(25.08.1845 – 13.06.1886З)
Жизнь короля похожа на легенду.
Извечно пребывал он в мире грёз.
Судьба свои расставила акценты
В семье он венценосных предков рос.
Привязанность питал к архитектуре,
Поэзию и музыку любил,
Наездником лихим был по натуре
И рыцарскими подвигами жил.
Спартанский образ жизни вёл он с детства.
И этому способствовал отец,
Оставив рано сыну трон в наследство.
Построить с детства сын мечтал дворец.
Любовь отца сводилась к наказаньям.
Он в строгости воспитывал детей.
Считалась порка средством воспитанья.
Рос отчуждённо мальчик, без друзей.
Его не приобщали к наслажденьям.
Вкус сладостей по сути он не знал.
Не мыслил он от грёз освобожденья,
В среде героев сказок пребывал.
Средь двух озёр стоял старинный замок.
Для отдыха отец его купил.
Рисуя лебединой стаи заводь,
Здесь рыцарем себя ребёнок мнил.
Отец ушёл из жизни слишком рано.
Сын в 18- лет на трон взошёл.
И был любим народом, как ни странно,
Искусствами прославив свой престол.
Представ на коронации красавцем,
Всех ростом двухметровым удивлял.
Он неумело правил государством,
О прозе жизни ничего не знал.
На всех мероприятиях дворцовых
Ни разу он корону не надел.
Казался неподступным взгляд суровый.
Красу короны ночью лицезрел.
Примеривал её пред зеркалами.
Приказы через двери отдавал,
В депрессию впадая временами.
Недуг себя всё ярче проявлял.
Врачи его считали очевидным.
Однако, не стремились замечать.
Казалась эксцентричность безобидной,
Но на руку могла кому-то стать.
Старался избегать он всяких воен.
Участие в них вынужден был брать.
Его любовью Вагнер удостоен.
В 16-ть лет смог Музой его стать.
Коллекцию его произведений
С пристрастием особым собирал,
Героем становясь своих видений.
В сознании его мир грёз вставал.
Ходили слухи разные и сплетни.
Пытались их хулой оговорить,
Что Вагнер близок с принцем был наследным?
Не мыслил Людвиг в брак ни с кем вступить.
Он гения таланту поклонялся.
Казалось, струны сердца пели в лад.
В волшебных звуках Людвиг растворялся.
В загоне, в нищете жил музыкант.
Сознаньем ощущая импульс мощный,
Не мог он не заботиться о нём.
Для Вагнера построил дом роскошный,
Старался поддержать его во всём.
Мечтал построить Оперный театр.
И сделать Мюнхен центром всех культур.
В своём воображении богатом
Он создавал ансамбли из скульптур.
Был Вагнер революции сторонник.
Баварцы не могли его простить.
И лишь король, как истинный поклонник,
Любя, старался друга защитить.
Ему всегда с ним было интересно.
Он первый превознёс его талант.
Но изгнан был из Мюнхена Маэстро.
Не признан был толпою музыкант.
А Людвиг был вниманьем удостоен
Всех женщин. В нём не чаяли души.
Казалось, что и он был благосклонен.
Флиртуя, убежать от них спешил.
Высокий рост для них служил приманкой.
Меняли цвет красивые глаза.
В Баварии построил он три замка.
Озёр их окружала бирюза.
Один из замков самым стал любимым.
Напоминал он маленький Версаль.
Краса его была неповторимой.
Свет отражали окна, как хрусталь.
Никто не нарушал уединенья
И помешать не смел его мечтам.
Средь призраков он здесь был в окруженье,
С героями видений пил бальзам.
Здесь с духами династии Бурбонов
Беседы вёл, встречаясь за столом.
В какой-то миг отречься от короны
Был сам готов. Сомненья жили в нём.
Он в замке просыпался ближе к ночи.
В Гостиной накрывался пышный стол.
На несколько персон. И между прочим,
В систему ритуал он этот ввёл.
Со стороны казался он блаженным,
Монархом став фантазии своей,.
Вёл с призраками разговор душевный.
Здесь Помпадур встречал среди гостей.
Произносил восторженные речи.
Поклонами он каждого встречал.
Горели в канделябрах ярко свечи.
И испускал дымок горячий чай.
В одежды пилигрима одеваясь,
Себя он пилигримом представлял.
И шляпу пред деревьями снимая,
Сгибался он в поклоне Небесам.
Здесь, наслаждаясь красотой природы,
Возненавидел Мюнхен и толпу.
Он не любил в свой адрес слышать оды.
Казалась лживой похвала ему.
Взгляд красотой всегда был удостоен.
Чудачествами всех он изумлял.
Врачи больным считали паранойей.
В народе он любовь к себе снискал.
Публичного вниманья избегая,.
Уединенью всякому был рад.
Стать не любил объектом созерцанья.
В нём пробуждался злобных чувств накат.
Он в злобе становился невменяем,
Жестокие указы издавал.
Толпу воспринимал, как волчью стаю.
Правительством своим пренебрегал.
Жестокость проявлялась в чувствах вспышкой,
Бил розгами, мог в цепи заковать.
Чуть не повесил младшего братишку,
Мог утопить кого-то приказать.
Французский двор считал он идеалом.
В жизнь воплотить он нравы их мечтал.
Женитьба для него была кошмаром.
Он Гименея узы избегал.
Питая чувства нежные к Софии,
Лесную нимфу в ней воображал.
Напоминали чувства их стихию.
В какой-то миг он голову терял.
От посторонних глаз скрывались тайны.
Отшельника он
Читать далее...