Вот в транспорте и в очереди нам говорят:
«Уступайте места бабкам! Помогите дедушке залезть в трамвай! Возраст достоин уважения!»

А я вот не понимаю – с чего бы вдруг просто так возраст достоин уважения? Тот факт, что бабка состарилась,
пятьдесят лет просиживая жопу в совковой бухгалтерии, не вызывает у меня никакого сочувствия -
состарилась и состарилась – зачем мне вникать в ее проблемы? Но чтобы не показаться маминым цинником,
поделюсь объективными наблюдениями. Старость, при всех ее неудобствах, имеет право на существование
только и лишь в трех случаях:

- Все идет по плану: бабулька потратила всю жизнь на тяжкий труд и работу над собой, выбираясь из дерьма и нищеты,
из своей мухосрани. Бабка сознательно выбрала долгий и безрадостный путь в угоду счастливой старости.
И теперь она, веселая и счастливая, наслаждается своей красивой осенью, открывая заново изменившийся мир,
дарит окружающим позитив и улыбки. И деньги, которые она всю жизнь бережно приумножала как раз для того,
чтобы не грузить теперь близких своей немощностью. Я эту распространенную ситуацию не раз наблюдал
в развитых странах Европы, Восточной Азии и США - и там и тут беззаботные стариканчики с рюкзаками и фотиками.
И никто не требует уступать им место или носить на руках - они и на своих ногах неплохо стоят.

- Поздний брак или поздние, грамотно и правильно воспитанные дети: другая уважительная причина.
Нет ничего плохого в том, что бабушке или дедушке всю жизнь не везло с партнерами. Без страха одиночества,
они раз за разом строили неудачные отношения и отмечали в одиночестве набегающие годы. Вместо того,
чтобы наплодить быдла и нищеты в 20-30 лет, они мужественно искали своего "идеального" человека,
способного родить и воспитать вместе с ними порядочных людей. И неудивительно, что они увидели
долгожданных внуков далеко за полтинником и было бы несправедливо лишать их жизни или рассудка,
не дав насладиться плодами своих трудов и лишений.

- Стареющий гений или герой: наиболее очевидный и редкий вид деда, достойного старости.
Если годы никак не тормозят выдающуюся личность и позволяют плодотворно заниматься полезным делом,
в котором старикан преуспевает, то пусть живет сколько влезет, а лучше подольше!
Примеров тут масса из числа известных музыкантов, актеров, писателей, учителей: несмотря на преклонный возраст,
продолжающих записывать прекрасную музыку, публиковать важные исследования и дарить мировой культуре
колоритных персонажей в кино. Такие люди - внезапно - вообще не нуждаются в помощи.
Аналогично и с героями, например, той же самой WWII. Нет ничего плохого или зазорного в том, чтобы помочь
такому возрастному аналогу Маресьева, Покрышкина, Лафайета, Бочковского, да хоть того же Руделя или Кариуса))
Но внезапно и вновь - редко кто из подобных просит помощи, живет до глубокой старости в полном
уме и здравии, притом даже заколачивая деньги на печати своих интересных мемуаров!

Так объясните, почему человек, представляющий из себя биомусор, проживший долгую жизнь и не заработавший
за нее ничего, кроме болезней и скверного характера, должен у кого-то вызывать уважение и сострадание?!
Полагаю, что это такая социальная дедовщина – быдло боится старости и навязывает окружающим
такие нормы поведения. Достигнув же ее и почуяв холодное дыхание в затылок костлявой с косой,
они теряют от ужаса остатки достоинства и начинают вешаться на окружающих с мольбами о хоть каком-нибудь
внимании и жалости, самообманчиво принимая это за уважение.

Но никто не винит тебя, старый неудачник, за то, что из твоей жизни не получилось интересной истории.
И лучшее, что ты можешь сделать – признать это и принять меры, ведь никогда не поздно начать работать над собой.
Но если у тебя не хватает на это сил, здоровья или - самое частое - мозгов,
то не надо самоутверждаться за счет молодых.
Сиди дома, смотри ящик и наслаждайся задницей, в которую ты добровольно влазил всю жизнь.

Настроение сейчас - так себе

[700x466]

Термин «дветыщиседьмой» - довольно всеобъемлющий, и вовсе не означает именно этот год. У меня «этот» начался в апреле 2008-ого и, прервавшись ровно на год во время службы в армии, закончился в 2011. Иногда, очень редко, но мне хочется собраться хотя бы с одним человеком, который ностальгирует по тем временам, по тем же ощущениям.
Встретится вечером, после работы в середине недели в июне, прогуляться перед этим по пыльному городу среди домов, когда уже все люди разошлись после работы по своим жилым коробкам. Возле обшарпанного подъезда пожать ему руку и неторопливо пойти до ларька за углом, затариться пивом – кучей разнокалиберных бутылок, а затем подняться в квартиру, запустить на компьютере файл M3U, который достали из старого винчестера и который не включали последние много лет. Потом, когда небо начнет медленно смеркаться, Солнце исчезнет, а облака уже прекращают розоветь, отдавая права вечерней прохладе, уже ближе часам к восьми, сесть на балконе под музыку прошлого из колонок, которые мы выставили поближе к нам – одна на подоконник, одна на пол. И без слов медленно потягивать пиво из бутылок. А когда в плейлисте будет начинаться новая песня, которая будет затрагивать старую струну души, переглядываться на секунду с этим человеком и чувствуя, как в глазах начинает становиться влажно, закурить сигаретку, а затем запить ее очередным глотком пива. На месте этого человека мне всегда представляется некий эфемерный стареющий парень с чертами меня самого или L., но ни в коем случае не дамы – все они, знакомые того периода, уже что называется обабившиеся, к тому же с детьми, которые, возможно, стали уже школьниками. Они уже и не помнят наверняка, как лампово было в то время...
А когда настанет ночь, город стемнеет окончательно, догорит последний свет и небеса рассыпятся в темный пепел, сделать музыку в колонках чуть тише и завернуться в свою старую камуфляжную куртку, и продолжать выпивать и сидеть на старых балконных облупившихся табуретках, смотря сверху на весь этот декаданс. В такую ночь, вдыхая ее запах и словно перемещаясь во времени туда, где «Сид и Ненси все еще вместе, пусть хотя бы в этой песне», попробовать подумать.
Подумать и вспомнить о том, как это - чувствовать, что впереди только лучшее и светлое. Как впереди открыты все пути, и ощущение бесконечности твоих возможностей переполняет тебя изнутри, и вокруг все настолько прекрасно, что хочется остаться в этом мгновении и замереть от счастья, боясь оборвать тонкую и хрупкую нить, которая связывает твое сердце с чем-то, что еще спрятано от тебя за горизонтом, от того места, куда прячется Солнце и возникают звезды.
А на кухне уже несуществующий, фантомный настенный отрывной календарь, проникнувшись атмосферой дветысячистальгии, сам собой бы оторвал листок с текущим днем, беззвучно обронив его на пол.
И под ним проявится новый день - 10 июня 2008-ого…

Настроение сейчас - паршивое

[700x393]

Внезапно отопительный котел перестал работать, но я не чувствовал холода.
Разобрался и пошел дальше пересматривать "АССА" под музыку кочегара и пить пиво.
Shit happens.

Впрочем, как и всегда с первого на второй день февраля мне плохо.
Февраль дождливый у нас. Небо серое, стремящееся к свинцу, словно на заводе по изготовлению пуль
перевернули главный котел. Я смотрю сквозь серую призму на него снова и снова.

Какой это год? Какой век?
Безвременье.
Наверное, вторник или воскресенье, хотя скорее воскресенье, в котором забываешь, что это вечная среда.
Среда без признаков субботы. Свободная ночь. Стрелка часов навечно застыла где-то около полуночи и/или часа ночи.
Ей некуда спешить.
Надеюсь, следующий день пройдет мимо, и не придется запоминать обрывки действий, поселить на снимках памяти
эти первые числа грёбанного февраля. Испортить безвременье.

Впрочем, долгая линия грядущего, в котором будут все новые и новые события, отшлифует с царапинами и его.
Сделает эти первые числа февраля 20К20 года лишь очередной зимой. Спрячет в расписные двери ушедшего гаража.

Нигде, никогда, но где-то в мире, где-то на бесконечном, бескрайнем полотне этого неописуемого мира,
эта точка в сущности неуловима, как в квантовой физике - я, лежащий на полу. В прошлом, в будущем, в настоящем.
Всегда. Где-то зимой. Около мерцающего гаража.

Они и холод, который я не чувствую - часть той силы, которая вечно в клочьях памяти, которую царапаешь,
как за бортики спасательного круга, чтобы выйти из омута раздражающего настоящего, за которые цепляешься в минуты
раздражения на реальность, за то, что регулярно свербит, и не расслабиться, не выбраться оттуда.

Тогда, с Ней в гараже, я не чувствовал холода в нем по одной причине.
Сейчас я не чувствую холода по другой.
Настроение такое.
Время такое.
Ну или безвременье.

Вторник будет похож на субботу, а среда на воскресенье. В памяти уже не различается это.
Где-то воспоминания, любовь, личная жизнь, музыка из наушников, ожидание, случайные прохожие,
шуршание пакетов из магазина, сигареты на кассе...
Надо бы все это засунуть в пакет.

Но я отвечаю: «Пакет не надо», и несу все это в памяти.

По ту сторону фантомного объектива Ты, тоже квантовая и неуловимая, тоже нигде и никогда, во все времена,
каждой зимой, в самом ярком гараже самого серого города на планете.
И ничего не существует, кроме этого фотовоспоминания, кроме его светлых дверей, и готовящегося стать пулями
этого свинцового неба. Вселенная фотографии предельно замкнута, она закончена художественно и отпечатана.
Но на ней царапины. Очень много царапин.
Да и она сама уже начала мутнеть.

Я никогда не нарушу молчание, смотря на нее, ведь мне все и так ясно.
Мне не нужно что-то скрывать.

Но если Ты что-то ищешь во мне, то ничего не обнаружишь.
Нет - ни нового, ни старого - просто ничего.
Невозможно увидеть то, что находится в измерении, лежащем вне этого фото.
Но я знаю правду. Ты ее тоже всегда знала, но не догадываешься, не смотря на то, что сама сделала этот снимок.
И я надеюсь, что не догадаешься никогда.

Иначе снимок придется порвать. А я это очень не хочу.

Настроение сейчас - плохое

[700x448]

Все дальше и дальше от нас уходят во времени жестокие и героические дни Великой Отечественной Войны, с каждым днем все меньше и меньше остается в живых героев тех лет. Но наш интерес к ее истории не угасает. Волонтеры и поисковики продолжают работать над тем, чтобы потомки узнали как можно больше о тех событиях, ведь до сих пор белых пятен в истории огромное множество. Наш общий долг – не забывать подвиг героев, чтить память советских солдат, сражавшихся с гитлеровскими оккупантами и предостеречь будущие поколения от кровавых конфликтов.
Меня зовут Сергей, и уже много лет я с группой моих товарищей занимаемся поисковой работой, каждый год выезжаем в полевые археологические экспедиции на места былых сражений по всей России, изучаем историю Второй Мировой войны и работаем с архивным материалом.
Отдельным и самым интересным для нас направлением является изучение истории нашего родного города во время войны. По крупицам собирая детали из информационных источников, мы не боимся выехать и «в поле», побывав на месте какого-то события, с лопатой и металлоискателем в руках.
Летом прошлого года мой товарищ, находясь на рыбалке за р. Кривая Болда в районе железнодорожной станции Астрахань-II, напротив через Волгу в районе поселка Приволжье, обнаружил интересный предмет, похожий на стабилизатор авиационной бомбы. Выехав на место, я подтвердил верность определения находки – передо мной, в прибрежных кустах, приблизительно метрах в 50 от воды, лежало ржавое оперение хвостового стабилизатора немецкой осколочной авиабомбы SD-50. Сама она, вероятно, сработала при бомбометании, а стабилизатор оторвало взрывом.
Казалось бы – находка и находка, можно сказать рядовая, учитывая, что находясь на стыке водных и железнодорожных путей, являясь воротами на Кавказ и в Среднюю Азию, наш город в период войны имел большое стратегическое значение и подвергался неоднократной вражеской бомбежке, а подступавшие части Вермахта его даже обстреливали, что мы доказали несколько лет назад. Но не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Наряду с находкой, проведя уже более тщательную археологическую разведку с нашим вторым прибытием на место, мы обнаружили много железнодорожных старых четырехгранных костылей и далеко не один стабилизатор от авиабомб, а также практически сгнившие сваи, забитые у берега. Стало ясно, что это – не случайно, и местность подвергалась массированному бомбовому налету. Но почему? Ведь она находится довольно далеко от города. И что за железнодорожная ветка тут находилась? Мы решили разобраться в этом вопросе и постарались найти в архивах карты данной местности того времени.
В Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии карт, которые дали бы представление о постройках в данном месте, не нашлось. Тогда мы обратились к открытым источникам с архивами старых карт с начала 1930-х по конец 1940-х годов. Но и там ничего примечательного - того, что заслуживает внимания пилотов Люфтваффе – не оказалось. Свет пролил на события лишь запрос к Управлению Бундесархива. Преодолев языковые трудности, я почерпнул уникальную информацию и заимел аэрофотосъемки нашего города, сделанные немецкими пилотами в 1942-1943 году.
Карта лежала передо мной, распечатанная, очень крупная и довольно подробная. Великолепная «цейссовская» оптика показывает весь город в мельчайших подробностях, несмотря на высоту почти в семь километров. И на том самом месте, где попадались нам страшные находки, мы отчетливо увидели несколько сооружений, похожих на причалы или понтоны, а так же железнодорожные ветки, которые идут к ним, а затем на мост через реку.
Мост через Волгу? Получается, что он был построен еще до строительства Старого железнодорожного моста в районе Трусово. После того, как мы обратились за поиском материала и информацией в Государственный Архив Астраханской области, картина начала проясняться. В буре военных событий Великой Отечественной войны до сих пор немало таких, которые незаметно «потерялись», не получив должного отражения в истории…
К концу августа 1942 г. официальная линия фронта находилась менее чем в 80 км от Астрахани. В первый же год Великой Отечественной враг продвинулся вглубь нашей Родины, шли тяжелейшие оборонительные бои, страна теряла сырьевые и производственные базы. Предприятия спешно эвакуировались за Урал и в Сибирь, при этом почти все производства перешли на выпуск продукции оборонного значения. Одной из главных задач немецко-фашистского командования на летнюю компанию 1942 года был захват Кавказа с целью овладения нефтеносными районами Грозного и Баку и выхода к Ирано-Иракской границе. Однако этим планам не суждено было сбыться. В результате упорного сопротивления войск Южного и Закавказского фронтов враг был остановлен. Стык между Сталинградским и Кавказским направлениями, хотя и относился к второстепенным участкам фронта, но имел совершенно уникальный характер. У двух сторон просто не хватало сил активно использовать это направление, хотя очевидно, что если бы в конце Читать далее...

Самое интересное то, что с течением времени что-то заменить не просто сложно,
но еще и дико не удобно, не комфортно и абсолютно странно. Разум отказывается что-то менять,
принимать меры, которые под час так необходимы не только ему, ну и сердцу, телу и душе.
Поверить в необходимость перемен трудно - вера слепа, но еще труднее быть уверенным в чем-то.
Хоть у слов один корень, они очень разнятся по смыслу: вера - как данность, уверенность - нечто большее.
Трудно было принять многое, трудно это рождалось, но перемены всегда были необходимы.
И он появлялись, и я в них поверил, и я в них уверовал, и теперь я УВЕРЕН в них.

Но вот что делать снова? "Ждем перемен", как пел один известный кочегар?
Но он дождался только одного - на полном ходу "икарус" в лицо.
Сами по себе они - перемены - не наступят. Самому что-то менять? А вдруг будет еще хуже?
А хуже ли? Хуже чем когда? В 2003? В 2007? В 2009? В 2012?
Что ни год - то год катастрофических ошибок. Что-то менять - как призыв не открывать ящик Пандоры.
Вдруг ошибешься?
Ведь всю жизнь я только это и делал...

Страшно.
Ничего не делать и плыть по течению?
А если уже нет сил терпеть то, что происходит здесь, сейчас?

Ведь именно нынешнее состояние "здесь, сейчас" - это не город,
не страна и даже не планета.

"Здесь" - это даже не "без тебя".

"Здесь" - это "без себя самого".

Настроение сейчас - как обычно

[525x700]

Буквально позавчера, в погожий воскресный день, усиленно портил себе настроение,
участвуя в выборах местного губернатора. Да так, что довелось поучаствовать в роли
не простого гражданина, а даже целого наблюдателя с ПРГ.
Понаблюдал, пришел домой под утро, практически с рассветом.
...
Пока кто-то ставил крест в бесполезной бумажке,
кто-то уже ставил кресты на их будущем.
L. всё уже давно сказали за меня:
"Твою страну ебут за спасибо и водку".

Настроение сейчас - говно

[700x453]

Мое интервью с мамой.

Опубликовано впервые на ресурсе:
https://wfi.lomasm.ru/русский.история_астрахани/ин...а_астраханском_заводе_прогресс


"Итак, сегодня мы в гостях у человека, трудовая деятельность которого проходила на заводе «Прогресс» в 1970-х годах.

- Здравствуйте! Представьтесь, пожалуйста!
- Добрый день! Меня зовут Кравченко Людмила Сергеевна, я уже на пенсии, ветеран труда.

- Вы работали на знаменитом электронном заводе «Прогресс». Расскажите, что Вас привело туда?
- На завод работать я пришла в 1973 году, причем не имея специального образования, сразу же после окончания школы. В стране завод был известен, и в нашем городе считалось очень престижным там работать, особенно для молодежи.

- Кем Вы работали и какая у Вас была должность и специальность?
- Сперва я была в должности «ученица монтажницы радиоаппаратуры» и в течение нескольких месяцев изучала все нюансы производства, все аспекты того, чем мне предстоит заниматься. Моей наставницей была Яренко Юлия Никитична, делегат Всесоюзного XVII Съезда ВЛКСМ. Через некоторое время сдала на разряд и стала монтажницей радиоаппаратуры I-ого, а затем после еще одной сдачи и II-ого разряда.

- Расскажите, а где Вы работали?
- Вся моя работа проходила в 8-ом цеху, при мне начальником цеха был Геннадий Баландин, а начинала я трудится на участке старшего мастера Колесовой Зои Михайловны. По прошествии более чем 45 лет я до сих пор вспоминаю этих людей с огромным теплом: эти люди отличались бесконечным вниманием к своим подопечным, отсутствием высокомерия к новичкам, вниманием к каждой детали рабочего процесса и индивидуальным подходом. Чувство коллективизма, осознание того, что мы тут делаем на благо Родины, всегда положительно сказывалось на рабочей атмосфере и результатам труда. Сам наш восьмой цех представлял из себя большое, чистое и очень светлое помещение, опрятное и ухоженное, которое ярко освещал солнечный свет, проходящий через многочисленные большие окна. У каждого работника было индивидуальное рабочее место с монтажным столом, с лампой подсветки, стулом и специальной розеткой для приборов. Так же всем под подпись выдавали индивидуальный инструмент - пинцет, паяльник, калибр, ножки-подставки для матриц - у каждого прибора и инструмента был свой номер. И этот предмет был с человеком либо до перевода в другой цех по рабочей необходимости, либо до поломки, либо до увольнения с работы. В нашем цеху все работали в белых халатах и обязательно во второй обуви.

- Да, в таком месте действительно наверняка приятно было работать…
- Не то слово! Работали мы с удовольствием и полной отдачей. Рабочим графиком у меня был полный рабочий день с перерывом на обед с 12:00 до 13:00. Всем коллективом дружно ходили на обед: наша столовая располагалась этажом ниже, кормили в ней отлично: каждый день было комплексное меню, где каждый мог легко наесться вкусной, свежей и здоровой пищей. На каждом столе стояла горчица, соль, салфетки. Цены же были даже для меня, вчерашней школьницы из простой рабочей семьи, очень доступными. Именно вот такие мелочи всегда сильно отпечатываются в памяти…

- А сам трудовой процесс? Какие были нюансы его, чем отличался передовой электронный завод от других предприятий?
- В первую очередь, несмотря на хорошую и дружелюбную атмосферу производства, был довольно строгий режим: до перерыва на обед никто не выходил из цеха, даже отлучиться до сан.комнаты можно было лишь с разрешения старшего мастера, а выйти за территорию цеха – лишь с пропуском от начальница цеха. В течение работы каждый день в цех приходил физкультурный руководитель и проводил физкультурную паузу, и вот что она из себя представляла: все отключают электроприборы, встают со своих мест, выходят в проход, и сотрудник проводит простую разминку, подобную небольшой зарядки, называлось это «физкульминутка». О ее полезности – я уверена – все знают. На территории завода располагался медицинский пункт с квалифицированными медицинскими работниками. Периодически проводились лекции политинформации, рассказывали о политической ситуации в стране и в мире. Так же мы перед праздниками украшали цех, проводилась на стенде наглядная агитация – поздравления с днем рождения, важные объявления, располагались фотографии передовиков производства, проводились конкурсы стенгазет.

- А непосредственно какие функции выполняли Вы?
- Я «шила матрицы»: так назывался процесс изготовления электронной памяти на ферритовых кольцах. Относительно более старых приборов для хранения информации ферритовые матрицы выгодно отличались прежде всего высочайшей надёжностью и малыми габаритами. Продержались они вплоть до массового развития полупроводниковых интегральных схем, с которыми ферриты не смогли конкурировать из-за своей нетехнологичности и, соответственно, цены, а в дальнейшем - и ограниченным объёмом хранимой информации. Они применялись и для построения узлов не только ОЗУ, но и постоянной памяти. Запись двоичной информации в них производилась при Читать далее...

Как же давно это было.
Кто-то из хрупкого здания моего мира вынимает самые нижние кирпичи.
Кто это или что? Какое действо это сделало и почему так произошло?

...я сам наверно вынимаю камни.
Или никто их не вынимает.
Просто несколько самых главных, в основании, сделаны из мокрой бумаги с бутылочных этикеток.
Такие камни... вроде и по виду похожи, и покрашены под кирпич...

Но начинаешь заселяться в этот дом - все рушится.
Иллюзия фундамента, дома, жизни.
Одни иллюзии.
И какой год я живу только ими...

Настроение сейчас - как обычно

[434x700]

Когда-то очень давно, почти 10 лет назад, я описал ироничную концепцию нашего перевернутого мира.
Я сменил место работы - теперь я вновь в IT-сфере, в очень крупной компании. А тут по случайному стечению обстоятельств
есть много времени свободного - трачу его, как обычно, на раздумья и мозговые штурмы.
И вот, прокручивая ленту своего дневника, я вспомнил одну старую запись.
Дополнять ее не вижу смысла, ибо она свежа была на тот момент, именно тогда известные обстоятельства подстегнули меня
ее написать, а передергивать факты только из-за того, что что-то частично потеряло свою актуальность, не считаю уместным.

Так вот. Развиваю мысль.

В перевернутом ли? А может в виртуальном?
Иллюзорность, перевернутость... скорее сомнительность нашей реальности и находящийся в ней человека, можно установить
только путем сравнения с действительностью. А вот откуда взять эту "настоящую" действительность?

Для осознания факта нахождения в виртуальной реальности достаточно простой логики и наблюдательности, способной
выявить общие черты между данной нам в ощущениях реальностью и созданными людьми виртуальными мирами,
что мы постоянно наблюдаем в компьютерных играх.

На что я обращаю внимание особенно:
- Ограничение максимальной возможной скорости.
Без этого ограничения воздействие на виртуальный мир может быть слишком глобальным и новые области не успеют
прогрузиться с некоего сервера. Поэтому в мир вводится ограничение на слишком быструю коммутацию — при разработке
в физику мира встраивается ограничение на максимально возможную скорость, которую привязывают к одной из констант -
к примеру, к скорости света. Последнюю, при этом, можно прописать до смешного крохотной. Если в мире, где вы живете,
свет летит до спутника планеты дольше секунды, у меня для вас плохие новости...

- Артефакты и баги предыдущих релизов "мира".
Практически никто не строит виртуальный мир с нуля.
К примеру, фрагменты кода новых игр заимствуются в предыдущих релизах. Внимательно осмотрите свой мир -
нет ли в нем существ или явлений, физически невозможных в финальной редакции? В поисках подобных ошибок, вам, возможно,
придется копнуть глубже. В самом прямом смысле — в одном из современных виртуальных миров, при копировании с предыдущего
проекта геологии, вместе с ней были скопированы кости огромных животных, которые тамошние жители стали находить в земле.
При этом, местная наука вовсе не считала это явление необъяснимым, несмотря на невозможные при текущем уровне гравитации
размеры животных, в разы превышающие размеры всех ныне существующих живых существ.

- "Костыли": магические числа и константы, которые добавляют в код, чтоб концы сходились с концами.
Если для функционирования вашего мира необходимо подкладывать определяющей суть реальности формуле доски под колеса
или вводить поправку на какую-нибудь «космологическую постоянную», поздравляю: ваш мир был создан
не только искусственно, но и халтурно. Сколько констант Вы знаете? Число Пи, число Эйлера, константа Пифагора,
золотое и серебряное сечение, предел Лапласа, постоянная Планка и Больцмана - все, больше я не вспомнил.
А их ведь на самом деле больше сотни...

- Обилие НПС.
Согласно релизам многих онлайн-игр, численность некоторых виртуальных миров приближается к десяти
и более миллиардам человек, что многократно превышает число возможных живых пользователей. Но это кажущийся парадокс.
На самом деле, большую часть населения подобных миров являются управляемыми компьютером персонажами. Как их отличить
от игроков? По шаблонности и упрощенности поведения. К примеру, НПС пассивны - они никогда не будут брать квесты,
писать комментарии или участвовать в обсуждении. Если в мире где вы живете, на самом крупном социальном новостном
сайте количество уникальных комментаторов составляет от 1% до 3% от числа читателей, то у меня вновь плохие новости...

- Вселенная как задник.
Об этом нам напоминает парадокс Ферми - тот самый, о великом молчании космоса. «Если космос настолько древен и безбрежен,
то где все эти мириады технологически развитых рас, которые должны были жить по соседству с нами?». Ученые, конечно,
успели придумать с десяток разнообразных решений парадокса — кроме самого простого — какой, собственно,
вы ожидаете разумной жизни от закрывающего сцену занавеса? С ростом расстояния от средоточия замысла творцов,
сложность искусственного мира должна падать - ибо никто не моделирует с одинаковым рвением и центральный город,
и посещаемую одним игроком в год побочную пещеру второстепенного квеста. Если в вашем мире сложная жизнь есть
только в центре вашей вселенной, а соседние миры являются сгенерированными на скорую руку пустыми и скучными глыбами,
то... по-моему, уже очень много плохих новостей.

- Ошибка "наследования".
Виртуальная реальность, естественно, содержит много незадокументированных особенности реализации.
Как работа с пустым и только что созданным файлом в одном приложении (он пуст и имеет нулевой размер), а затем Читать далее...

14-18 ЛВЛ
@
Празднуешь НГ с друзьями на вписке
@
Из колонок играет митооооол вперемешку с хард-роцком позабойнее
@
Холодильник забит пивом и жрачкой
@
Кто-то гамает в пекарню, кто-то сосется с разбитными девками, кто-то тусит, вся комната в угаре
@
На кухне разговоры о фентези, музле и смысле жизни
@
"А пашли гуляяяяять!!!"
@
Как же заебись


19-20 ЛВЛ
@
Празднуешь НГ с друзьями в квартире
@
Из колонок что-то играет
@
Куча напитков алко и безалко, жареное мясо, различные закуски
@
Выпиваем, отдыхаем
@
Сессии, работы, планы
@
Под звон бокалов с шампунем поздравляем друг друга, а друг делает предложение своей девушке
@
Пофигу


21 ЛВЛ
@
Празднуешь НГ один в подвале танковой казармы, ибо от нее есть ключи и тут реп-точка
@
Лучший друг умер почти год назад
@
В голове играет Lюмен
@
Две бутылки водки за пазухой
@
Кто где
@
А ты - тут
@
В этом и есть вся суть ситуации
@
Кто-то звонит тебе, кому-то звонишь ты
@
Выпил все
@
Водка не берет и уже не лезет, грустишь и злишься на себя


22-23 ЛВЛ
@
Празднуешь НГ хуй пойми как
@
Круговорот лиц
@
Музыка
@
Песни
@
Танцы
@
Гулянка до утра
@
Что-то ешь и что-то очень много пьешь
@
Кто-то что-то рассказывает
@
Тебе похуй
@
Уже наплевать на все


24-29 ЛВЛ
@
Новых друзей нет, старые теряются
@
Ты выпадаешь из старых тусовок, кто-то выпал сам, кто-то уже улегся в могилу
@
Никто никуда особенно не зовет, да тебе и не хочется уже
@
По инерции заходишь в новогоднюю ночь к старым знакомым, потому что больше некуда
@
Приходишь, садишься за стол, кушаешь салатики и запеченную курицу
@
Слушаешь охуительные истории про кредиты, еботеки, автосервисы, дитачек и мудаков-заказчиков
@
Выпиваешь и уходишь на балкон курить, подальше от всего этого
@
От глухой тоски хочется выть
@
Смотришь на идущий снег
@
Он превращается в грязь
@
Блять, что же с тобой стало...

Настроение сейчас - как обычно

[700x452]

В местах боев цветут цветы,
Никто не помнит, кто здесь пал.
Погибший сын, брат и отец -
Меня давно здесь ожидал.

Пробитый пулей котелок,
Лопатка - все гнилой металл
Я не участвовал в войне,
Хотя немного изучал.

Я знаю каждого в лицо,
Хоть лиц их даже не узнал.
Я не участвовал в войне,
Но в поле кости поднимал.

И пламя грозных тех годов
Мне повезло - я не видал
Хоть не участвовал в войне,
Копал немного, но копал.

Меня с тем полем, где искал,
Пыталось время разлучить,
Вгляделся я в боев следы -
Но их почти не различить.

Меня уже не излечить
От этой памяти в земле,
В архивах вам не изучить
Что спрятано на глубине.

И понимаю лишь теперь,
Куда меня вела та дверь:
Я не участвовал в войне.
Война участвует во мне.

(с)2007



Настроение сейчас - нормальное

[671x700]

...и наверняка заканчивая.

По забытым дорогам несет мои сны
На попутных кроватях - от любви до войны,
И не мне прекратить этот странный полет,
Без надежды на свет жуткий круговорот.

Я стоял в стороне, головою поник,
И безмолвный внутри разрывал меня крик,
Ты уходишь все дальше, тебя не догнать,
Остаюсь задыхаться и быстрей умирать.

Где-то новое Солнце зачинает рассвет,
Я забыл тот вопрос, мне не нужен ответ,
Вниз осыплется пепел бессилия рук
И похож на часы сердца мертвого стук.

Лишь на горле бинты, лишь пустые глаза,
Снова скорым ненастьем протекут небеса,
Вновь душа, словно Припять, кромешно пуста,
И я брошусь во тьму этой бездны с моста.

Настроение сейчас - уставшее

[700x465]

Как хорошо перекликается этот пост вот с этим
http://www.liveinternet.ru/users/forever_agate/post220481113/

Растворяя тебя во тьме ночи
Запиваю я водку слезами,
Ты исчезнешь, как только захочешь
И оставишь меня лишь со снами.

Никому не скажу, что здесь гложет,
Но на память оставлю улыбку.
Тут фантомы безликие тоже
Как и я – станут более зыбки.

Разуверился я в эти сказки,
Да и сам впредь хочу такой доли.
Вместе с кожей срываю все маски,
Не спасусь одинокой любовью.

Не удержат тебя мои руки
В этом мире реальных предметов,
Ты останешься в этих лишь буквах,
Ну а я – в списке мертвых поэтов.

Настроение сейчас - как обычно

[700x525]

Старый электрический ящик. Старый пароль. Старые черновики. Старые мысли.
---

Мне мерещатся жуткие вещи
Снятся чаще кошмарные сны,
От меня остается все меньше
Я боюсь не дожить до весны.

Трупы счастья в землю зарылись -
Размешаю яд с молоком.
И мне кажется: будто разбился,
Раскололся оконным стеклом.

Пустоту вижу в лицах прохожих,
А мой палец дрожит на курке.
Все ищу на тебя непохожих,
Я опять, я опять не в себе.

Лишь ужасные сны на рассвете,
Белый холод внутри, черный снег.
Твое Солнце мне больше не светит,
Странный мир и опять старый век.

Тянут руки какие-то люди,
Но их пальцы – словно ножи.
Я не знаю, что завтра будет -
От прыжка меня удержи!

Я рисую на окнах узоры
Черной кровью из спекшихся вен.
От дверей - ползком в коридоре,
Замыкаюсь в безумии стен.

Продолжается пытка изгоя,
Сотни трещин на грязной стене.
Вновь харкающий черною кровью,
Я опять, я опять не в себе.

Вместо сердца – лед в груди комом,
Дни за днями снегами летят,
Я до дыр истоптал все перроны –
Все зачем-то встречая тебя.

Может быть, все случится пораньше,
Может быть, будет слишком уж поздно,
Надо мной только скоро поплачут
Лишь холодные дальние звезды.

Может быть, это только мне снится
Может быть, ничего уже нет
Только вот - все равно я пока что
Не в себе. Я опять не в себе.

Настроение сейчас - как обычно

А я вновь нашел старую заметку со стихами, написанную в То лето. Почитать-погрустить))


Я разлегся у гаража,
У меня гудит в голове,
Пьяный воздух вокруг, чуть дрожа
Исчезает, словно в дыре.

Сколько дней прошло и ночей -
Не пойму я лишь до сих пор
Почему не нашел я ключей
И зачем же - дверь на запор?!

Закружилась головка моя,
Стало сразу тоскливо лежать,
Словно в сердце стальная змея
Начинает меня пожирать.

Я лежал в августовской земле,
В пьяных травах, дающих сок
И по памяти, как по канве
Рассыпался пепел-песок.

Надо мною гудят провода
Как и шмель в тот далекий денек.
Не забуду его никогда -
Будет вечно мне он упрек.

...Заржавевший трап у воды
И укроп распустился зонтом,
Позади зеленели сады,
Отложив урожай на потом,

Моя мама сидит на скамье,
Дед (живой еще) курит и ждет,
И ползет туман по реке,
А трамвайчик все не идет...

Жук уснул на теплой стене,
Заросла полынью тропа,
Рамы нет давно уж в окне
И на дождики осень скупа.

Под качелей далеких лязг
Одуванчик идет на взлет
И в свободных и мирных полях
Кто-то грустную песню поет.

Наплевать было на паспорта,
Не следили за курсом валют.
Мы не знали, где тут черта
И не знали, куда нас пошлют...

Я разлегся у гаража,
У меня гудит в голове,
Словно с пятого этажа
Полетел я к грязной земле.

И вдыхая простые цветы
Перенесся, как идиот,
В те края, где укропа зонты
И трамвайчик все не идет...

Настроение сейчас - гавно

[700x510]

Почти никто не знает и не слышал эту историю, да и в реальность ее поверить довольно трудно,
хотя череда даже самых обыденных действий приводит иногда к совершенно фантастичным последствиям.
Меня никто и никогда не просил рассказывать о службе, зная, что я не из тех, кто будет рвать тельняшку на груди
и орать "да я, да я... да мне в армии носки стирали, да я таких как ты..." и травить жуткие байки и баяны,
рассказывая, как и за что давали круглые блестящие металлические шайбы, которые надо было носить на груди.
Но один нехарактерный случай я все же запомнил, сюрреализм которого перелился через край той самой ванны,
о которой речь пойдет ниже в этом сумбурном рассказе.
И вот, утрясая в своей голове ретроспективные искажения в описании событий, я все же постараюсь
закрыть гештальт и кое-что поведаю, в скобках разъясняя, возможно, непонятные дурацкие слова...

Были последние дни сентября, две-тысячи-какой-то-год, уже половина службы была за плечами.
В горах по ночам становилось довольно прохладно, все чаще по утрам небо было пасмурным,
при утренних построениях все парни очень неестественно дергались, ежась от холода,
а не поправляя автомат или пулемет, висящий на плече.
Уже пытались заряжать первые затяжные дожди, по вечерам сливаясь в ровный гул,
на фоне которого изредка были слышны далекие разрывы. Вообще дождь - такой обманщик,
что иногда даже заядлому вояке - ротному старшине было трудно определить, что грохочет -
крупные капли по земле или далекая канонада по горам...

Наша рота что-то зачастила отправляться в караульную службу в ближайший военный госпиталь,
уж не знаю, чем мы им приглянулись: может, у местного начкара (начальника караула) была какая-то муза
в этом мед.учреждении, а может, просто так удачно сложилось, что при нас перестали сам госпиталь обстреливать.
Удача, не иначе. А еще некоторые военные - народ суеверный.
Все по классике - разводящий (расставляющий часовых на посты и снимающий их оттуда),
грибки (навес в виде гриба над укрепленной точкой караульного), обходы по периметру,
15-ти минутные проверки по телефону. С одним различием - может, усиление во время постоянного
режима КТО (контр-террористической операции) и удвоенное количество караульных
давало преимущество каждому солдату - стандартный режим "2/2" (2 часа караула - 2 часа сна) у нас был изменен
постоянно на "2/4" или даже "2/5 (2 часа караула - 4/5 часов спи или делай что хочешь.)
Свободные парни без проблем расходились по своим делам - кто-то действительно спал, кто-то читал,
кто-то развлекал себя телефоном или разговорами с товарищами или медсестрами, за 15-20 минут являясь
вновь пред светлыми очами разводящего для подготовки к очередному дежурству.

И вот в один из таких дней, вроде бы в пятницу, я попал в стандартное двухчасовое дежурство,
которое закончилось в восемь часов вечера. Все прошло тихо, без происшествий.
Отрапортовав разводящему, сменившись и сдав автомат в караулку (караульное помещение),
я решил заняться очень "важными" делами, которые планировал уже пару дней -
найти возможность хорошенько помыться, дочитать "Танатонавтов" Вербера и пообщаться с одной
медсестричкой со сложным, но очень приятным именем Эйлиханум, которая, не смотря на значение имени,
была очень скромной и судя по всему простой в общении, да к тому же свободно говорила по-русски.
Вечер выдался очень теплым, даже на удивление слишком теплым для этого времени года,
дул легкий ветерок - приятная погода!
Надеясь, что это мне не помешает, я дошел до центрального больничного корпуса, где и хотел порешать насущные вопросы.
Войдя на первый этаж вожделенного помещения, я застал в дальнем конце коридора сидящими за большим столом
крупную и шумную компанию медсестер и парней, которые уже немного приняли "на грудь" -
кому-то из руководства госпиталя сегодня было день рождения, и остатки со стола, в т.ч. алкоголь безнаказанно
достались всей нашей отдыхающей части роты. Справившись у них об Эйли, я узнал, что она уже собиралась уходить домой -
ее рабочий день давно закончился, но по каким-то причинам она была вынуждена задержаться.
Как жаль! Застал ее на выходе из сестринской - она действительно уже переоделась и уходила.
Задержать у меня ее надолго не выйдет, если только я не ее муж и не ее жених, но все же, перекинувшись парой слов,
я получил у нее советы, как раздобыть горячую воду, ведерные кипятильники и емкости для мытья.
Поблагодарив и проводив до выхода, в подсобном помещении, сопряженном со столовой, я обнаружил,
как она и говорила, стоящую ванну, в которую дежурный по столовой наряд скидывал картофельные очистки
после кормления находившихся на лечении в госпитале военных - но смена давно кончилась, вся картошка перечищена,
и ванна стояла идеально отмытая. Налив в нее холодной воды и кинув два кипятильника в двух сторон,
надеясь разогреть воду хоть чуть-чуть, я прогулялся до полупьяной компании,
решив закинуть, если получится, немного алкоголя поверх своего паршивого настроения...

Одни и те Читать далее...

Нет, я не любитель смотреть запойно фильмы, последний раз был в кино наверняка тогда,
когда оно еще было черно-белым, и уж точно не люблю сериалы. Но один меня зацепил,
он не очень известный и довольно коротенький - всего 10 серий по 45 минут.
Называется "Тихий океан", разумеется, про WW2 - на этот раз янки забросили
месить грязь и кровь на богом забытых островах в сражениях с японцами,
Гуадалканал, Иво-Дзима, Пелелиу, Окинава, пальмы, жестокость и реализм,
ночные обстрелы, малярия, отлично показан повседневный быт солдат и вся мерзость,
которая сопровождает любой конфликт. Реальные события, все актеры даже визуально
похожи на свои прототипы, да и Том Хэнкс откровенное гавно не снимет.
Пересматриваю второй раз, ну так вот.

Я все пытался понять, почему мне так не нравится один из самых мерзких, но далеко
не самых колоритный персонаж - капрал Мерриелл "Snafu" Шелтон (1922—1993),
абсолютно реальный человек, в чувственном исполнении актера Малека Рами.
Он получил свое прозвище из-за своей нагловатой и довольно дурной манеры
поведения, по ходу повествования он все больше и больше теряет человеческие черты,
откровенно пренебрежительно и по-хамски относится к сослуживцам.
Пройдя сквозь все бои, он становится просто конченным циником, мародёрит останки,
вырывая из ртов японских трупов золотые коронки и обшаривая их карманы, в каждом
кадре даже во время боя он с сигаретой, а во время передышки ищет любую выпивку,
сквернословит и отпускает сальные шуточки в адрес всего женского пола, а так же
на любой счет у него есть свое крайне сатирическое, даже черноюморное мнение.
Его отношение к жизни раздражает, а подчас просто бесит других солдат,
но они вынуждены мирится с таким положением дел, ибо сослуживцев не выбирают.
Короче, весьма мерзкий и неприятный тип, и актер постарался на славу, показывая
все отрицательные черты характера этого человека. Ну казалось бы, солдат и солдат,
война вокруг - с чего бы ему быть привлекательным, приятным и чистеньким?
Но нет, мне он ОСОБЕННО не нравится.
И вот я, наконец, понял почему.

Он мне очень сильно напоминает себя самого.

Особенно во время службы, которую, наверно, именно поэтому я не люблю вспоминать.
Сколько лет прошло, но ни жизнь, ни война, ни люди не изменились - такая же грязь,
кровь и мерзость.
И остались такие же подонки и ублюдки, как он.
И как я.

Настроение сейчас - как обычно

[700x393]

Я перестал кататься ночью по городу.
Забыл, где лежат мои палатки.
Прекратил встречать рассветы, сидя на крыше с бутылкой дешевого вина.
Сбрил страшную с проседью топорщащуюся в разные стороны бороду.
Постоянно слушаю Coldplay, Radiohead и даже DepechMode.
Начал любить дневное кофе и ложиться спать раньше часа ночи.
Ношу пиджак и не опаздываю в офис.
Я целую вечность уже безвылазно в городе...
Все размерено и отлично. Я перестал делать глупости, за которые потом
удивительно, не понимая, как хватило храбрости на это.
Я перестал делать то, что потом ВСПОМИНАЕШЬ.
Я окончательно завернулся в Grayscale-полотно будней...

...а в выходные на даче поработал бензопилой, распилил мертвое дерево -
большой орех решил, что он птица, и бесконечно тянулся вверх, стремясь к звездам.
Но он жестоко ошибся и не выдержал такого давления на свои ветвистые плечи.
Он сломался и погиб, упав на электрические провода.

Пора, наверно, закрывать и удалять дневник.

Все дальше от нас уходят во времени те раскаленные и кровавые дни Великой Отечественной Войны, с каждым днем все меньше остается в живых героев тех лет. Но интерес к истории самой кровопролитной войны человечества не угасает. Волонтеры и поисковики без устали продолжают работать над тем, чтобы потомки узнали как можно больше о тех событиях, ведь до сих пор белых пятен в истории огромное множество. Наш общий долг – не забывать подвиг народа, чтить память советских солдат, сражавшихся с гитлеровскими оккупантами и предостеречь будущие поколения от кровавых конфликтов.

Меня зовут Сергей, уже много лет я с группой моих товарищей занимаюсь поисковой деятельностью, изучаю историю Второй Мировой войны, участвую в поисковых экспедициях и работаю с архивным материалом.

В середине двухтысячных годов в сети интернет промелькнуло сообщение о том, что на территории завода им. Урицкого найден артиллерийский снаряд времен войны. Тогда я не придал этому значение, посчитав, что журналисты допустили ошибку, приняв авиационный снаряд за артиллерийский, ведь достоверно известно, что этот объект как важный в стратегическом плане подвергался неоднократным налетам немецкой бомбардировочной авиации в 1942 году. И вот в начале июня прошлого, 2014 года, мне позвонил товарищ и сообщил о страшной находке: во дворе дома по адресу ул. Ленина, 12, где он неподалеку работает, практически в самом центре города, при проведении ремонта старинного здания и разборе части крыши рабочие обнаружили объект, похожий на снаряд. Выехав на место, мною было установлено, что перед нами – неразорвавшийся артиллерийский 150-мм снаряд времен войны. По счастливой случайности он пробил крышу и застрял, так и не сработав. Так как транспортировать смертельную находку было крайне опасно, но и, понимая ее историческую ценность, обезвреживание произошло на месте.

Всесторонне изучение его мной смогло установить по имеющимся на нем клеймам, что это немецкий снаряд. Но как он там оказался? Ведь дальность стрельбы самых дальнобойных немецких полевых гаубиц и пушек не превышала 15-20 км. Так это значит, что стреляли именно с такого расстояния? Но во всех исторических источниках указано, что крайняя точка на востоке, которую смогли достичь немецкие части после боев в поселке Хулхута – это степи под Астраханью, в 40-50 км от города. Значит, передовые немецкие части были ближе? Я решил разобраться с этим вопросом.

Обратившись к материалам ЦАМО РФ я выяснил обстановку на астраханском направлении в конце лета и осенью 1942 года, когда гитлеровцы наиболее близко продвинулись к нашему городу. Советские архивные сводки  дают следующую информацию – на острие атаки была 16 моторизованная пехотная дивизия Вермахта из первой танковой армии, которая действовала на восточном крыле группы армий «А». По советским данным, 31 августа группа в составе 10 танков и тяжелых орудий, пяти бронемашин и отряда мотоциклистов вышла из Хулхуты на северо-восток. Утром на дальних подступах к городу она была замечена на постах воздушного наблюдения и оповещения. Посты долго не продержались, и их личный состав попал в плен. Семнадцать бойцов, в том числе 14 девушек, были расстреляны. Восемнадцатой оказалась Вера Никонова, раненная, но оставшаяся в живых. На следующий день ее, потерявшую сознание, нашли разведчики 152-й отдельной особой бригады, и отправили в госпиталь. Именно она и доложила впоследствии о неравном бое. После этого события немцы, более не встречая сопротивления, направились дальше, к Волге, видимо, ставя перед собой главную задачу – выяснить о местонахождении глубокоэшелонированной линии обороны Красной Армии и узнать, где противотанковый ров прерывается и каким образом его можно преодолеть. Разведывательной группой командовал лейтенант Вермахта некий Шредер. Он направил свое подразделение севернее Астрахани, к Садовскому (Джакуевке, ныне район южнее города Нариманова).

            На подходах к населенному пункту группа практически сразу натолкнулась на аванпост 107-го стрелкового полка. Гвардейцы понесли потери, но метким огнем сорвали продвижение колонны. Сам лейтенант был убит. Группа была вынуждена вернуться на базу, в Утту.

На следующий день, уже под командованием лейтенанта Ойлера, вставшего на замену погибшему, она вновь вышла в степь. Об этом сообщают местные жители, видевшие колонну. Больше сведений о продвижении немцев мне найти не удалось.

Не удовлетворившись столь малой информацией, взятой из советских источников, которая не указывала даже местности, куда вышли передовые немецкие части, я решил обратиться к Управлению Бундесархива. Преодолев языковые трудности, я почерпнул информацию, которая уточняла, а во многом и дополняла имеющуюся у меня. Действительно, в августе-сентябре 1942 года передовые немецкие части вели плановую разведку в направлении Астрахани. Многочисленные разведывательные

Читать далее...

...Очень медленно погружаясь в могилу из собственных воспоминаний, забываешь подчас
намазаться формалином из позитивного опыта. Но тут же обнаруживаешь, что его -
на самом дне баночки для бальзамирования души, да и он все равно точно не поможет.
Ведь любой тип бальзамирования подходит только для маскировки разложения,
и огромные, пусть уже и не кровоточащие раны в сердце ничем не замажешь..

...а из раскрытой пасти могилы веет теплой тьмой. И ты в нее погружаешься, погружаешься,
погружаешься... в те самые старые дни и ночи, где не было счета времени, и было на многое
наплевать...

...Нет, расплата за это не высокая - всего лишь моя жизнь, такая же дешевая
и никому не нужная по большему счету, как и моя смерть. И ведь никто даже не поставит
крест или памятник сверху из добрых слов или хороших мнений обо мне.
Да пусть даже сверху кинули бы огромную гранитную плиту, чтобы я больше не вылез...

Нет.
Никто ничего не поставит.
И даже закапывать никто не станет.
Ведь всем плевать...

Настроение сейчас - плохое