Павел Сеченов, начальник управления по работе с проблемными активами «Росбанка»
Невозвраты по кредитам – главная проблема российских банкиров. Стремительный рост просроченной задолженности грозит банком проеданием капиталов и потерей собственного бизнеса. Вот и бросают они все силы на вытрясание денег из недобросовестных заемщиков. О своем нелегком, но востребованном труде рассказывает начальник управления по работе с проблемными активами «Росбанка» Павел Сеченов.
БОЛЬНОЕ МЕСТО
– Проблема задолженности юридических лиц сейчас превратилась для банков в одну из самых болезненных. Насколько она актуальна для «Росбанка»?
– Очень актуальна, и, как вы правильно заметили, не только для нас. ЦБ прогнозирует по итогам 2009 года 10%-ный уровень просрочки, а банки в большинстве своем уже «выполнили» этот показатель. Поэтому сбор, работа с просрочкой – это сейчас чуть ли не главное направление деятельности. Новых кредитов выдается мало, а вопросов, связанных с реструктуризацией уже предоставленных займов, с передачей дел в суд, более чем достаточно.
– А у «Росбанка» какую долю выбирает просрочка в кредитном портфеле?
– Мы пока укладываемся в официальный прогноз ЦБ, и с очень высокой вероятностью наши итоговые цифры за 2009 год будут соответствовать тем, которые прогнозирует регулятор.
– Можно ли уже определить, какие кредитные «продукты» и какие отрасли стали слабым звеном из-за кризиса?
– Я бы распределил их так по степени генерирования проблем: девелопмент, автодилеры, транспорт. Розничная торговля – в меньшей степени, потому что мы кредитовали всегда крупные торговые сети, которые как раз держатся сейчас «на плаву». Достаточно сложная ситуация с промышленными предприятиями, особенно с металлургическими компаниями. В отраслях, которые вы назвали слабым звеном, доля просрочки может достигать 70% от общего объема предоставленных кредитов.
– Впечатляющая цифра.
– Да, но проблема не только в самом этом показателе. Беда еще и в том, что эти отрасли «тянут» за собой смежников, что ухудшает общую картину с возвратом и обслуживанием кредитов, выданных юридическим лицам.
ВЫСОКИЕ ТЕХНОЛОГИИ
– Просроченные долги не сразу превращаются в плохие. Когда они попадают на обработку в Ваше управление?
– Обычно они передаются по схеме «90+», то есть, если просрочка составила свыше 90 дней, то кредит уже должен быть у меня в работе. Но бывают и исключения: займы могут быть переданы раньше, если клиент абсолютно неконтактен, если утрачено обеспечение, если инициирована процедура банкротства компании-заемщика. Либо если по этому кредитному договору уже было больше двух реструктуризаций.
– И такое бывает?
– Бывает и больше. Но, если число реструктуризаций превышает два, то это уже, однозначно, признак проблемности кредита. А значит он – кандидат на то, чтобы попасть в наше управление. Плюс у меня на столе могут оказаться и не просроченные еще кредиты.
– Они-то почему?
– По простой причине: срок платежа еще не наступил, но мы понимаем, что у клиента нет денег, чтобы расплатиться с нами.
– Заемщик предупреждает банк об этом?
– Не обязательно. Это может быть связано со значительным обесценением залога, с информацией, полученной от контрагентов заемщика, с отказом должника выходить на связь с банком. В любом случае, лучше всего начинать работу с таким долгом заблаговременно, не дожидаясь наступления дня платежа, когда просрочка уже станет фактом.
– Как, с технической точки зрения, строится коллекторская деятельность банка? Коллекторы, занимающиеся сбором задолженности физических лиц, обычно подразделяют свою работу на несколько этапов.
– У нас тоже есть этапность работы, но она не регламентируется так жестко, как в случае с коллекторскими агентствами. У них обычно речь идет о «потоке», конвейере – и график действий составляется в зависимости от прохождения «рубежных дат» – 90 дней, 120 дней и т.д. У нас же такой же план мероприятий составляется по каждому отдельному кредиту, и в нем расписываются все шаги, которые мы будем совершать по взиманию долга. Этот план утверждается, и дальше работает то подразделение, на которое возлагается ответственность за возврат кредита.
– То есть, Ваше подразделение?
– Не обязательно. Мы работаем с кредитами, выданными, в основном, головным офисом. Если же кредит выдан филиалом банка, то мы запрашиваем у сотрудников филиала план работы, вносим в него коррективы, утверждаем его, и затем отслеживаем, как выполняется план, о котором я говорил выше. Понятно, что этот план не является некой «застывшей» формой, он постоянно корректируется, в том числе и в зависимости от поведения заемщика. Вполне возможно, что на следующий день должник придет и скажет, что заинтересован в мировом соглашении. Тогда, по очевидным причинам, отпадет необходимость подачи искового заявления, инициирования процедуры банкротства и т.д.
– Сколько сотрудников работает в вашем управлении?
– 13 человек.
– Немного.
– Да. Но этого, как
Читать далее...