[200x234]

Я не просто рассуждаю и пишу, а вбиваю гвозди в реальность, что бы ее не сдуло лёгким дуновением вселенских  событий. А человечество имеет привычку рассуждать на том основании, что давно не основание, а призрак. Пока вы тут обдумывали увиденное, а оно - уже  не оно.  

[283x200]

Одна из главных тем, а может и на самом деле и – одна из главных проблем, но дело в том, что дискуссии бесконечны, а воз и ныне там, и это продолжается не одно столетие. И скорее причина вовсе не в пьющих, а кому-то это надо, как и войны, бедные, убийства, и всякая духовная крамола. Всего этого могло бы и не быть, если бы мы об этом не знали, что можно  пить, но ведь нам же это подсовывают. Быть сволочью – это вещь искусственная, человек не рождается таким, его делают, он нужен гадом. Нормальные люди не нужны, их не обманешь, на них не заработаешь. Да и зачем нам зарабатывать, когда можно продать все что под ногой, и люди становяться мусором, они заложники своих же богатств, которые в недрах, по которым ходят, любят и родиной зовут. И люди нужны только что бы перетащить, поднять, и закопать. И что бы они не искали причины своей безнадежности, то лучше пускай пьют. Если человек не научен пить, то он не будет. А с чего ему пить, если это противно. Животные же не пьют, просто мы их не учим, а ведь начнут, если поставим такую цель, животное пока просто не помеха, оно безмолвно, права на жизнь  не заявляет, его можно убить сразу, а человека надо вымаривать. Если бы нужен был человек, то не было бы проблем, а он просто напросто не нужен, ну - может только как раб.

       А то собираются, обсуждают  эту проблему, мол надо духовно обогащать человека, морально влиять на него. А кинорежиссер Кончаловский предложил дать возможность зарабатывать, мол - тогда пить перестанут. Представьте себе чинное общество: никто не пьет, потому что все зарабатывают: кто евроремонт  у богатых делает, кто то гувернером, большая часть в охране, ну на компьютерах, тренируются, правда используются потом самые натренированные, остальные, как и остальной мусор, что-нибудь копать будут  и обслуживать, ну часть нефть качают, а богатые распродают все, что возможно продать за бугор, они тоже работают в поте лица и даже больше других, как звери, потому и зарабатывают не по человечески.  А человечки мечтают заработать себе на авто, на прожилплощадь, может быть дитё склепают, для дальнейшего рабства, но это не обязательно, главное самому пожить, понасладиться пребыванием на  свете белом. Весь смысл жизни - в потреблении того что есть у человечества, правда своего уже не потребляем, делать уже не умеем, мы просто напросто становимся потребителями. Нам немец, да японец и китаец все сделают, ведь умный тот, кто умеет ничего не делать, а пользоваться.  Человек всеяден, потому что поневоле будешь питаться тем, что есть. И уж какое есть общество, то это какая потребность в нем. А то как же не пить – этак с ума сойдешь?!

Вся эта говорильня о спасении людей от алкоголизма похожа на спасение утопающих, сбросив им круги спасательные с высокой бетонной дамбы, без предложения подняться на берег. Все это говорильня …

[244x200]

Убийства, жертвы, разбои – любимая тема телевидения, им главное рейтинг, привлечь внимание публики, только не понятно для чего привлечь – чтобы после просмотра страстей ужасных, просмотреть страсти безнравственные. Соотношение передач криминальных к культуроведческим  и культуропросветительским, велико, ведь этически полезная информация о происходящем в стране мелькает только в новостях и даже не совсем как бы о том, а только скорее чисто технические стороны – как например приобретение компьютеров в одной из сельских школ, посторенние крупного спортивного центра в каком-нибудь богатом крае, так примерно коэффициент ужастикости равен 1/1000. А в корне - была бы разумна заинтересованность любых каналов в роли афиши культуры в стране. Но не по тем рельсам пущена машина телевидения и не в тех руках, не тех голов. А может там уже и не наши люди работают.

       Но это вступление через порог в другую тему.  Телевидение часто демонстрирует нам хронику убийств жестоких, и они как будто повторяют друг друга и даже в судебных выводах. Вот недавно опять: придушил свою жену, что бы не возникала,  затем нанёс семь ножевых ранений уже в мёртвую, и затем спокойно принял ванную и пошёл прогуляться в город.

Убийство страшное, и хладнокровие убийцы поражает. Но еще более поражает ум и разум – когда слышишь выводы врачей психиатров -  психически вменяем. Во как!!!

Я уже начинаю сомневаться в авторитетности психологии как науки. Уж не зашла ли эта наука в тупичок. Какими критериями она пользуется по оценке качества поведения людей, так недолго оказаться в немилости нормальным гражданам, и страшно ходить к ним на прием.

Можно подумать, что у нас так хладнокровно могут “мочить” только психически здоровые люди. Тогда нам надо бояться именно уравновешенных людей, а может оно так и есть? И посему получается, что в правительстве нашем самый психически безопасный человек – Владимир Жириновский.

Или у нас хитрые законы. Все зависит от подписи психиатра. Точно оглобли, но не законы, или подход к ним  извозчичий.     

[280x186]

УБЕЖДЕНИЯ, ИСТИНА И РЕАЛЬНОСТЬ  и о словах

Очень много спорных вопросов. Но именно вот спора бы и не хотелось, ведь убеждения порождают спорность, а не истина, ведь к истине  якобы мы пытаемся придти через лес слов якобы суждений, через якобы логику. 

 Но надо оставлять место и сомнениям, понятие чаще строится на убеждениях.

Я постараюсь  коротко, короче, чем написано за столетие, и спорить  не хотел, так как я всегда только присматриваюсь, как и прислушиваюсь, и домыслы для меня ничто, а жизнь всегда есть фантазия, и убеждать себя или склонять в пользу того или иного суждения не могу и не хотел бы, по причине той же, что постоянно противостоят в мире различные формы идей, и бардак начинается тогда, кода одна форма начинает обладать правом информации. Убеждения – всегда фанатичны. Суждения и мир – это не одно и тоже, сомнения всегда ближе.

Вот к примеру – атеизм – это не отрицание и не поругание, поруганием является то, что преподносят как реальность неизвестное, поругание – это верование, и хотелось сказать верьте пожалуйста, но не уверовайте. Это не в укор сказанному, а к примеру отношения к понятиям и логике суждений, и логике понятия.

Я бы вообще бы старался с религией не оспаривать  ни каких вопросов, для меня это недоразумение и не более – как можно оспаривать то, что взято не из чего, или можно сказать из нашей глупости, если мол недоказуемо, то городи что хочешь. И вот что позволено одним проповедовать бред, тогда тянуться и остальные. В этом мире никто не имеет права в преобладании над возможностями мировосприятия. Вот потому нам сопутствует постоянно фашизм и подобные идеи. И напоминаю, что основа заложена, как ни странно - попустительством идеи о боге.

И еще раз хочется напомнить непонимающим, что атеизм – это не идея, не мировоззрение, это здравомыслие, оно не в чем не убеждает, а учит сомневаться. И это не отрицание бога, а Вопрос.  Если вы покупаете продукты и не проверяете их на качество, то можете когда-нибудь отравиться. Во и материализм, и отрицательное не в материализме, а в людях, которые хотят властвовать идеей, и так ли они это применяют, а то ведь большим молотком не всегда удачно можно забить маленькие гвоздики.

А коммунизм – это даже не идея, это теория, проект будущего общества, попытка опередить события. А то, что получилось дрянь, так люди же те же и сегодня будут строить что то, и я уверен, что у них ничего лучше не получиться, а хуже да. А то, что нам легче дышится сегодня, так потому что мы без предохранителя. Завтра еще не наступило, а завтра вы снова испытаете крайность.

Очень хотелось бы, что бы в России все было хорошо. Но не надо расслабляться, не живя правдой, можно оказаться в большом дерме. Враги не те, кто ругают страну, а кто прикрывает её недостатки, и это бич России, когда чиновники, что бы скрыть свою плохую работу рапортуют о марше побед в строительства сначала социализма, а теперь и   капитализма. И уже видно, что успех продолжает сопутствовать как прежде.

Нас объединяет несчастье, которого не ждем, но оно постоянно исторически впереди. Будильник заведен, часы пущены, и часы пробьют…, но мы как всегда будем оглядываться и искать виноватого, и обязательно его найдём, потому что у пепелища всегда кто-то будет. Игра в жука, вот что мне напоминает исторически пограничная внутренняя политика в стране: вас сзади бьют десятки, а обернувшись пытаетесь угадать бившего, но все чиновники мило улыбаются. Они в игре, но жизнь их далеко от Родины, которая должна цениться в потребности её, где каждый мог бы найти защиту, и жизнь свою оправдать своим скрытым талантом, не ограниченного жалкими подносами  возможностей поруганной страны. Каждый человек на земле несёт кусочек ценности разума, и все они своеобразны, но устройство управления государством ограничивает перспективы общественного разума в угоду корысти и наживы. И равенство в правах на блага тоже потерпели крах, среди низов найдутся и не меньше, кому нравиться  халява. Законность бытия мы прикрываем святостью, через нашу якобы догадку, а где гарантия, что эта святость та же, ведь чиновный ум и здесь нашёл себе местечко и более перспективное, и удобное – ведь концы ушли в бесконечность, где доказать уже просто невозможно. Где вера, то там уже не оглядываешься и не ищешь. Там свято - недосягаемостью, недоступностью. Вот почему российский чиновник так рьяно за бога – иди и докажи…. Разве можно что то доказать, где путь избран бездоказательный. Верьте и вас снова поведут, но уже ничего не пообещают кроме бога.

Я похож на червяка – прогрызаю толщу слежалостей земных отходов и иногда натыкаюсь на приспособившихся, приютившихся червячков. А они мне:

       - Что ты ищешь путник в краях далёких? сделай себе норку, найди червечиху-чувиху, и наплодите червячат, а то напорешься на лопату и клонируешься. Че будешь делать?

       - Изучать себя в разрезе, вот что.

Черви между собой:

       - Он заболел.

       - Чем?

       - Разумностью, этот вирус к нам сверху от головоногих передаётся, у них там не все в порядке. От них нам жизни нет: то бурилками рушат наши жилища, то электрическими токами жарят. Теперь вот нас разум одолевает.

       - Слушай умник, так тебя на крючок насадят.

       - Вот и порыбачим заодно.

       - Но ты ж умрёшь.

       - Так здесь я задарма умру, а там поделу.

       - Мы лучше здеся поживем. А ты яйцекладущим пищей станешь.

       - Покукарекаем, и за одно с петухом мы разберёмся.

       - Пропал червяк. Иж, замахнулся, пернатым кумом хочет стать. Теперь его нам не видать.

Конец первой части.

Cлучайно счастье не бывает,

Оно не сваливается вдруг.

Несчастье только прибывает –

Когда его не ждут.

[250x366]

[206x200]

- Вы думаете наше общество заболело?  - Да нет. Что вы? Оно всегда было больным, просто оно получило свободу.

[347x200]

[286x200]

Если в Советское время мне лезли в душу, то теперь я просто не существую - во мне как личности никто не заинтересован, свобода получена, но пинком взад. Если раньше я был нужен как материал, то сегодня я стал мусором электоратным.

А людишки жалкие существа –  людям нравиться, когда им врут, людям нравиться любить себя и гордиться собой. А ещё люди любят бога и только не в себе, а как можно подальше, а то поближе он перестает быть богом.

Вы получили свободу, но не получили  ключи к ней.

Вы любите себя, но не уважаете.

Вот почему секс стал символом якобы любви.

И потому часть населения - стали жить и любить нетрадиционно и без последствий на возможность продолжить жизнь.

А что остается населению, когда оно потеряло пространство реальности и усилие осмысливать - как только молиться и любить без смысла и куда попало.

[200x215]

Андрей копил деньги на телевизор много лет. Он с любовью установил антенну, пристроил телевизор на специально купленную тумбочку, включил его и, утонул в кресле, предвкушая, что теперь он будет наслаждаться. Когда экран зажёгся, то с него на Андрея смотрел внимательно  дяденька с наглой и холёной самодовольной физиономией, как будто Андрей был для него неожиданностью.

Дяденька сказал:

       - Хм.

Андрей вдавился в кресло.

Дядя прокашлялся и:

       - Ну, так о чём я?

Андрей:

       - Вы знаете – я только пришел.

       - Ах да! Телевидение в наше время становиться бичом сознания граждан, и смотрят его в основном дебилы.

Андрей:

       - ……………………….  

[265x200] [214x150]

[230x200]

Вопрос подобный не может иметь удовлетворительного ответа, имея его – нам станет скучно, и жить будем через натугу, что и происходит с частью людей, которые убедили себя в этом знании, и возможно этим убивают себя постепенно, как физически, так и морально. Для данного случая подходит реплика смысл жизни – в познании этого, но через умение ценить жизнь любую.

       Я не люблю слащавые и игривые понятия, и ощущаю неуют, когда природные мироощущения человеки пытаются подзаменить дежурными словами “гигантами”, как – любовь, гармония, бог, счастье. Несчастные люди – которые тешут себя самообманом, когда безотчетно принимают лишь звуки, не напрягая себя на большее. Любовь запомнилась людям через сладкое, но сколько несчастий с этим “мёдом” связано знать не желают. Разве можно любить, если уважать не умеем жизнь любую. Если мы любим родину, то как можем  смотреть на народы иные, как на врагов, которые не угодили в политических играх. Как можно любить свой народ, убивая и унижая другой? Как можно любя приревновать и из ревности убить? Любовь – в основе своей эгоистична, это самоутешение, самозаигрывание, это великий самообман. От любви никто не должен страдать до потери - жизни и уважения её. И кто громко заявляет о любви, тот завтра вас не простит навечно.

       Я не люблю, когда в этом живом мире утверждают то, что является лишь плодом фантазий, да ещё когда фантазию людей одного мировоззрения пытаются возглавить для всех остальных. И теперь люди предались идее неизвестного автора, но удобную, для тех, кто любит обманывать. Вселенная меня радует сама по себе, своими бесконечными вариациями в проявлениях и в отношениях, и я живу больше чем верой, а уверенностью, что мир неисчерпаем. И тут вдруг оказывается, что мир конечен создателем. И если бы это так, я бы не пожелал жить клеточным животным, где меня наблюдают, и за усердие к создателю воздадут благом – кому куском хлеба, а кому богатства отнятое у остальных. И еще более странно, что надсмотрщики - люди земные, получили привилегии быть оком и гласом свыше. И в мире усиливается диктатура идеи от людей с душевным пороком и слабых в познании и с отсутствием главного качества человеческой природы – познавать и ошибаться. Если люди перестанут уважать друг друга, а уже не уважают, потому что бог стоит на пути, то значит - скоро мы вернёмся к жертвоприношениям. Вера в бога – это уже жертва человеком ради идеи слабой части населения. Вот  у нас в стране индустрия рушиться, а церкви разрастаются. Человек славиться делами.

       Высокопарные слова - это все односторонние эмоции, а произведением является то, что заставляет осмысливать и отнестись к миру в новых чувствах, старые эмоции не улучшат мир, они уже были проверены. Если бы Пришвин описывал лес через эмоциональные слова, то вряд ли вы почувствуете прелесть леса.

        Мир человека это не дикая природа,

                Нам не известно о связи мгновения и вечности, и понимаем только так, как привыкли знать (или наоборот). Для меня это тайна тайн. Какие мы есть сейчас – это есть присутствие вечности, и мы из нее приходим через муки и страдания. Я родился и умру – и то и другое не имеют ни начала ни конца. Конец и начало есть только для наблюдателей. Я себя не наблюдаю, а только чувствую, как и все другие. Может, люди в этом равны и чужды друг друга. Чужды те, кто не научился чувствовать себя, а живут и исполняют из страха.

Не уверен, что могу быть правильно понят, ну да ладно, ведь выразить несколько иную точку зрения тоже необходимо. Я не собираюсь что-то утверждать, но в жизни имеет право на жизнь все, только тогда она может стать более приемлемой и богатой.

Первое на что я обратил внимание, это публикации во славу участникам современных войн, но не заметно освещение идеи этих войн. Долг ли, обязанность, что толкало их? И уж точно не общество, а правительство, власть, которая преследовала определенные цели, и скорее всего не оправданные, были бы для дела, то не было бы так без“цветно”, а то сплошные вопросы и недоразумения. И что бы скрыть свои промахи, руководители возвеличивают жертв своих промахов. Пока что, именно, всех участников этих войн можно принять как жертв, возможно, они вели себя как герои, но только не как национальные.  И у меня есть основания для подобных рассуждений, и не слабые, я бы сказал, даже  касается морального здоровья целой нации и взаимоотношений между народами.  Идея моя не является порочной, и я имею цель предохранить от неприятных последствий в будущем. И думаю, что люди грамотные поддержат не новую точку зрения о сложном процессе психологии общества и о возможных последствиях от псевдопатриотизма, а простые люди скорее меня осудят, так как они всегда более подвержены морально-психологической обработке, и исторически и на глазах воочию уже доказано: когда царя сметать – пожалуйста, церкви порушить глазом не моргнут,  социализм разрушить, да за один день, сказали бог есть и он есть, а завтра с дьяволом подружат. Но народ это не все, а это те на кого делают ставку, и таких не мало.  

Если  мы говорим о законности, как о регуляторе нормальной жизни общества, то её надо сохранять не только в юридических аспектах, но и законности моральный действий, и тем более военных. Правительства, как советское, так и современное Российское нарушали права человека своей нации, уж тем более, тем, что использовала людей, призванных на службу для укрепления обороны страны, а не для иных целей, и только в случае национальной угрозы, т.е. должна быть объявлена война, или должен быть договор с добровольцами. А так правительство, последствия своей безграмотности, и политической и моральной, возбудило в обществе как героизм народа, и этим оно подставляет свой народ под обвинение пострадавших народов, и даже ненависть к русской нации, как и русские, тоже оказываются настроены  против народов воевавших не на нашей стороне. Вот такой вот порочный круг. А если бы люди в войне необъявленной участвовали как профессионалы, то и отношение международные и внутри страны не были бы искажены, и никто бы, ни кого, не осуждал. А так даже получается, что политический недуг, порожденный неграмотностью чиновников, свалили на граждан, которые, может, и не совсем умеют до конца осознать внутренние свои переживания и не могут выбрать истинного отношения к возникшим последствиям, а используют опять же, навязанное, якобы патриотическое чувство.

Воспитание в обществе однородного политического чувства в будущем породит духовных мутантов. Мы часто склонны считать, что там, наверху избранные, и даже интеллектуально. Но сегодня это больше чем ошибка. И стремление сохранить свою власть при глобальном экономическом крушении, она использует опасный инструмент – патриотизм через героизмом прошлого, и особенно героизм в современных

Много – думают, что вот мол – оставят след в жизни для других. Но! Прошелестят листьями и … опадут.

Материя хитроумная штучка, и Великая шутница – создаст образ, набросает красок, распалит сознание ( в смысле подогреет) и, всё это смахнёт, сдует, развеет, вернёт в пространство в первородное состояние.

Вот так вот, не долго угодить в кал какого-нибудь больного шизика во время запора – может быть это и будет историческим моментом расцвета гениальности.

Исключительно исчезнувшее прошлое мы изучаем  по окаменелостям. То, что в развитых странах называется окаменелыми останками прошлого, в российской жизни ещё шевелиться и основывает телопродвижение общества, типа – нами руководит фантом.

Если в развитии капстран основную роль сыграли, якобы, рыночные отношения, то у нас рынок был и остается построенным на зависимости от прошлой задолженности, возникшей после освобождения, якобы, крестьян от крепостничества. Очень многие так и не смогли откупиться никогда, и подсознательно действует механизм “ты мне дружок должен, вот и отрабатывай!”.  И эту особенность можно усмотреть в окаменелости отношений подчинённых и начальников: на рабочем месте держится исполнительный, а не способный; или человеку редко доплачивают сверхнормы, сверхурочные: “мы вот тебе платим зарплату, и считаем, что - нормальную, но ты сделай вот то, да то.  Ах - не хочешь?! так мы примем другого. ”  Так вот, этот рынок, основанный на окаменелости прошлых общественных, нет вернее не общественных, а как к обществу задолжавшему частному владельцу его.

[200x267]

[297x200]

       Рассказ между сказкой и несбыточностью, между реальностью и возможностью, о промелькнувшем счастье - как ночная птица вдруг из темноты, в возрасте соблазниться надеждой, но все возвращается в исходную колею.  Молодость не умеет ценить, у неё  фантазии без сегодня, молодость живёт на сквозняке, её не волнуют последствия, её рассуждения это воздух слов.  

Это рассказ о том, как ты поверил в податливость мира, и в возможность счастья по желанию, что даже вещи способны воодушевиться и принять участие в полном оживлении жизни, или можно сказать, что счастье начинается с соучастия всех предметов. После серых, облачных будней вдруг наступает солнечный денёк и разговорчивые лыжи умоляют вас выгулять их, но сломаетесь и отдадитесь порыву молодости и безрассудности, исходящей от молодой девчонки, которая тоже от “счастья-вдруг”  потеряла реальность и вам вскружила голову, и вы окончательно начинаете верить в без размерность мгновения, и несётесь, обгоняя молодость. Но случилось несчастье, и вы ломаете друга-лыжу, и потом, от уговоров девчонки бросаете её, хотя лыжа уговаривала вас оставить её, ведь можно склеить. И вы на одной лыже отстаёте, молодость не ждет уже вас, как вы её. Солнце зашло, приходит усталость, вы протрезвели, а у девчонки изменились взгляды. А когда вы подъехали, то девчонка на станции нашла себе компанию из молодых ребят. Желания молодости и возраста расходятся, и молодость бросает вас безрассудно, на то она и молодость, она спешит,  делит и умножает одновременно, её пора - собирать разбросанные камни, ещё придёт.

Вы приходите домой, а вещи, как прежде, с вами перестали разговаривать, вы выбросили их сломанного друга. Они больше никогда не заговорят, вы их предали в общей жизни.

День закончился, но жизнь продолжается, и она уже твёрдо в колее. А молодость носит ещё пока по насту до первой оттепели. Или до Осени.

       Этот рассказ Г.Гуревича был напечатан в 1982 году. Рассказ очень взволновал меня глубиной мироощущения с неизведанных позиций. Я читал современные отзывы молодых людей на этот рассказ, и был поражен отсутствием у молодёжи гиперболического мышления, и сказал бы - присутствие параллакса мышления, т.е. когда люди допускают в свой мир существование бога, не оставляя выбора иным возможностям,  и уже не способны переживать мир через многообразие возможных отношений, они не понимают, что мир человека строится из его деятельности, и, предметы, им сотворенные, тоже имеют душу, и что они неразрывно связаны через оправданность нашей жизни.

Не надо любовь делать неизбежностью, это очень сложный барьер, но его надо пройти достойно, но и не избежать и не остаться там, потому, что любовь не предел, а ускорение.

[250x373]

ГРОТЕСК.                                                                                                                                                

Искусство – это свободный взгляд

туда, куду не всякий заглянет, и не всякий рассмотрит.

Или через искусство к миру.

Задачи искусства это прощупать “то”  слабое  еле заметное  в необъяснимом множестве и вырвать из бездны жизни то человеческое, нужное, от чего можно было и человеком назваться, и преподнести это с такого ракурса, с которого мы ещё не рассматривали, и не для развлечения, а для осознания – как жить дальше.

Но люди, ещё дети, хотя  и состарившиеся, в искусстве находят лишь забаву, как жаждут крови, развлечений и более жёстких, и через искусство упрощают путь к возвышению своей бездарности, и желая прописаться в гениальности всего лишь техникой владея малюют обнаженок и в половину, кошек, кошечек, котов и рыбок, за картины стало сходить то, что раньше лишь иллюстрацией являлось в детских книгах. А тот, кто малюет святых лишь карьерист, религия сегодня в силе, она на смену коммунизму пришла, только духом будет кормить, ну пять хлебов даст и несколько рыбёшек. Квадрат Малевича сегодня нам облегчение принесет от бессмысленной перегрузки полотен сознания. Сегодня искусство заболело. И чтобы заглушить мучающий разум – молодёжь требует громкой музыки, а политики готовы перепахать почву истории и нашей жизни.

Искусства – это не забава жизни. Сами подумайте или представьте, вот мы тут творим нечто - как картины-обнаженки, кошачек во всех видах, ставим памятники полководцам, и безвременно вылупившимся гениям, не давших нам сегодня практичности, но когда-то удививших нас, а теперь мы гордимся просто по привычке, не осознавая, а для чего-то

Жить тяжело, жить вредно.

Неведомые силы используют тебя

В качестве мишени для тех

Кто не нашёл себя, и

Злобы копья втыкают в душу,

Вливают тухлого вина,

Имплантируют раздутую идею.

За не сходимость расстреляют, растопчут

И напоследок плюнут в душу

Давно умершего меня.

[200x244]

(краткий обзор)

Сегодня есть Акунин. Понятно – талантливый человек, но ведь он один на возвышении, и он не отражает жизнь, и не воссоздает переживание о ней, а использует лишь кульминации жизни узкой, специфичной. Я ничего против этого умного писателя не имею, но ведь сухо как-то.  Да и наталкиваешься постоянно только на Акунина, кругом только он, он и он. Остальные сами лезут, напрашиваются, наверное деньги есть, а славы хочется, ведь слава сегодня – это смысл жизни в её выживании и как роскоши. Но и доход, если конечно пригрелись по бочк-ам проталкиватели и протаскиватели, или сказать люди у вентилей.  

А где разнообразие жанров, где естественная жизненная литература? Зачем нам литературная шелуха. Нет, это даже не литература, название только сохранили впереди состава уписанных россказней, типа татуировок, ведь на теле рисунок больше впечатляет, чем на привычном для него месте. Сегодня, как будто,  и нет  разнообразия литературных жанров: если любовь, то она разрешается только сексом, а остальное замешано на криминале, мозг человека за тысячелетия истории так и не приобрёл иных применений духа и цель соответствует врождённому пороку. Для кого-то может и есть все, что положено душе человека, люди то с разными мерками, единой нет, каждый влезает со своим “мэтром и волынит”.  Только вот не пойму ни как – то ли эта культура спустилась в низину нашей жизни или мы опустились в низины культуры.

Чем мне нравятся произведения А.Куприна – краткостью. Читать большие произведения тяжело, особенно с возрастом, да и краткость, выразительность более способны поставлять множество и мгновенно сжатой информации по осознанию и реализации своих замыслов по переоценке человеческого восприятия мира, и в этой краткости уже заложено та ёмкость ощущений, которая способна удовлетворить любую духовную потребность. Я имею даже уверенность, что не зря подсознание меня выталкивает на это. Хотя кто его знает, может это все глюки, но деваться не куда, об этом никто не может знать. Самоуверенных людей много, но они не определяют исход. События все равно выстраиваются так же, как и мои желания – по принципу неизбежности. Я думаю, даже потребности не существуют, они надуманны, и скорее только тормозят ход события, как угольные стержни в атомных реакторах. А реальные события это мгновения, компактно упакованные, и быстрое высвобождение их приводит к взрыву, разрушениям. Придет время, и плод созреет, главное – чтобы он был вовремя употреблён, не раньше и не позже.

А произведения Куприна, не все конечно, но часто обладают сжатой философией, которая звучит и наполняет ароматом загадок мироустройства, и главное, он не учит, а раскрывает, пробивает в душе забитые щелки, отверстия, через которые мы  получаем живой душевный материал.