
Русский поэт, художник, скульптор. Один из основоположников московского концептуализма в искусстве и литературном жанре (поэзия и проза). Автор многочисленных перформансов, участник всех крупнейших международных форумов современного искусства, лауреат Пушкинской премии.
Он был, как считают представители его круга, интеллектуальным мостом, соединявшим времена шестидесятников с эпохой культа победивших углеводородов. Человек безудержного драйва, в день, когда случился приступ, Пригов собирался участвовать в своем очередном и явно не последнем перформансе: ученики из группы «Война» должны были посадить Пригова в советский шкаф и в течение дня поднять по его лестнице на 22-й (последний) этаж общежития МГУ под чтение стихов поэта.
Годы жизни: 5 ноября 1940 — 16 июля 2007.
Публикую статью из журнала Искусство N0 1. 2012
Структура стихотворения Пригова превращается в топографию сцены, а его фонетическая, акустическая часть переходит в перформанс
ДМИТРИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПРИГОВ
Удивительно, что творческий путь Пригова был дорогой к театру. Он начинался с реального театра — Пригов руководил в начале 1970-х годов студенческим театром при МГУ и писал для него пьесы, там он впервые осознал пространство сцены. И стихи, которые появлялись в эти годы, Дмитрий Александрович стал рассматривать как особое сценическое пространство. Его машинописные стихотворения постепенно принимают образ стихограмм, визуальных исследований, в которых автор сам начинает передвигаться. Используя печатную машинку, художник вовлекает каждую строчку во внутреннее пространство стихотворения, буквально физически перемещаясь в его слоях. Мы видим, как перекрещиваются фразы, принимая характер диалогов и мизансцен. В стихо-грамме Дмитрий Александрович использует образы-клише, литературный реди-мзйд как объект сцены, например, в первой строчке «Коммунистического манифеста» — «Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма», он материализует образ, наделяя его мистической душой, превращая в персонаж, и далее как бы ошибается, меняя направление, сдвигая смыслы и режиссируя театральную игру: «Призрак грустный и печальный, где ты бродишь»? Структура стихотворения в этих технологиях превращается в топографию сцены, а его фонетическая, акустическая часть переходит в перформанс. В следующее десятилетие его театральность начинает жить согласно той структуре, в которой драматургия текста была задана ещё в 1970-е, только к ней присоединяется феномен поведения, требующий дальнейших
В рубрике "Голова и ее маски" собраны типажи актеров в разных ролях. Там есть дети, крутые мужики и красавицы, костлявые лица и пухлые до неприличия. Эту страницу посвящаю красавице. Топ модель с совершенной фигурой, актриса, мать очаровательных девочек, - Энджи Хэрмон в фильме "Спросите Синди".
Она редактор небольшой газеты, он мошенник, (актер Чарли Шин), который пытается выдать себя за представителя Синди, своей исчезнувшей любовницы, и писать за нее в газете колонку. Именно эти два человека противоположного пола отчаянно красиво флиртуют между собой, заставляя меня вновь и вновь пересматривать фильм без стрельбы и погони.
Красивые костюмы и обстановка, не фильм, а реклама мирного образа жизни на Западе. Красота и ум, страшная сила, а то, что красоты среди дураков нет, я знаю точно.
Распятие сконцентрировало на себе самые потаенные наши страхи и надежды.
Веришь, не веришь, а незваные мысли постоянно крутятся во круг него.
На части душу рвут нам свет и тьма единства
Как вы понимаете, для этой работы эскизов не делал.
Как правило, разговор о композиции сводится к общеизвестным темам: ритм, равновесие, динамика-статика, композиционный центр и т. д. Каждая тема рассматривается отдельно во всех деталях. На этой странице попробую проследить по своим карандашным зарисовкам истоки композиционных поисков.
Когда у вас есть конкретная тема, вы начинаете изучать существующие аналоги, проще говоря, смотрите опыт работы по этой теме предшествующих вам художников. Надо познакомиться с материальной культурой интересующей вас эпохи, с традиционными стилями, с обязательным набором атрибутов изображения. Когда художник вошел в тему, он может свободно оперировать известными ему стилями и объектами. Если вы Пабло Пикассо или Малевич, забудьте о сказанном, вам такие мелочи не нужны.
Часто говорят о внутреннем видении. У меня никогда не возникает картинка в голове, без карандаша и бумаги я слеп. Мои действия основаны на ассоциативной памяти, которая включается самыми незначительными первыми линиями. Именно для этого мне требовалось напитать свой мозг соответствующей случаю зрительной информацией. Далее остается наблюдать за своими ощущениями, внося изменения в рисунок, чтобы избавляться от малейшего зрительного дискомфорта,. Собственно, в этом и заключается работа по поиску ключевых принципов своей композиции. Если в рисунке мне что-то царапает глаз, я ищу причину и способы ее устранения. На выходе обязательно проявится моя культура или бескультурье, и это не дает спокойно хвастаться сделанным. Чувствительность на основе внутренней культуры, главный инструмент творчества.
Ключевые принципы композиции найдены, они соответствуют вашим представлениям о красоте. Осталось малое, нанизать на этот стержень то, что будет понятным продуктом для вашего зрителя. Свинья должна получить свою грязь, тургеневская барышня свои грезы (упрощаю).
Принципы найдены, начинаем думать о выразительности композиции. Она должна запоминаться, волновать не только содержанием, но и эстетикой. В этот момент вступают в действие законы и средства композиции, то, что так любят демонстрировать ученикам преподаватели (ритм, равновесие...).
Начинается проработка рисунка в деталях. Приятный этап работы, объекты расставлены по местам, остается спокойно вести дело к финишу. На самом деле, и тут есть свои вопросы. Есть ли у вас школа реалистичного рисунка, или у вас школа условного експресивного рисования с гордым девизом, - я так вижу!? Мне нравится взаимодействие этих школ.
Тема - "Рыцарь на коне"
Мне нужен был красочный рисунок на юбилейный поздравительный адрес. Это подразумевало торжественность и многозначительность. Юбиляр обладал рыцарским благородством и т. д.
[450x466]
Увеличенные фрагменты листа с карандашными набросками. В реальности их было гораздо больше, и в дело пошел вот этот, самый невзрачный и мелкий.
Затесался набросок не по теме (панно для детской).
Хороший вариант, но менталитету юбиляра и обстановке не соответствует.
Решил поводить вас сегодня по Москве, благо, погода разгулялась, и ни что не мешало мне фотографировать.
Кремль не увидите, а воробьев обещаю показать. .
Выйти на прогулку во вторник, как видите, идея не оригинальная. Некоторые москвичи где-то умудряются найти себе ярких попутчиков с совковой лопатой.
Оглянувшись назад, сделал первый кадр.
Кто говорит, что с экологией у нас плохо, тот врет. Погода мягкая, солнце голову не печет.
Фрагмент предыдущего пейзажа. Воздух чистый, и его много.
Из комментариев к предыдущей страницы. Мне кажется, он писался не мне, а героине той страницы - Filifjonca
valeia
Спасибо. Я работаю с детьми инвалидами и мне очень ценна такая информация до мельчайших подробностей. У них конечно происходит развитие, но ооочень медленно. Иногда кажется, что топчемся на месте, а иногда бывает скачок в развитии. Помогают совместные спектакли, рисование под музыку.
А главное, что я поняла - это любовь. Только так, согретые - они способны расцветать, что ли.
Мельчайшие подробности, о которых вы говорите, выветриваются. На что я способен сейчас, так это только на избитые фразы об общеизвестном. Их бы не было, но мне почему-то стало не ловко за дифирамбы одному педагогу из Карелии, и пренебрежение другим из Москвы. valeia, не судите строго.
Любовь. Универсальное средство, она творит чудеса не только в общении с инвалидами, все мы, большие и маленькие, тоже находимся в ее власти.
Среди ярко одаренных встречаются ребята с железной психикой рационалистов, и ребята абсолютно беззащитные с не адекватным восприятием окружения. Среди неумех есть иррационально мыслящие, из которых порой силой выжимаешь настоящие шедевры. Родителям трудно представить, какое разнообразие устройств детских душ открывается педагогу в "проявителе" только одной учебной группы. Пока я сам не столкнулся с этой ситуацией, я не понимал своего единственного ребенка дома, я не видел в студентах и взрослых тех особенных черт, которые у них остались от детства в глубокой конспирации, я не понимал и себя. Как выяснилось, именно законспирированное руководит нашими странными и "нормальными" поступками. Часто, именно тайны родителей становятся головной болью педагога, и не угадав устройство их душ, не сможешь защитить от них своего ученика.
В то время,когда в детской группе мною культивируется равноправие, а я вбиваю персональный гвоздь в стену для девочки, дети возмущаются. Но я вбиваю, и твердо говорю, это гвоздь для Юлии, я люблю ее. Вам будет трудно понять почему ребята приняли это условие, мне тоже. Однако уважение ко мне только возросло. Бывают ситуации с детьми, которые можно чувствовать, рациональное не работает.
.
Вот вам ситуация полного провала.
Мое особое уважение всегда вызывали педагоги, посвятившие себя “рядовым” детям вдали от столичного шума. По собственному опыту знаю, как сильно отличаются группы учеников, которые приходят по призванию к художнику в его оборудованную студию (надежда и гордость), и группы остальных детей, для которых рисование не очень-то и интересно, среди которых встречаются дети с различными отклонениями в развитии и психики. И работают с ними педагоги-подвижники без всякого художественного образования, почти всегда в спартанских условиях. Они дают своим воспитанникам, помимо простейших профессиональных знаний по технике рисунка, что-то более ценное, душевную теплоту, любовь и, главное, - жизненные ориентиры.
Не мог обойтись без вступительной речи, показывая вам опыт работы моего друга по дневнику из Карелии. Надеюсь она простит меня, если я сказал по неведению какую-то чушь. В заголовок вынес ключевую фразу автора - в основном я с проблемными работаю (я бы сказал, с проблемами).
Автор Filifjonca
Решила вам показать для размышления.
Сначала гербы.
Много фильмов смотрю в интернете, бывает целевой выбор, но чаще критерием служит фраза, - только не наш. Поразительно, как прочно вдолбили в наши головы гордость за систему Станиславского, за превосходство российской психологической игры актеров. Понадобилось несколько лет, чтобы убедиться в пошлости и безвкусии современноuj отечественного кино. Бездарны сценаристы, кинооператоры, режиссеры. И не злите меня своими опровержениями.
Кто работал с детьми, возможно поймет, почему я так жадно выхватываю те редкие кадры с рисунками подростков и малышей, которые встречаются в кинофильмах (честно говоря, я сам этого не понимаю). В штатах своя художественная школа, во Франции своя, у нас и у японцев тоже своя. Банальность сказал, понимаю, но посмотрите на рисунки, возможно, найдете в них что-то полезное для работы.
"Призрачный мир"
Ghost World
Из жизни американских подростков.
У меня никогда не было подобных рисунков. Набросков с натуры море, а заполненного полностью альбома-дневника не было ни одного. Смотрю и завидую.
