Очаровываешь, околдовываешь,
Завлекаешь словами нежными.
Приручаешь меня - непокорную,
Быть любовью твоей безбрежною.
И укутав меня, замёрзшую,
Отогрев моё сердце ласкою,
Ты меня называешь солнышком,
Называешь своей сказкою.
Ворожа надо мною нежностью,
Добротой своей удивительной -
Ты меня называешь девочкой,
И любовью своей единственной.
Очаровываешь, околдовываешь…
Из мечты придя явью светлою,
Подарил ты мне счастье главное:
Быть любимой твоей нежною.
Сольно... Noel
René Jules Lalique (French, 1860–1945)," Noel", 1905.jpg
Пелерина зимней госпожи
Укрывает город снежной пылью.
Станет сказка детства снова былью,
Лишь тропинкой видимой спеши.
Её кисть мазком на полотне
Домик нарисует, студит речку.
Ель в лесу, укутанную свечку,
И звезду, что светит в тишине.
Рассыпая пудру тут и там,
Заплетая кудри нежно в косы,
Замерзают капельки, как слёзы,
Разрезая боль напополам.
Позабыв печали за углом,
Улыбнись навстречу новой были.
Чтоб зимы картины заменили
Нашу грусть за сказку за окном.
из инета
Загляну осторожно в душу,
Что же в ней накопилось за жизнь?
Мне придется немало разрушить,
Чтоб душа вновь взлетела ввысь.
Мне придется сбивать засовы,
От которых давно нет ключей.
Разобрать, что лежит бестолково,
Все, до маленьких мелочей.
На помойку снести обиды,
Что всё время копились там.
Те мечты, что уже разбиты,
И давно превратились в хлам.
Отпускаю и одиночество…
Прижилось…но не жаль прогнать.
Ведь когда -то должно закончиться,
Прелесть какая — снег на ресницах.
В воздухе только шорох тревожный.
Это качает зимняя птица
Мерзлую ветку неосторожно.
Чудо земное – белое утро…
Падает небо прямо под ноги.
Всё так логично, четко и мудро -
Спрятать под снегом чьи-то тревоги.
Тихое счастье — свет снегопада,
Легкие чувства ветром с ладони…
Снежная сказка спящего сада,
Низкое солнце медленно тонет…
Мысли пунктиром – птичьи дорожки:
Если случились, то затерялись…
Манны небесной на душу крошки
Нежно легли и надолго остались
Ангел присел на еловую ветку
Сольно в ночь...
Gustave Dore (1832-1883), "Christmas Eve"
Рождественский ангел своими крылами –
В морозных узорах – рисует картинки,
Которые всем нам знакомы веками,
В них память растает сиреневой льдинкой
И каплей звезды упадет на ладони,
В себе Вифлеема огонь отражая,
И, тихо звеня, мне прошепчет: «Ты вспомни
Как все это было». Метель кружевная
Украсит мерцающей шалью деревья
И вновь средь пушистых ветвей притаится.
А ночь, всех созвездий одев ожерелье,
Присядет со мной – что-то нынче не спится.
Плывут облака белоснежною ватой,
Прозрачной и легкой – как ангелов перья.
Маленькая фея над землей летала.
Маленькая фея счастье собирала.
Собирала фея васильков букеты,
Летние закаты, зимние рассветы.
Ветер и прохладу, солнце и снежинки,
и с цветов весенних чистые росинки.
Облака и звезды, радугу и дождик
положила фея на свою ладошку.
Маленькая фея сильно утомилась
и на берег речки фея приземлилась.
Напилась водицы, чистой и прохладной,
посмотрелась в речку- волосы поправить.
Дорогая фея, где же ты летала?
Видела ты счастье или не встречала?
Здравствуй, Кай. Это дочка Герды. Не придумывай, не юли.
Мама снова с попутным ветром убегает на край земли,
Бродит, ищет тебя повсюду, пишет: "Доченька, не скучай!"
Кай, пожалуйста. Сделай чудо. Приходи на вечерний чай.
Здравствуй, Кай. Я не жду ответа. Вянут розы на чердаке.
Мама дома. Настало лето - вяжет, спицы зажав в руке.
Смотрит в окна - открыты ставни, хоть за ними давно темно...
Кай, случилось все так случайно. Ты хотя бы пришли письмо.
Здравствуй, папа. Мне все известно. Можешь даже не отвечать.
Я за жизнь свою, если честно, не привыкла еще молчать.
Мама дома. С ней все в порядке, сердце бьется в её груди.
Я сейчас все сожгу тетрадки. Ты к нам больше не приходи.
[536x640]
Я рисую на листочке вопросительные знаки,
В чашке кофе остывает, и лениво дремлет кот...
Нарисую свои мысли на линованной бумаге,
Зарифмую их небрежно – будет их всего пятьсот!
Сотня первая – про город, что тревожно тянет душу,
Тот, что шепчет что-то дерзко в тусклом свете фонарей,
Он меня поймёт и примет, он разгонит скуку, стужу,
Чуть надменен, ласков, нежен - и умён, как сто чертей.
А моя вторая сотня – вся про крылья и полёты,
Вся – вопросы без ответов, многоточий череда.
Там такие междометья, слов и ритмов переплёты -
Без защитного жилета не входите, господа!
Третья сотня – вся из сказок, из фантазии и света,
Ни на что, ни на что не похожа
Эта странная, зыбкая связь –
Я беду твою чувствую кожей –
Я тебе не позволю упасть
В чёрный мрак подступающей бездны –
Я тебя удержу на краю…
На ладони безмерную нежность
Я тебе – просто так – отдаю…
Я – чужая… Не стану своею.
Я для этого троп не ищу…
Только боль отведу… Отогрею –
Просто руку твою отыщу,
Дотянусь через все расстоянья,
И поверю, что чувствуешь ты,
Сны всегда убегают украдкой
Повинуясь чужому порядку
Исчезают они без оглядки
В фиолетово-синей стране
Но в хмельном золотом звездопаде
На тяжелой дубовой ограде
Утопая в сливовой прохладе
Этой ночью вернутся ко мне
И утянут с собой на прогулку
По холодным камням переулка
Целоваться в молчании гулком
Средь душистых лиловых цветов
Светлячки - словно горстка алмазов
В волосах бирюзовые стразы
Сны кружатся в сиреневой вазе
Словно стая испуганных сов
Я танцую в венке из фиалок
В хороводе красавиц-русалок
И гоняю задумчивых галок
Звонким смехом разбив тишину...
Лунный свет заплету себе в косы
И в прохладной росе ноги босы
Нанижу я на ниточку слезы,
А потом... безмятежно усну.
Женщина-девочка … Легкое платье
Из бесконечных весенних мечтаний…
Нет мотыльковее в мире созданья…
Тонкие крылья… робкое счастье…
Женщина-девочка… Светлые мысли
Звездным мазком на темнеющем небе…
Где-то во сне удивительный лебедь
Плавает тихо по линии жизни…
Женщина-девочка … Хрупкие пальцы…
Белые клавиши… звонкие струны…
Женщиной быть в этом мире так трудно…
Девочкой все же трудней оставаться -
Смелой, не смелою, к солнцу причастной...
Кто-то придумал ее вот такою…
Женщина плачет, закрывшись рукою…
Девочка верит и ждет свою сказку...
|
|
|