Юзек просыпается среди ночи, хватает её за руку, тяжело дышит:
«Мне привиделось страшное, я так за тебя испугался…»
Магда спит, как младенец, улыбается во сне, не слышит.
Он целует её в плечо, идёт на кухню, щёлкает зажигалкой.
Потом возвращается, смотрит, а постель совершенно пустая,
- Что за чёрт? – думает Юзек. – Куда она могла деться?..
«Магда умерла, Магды давно уже нет», – вдруг вспоминает,
И так и стоит в дверях, поражённый, с бьющимся сердцем…
Магде жарко, и что-то давит на грудь, она садится в постели.
- Юзек, я открою окно, ладно? - шепчет ему на ушко,
Гладит по голове, касается пальцами нежно, еле-еле,
Идёт на кухню, пьёт воду, возвращается с кружкой.
- Хочешь пить? – а никого уже нет, никто уже не отвечает.
«Он же умер давно!» - Магда на пол садится и воет белугой.
Пятый год их оградки шиповник и плющ увивает.
А они до сих пор всё снятся и снятся друг другу.
© Copyright: Елена Касьян
Мистер, Вам к лицу, конечно, синий...
Срочно поменяйте свой сюртук!..
К Вашей безупречности картинной...
К Вашему негромкому "тук-тук"...
Серый /уверяю Вас/ - не в моде...
В хрупкости осипших октябрей
Синий – как-то ближе, по погоде...
Можете "нести" дождливый бред,
день осенний "выкрасив" зонтами:
красный, фиолетовый, бордо...
Мистер, что за сбои в Вашей гамме?...
Может быть, опять начнёте с "до"?..
В лужах-зеркалах на тротуарах
Утро - тоже в синем... Ну так что ж...
Синие промокшие бульвары…
Как идёт Вам синий, мистер Дождь!..
месяц рогом зацепился.
Над уснувшею малышкой
белый Ангел опустился.
Звезды в вышине блестели,
Млечный путь клубочком вился.
А из глаз святых и кротких
свет невиданный струился.
Теплой ласковой ладошкой
прикоснулся к щечкам нежно.
И запел тихонько песню
серебристо, безмятежно.
«Веют в поле злые ветры.
Воет в поле вьюга глухо.
Тьма на много километров,
А у нас тепло и сухо.
А у нас свеча мерцает
Под старинною божницей.
Пусть тебе зимой холодной
Лето красное приснится.
Васильковые поляны,
земляничные укосы,
ярко-алые тюльпаны
бриллиантовые росы.
Родников прохладных капли
пусть лицо твое умоют,
чистотой своей звенящей
от всех бед земных укроют.
Спи, принцесса, сладко-сладко.
Не тревожат пусть печали».
И слова в тиши полночной
эхом призрачным звучали.
Под мотив неповторимый
снег на окнах серебрился.
Над головкой сон спокойный
белым ангелом склонился.
Мои детские сны... Мир фантазий, надежды и сказки,
Волшебство колдуна и балы в поднебесном дворце.
Звук рояля и флейты... Страницами в новой раскраске
Ожидание счастья с улыбкой на грустном лице.
Мой придуманный мир... Проходивший пунктиром по судьбам,
Недосказанным фразам, не прожитым жизням моим.
Колыбель светлых грёз... Палачам отдаваясь и судьям,
Подарил он надежду на счастье однажды двоим...
Этот путь в никуда, что так манит мечтою и чудом,
Бесконечен и долог для тех, кто умеет терять.
Покрывалом небес он опустится солнечным утром,
Чтобы вспомнили мы, что когда-то умели летать...
И захочется жить, вновь поверив, что сны - это время,
Где на капле росы притаилась крупинка души...
Я её не спугну... Я уйду по небесным ступеням,
Чтоб вернуться в Твой мир. Ты меня забывать не спеши...
[380x500]
© Оленька Лазарева
Как легко и беззаботно она парИла... перелетала с цветка на цветок, наслаждаясь жужжанием пчёл и впитывая ароматы весеннего луга. Как осторожно касалась солнечного луча, напитываясь его теплом... Весенний дождь смывал с неё следы усталости и наполнял улыбками своих капелек... Тёплый ветер осторожно касался губами, пытаясь напомнить о своём существовании... Душа... Она чувствовала приближение чего - то неотвратимого и болезненного, чему не существовало названия.
Почему солнце однажды перестаёт греть, крылья не поднимают в небо, а тело становится неуправляемым? Почему глаза, глядящие всегда вглубь тебя, вдруг смотрят сквозь, не понимая, что причиняют этим невероятнейшую боль? Почему сердце колотится так, что заглушает раскаты грома в почерневшем небе? Почему... Ответь, ветер, зачем поддался ты соблазну разнести по всему миру обрывки наших писем? Зачем дождь так старательно пытается скрыть слёзы в наших глазах? А ты, солнце, ты всегда было горячим, но ласковым... почему сейчас ты сжигаешь дотла остатки чувств в заблудившейся душе?.. Наше счастье заплутало... Доброе, уютное, нежное. Похожее на сонного ребёнка. Где ты, счастье? Без тебя не жить душам нашим...
И только строки ненаписанных стихов знали, что примут в свои объятья бесприютную душу. Примут такой, какая есть, и будут словами своими врачевать раны её... Ибо, в начале было Слово...
[360x700]
© Оленька Лазарева
Как томительно ожидание Тебя...
Весь день жить предвосхищением вечера и нашей встречи, прокручивая в памяти каждое слово, каждое движение, задыхаясь от одной только мысли о твоих прикосновениях… Ты называешь себя моим Солнышком, даря неимоверное тепло, согревая дыханием любви и взглядом, способным заставить звучать по особенному каждую струнку моего отзывчивого тела...
Твои пальчики научились находить самые труднодоступные уголки, самые забытые точки, соскучившиеся по прикосновению настоящего ценителя прекрасного... Вспоминаю твои ладони и тону в омуте восхитительных грёз и забытых переживаний... Как ласково и бережно ты дотрагиваешься до моего тела, касаешься осторожно, боясь нарушить гармонию тишины и единения с запредельным миром грёз и фантазий...
Родной мой... как люблю я прикасаться к твоему плечу, зная, что через секунду ты прижмёшься ко мне, в ответное движение вкладывая всю трепетность и страстность истосковавшейся души. Мелодия... она начинается с самой высокой нотки, разливая вокруг себя звенящее послевкусие слияния двух душ в едином порыве, распространяя негу и осознание божественности происходящего...
Ты ласкаешь меня так осторожно и искусно, что сами ангелы замерли в восхищении...
Нет н и ч е г о вокруг в эти минуты нашего проникновения друг в друга, в минуты изысканного наслаждения, возносящего нас на вершину блаженства и единения с Богом...
Я пленница... рук твоих, глаз, дыхания твоего... добровольная пленница, переставшая существовать в н е тебя и твоих прикосновений...
Как жаль, что я всего лишь... твоя скрипка...................
[700x560]
© Оленька Лазарева
За любовь не кори, я себе и палач и священник.
В полуночную мглу я на ветер бросаю слова...
Не услышишь их ты - моей призрачной нежности пленник.
Обернись лишь на зов, пока целы мои зеркала.
Зеркала моей памяти, отблески цели и сути,
Мой порушенный мир не подвластен отныне ветрам.
Там темно и пустынно, там горечь берут на поруки,
А любовь и надежду распяли на радость врагам...
Обернись хоть на миг, исцели покаянием душу,
Дай понять, что любил, что не пройдены жизни пути.
Обещаю тебе, я покой твой ничем не нарушу,
Я научена ждать. И любить...
Отпускаю.
Иди.
© Оленька Лазарева
Тихо - тихо... на цыпочках... я прокрадусь в твои сны. Лёгким, невесомым облачком окутаю спящего, и прикоснусь нежным пёрышком дурманной травы к виску твоему, чуть тронутому сединой... Тссссс... тише, сердце, не стучи так громко, не тревожь сон волшебный, сотканный из горсточек слов и хрустальных дождинок... А может, слёз? Сквозь закрытые веки я вижу каждую буковку твоего сна, каждую нотку, перескакивающую из сновидения в сновидение... Тебе не кажется, родной... я рядом. Так близко, как только можно себе позволить во сне. Бродяга - март нашептал мне на ушко о желаниях твоих, проболтался о грусти в твоих глазах... Я не могла не прийти, не могла позволить холодному снегу замести мечты твои.
Зачем ты напомнил о письме? Этом конверте, живым укором лежащим на моём столе который месяц. Я прячу его с упорством ребёнка, не желающего видеть и чувствовать то, что причиняет боль. Искренне верящего, что нужно всего лишь подальше запрятать кусочек бумажки, и проблема исчезнет. Там нет марки, родной... Мне давно уже не нужны иностранные марки. Ты и не подозревавешь, насколько близко я от тебя. Насколько ничтожно то расстояние, что разделяет нас друг от друга... Я научилась приходить в твои сны. Каждую ночь я провожу возле твоего изголовья, запоминая строки стихов, рождённых воспалённым от бессонницы мозгом.
Ты ненавидишь свою память, укоряя её каждое утро в нежелании помочь тебе вспомнить сны... Ты ловишь отрывки всплывающих картинок, но отгоняешь их прочь, стоит лишь увидеть мои глаза. Ты не веришь, что мог видеть их во сне. Не веришь, правда? Почему, любимый? Почему ты хочешь забыть то, что любишь больше всего на свете?.. Кофейный аромат... он дарит счастливые мгновения не потому, что ты любишь кофе. Этот цвет напоминает тебе цвет моих глаз... Этот запах... он напоминает тебе вкус моих поцелуев... Ведь, так, скажи?..
Сейчас ты проснёшься, а мне нужно будет уходить. Нет, улетать... Я снова забыла о крыльях, которые у меня теперь есть... Крылья белого птаха, всё время забывающего, что ими не обнять больше любимого...
Успей проснуться до того, как скроюсь я в поднебесье. Успей проводить меня взглядом... Успей... Как я успела стать твоей самой лучшей песней...
Ещё не спетой...
© Оленька Лазарева
Расскажи мне, любовь, про безумие прожитых судеб,
Про грибные дожди, и когда-то потерянный Рай.
Помоги отыскать ту звезду, что пророчицей будет
И по лунной дороге проводит в загадочный край...
Расскажи мне, любовь, про несбыточность наших желаний,
Про забвение душ и оправданность скомканных фраз.
На заплаканном небе отмерь всю длину расстояний,
Что на сердце легли, отдаляя любимых от нас...
Расскажи мне, любовь, как прожить на подмостках у веры,
Отыграв свою роль на кричащей от боли струне.
Как мечту отпустить, насладившись тоскою без меры
О хмельных поцелуях, подаренных вовсе не мне...
Расскажи мне, любовь, как найти одинокую пристань
Бесприютной душе, потерявшей однажды покой.
Переплыть океан, что деталями судеб исписан
Между млечным путём и уныния вечной рекой...
Расскажи мне, любовь, про Того, кто болеет в разлуке,
Про безумную нежность в
Спрячь печаль и тоску Ты у синего неба в кармане,
Пару капель надежды займи у весеннего дня.
И пасьянс разложив на холодном рассветном тумане,
В ожидании чуда, однажды придумай меня...
Подели расстоянья на силу любовных признаний,
Перемножь шёпот трав на безмолвие лунных ночей.
Тёплым летним дождём и восторгом безумных касаний
Ты придумай сюжет на огнях безымянных свечей.
Отпусти и забудь все слова, что осколками стали,
Отогрей на груди беспокойное сердце моё.
И в дорогу собравшись с убогой котомкой печали
Не смотри в небеса, где летает одно вороньё.
По забытым следам, по заросшим неверием тропам
Свою жизнь исходив, лишь мечту в своём сердце храня,
Ты постой на краю. Поклонись драгоценным минутам.
И закатной звездой на ладони придумай меня...
© Оленька Лазарева
Жизнь била, бьёт и будет бить.
Не поддавайтесь ей, отбросьте жалости,
Любите, верьте, продолжайте жить...
Не опускайте руки. Верьте в лучшее,
А, то, что Вас гнетёт не на века.
Душевная хандра,- то дело случая,
Придёт Ваш день, развеется тоска.
Не опускайте руки. Это временно.
И приглядитесь. Рядом с Вами тот,
Кто примет Ваши беды и уверенно,
Вас за руку до счастья доведёт.
Душевной травме не давайте повода,
Корнями прорасти у Вас в груди.
И пусть Ваши сердца не знают холода,
Уйдут все беды... Счастье впереди.
Храни Вас Бог! Вы заслужили это.
Удача добродушно улыбнется.
А беды позади остались, где-то,
Не опускайте руки... Вам зачтётся!
Открытая ладошка доверчиво подставила своё тело первым лучикам солнца.
Как же долго... как долго она ждала и боялась этого мгновения. Душа, которую она трепетно оберегала от посторонних глаз, созрела для новой жизни и нового полёта. Было безумно жаль её отпускать, расставаться с самым дорогим, что было на свете. А Душа истосковалась по любви... по трепету ресничек на родном лице, по запаху губ, и такому родному пальчику, этих губ касающегося... Каждый раз, когда Душа вспоминала о Ней, становилось нестерпимо больно, хотелось вырваться из тёплого плена ладошек и рвануть туда, далеко, в неизвестность, которая манила бездонными глазами цвета кофе, уютной ложбинкой на груди и бархатным голосом, убаюкивающим и исцеляющим...
Спасибо вам, ладошки, вы сберегли Душу до той поры, пока она не услышала Мелодию Любви... И мелодию эту уже не забыть. Она будет звучать в душе,
проникая в сердце и разум, согревая теплом и нежностью всё вокруг...
© Copyright: Оленька Лазарева
Луна – хрустальная… Дотронешься – расколется…
И столько света, посмотри, совсем как днём.
А звёзды падают в овражек за околицей.
Пойдём, мой ангел, их с тобою соберём!
Пусть удивляются, что ночью мы с лукошками
Идём под ручку прочь по лунному лучу.
В овражке звёздочки упавшие ладошками
Отогревать тебя, конечно, научу.
Вон, видишь, сколько их в траве мерцает искрами?
А ты не верила… считала, я – блажУ.
На ожерелье сотню звёзд найдём здесь быстро мы.
Из самых ярких звёзд тебе его свяжу.
За благодарный взмах пушистыми ресницами
Готов я в этом ожерелье быть звездой...
*****************************************
А хочешь, завтра познакомимся с жар-птицей мы?
Я знаю, где в лесу висит её гнездо…
Но так должно быть. Я не укоряю.
Я Вас встречаю в этой белой зале,
Чтоб проводить к обещанному раю.
Его пришлось так долго ждать, простите.
Чуть-чуть до ста не дотянули, кстати.
Ну что Вы... Нет, я вовсе не Спаситель.
Хотя в какой-то степени спасатель.
Я над плечом парил все годы, справа,
И защищал Вас преданно и яро.
Я вместе с Вами пил любви отраву,
И прикрывал Вас телом от ударов.
Мы одолели ложь, огонь и горы.
Нас не сломили ни ветра, ни грозы.
Да, это я шептал на ушко: «Скоро...».
Да, это я сушил губами слёзы.
Вот потому ношу так много шрамов,
А крылья, словно скомканные стяги.
Вёдь Вы, признайтесь, были шустрой дамой,
И безрассудно лезли в передряги.
Поверьте, я нисколько не жалею,
Что мне такая спутница досталась.
Ведь я любил Вас жарче и сильнее,
Чем мне по долгу службы полагалось.
Хотя сейчас совсем не для открытий
Мы подошли к сияющим воротам.
Поторопитесь. Ждут уже. Идите.
А мне пора. Зовут. Родился кто-то.
Мама, что такое сон?
И откуда родом он?
Что он ест и где живет?
А кефир он на ночь пьет?
Почему с волшебным сном
Не увидеться нам днем,
Лишь когда совсем темно
Он стучится к нам в окно?
Засмеялась мама: «Вот
Любопытный сын растет!»
«Про кефир не знаю точно…
Сон всегда приходит ночью,
Чтоб не скучно было спать,
Деткам сказки показать.
Ест он мед и шоколад,
Пастилу и мармелад,
Вот такая вот еда –
Чтобы сладким быть всегда!
А живет он в мире грез,
Где никто не знает слез.
Где родился он – секрет…
Вот тебе и весь ответ.»
Ей дано было много. Как минимум, птицей родиться.
Рассекали просторы небес белоснежные крылья.
Километры земные сжимались, стирались границы
между странами, между мечтою и радостной былью...
Очень малое нужно ей было для птичьего счастья -
выше туч грозовых подниматься в плохую погоду
и купаться в лучах золотых, оставляя ненастье
на земле, обретая полёта шальную свободу...
Но коварная буря насмешек, увы, не прощает.
Кем счастливая глупая птица себя возомнила?
Неподвластна стихии? Какая ошибка большая!
Получай же за дерзость свою - оставайся бескрылой!
Искалечено ветром крыло... Позабыты полёты.
От тоски разрывается грудь, без надежды и веры
дни проходят. Рождаются песни - печальные ноты
о безрадостной жизни, запутанной в коконе сером...
И упрямая птица ноябрьским утром тревожным,
посмотрев на далёкое солнце - такое родное,
поняла, что прожить ей бескрылой никак не возможно,
и решила вернуться на небо - любою ценою!
"Посмотрите на птицу чуднУю - летит по спирали!" -
говорили друг другу о ней удивленные люди...
Зачарованно в небо смотрели, вот только не знали,
что слабеет крыло... что назад возвращенья не будет...
Ни одно восхищенное сердце не сжалось тревожно,
Ни одно - в ожидании скорой беды не застыло...
А она через боль, невозможное сделав возможным,
поднималась всё выше... Пока не оставили силы..
.Елена Ломакина
Здравствуй, глупое одиночество.
Что же ты за дверью то прячешься.
У порога трясешься, корчишься.
Заходи, расскажешь, поплачешься.
Напою тебя мыслями томными,
Твой рассказ монотонный слушая.
Что-то больно сегодня ты скромное.
Чересчур уж сегодня ты скучное.
Разверну тебе душеньку грешную,
Подстелю тебе сердце под голову.
Что ж ты в угол забилось, сердешное,
То ли страшно тебе, то ли холодно?
Ты не бойся, сегодня не выгоню.
До рассвета тебя, убаюкаю.
Завтра утром слезами вымою …
Заходи, одиночество глупое.
И повисло на них и качается, как на качелях,
И ему невдомёк, и ему не понять, что не хочется
Мне сегодня играть в это глупое «верю - не верю».
У кровати моей грусть тихонько присела на корточки,
Молча смотрит в глаза, будто ищет своё отражение...
И осенней прохладой опять потянуло из форточки...
И стреляет бессонница памятью на поражение...
А на улице дождь... Понимаешь, у неба истерика -
Об асфальт разбивает со злостью хрустальные капли...
Я начну о тебе забывать... навсегда... с понедельника...
Но пока не решила с какого... так что - «до завтра»...
Наивный взгляд лучист, наполнен чистотой…
Ей очень нравится бежать тропой протоптанной…
И наслаждаться небывалой красотой:
Зелёных трав и облаков,… густого клевера,…
Рябин, черемух,… и круженьем мотыльков…
Ей ни до юга дела нет, и ни до севера…
Весь мир её – поляны сладких васильков…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
По серым улицам идёт неспешно женщина
Чеканя шаг под лёгкий цокот каблучков…
В глазах суровых, как в душе, должно быть, трещина…
А впрочем это, может быть, из-за очков…
Она давно уже забыла запах клевера.
И на рябину второпях бросает взгляд…
Ей всё известно и о юге,.. и о севере…
А значит, детство – не воротится назад…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Босая девочка бежит с косой растрёпанной:
Наивный взгляд лучист, наполнен чистотой…
Ей очень нравится бежать тропой протоптанной…
И наслаждаться небывалой красотой…
Я этой девочки босой с косой растрёпанной
В надменной женщине совсем не узнаю…
Наивность стёрта навсегда, мечты растоптаны…
И я вину свою в свершённом сознаю…
В одном чудесном садике росла молодая яблонька, а на ней – молодые яблочки: зелёненькие-презелёненькие, незреленькие-пренезреленькие, кисленькие- прекисленькие… Полз червячок по яблоньке, приметил он одно яблочко, прогрыз в нём дырочку, и поселился в этом яблочке. Сделал себе кухоньку, сделал себе спаленку – живёт-поживает, забот не знает.
Приготовит себе суп яблочный, котлетку яблочную, компотик яблочный – поест, попьёт, на диван яблочный отдыхать идёт. Книжки почитывает, телевизор поглядывает. Чем не жизнь?! Живи, да радуйся!
Но яблочко становилось хиленьким-прехиленьким, лёгеньким-прелёгеньким. И однажды, оторвалось от веточки и упало на землю.
Шли мимо мальчик с девочкой, подняли яблочко, откусили по разику: сломали кухоньку, сломали спаленку. Выпал червячок из яблочка, погрозил кулачком девочке с мальчиком, и пополз искать себе новое яблочко.
